Бродяга часть 2

   - Специально куплю и принесу, не глотать же этот денатурат, а то у меня чувство такое, что у этого чая и кружки одинаковый вкус.

   - Кружки обычно не съедобные, - заметил Марк, с улыбкой косясь на свою собеседницу.

   - Остряк, - хмыкнула девушка и, подойдя к окну, уселась на широкий подоконник.

   Дорнер поднял глаза и, подперев подбородок кулаком, несколько минут смотрел на задумавшуюся Лайм.

   Искусственная девушка, результат генетического эксперимента безумного ученого из Империи Солнц, который скрестил живую клетку с неживой материей. Благодаря этой технологии, а так же мании императора "солнечников" сделать своих потомков бессмертными, и родилась Лайм. Она должна была стать женою дряхлеющего властители и матерью его будущих детей, - сумасшествие.

   Дорнер покачал головой и, вдохнув, помассировал пальцами переносицу, подумав, что надо бы все-таки выспаться. Перемотнув строчки доклада, он закрыл папку и, приложив большой палец к ее краю, завизировал документы, после чего вновь посмотрел на девушку. Высокая с узкой талией и большой тяжелой грудью, короткие зеленые волосы, маленький бледно розовый ротик, курносый нос, узенький подбородок и огромные в пол лица глаза необычного фиолетового цвета. Облик ожившей мультяшки так популярный у "солнечников"; нет, профессор был поистине сумасшедшим, если решил подарить его своей названной дочери. Впрочем, этого ему показалось мало, и он напичкал ее тело множество имплантов, практически превратив его в кибернойда. И все-таки она человек - настоящий человек со своими чувствами, вкусами и характером.

   Он снова вздохнул и достал из нагрудного кармана рубашки сигаретную пачку.

   - Лайм, открой окно, я закурю.

   - Не обязательно, - ответила она, продолжая что-то рассматривать за окном. - Я включу свои фильтры, курите.

   - Эх, золото ты, а не девушка, - сказала с улыбкой Марк. - Вот повезет тому, кто возьмет тебя в жены.

   - Заигрываете? - улыбнулась в ответ Лайм.

   - А почему бы нет? Смотри, какой красавец. - Дорнер поднялся со своего места и, расправив плечи, комично выкатил грудь колесом, при этом активно дымя сигаретой. - Ну как? - поинтересовался он, скосив глаза на девушку.

   Лаймалин прищурилась и, окинув начальника саркастическим взглядом, неожиданно задорно рассмеялась.

   - Умеете вы поднять настроение, командор, - сказала она, поднимаясь с подоконника и отправляя пустую кружку в воронку утилизатора. - Ну что, посмотрели документы?

   - Естественно, - Дорнер стал серьезным. - Скажу честно, результаты меня не радуют.

   Лайм понимающе кивнула.

   - Многие из претендентов отказались. Молодежь не торопиться рисковать своими жизнями. Основной отсев происходил именно после последнего этапа, стоило только объявить, что мы полувоенная организация как половину аудитории точно ветром сдуло.

   - Так всегда было, - усмехнулся Марк. - Помню, когда твоего Кира принимал...

   Командор резко замолчал, заметив, как вздрогнула Лайм, и мысленно обругал себя идиотом.

   - Извини.

   Девушка мотнула головой.

   - Нет, все нормально, мне даже интересно. И что, Кир?

   - Да как тебе сказать, - сказал Дорнер, туша сигарету и отправляя бычок в утилизатор. - Если честно, то Кирилл тоже хотел уйти, но...

   - Но? - в глазах Лайм вспыхнули огоньки интереса.

   - Но его остановила Минако. Она так вцепилась в его руку, что он просто не мог встать со своего места. А потом в его взгляде что-то изменилось, и он остался. До сих пор не знаю, что повлияло на его решение. Помню только, посмотрел тогда на него и подумал, что этот парень далеко пойдет.

   - Да, Кир он такой, - улыбнулась девушка. - Порой мне казалось, что он слишком нерешителен, но уже через мгновение он меня мог в этом переубедить. В этом был он весь.

   Лайм поднялась из кресла.

   - Ладно, командор, разрешите идти. А то я что-то сегодня устала все же три собеседования за день это трудновато.

   - Сколько еще осталось?

   - Еще завтра и все, но думаю, наберем еще от силы человек пятнадцать.

   - Тоже неплохо, - сказал Дорнер и, махнув рукой, добавил: - Все, иди, иди, отдыхай. Завтра закончишь с собеседованиями и можешь взять небольшой отпуск на пару недель, но к началу занятий, чтобы была здесь.

   - А куда я денусь, - улыбнулась Лайм, направляясь к двери. Открыв ее она замерла на пороге и, послав командору воздушный поцелуй, вышла из кабинета.

   Дорнер вздохнул и вызвал секретаршу.

   - Шурочка, меня не для кого нет, только если что-то сверхсрочное.

   - Принято, командор.

   Марк с унынием посмотрел на лицо киборга, похожее на застывшую маску и, зябко передернув плечами, отключил связь.

   - Пластиковый труп какой-то, - пробормотал он, доставая из пачки очередную сигарету и закуривая. - Нет, надо как-то раздобыть себе нормальную модель, а не это пугало.

   Браен сдавленно улыбнулся и отставил в сторону бокал с коктейлем.

   - Вот так все и было, - сказал он. - После того как ваш брат улетел, мы с Эной недолго пробыли на том планетоиде. До конца моего контракта как раз оставалась всего пара месяцев, после чего мы улетели в Анклав.

   - Помню, Кир мне что-то такое рассказывал, - Андрей наморщил лоб. - Точно! Это было как раз перед нашим отлетом в экспедицию. Он тогда еще какие-то справки наводил..

   - А что было дальше? - спросила Лиа, бросив на Малышева быстрый взгляд.

   - Ну, - Эдвард на мгновение задумался, словно решая, что стоит рассказывать, затем продолжил: - Мы с Эн поселились в небольшом городке на Малом Лондоне. У меня были кой-какие сбережения и я прикупил там неплохой домик. К сожалению, наше счастье продолжалось недолго.

   По лицу мужчины пробежала тень давней боли, заставив его замолчать и потянуться к стакану с коктейлем. Залпом осушив его содержимое, он лишь поморщился.

   - Черт, сейчас чего бы покрепче, а не этот лимонад.

   Лиа с грустью посмотрела на Браена и неожиданно для всех накрыла его сжатую в кулак руку своей ладошкой.

   - Эдвард, мне надо знать, пожалуйста.

   Браен поднял глаза на женщину, несколько минут молча смотрел на нее, затем тяжело вздохнул и понимающе кивнул.

   - Хорошо. Только рассказывать особо нечего. Мы три года прожили с вашей сестрой душа в душу. Я устроился на работу водителем погрузчика в космопорте, а Эна подрабатывала в местном цветочном магазине. Все было хорошо, но постепенно ее редкие провалы в памяти стали прогрессировать. Сперва, я не предавал этому особого значения, пока однажды утром она не узнала меня. Это было пугающе..., - Эдвард покачал головой и вновь замолчал, было видно, с каким трудом ему даются эти воспоминания.

   Лиа хотела что-то спросить, но Антон осторожно тронул жену за плечо и, когда она обернулась, покачал головой.

   - Приехали врачи, но в клинику ее брать не стали. Она ведь клонер, а вы знаете, как у нас к ним относятся? Они для многих недолюди. Так, живые инструменты, игрушки, существа созданные для грязной работы. Даже последний преступник иногда имеет больше прав, чем они! - слова рвались из него, прорвав плотину многолетнего молчания. - Эне становилось хуже и хуже. И если сперва она просто не узнавала меня, то постепенно ее разум стал угасать. Она действительно превратилась в некое подобие механической куклы, которая только что и могла удовлетворять свои естественные потребности.

   Браен закрыл ладонью глаза и прошептал:

   - Это было страшно.

   Побледневшая Лиа широко раскрытыми глазами смотрела на поникшего мужчину, даже не стараясь вытереть струившиеся по щекам слезы. Антон приобнял жену, успокаивающе провел рукой по ее волосам, и та с коротким всхлипом уткнулась ему в плечо.

   - А ваша дочь? Ей ведь всего восемнадцать.

   - Моя дочь? - Браен удивленно посмотрел на задавшего вопрос Андрея и понимающе усмехнулся. - Вы когда-нибудь слышали о так называемых "генных детях"?

   Андрей отрицательно покачал головой и посмотрел на утешающего жену Антона, но тот только неопределенно повел плечами.

   - В общем, я тоже толком в это не разбираюсь, но как мне объяснили суть такова: берутся гены родителей и внедряются в искусственную яйцеклетку. После этого зародыш подсаживается живой женщине, и она его вынашивает. Конечно, все это не дешево, но у нас были кой-какие сбережения...

   - Но...но генотип Эны был с дефектами, - неожиданно вмешалась Лиа. - Из-за этого ее...ее, - она вновь залилась слезами.

   - Да, - кивнул Браен, с грустью смотря на всхлипывающую женщину. - На исправление цепочек ее ДНК ушло целых семь лет и несколько тысяч кредитов. Однако результат того стоил, вы же сами видели. - Его губы тронула легкая улыбка. - Эна всегда хотела дочку и всегда хотела назвать ее именем сестры. Я рад, что смог выполнить ее желание.

   Они медленно шли к прибывшему за ними черному глайдеру "Искателя". Все молчали, каждый по-своему переживая эту неожиданную встречу. Андрей беспокоился за своего старого знакомого, которому визит его друзей разбередил старую рану, и одновременно переживал за названную сестру Кира. Антон был несколько растерян от случившегося, а Лиа, держась за руку мужа, постоянно перематывала в голове рассказ Браена и едва удерживалась от слез.

   - Тетя Лиа, подождите! - Раздавшийся позади них девичий голос заставил их остановиться.

   Дочь Браена подбежала к ним и неожиданно для всех бросилась на шею Лиа.

   - Тетя Лиа, пожалуйста, прилетайте еще. Мне так надо с вами поговорить, я столько хочу узнать о своей маме. Пожалуйста!

   Андрей бросил обеспокоенный взгляд на жену друга и вдруг увидел, как ее лицо разгладилось, а на губах появилась улыбка. Она обняла девочку.

   - Я постараюсь, тезка, я постараюсь. Мне тоже многое нужно тебе рассказать, девочка моя, очень много.

Глава 2

 Антон спустился по трапу "сейпера" и невольно прищурился от ударившего в глаза яркого солнца. Мимо, глухо бухая своими ногами по металлической поверхности трапа, прошагали два кибера высшей защиты, заставив его благоразумно отойти в сторону. Вслед за роботами в распахнутом зеве грузового люка показался вездеход и, лязгая траками, принялся медленно сползать вниз. На краю распахнутого люка сидела худенькая девушка с коротко стриженными черными волосами, но заметив хмуро смотрящего на нее Соболева, тут же скользнула внутрь машины.

   - Совсем технику безопасности не соблюдают, - усмехнулся Антон и, погрозив кулаком в сторону многотонной машины, поднес палец к виску, где был закреплен кругляш рации. Легкое нажатие и тот выбросил из себя две серебристые нити, одна из которых потянулась к уху, а другая спустилась ко рту мужчины.

   - Бета семь, как выгрузитесь, доложишь, - бросил он в микрофон, внимательно оглядывая огромное взлетное поле недостроенного космодрома. Если не считать их сейпера и замерших в отдалении пары глайдеров оно было абсолютно пусто. Впрочем, на Марсе подобные места были не редкостью. Планета, некогда терраформированная под нужды землян, так и не была полностью заселена. Теперь многие из ее больших и малых городов пустовали, медленно превращаясь в руины, несмотря на все усилия ремонтных киберов. Вот и тут здание космопорта, с воздуха напоминающее распластавшуюся на земле огромную металлическую медузу, раскинувшую во все стороны свои тонкие щупальца, чернело провалами в стенах, сквозь которые проглядывал причудливый "скелет" его внутренних конструкций.

   Приложив ладонь козырьком ко лбу, Антон огляделся и, заметив стоявшего около одного из глайдеров Андрея, приветственно помахал ему рукой.

   - Ну и где размещаться моим ребятам? - спросил он, подходя ближе и пожимая руку Малышева.

   - Можете занять один из ангаров, - ответил Андрей, указав на возвышающиеся у края поля белоснежные куполообразные строения. - Особых удобств не обещаю, но уж как есть, - он виновато развел руками.

   - Ничего страшного, не впервой, - Антон надавил пальцем на кругляш рации и скомандовал: - Бета семь, размещайтесь в одном из ангаров.

   - Принято, командир, - раздался в наушнике задорный девичий голосок. - А вы куда, если не секрет?

   - Любопытство сгубило кошку, Торико, - усмехнулся Соболев. - Хотя секрета особого нет, осмотрю объект и вернусь, а вот ты за ненужные вопросы получишь у меня наряд.

   - Это не честно! - пискнула рация.

   - Честно, честно, - Антон отключил связь и, покосившись на улыбающегося друга, буркнул: - Детский сад какой-то.

   - Сам такими были, дружище, или уже забыл?

   Соболев покачал головой, а кончики его губ дрогнули вверх.

   - Не забыл, Андрюха, не забыл. Ладно, полетели, покажешь свои владения.

   - Зачем лететь, мои владения это весь космопорт, а установка находится вон там, - он указал рукой на длинное приземистое здание, расположенное в дальнем конце взлетного поля.

   - Далековато, - вздохнул Соболев, которому совершенно не хотелось топать под жарким солнцем по гладкому полю, покрытому огромными серыми шестигранниками пласткерамических плит.

   - Далековато, - передразнил друга Малышев. - Совсем скоро ногами ходить разучишься, - видно стареешь.

   Антон покосился на Андрея и вдруг резко подпрыгнул вверх. Сделав кульбит, он мягко приземлился на ноги и, окинув Малышева с ног до головы придирчивым взглядом, с ехидной улыбкой поинтересовался:

   - А может наперегонки, профессор?

   Андрей задорно рассмеялся.

   - Уел, уел, дружище. Ладно, сегодня поедем на мобиле, - он кивнул в сторону приютившийся между глайдерами небольшой колесной машины и, направившись к ней, добавил: - Но наперегонки обязательно сбегаем, и не надейся, что я в худшей форме.

   Вечер выдался на редкость чудесным и спокойным. Большее из солнц уже скрылось за горизонтом, а малое светило не могло полностью справиться с его обязанностями, погружая окружающую действительность в странный белесый полумрак. В это время суток, называемое здесь "вечерним сумраком", все краски словно притухали, и мир выглядел точно выцветшая открытка. Пройдет еще пару часов и на землю падет звездная ночь, длящаяся здесь почти двадцать часов. А пока природа готовилась ко сну. Дневные птицы умолкали, а их мелодичные трели сменялись щелканьем и писком их ночных собратьев. Лайдосовы деревья прижали свои раскидистые ветви к стволам и теперь напоминали пирамидальные тополя далекой Земли, а огромные бутоны тюльпанов Ардога неспешно закрывались, до последнего ловя своими лепестками свет почти негреющего светила. Со стороны реки протекающей в полукилометре от холма, на вершине которого расположился небольшой двухэтажный коттедж, потянуло холодным ветерком, заставив сидевшего на веранде человека зябко повести плечами.

   - Томано, дорогой, может, в дом пройдешь, а то скоро стемнеет.

   - Нет, дорогая, я еще тут посижу, трубочку выкурю! - крикнул в ответ мужчина, беря со стоящего рядом с его плетеным креслом небольшого стеклянного столика пошарпанную трубку.

   Неторопливо набив ее табаком, он с удовольствием затянулся, выпустив из ноздрей тонкие струйки сизого дыма и откинувшись на спинку, усмехнулся. Дочь всегда не одобряла это его неожиданное увлечение, приводя тысячи доводов, дабы он отказался от этой вредной привычке - а ему просто нравилось. Томано тяжело вздохнул. Сколько же он не видел свою девочку, два, три года? Как же летит время. А ведь кажется, что только вчера он нянчил ее на руках...только вчера. Время...Он резко поднялся из кресла и, подойдя к высоким перилам, идущим по периметру веранды, оперся на них руками. Несколько минут он задумчиво рассматривал раскинувшийся за домом луг, прямо за которым темнела стена лайдосовой рощи, затем резко выпрямился.

   Томано Мацуто - бывший глава тайной канцелярии Империи Солнц, доверенный самого Императора. Предатель. Глава повстанческого правительства. А теперь?

   Томано скривил рот в саркастической ухмылке. Теперь он просто обыкновенный фермер выращивающий картофель, а все его владения это несколько акров земли, да тройка сельхоз-киберов. Черт возьми, но ведь ему нравится такая жизнь, или уже нет?

   Мацуто вытащил трубку изо рта и провел рукой по лицу. Что с ним? Почему в последнее время он все чаще и задумывается над тем, а правильно ли он поступил? Может все из-за того, что дети выросли, а новых жена не хочет. Или все потому, что когда-то он хотел большего? Власть, - возможность повелевать судьбами миллионов людей, руководить их помыслами и желаниями. Власть - это как наркотик, так что даже спустя столько лет трудно избавиться от желания ее иметь. А ведь у него все это было... По сути, он являлся вторым человеком в Империи, - был ее "серым кардиналом". Перед ним склонялись главы крупнейших кланов, а имперский флот по его указанию был готов превратить любую планету в выжженную пустыню. И вот теперь фермер....обычный фермер....и картошка.

   Томано нервно хихикнул, затем мотнул головой и, вздохнув полной грудью прохладный, сумрачный воздух, улыбнулся. Нет, на самом деле он ни о чем не жалеет и если бы ему пришлось проживать жизнь заново, то он вновь поступил бы так же. Его Хибика стоит сотен империи, а все его мысли просто от усталости. В конце концов, надо им с женой просто куда-нибудь слетать - развеяться и все будет в порядке.

   Легкий свист, заставил Томано вскинуть голову и удивленно уставиться на пронесшиеся над лугом остроносые машины. Истребители, заложили горку, сделали круг над домом и свечой ушли в небо. На миг небо закрыла огромная тень. Мацуто хмыкнул и, сунув потухшую трубку в рот, скрестил руки на груди, с прищуром наблюдая за проплывающим над крышей дома склайдером. Огромная машина на мгновение зависла в воздухе и, выпустив похожие на птичьи лапы посадочные опоры, медленно опустилась на землю, просев с громким "вздохом" амортизаторов. Ее борт прочертила светящаяся ярким светом линия, через мгновение превратившаяся в зев входного люка из которого выдвинулась широкая лестница.

   - Дорогая, к нам гости! - крикнул Мацуто, поправляя воротник рубашки и приглаживая несколько взъерошенные волосы.