В дорогу, ВОР!

— А всё-таки, как он сможет нас одолеть? — робко спросил другой новобранец.

У Шевара видимо было хорошее настроение, так как он, отхлебнув глинтвейна из дымящейся кружки, соблагоизволил ответить.

— В первую очередь, как самых опасных, он вывел бы из строя нас с Каром. На двух человек метательных ножей у него хватит с избытком.

— А нас? — пискнул лопоухий.

Шевар недобро посмотрел на любопытного.

— А вас, баранов, как душе угодно. Но думаю, он не зря уселся под единственным светильником в зале. Сразу привычка видна. Потушит, что делать будете? Мечом в темноте не помашешь — своего задеть можно. Подошвы сапог у него из мягкой кожи, в отличие от ваших железом не подбиты — в двух шагах пройдёт не услышишь. Да и амулет ночного зрения наверняка имеется? — обратился ко мне Шевар.

Помедлив, я кивнул. Амулета у меня не было, но, благодаря постоянным тренировкам и чуть-чуть магии, в темноте я видел лучше обычного человека. А так, как описывал Шевар, несколько раз уходил при облавах тикремской стражи. Смущённый множеством пристальных взглядов, я поёжился. Задницу прострелило острой болью. Моё лицо перекосилось. Молодые охранники в испуге отшатнулись. Тьфу! Будут теперь думать, что я наёмный убийца, который по-тихому убирает конкурентов Толида. Кар, сволочь, всё понял и с трудом сдерживал смех.

А Шевар, тем временем, продолжал лекцию.

— Но не только простые воины должны понимать силы противника. Для полководца это не менее важно. Не бывает слабого войска, гномий хирд силён в горных ущельях, оркская конница в степи, эльфы хороши в лесных засадах.

— Так эльфы же везде воюют?

— Воюют, — согласился с молодёжью Шевар. — Только руками наёмников да магией. Пока наёмников не имели, и магию не развили, все сражения проигрывали. Не любят эльфы подчиняться, а без дисциплины в армии никуда.

— Однако десант герцога Бурского они отбили! — влез новобранец с тонкими породистыми чертами лица.

— Десант? — ухмыльнулся Шевар. — Так никакого десанта и не было.

— Как не было? — Везде написано… — загомонили слушатели.

— Если я сейчас напишу, что вы отличные мечники, то не значит, что вы мечом машете лучше, чем корова хвостом, — скривился старый воин. — У меня в том "десанте" прадед участвовал. Ему я верю больше, чем написанному.

— Расскажите, мастер Шевар.

— Рассказать? — Шевар хитро посмотрел в опустевшую кружку. — Ну, если ещё нальют…

Сразу несколько человек метнулось к барной стойке.

Вскоре кружка была полна, и Шевар продолжил рассказ.

— В то время эльфы жили на своём материке довольно замкнуто. К другим расам не лезли, и остальные к ним особо не совались. И решила наша, тогда ещё Империя, завязать дипломатические отношения с Великим Лесом. Не сказать, что императору это было так уж нужно. Злые языки утверждают, что просто подвернулся случай спровадить из дворца молодого красавца герцога Бурского, которому, говорят, благоволила сама императрица. Герцога назначили послом, дали верительные грамоты, поручили заключить с эльфами разные договора и благополучно забыли. Широко образованный человек, блестящий придворный, герцог не слишком уважал императора, но Империи был верен и за дело взялся всерьёз. Он собрал лингвистов и сам изучил квенью — древний эльфийский язык. Денег для посольства выделили мало, про свиту тоже забыли. Посчитав это бесчестием для Империи, герцог на свои деньги закупил подарков, нанял корабли, из своих собственных вассалов набрал свиту более чем в тысячу человек, среди которых был мой прадед.

— Когда такая армада приблизилась к эльфийским землям, те действительно подумали, что началось вторжение. И с облегчением вздохнули, узнав, что это всего лишь посольство. Высадившись, герцог отпустил корабли, договорившись, что вернутся они через год. В принципе, переговоры прошли успешно, все договора заключили. Единственно, эльфы не разрешили столь многочисленному посольству остаться в столице. Для поселения выделили место в отдалённом баронстве на пустынном берегу океана. Герцог не возражал, так как, по его собственным словам, ему до смерти надоели кичливые эльфийские рожи.

— Тем временем Империя начала войну за Серые горы против гномов и ещё нескольких людских королевств, и корабли не смогли вернуться за посольством. Большого беспокойства это не вызвало. Подобная ситуация оговаривалась, если что-то не позволит кораблям прибыть, следует ждать их на следующий год. Так как первые сражения для Империи закончились неудачно, эльфы решили, что настал удобный момент, чтобы выйти на сцену большой политики и тоже объявили нам войну. Начать её решили с того, кто ближе, и направили войско против посольства герцога Бурского.

— Незадачливый посол мирно сидел на берегу океана, дожидался кораблей и, понятия не имел о перипетиях международных отношений. Он очень удивился, обнаружив на подступах к посольству готовящуюся к бою армию. Занимаемые строения не были приспособлены для обороны, и герцог решил дать сражение в поле. Эльфийское войско, по меркам Империи было невелико, но обладало громадным численным преимуществом над герцогской свитой. И… ничего не смогло сделать с небольшим закалённым во многих боях отрядом. В тот день моросил дождик и прославленные лучники эльфов, вооружённые простыми деревянными луками, не смогли даже подойти на расстояние выстрела. Они почти все были выбиты составными оркскими агрегатами гвардейцев герцога. Посольские луки не боялись сырости и били в три раза дальше. Железная фаланга практически без потерь разметала слабо организованные отряды эльфов. Наследник древнего, щепетильного в вопросах чести, рода Бурских хорошо изучал культуру и обычаи ушастых. Но даже не смог предположить, что разогнанный сброд есть основное войско эльфов, с которыми он заключил договор о дружбе. Герцог решил, что нападавшие — толи разбойники, толи ополчение какого-то взбунтовавшегося барона и послал гонца в столицу, сообщить об этом правителю эльфов. Посланника встретили закрытые ворота. Напуганные разгромом ушастые, не осмелились даже выпустить в него стрелу. Выслушав доклад вернувшегося гонца, герцог подумал, что по незнанию нарушил какой-то местный обычай и решил не настаивать на встрече. Эльфы к нему тоже не совались.

— Когда, наконец, прибыли корабли, посол с удивлением узнал, что он со своей тысячей почти год воюет со всей эльфийской державой, а заключённые им договора ничего не стоят. Плюнув на карьеру дипломата, герцог со своими людьми отправился на родину. Мирный договор заключали уже без него. А эльфы как-то убедили всех, что героически отбились от нападения огромного экспедиционного корпуса.

Шевар закончил рассказ и усмешкой смотрел на притихших слушателей.

— Ладно, думаю, на сегодня достаточно, — вмешался Кар. — Завтра тяжёлый день, а кое-кто, видимо, думает, что принеся воинскую клятву, он сразу стал опытным бойцом и может плевать на тренировки. Надо избавлять их от этого заблуждения. Повозки движутся медленно, так что, вполне сможем тренироваться в пути. Утром жду всех перед караваном в полном вооружении. Лимо, если не приведёшь доспехи в порядок, будешь отдраивать собственным языком, сотрёшь до крови — товарищи помогут. А сейчас спать!

Его подчинённые, предвкушая завтрашние мучения, уныло потянулись на отведённое им место ночлега, к сеновалу. Я тоже не стал задерживаться, только, в отличие от молодых охранников, у меня хватило средств на отдельную комнату с кроватью.

Глава 7

Утром я не смог встать. Кровоточащая ссадина зажила без следа, но натруженные и порванные мышцы немилосердно ломили. Кар, сволочь! Знал! То-то ржал, намекая грядущие последствия, гад! Я чуть не опоздал на уходящий караван. Когда с помощью сердобольной служанки всё-таки поднялся и доковылял до ночной стоянки, оттуда выкатывались последние фургоны. Рухнув в ближайшую повозку, я твёрдо решил провести там без движения весь день.

— А, вот где ты спрятался! — раздался весёлый голос Кара. — Вставай, Ласточка тебя заждалась.

Я с ненавистью посмотрел на мучителя.

— Уйди! А то орудие пытки, которое по ошибке называется лошадью, продай, нет, просто подари какому-нибудь злейшему врагу.

— Пораженческие настроения? — понимающе кивнул изверг. — С этим надо бороться. Десяток!

Около Кара мгновенно образовались его воспитанники.

— Отрабатываем конвоирование. Задача, как можно скорей доставить важного пленного в авангард каравана, — командовал палач, силком выковыривая мою тушку из фургона.

Сопротивляться было больно, поэтому я смирился. Кар за шиворот встряхнул моё висящее в его лапах тельце и добавил:

— Пленник симулирует тяжёлое ранение, но на самом деле абсолютно здоров. Разрешаю применять лёгкие меры физического воздействия, то есть пинками подгонять можно. Приказ ясен? Бегом, марш!

Драться в таком состоянии не хотелось, поэтому я, подвывая и ругаясь, вынужден был ковылять вперёд под конвоем несчастных охранников, обречённых каждый день терпеть издевательства этого людоеда.

К моему удивлению мышцы после пробежки почти перестали болеть и я, хотя лелеял в душе коварные планы мести, без возражений уселся на лошадь.

Изображая передовой дозор, мы с десятником-живодёром далеко оторвались от каравана и, за одним из поворотов лесной просеки, неожиданно нарвались на дорожную разборку. Раненный стрелой в бедро, типичный представитель племени гномов прижался спиной к дереву и отчаянно отмахивался секирой от окружившего его десятка хохочущих оборванцев. Ещё пятёрка с луками поддерживала веселье товарищей с окружавших дорогу деревьев. Всё понятно. Банальный грабёж. Шайка подловила одинокого гнома и с дерева всадили в него стрелу. Разбойники не за что не вступили бы в открытый бой со здоровым коротышкой и расстреляли бы его издали, но над раненным врагом решили покуражиться. Не зря я решил не путешествовать в одиночку. Хотя от таких противников, даже в одиночестве, скорее всего, вовремя бы удрал. Всё-таки не гном. Кстати, насчёт удрать, хорошая идея.

Однако мой спутник, оказался противником приёма тактического отступления, он вытащил меч. Нас заметили. Разбойники, оставив на время выбивающегося из сил гнома, повернулись к новой добыче. Под прицелом пяти луков ощущаешь себя очень неуютно, Кар замер.

— Братья, боги сегодня добры к нам! Всегда говорил, в отряде атамана Билдо-Грозы Купцов удача вас не забудет.

Тьфу! Придумал же себе прозвище, подумал я, но напоказ старательно обрадовался:

— Так ты и есть атаман Билдо-Гроза Купцов? Как удачно! Тебя и ищу.

— Кому же это я понадобился? — подозрительно спросил атаман.

— Один человек, — я многозначительно помолчал, — узнал про богатый караван, он сейчас следом за нами идёт. Если собрать несколько отрядов, то, под руководством и с помощью этого знающего человека, можно хорошо обогатиться за счёт жирных купцов.

— Подумаешь, нашёл тайну! — пробурчал Бибо. — Твой знающий человек, наверняка барон Шор, только он такими делами заниматься может. И про караван этот знаем.

Есть! Почти поверил.

— А чего он меч достал?

— Меч? — я с деланым недоумением обернулся к Кару. — А-а, не обращай внимание. Это мой охранник, он дурак. Тупой. Глупый, как дерево.

Кар возмущённо открыл рот.

— И немой.

Кар закрыл рот и покраснел.

— А меч достал… Так он коротышек не любит, сам прибить захотел. Видишь, как его плющит? На него в детстве гном молок уронил. С тех пор дурак дураком, — я костяшками пальцев постучал воину по лбу. — И с бабами ничего не может, И НЕМОЙ, даже РУГАТЬСЯ НЕ МОЖЕТ. Ездит вот со мной, охраняет, ПОНИМАЕТ, Я УМНЕЙ, ЗНАЮ, ЧТО ДЕЛАТЬ.

— Так пусть прибьёт, — с жалостью глядя на Кара, предложил разбойник. — Нам не жалко.

— Не, не стоит, — подумав, отказался я. — Он, же гнома буде, на куски рубить, визжать и в останках кувыркаться, хорошо НЕМОЙ, РУГАТЬСЯ НЕ МОЖЕТ, а то бы и матом крыл. О, а можно я прибью? Три золототых за это дам.

— Согласен, — быстро пока глупый путник не передумал, ответил Гроза Купцов.

— Ага, только гном больно уж здоровый, а вашим лучникам я не доверяю. Пусть мой телохранитель подстрахует.

Лицо Кара просветлело и начало расплываться в улыбке.

— Конечно, он РАССТРОИТСЯ, ему ГРУСТНО БУДЕТ, что не сам прибил, ну да ладно.

Кар посерьёзнел.

— Нормальные у нас лучники, — пожал плечами разбойник. — Но пусть страхует и твой, какая разница.

Мы слезли с лошадей. Пока Кар натягивал своего Степного Орла, я отсчитал три монеты разбойникам, взял копьё и подошёл к едва держащемуся на ногах гному. Всё внимание сосредоточилось на нас, посыпались советы.

— В глаз его, в глаз!

— Не, лучше в пузо, пущай кишки вылезут.

Донг, донг, донг, донг, донг, — заговорил лук Кара. Растерянные разбойников как спелые груши посыпались с деревьев, один остался корчиться пришпиленный стрелой к стволу.

— Тиро, в сторону! — крикнул Кар, перенося обстрел на дорогу.

— Говорящий! — удивился атаман.

— Говорящий, — согласился я, всаживая в него копьё.

Первый раз довелось увидеть действия профессионального лучника в бою. Впечатлило. Словно сама смерть пронеслась над дорогой. Не ушёл никто. На моём счету остался только главарь, всех остальных нашли стрелы Кара. Убедившись, что опасность миновала, я занялся делом. Быстро обшарив карманы атамана, присвоил его кошелёк и целеустремлённо отправился к следующим. Деньги, они лишние не бывают. Только обидно, что разбойник нынче пошёл всё больше бедный, кроме моих трёх золотых одни медяшки. Закончив мародёрствовать, я обратил, наконец, внимание на своего подельника… Или у воинов таковых союзниками называют? Тот почему-то не спешил убирать лук, а наложив стрелу, как-то странно на меня смотрел.

— Ты это чего? — удивился я. — Действительно решил гнома пришибить? Не надо. Гномы существа полезные. Пригодится.

— Надеюсь, у него есть молоток. Я с удовольствием его уроню кое-кому на голову. Тиро, ещё одна шуточка в подобном стиле и я тебя убью! Обещаю! — в ярости гремел Кар.

— А что, про молоток это, действительно, правда? — испугался я.

Воин, не удостоив меня ответом, молча снял с лука тетиву и отправился собирать стрелы. Я довольно улыбнулся. Месть, за утреннее "конвоирование пленного" состоялась.

— Ты не обращай внимания, — обратился я к гному. — Человек-то он хороший, иногда только…

Но раненый меня не дослушал. Поддерживаемый до сих пор только знаменитым гномьим упрямством, он, как только опасность миновала, потерял сознание и медленно по стволу сполз на землю.

— Ну вот, даже спасибо не сказал, — бурчал я, спешно разрезая ножом пропитаную кровью штанину. — Ты ещё окочурься у меня здесь, коротышка неблагодарный, сам прибью, не пожалею.

Рана оказалась серьёзной, была пробита артерия, и гном истекал кровью. Резко выдернув обломок стрелы, я зажал тряпками концы раны и забормотал исцеляющее заклятие. Магия подействовала, но моих потуг для полного излечения явно недоставало. Необходим был профессиональный маг-целитель. Подошёл хмурый Кар, опытным взглядом оглядев рану, вынес вердикт:

— Двигать нельзя. Помрёт.

Пока возились со сбором скудными трофеев и лечением гнома, из-за поворота стали выкатываться первые телеги каравана.

Подъехавший Шевар, уважительно окинув взглядом место побоища, пересчитал трупы, одобрительно кивнул и обратился к подчинённым:

— Учитесь. Издалека определив место возможной засады, Кар заранее натянул лук, выбрал момент для неожиданного нападения, не дав разбойникам ни единого шанса. Надеюсь, он расскажет вам, как всё происходило.

Но специалист по засадам почему-то не горел желанием делиться подробностями боя.

— Он, талантливо притворившись… — вдохновенно начал я, но поймав взгляд Кара, осёкся. Шутка, действительно, затянулась. Терять друга ради возможности пошутить, не хотелось.

А гномом уже занимался целитель, сухонький старичок с добрым лицом. Почувствовав мощную волну магии жизни, я удивлённо присвистнул. А маг-то силён! И какого демона я вчера самолечением занимался, если под боком такой специалист? Ого! А это что? Похоже на заклинание некромантии. Зачем здесь магия Смерти? Он что, решил из моего гнома зомби сделать?!

— Сутки проспит. Проснётся очень голодным. Через два дня будет полностью здоров, — объявил тёмный маг и встряхнул руками, привычно убирая следы запрещённой магии.

Ага, после такого лечения проснётся, ну очень голодным! Как бы всех людей в караване не схарчил. А вот насчёт здоровым, сильно сомневаюсь! Такое определение к мертвецам, пусть и ходячим, не совсем подходит.

— Юноша, это вы оказали первую помощь пострадавшему? — обратил на меня внимание некромант. — Недурно, даже весьма неплохо! Весьма! Попрошу вас уделить мне немного времени. Хотелось бы обсудить некоторые моменты.

Держа наготове ножи и до предела напитав силой щит, я неохотно приблизился к магу смерти. Было страшновато. До этого с некромантами я не сталкивался и их возможности представлял себе слабо.

— Ну-с, молодой человек, — начал маг. — Можно поподробней, как оказывалась помощь? Весьма необычное сочетание чар разных стихий. Весьма интересное.

— Мне тоже интересно твоё сочетание чар, некромант, — отчаянно труся, но стараясь держать марку, с угрозой ответил я.

— Хм, значит я прав, это был не амулет. Вы действительно владеете магией и можете её распознавать. Весьма интересно, в каких учебных заведениях нынче обучают по старым методикам? Или вы самоучка? — не обращая внимания на мой тон, доброжелательно спросил волшебник.

Однако поддерживать светскую беседу я совсем не стремился. Жутковато. Одно дело если просто убьют со спокойным послесмертием, но некромант… Я даже не знал, как с ним разговаривать! Выручил Кар, которому не понравилось брошенная без присмотра Ласточка.

— М-мне надо идти, — боясь повернуться к магу спиной, я задом попятился к своей лошади.

— Конечно, — кивнул маг. — Надеюсь, позже мы продолжим беседу.

Реплика показалась мне явной угрозой.

Когда я занимался Ласточкой, меня перехватил Толид.

— Почему ты не сказал, что владеешь магией? — без предисловий спросил он.

— Так никто не спрашивал, — пожал я плечами.