В дорогу, ВОР!

— Ладно, моя вина, надо было узнать заранее, — признал купец. — Однако сейчас… Ты разговаривал с моим магом?

— Да. А вы знаете, что он…

— Знаю, — перебил меня Змей. — И, так как ты находишься у меня на службе, я имею права требовать сохранить это в тайне.

— Но…

— Разговор закончен. Поверь, никакой опасности нет. Просто поговори с ним, а потом делай выводы, — попросил купец.

Глава 8

Целый день, боясь разговора с магом, я провёл в компании вооружённых охранников каравана. Там я случайно услышал, что Шевар вызвал к себе Кара, желая получить консультацию новоявленного специалиста по засадам. Меня он не звал, но мог же я, совершенно случайно оказаться мирно прячущимся, то есть спящим, в ближайшем фургоне?

— Сегодня предстоит опасная ночь, — послышался голос Шевара. — На этом участке дороги только одно удобное место для ночлега и местные разбойники это отлично знают. Проверить все окрестности у нас просто не хватит людей.

— Нападения вероятно или оно точно будет? — уточнил Кар.

— Лучше перестраховаться. Будем считать, что точно, — ответил Шевар.

— Что представляет собой место ночлега?

— Просто родник, но это единственное место в окрестности, где можно напоить лошадей. Дорога проходит параллельно скальному выступу, с другой стороны лес.

— Если будет нападение, то, наверняка, под утро, — задумчиво сказал Кар. — А что если самим устроить засаду на разбойников?

— Это как? — заинтересовался Шевар.

— Допустим, я со своим десятком останусь здесь? — загорелся лучник. — Воды нам во флягах хватит, провизии тоже много не надо, до ночи далеко, отдохнуть успеем. А как только стемнеет — скрытно выдвинемся следом, найдём удобное место и, при нападении, ударим в спину.

— Уверен, что твои справятся? — засомневался старый воин. — Может десяток Рябого возьмёшь?

— Справятся, — уверенно ответил Кар. — Ребята способные, в последнее время здорово прибавили. Пора в настоящем деле испытывать. Не думаю, что у разбойников настоящие воины будут. Да и если что, сам подстрахую, темнота не помеха — на звук буду бить. К тому же у меня в десятке Лимо, он сын егеря, в тайном перемещении по лесу толк знает.

— Вы кое-что забыли, уважаемые, — подал голос я, выбираясь из фургона. — Кар, а с твоей стороны не хорошо, не порядочно не вспомнить, что у тебя есть гораздо лучший специалист по тайным ночным делам, чем, какой-то там Лимо. Обидел ты меня, буквально оскорбил. Ну да ладно. На первый раз прощаю. Командуй. Чего у разбойников украсть надо?

— Тиро, ты что здесь делаешь? — рассердился Кар. — Не нужен мне в отряде такой разгильдяй.

— Ты думаешь, сможешь мне запретить? — нагло ухмыльнулся я. — Спорим, ни ты, ни твой Лимо, меня даже не увидите.

— Он прав, — прервал перепалку Шевар. — Уменья вора вам могут пригодиться.

Я удовлетворённо оскалился в лицо расстроенному десятнику.

— Только попробуй у меня какую свою шуточку выкинуть! — злобно прорычал он и, демонстративно не обращая на меня внимания, оправился к своим подчинённым.

Молодые охранники, скучковавшись, обсуждали произошедшую стычку и строили предположения о личности гнома. При приближении командира они опасливо замолчали.

— Мои бараны, как всегда, ходят стадом, — съязвил Кар. — По-моему, утром, я чётко приказал, отрабатывать перемещение в бою на пересечённой местности.

— Так то у-утром, — протянул один из молодых.

— Так приказ отменён не-е был, — передразнил его десятник. — Лимо опять шлем, как берет, на левом ухе носит, Роно вообще арбалет потерял.

— Он у меня…

— Мне плевать, где он у тебя! Сейчас я вижу, что к выполнению боевой задачи ты не готов. Смотрю, по-хорошему с вами не получается. Что ж, не входит через голову, войдёт через задницу. О спокойной ночи можете забыть, предстоят ночные ученья. Пока обживайте вот эту полянку. Оружие с собой, фляги наполнить. Отдыхать. Много вещей, советую не брать, если, конечно, потом не хотите их корячить на себе в темноте, когда пойдём караван догонять, но оружие обязательно. Лично проверю. Первый в дозоре Роно, надеюсь, свой арбалет он всё-таки найдёт. Когда мимо поляны пройдёт последняя телега, наблюдаю всех спящими или готовьтесь отдыхать, нарезая круги вокруг каравана, ночные занятия, естественно, отменены не будут. Выполнять!

Зашуганные бедолаги прыснули в стороны.

— Почему не сказал о засаде? — спросил я.

— Ты тоже не говори. У ребят первый бой — уснуть не смогут. И ещё, Тиро, я, конечно, понимаю, что в ночных делах ты лучший. С удовольствием выслушаю совет, но командую я. Прикажу стоять — встанешь, прикажу лежать — ляжешь, прикажу закукарекать — тебе петух должен позавидовать.

— Согласен, — неохотно признал я справедливость требования.

— Ты ещё здесь? — удивился Кар. — Был приказ отдыхать.

По привычке ругаясь на командирский произвол, тем не менее, послушно занял место среди старательно изображающих сон своих нечаянных сослуживцев.

Глава 9

Когда начало темнеть Кар поднял отряд и объявил о предстоящем задании. Молодёжь возбуждённо зашушукалась, но десятник быстро навёл порядок.

— Движемся в полной тишине, все разговоры только по делу. Передовой дозор — Тиро, Лимо. Старший Тиро. Идёте в ста шагах впереди, если что заметите, Лимо, прокукуешь кукушкой, ты умеешь, я знаю, — скомандовал он.

— Э-э…

— В чём дело Лимо? — удивился командир. — Разучился?

— Нет. Но кукушки ночью не кукуют.

— А кто кукует? Тьфу, то есть… ну ты понял.

— Ну, лягушки, волки, совы…

— Вот совой и прокричишь, — прервал десятник перечисление животных ведущих ночной образ жизни. — Тоже ведь умеешь.

— Э-э…

— Ну что ещё? — рассердился Кар.

— А если настоящая сова прокричит? — не унимался Лимо.

— Пусть кричит три раза, пауза, ещё три раза, — предложил я.

— Так и делайте, — подтвердил воспрянувший Кар. — Вперёд!

До места остановки каравана добрались благополучно, сыну егеря даже не понадобилось демонстрировать искусство подражания голосу птиц, хотя настоящая сова пару раз подала голос.

Телеги плотно окружили крошечный бочажок с бьющим родником. По-видимому, Шевар решил пожертвовать ночной пастьбой лошадей в пользу безопасности. Все животные находились в кругу повозок.

С разрешения командира мы с Лимо обследовали близлежащие кусты. К моему удивлению, парень очень неплохо ориентировался в темноте, если бы не ночное зрение, в лесу бы он меня обставил. Разбойников нашли легко, те особо и не скрывались. Доложив обстановку Кару, я стал настаивать, что у них надо что-нибудь спереть. В ответ командир пообещал мне много нехорошего и, вычислив наиболее вероятное место атаки, приказал отряду расположиться чуть правее и приготовить арбалеты.

— И если услышу с вашей стороны хоть звук! — шипел десятник, поглядывая на мою сторону. — Лично засуну ваши же арбалеты вам в задницы.

У меня арбалета не было, но я всё равно обиделся.

Искусство надолго замирать в неудобном месте без движения важно для вора, поэтому особых неудобств, затаившись на ветке дерева, я не ощущал, чего не скажешь о воинах. Всю ночь вокруг меня раздавалось пыхтение, шуршание, даже тихие ругательства. Больше всего звуков доносилось со стороны Кара. Этот… не очень умный человек выбрал место почти прямо на муравейнике. Я сразу его заметил, но не предупредил. Теперь ненароком разбуженные насекомые вели войну против вторгшегося врага. Представляя себе мучения десятника, я беззвучно корчился от смеха. Но этот упрямец по каким-то своим соображениям терпел укусы и не желал сменить место. В конце ночи, когда банда начала готовиться к нападению, со стороны муравейника донёсся мощный вздох облегчения. Я даже всерьёз забеспокоился, что разбойники его услышат.

Сама атака на лагерь, даже на мой неискушённый взгляд, была проведено бездарно. Толпа оборванцев в сотню человек просто выскочила из леса и, что-то воинственно завывая, размахивая дрекольем, понеслась в сторону каравана. Не думаю, что даже без нашего засадного десятка, у Шевара возникли бы сложности с таким штурмом. Со стороны телег послышались резкие команды и навстречу дорожным грабителям полетели стрелы, в тот же момент щелкнули арбалеты нашего десятка. Получив десяток болтов спереди и столько же сзади, разбойники замешкалась. За дело взялся Кар, посылая стрелы навесом в середину толпы. Арбалетчики перезарядили оружие, а перед телегами уже образовался строй из трёх десятков тяжеловооруженных воинов во главе с Шеваром. Атака окончательно захлебнулась, разбойники запаниковали, они начали разбегаться.

— Мастер Кар! Я видел! Один туда побежал, раненный, — надрывался Лимо.

— Ну и что? — усмехнулся Кар.

— Как, что? Поймать можно, — подпрыгивая от возбуждения, взывал Лимо.

— Зачем? — не понимал десятник.

— А вдруг главарь?

И чего? А впрочем… — Кар с понимающей усмешкой посмотрел на своих подчинённых. — Ладно, развлекитесь.

— Арбалеты сначала взведите, — крикнул он уже в спины, скрывавшихся за деревьями охранников и вполголоса добавил: — Если позволите себя хотя бы ранить, сам добью.

— Как нынче муравьишки? Кусачие? — обратился я к оставшемуся в одиночестве десятнику тщетно пытающимся через кольчугу почесать спину.

Кар вздрогнув, посмотрел наверх. Уютно устроившись на ветке, я насмешливо наблюдал за покусанным командиром.

— Тиро, ты чего там делаешь?

— Как чего? — удивился я. — Сижу.

— И как, удобно? — попытался пошутить Кар.

— Нормально, — я поёрзал по ветке. — Муравьёв нет.

Лучник поморщился.

— Слезай. Пойдём к каравану.

— Нет уж, — отказался я, прислушиваясь к звукам утреннего леса. — Лучше ты ко мне.

— Тиро, бросай свои шутки! — рассердился Кар.

— Я не шучу. Лезь ко мне. Хотя уже не успеешь. Сматывайся, дурак! — прошипел я, скрываясь среди веток.

Из леса показались три фигуры. Оборванцами они совсем не выглядели, снаряжение казалось вполне добротным. Воины молча приближались к Кару. Я безошибочно определил их как предводителей разбойников. Наша ночная лёжка со стороны каравана не просматривалась, и, видимо, они решили хоть частично, поквитаться за неудачное нападение. Придурок-Кар, вместо того, чтобы удрать, кинув отчаянный взгляд на лежащий в стороне лук, схватился за меч. Появившиеся разбойники оказались опытными воинами. Тоже обнажив мечи, они быстро деловито взялись за дело. Оттеснив яростно обороняющегося лучника к соседнему дереву, бандиты, как я понял, стали готовить последний удар. Абсолютно не надеясь на успех, я швырнул все пять ножей в одоспешенных воинов. Надеялся хотя бы отвлечь. Всерьёз надеяться таким способом поразить латника — наивно. К собственному великому удивлению мне это удалось. Один из ножей вошёл прямо под забрало шлема, из горла разбойника хлынула кровь. Кар мгновенно воспользовался замешательством противников. Освободив свой меч, он вогнал его в бок одного из оставшихся врагов. И сам получил удар от последнего — огромного воина в чёрном доспехе. Оружие разбойника не пробило шлем, но моему другу хватило. Потеряв сознание, он рухнул на землю. Шагнув вперёд, громила поднял меч, намереваясь добить беспомощного противника. Вытаскивая хлыст, я прыгнул вниз, к убивающему Кара бандиту.

Помнится, Кар утверждал, что своим хлыстом я уделаю среднего мечника. Так вот, этот бык имел уровень гораздо выше среднего, к тому же был полностью одоспешен. Нанести ему вред, я мог, только попав хлыстом в узкую щель забрала, что было нереально. Закованный в железо голем смерти, своей стальной хворостиной гонял меня среди деревьев. Я чувствовал себя как легендарный барон Кихор затеявший поединок с ветряными мельницами. Единственное, что утешало, я в любой момент мог удрать, но тогда эта сволочь добила бы Кара. Больше ничего хорошего в голову не приходило. Разбойник казался неутомим. Хотя какой разбойник? Так работать с мечом простолюдинов не учат, а судя по качеству доспехов, тварь имеет титул не меньше баронского. Чтобы переломить ход боя оставалась надежда на магию. К сожалению, арсенал боевых заклинаний у меня невелик, не нужны они в моей профессии. Однако всё-таки решил попробовать проверенное заклятие разума, то самое, которое недавно применял против незадачливого воришки в Тикриме. Какие общие стремления у нас могут сейчас быть, размышлял я, продолжая уворачиваться от ударов неутомимого железного болвана. Наверное, удрать отсюда подальше. Ведь его отряд полностью разбит, в любой момент могут появиться охранники каравана, мне тоже не улыбается продолжать оставаться рядом этим монстром. Во врага полетело моё неотразимое заклятье.

Есть, сработало!

Упс! Оказывается, у нас было и другое общее желание. Какое? А какое желание может быть у человека, который выпил флягу воды, а потом целую ночь просидел на дереве? Видимо, барон-грабитель тоже сильно хотел. Его штаны стремительно намокали. Поняв, кто является причиной конфуза, разбойник взревел и швырнул в меня меч. Кувыркающееся оружие полетело в мою сторону и перекрестьем неудачно врезало в живот, заставив тело согнуться от боли пополам. Пока я корчился, пытаясь заново научиться дышать, опозорившийся рыцарь подскочил ко мне и ударом железной перчатки сбил на землю, а затем принялся избивать ногами. Закрываясь от ударов, я ещё раз вспомнил тикремского воришку и философски отметил, что применение мною магии разума, в последнее время, заканчивается одним и тем же — ударом в челюсть с последующей обработкой ногами. Тем временем благородный об…нец достал кинжал. Честное слово, обидней всего в тот момент было, что меня избил и сейчас убьёт об…вшийся человек. Внезапно, опозоренный рыцарь перестал дубасить моё тело, закатил глаза и рухнул на землю. Передо мной, опираясь на меч, стоял шатающийся Кар.

— А со спины нападать нехорошо, мне дедушка говорил, — попенял я.

— Можно подумать, ты его всегда слушался, — ответил Кар и свалился рядом с вырубленным разбойником.

Последнее, что я помню, это склонившийся надо мной караванный маг. Некромант шептал какие-то заклятья. Вот теперь точно — мне конец!

Глава 10

Очнувшись, не сразу понял, что лежу в катящемся фургоне. Меня, по-видимому, попытались устроить с возможным удобством. Ложе было покрыто простынёй, голова лежала на настоящих подушках. Откуда только взяли такую роскошь посреди дороги? Рядом со мной сидел некромант. Увидев его, я сразу всё вспомнил и засомневался живой ли я вообще. Прислушался к себе. Кушать хотелось, но жажды свежей крови и желания отведать человечины, не наблюдалось.

— Очнулись, молодой человек? Что же, давно пора. У вас весьма интересный щит, не пропускает никаких заклинаний кроме заклятий магии Смерти, — сказал маг.

Уже почти успокоившись, я снова впал в панику. Маг это заметил и, поморщившись, произнёс:

— Успокойтесь, юноша. Никто магию к вам не применял. Про щит я сказал потому, что не удалось задействовать стандартные исцеляющие заклинания. Пришлось лечить без их помощи. И перестаньте меня бояться, я вовсе не некромант. Магию смерти использую только для лечения. Всей моей силы не хватит, чтобы поднять дохлую муху.

Я недоверчиво на него хмыкнул, но пока решил поверить.

— Вы почти двое суток пролежали без сознания. Наверное, сейчас весьма голодны?

— Поел бы, — осторожно согласился я.

Маг пододвинул ко мне заранее приготовленную корзину. Я подозрительно осмотрел её содержимое. Хлеб, каша, бутыль с чем-то, кусок мяса. Его я изучил особенно внимательно и решил, что это всё-таки жареная говядина, а не человечина. Успокоенный, основательно усевшись, я принялся за еду.

— А зачав, исчав-чав гррчав-чав для лечения? — спросил я.

Маг снова поморщился.

— Юноша, во-первых, разговаривать с набитым ртом не прилично.

Я проглотил мясо и зубами открыл бутылку.

— Я говорю, зачем использовать магию Смерти для лечения? — прихлёбывая сидр, повторил я.

— Во-вторых, воспитанные люди, не беседуют о серьёзных научных вопросах во время трапезы. Сие весьма не культурно, — продолжал поучать меня старикашка.

Ещё раз, заглянув в опустевшую корзину, я вернул туда ополовиненную бутылку, благовоспитанно сложил руки на животе и выжидательно уставился на мага.