Помоги проекту - поделись книгой:
Говорить о «вотчинах» или родовых территориях, собственности на рыбные и охотничьи угодья у ненцев Гыданского п-ова сегодня не приходится. Они перестали существовать уже в 1930-е гг. Сейчас ненцы руководствуются лишь древними традициями не брать от природы ничего лишнего, а проживают где кому удобно. Зачастую быстро меняющаяся экономическая ситуация вносит свои поправки.
«Вотчины» у ненцев застал в конце 1920-х гг. В.П. Евладов на Ямале. Несмотря на то, что советская власть отменила старые порядки и все «ударились на карскую сторону Ямала», «вотчинные» владения продолжали некоторое время сохраняться [88]. Во время своего путешествия В.П. Евладов целенаправленно двигался по Ямалу на север до о-ва Белого, а затем на юг полуострова. По пути следования он пересекал владения богатых оленеводов разных родов. На карской стороне, на пастбищах, принадлежавших Хаулы Окотэтто, проживали родственники Хаулы по мужской линии, а также кочевали оленеводы родов Худи, Езынги, Пуйко, Тусида, Хороля, Яунгад, Лаптандер. На «вотчинах» Яптиков исследователю встречались в основном представители рода Яптик, на «вотчинах» Ямал — представители рода Ямал и т. д. Из этого следует, что еще в конце 1920-х гг. на Ямале ненецкие семьи одного рода концентрировались на общей родовой территории. По всей видимости, и на Гыданском п-ове, и в низовьях Таза ненцы расселялись подобным образом. В настоящее время гыданские ненцы, как говорилось выше, кочуют по тундре произвольно, договариваясь с соседями о времени и маршрутах перекочевок.
В конце ХХ в. на территории Тазовского района вели хозяйственную деятельность оленеводческие совхозы «Тазовский» (6 оленеводческих бригад) и «Антипаютинский» (7 оленеводческих бригад), а также Гыданский (6 оленеводческих бригад) и Тазовский рыбозаводы. Кроме того, в зимне-весенний период в низовьях Таза выпасали свои стада пастухи совхоза «Пуровский» (Пуровский р-н ЯНАО), а в летне-осенний период на северо-востоке границу района пересекали оленеводы совхоза «Заря Таймыра» УстьЕнисейского р-на Таймырского (Долгано-Ненецкого) автономного округа.
Зимние пастбища совхоза «Тазовский» наиболее богаты лишайниковыми кормами. Большие площади ягельников расположены в северо-восточной части землепользования, в верховьях р. Русская (нен. Луца-Яха). По оценкам специалистов, на протяжении долгого времени здесь оленей почти не выпасали, что привело к перезреванию ягеля. В хорошем состоянии ягельники в центральной части землепользования. В северо-западной части, по левобережью р. Мессо-Яха и в низовьях р. Мудуй-Яха лишайники немного потравлены. В результате многолетнего выпаса сильно потравлены лишайники в низовьях рек Мессо-Яха, Лимбя-Яха, по левобережью р. Таз и в южной части землепользования [89].
Все пастбища весенне-летнего сезона совхоза «Тазовский» хорошо обеспечены кормами. Они расположены по долинам рек и ручьев, приозерным понижениям, открытым террасам, т. е. к местам, хорошо обдуваемым во время лѐта комаров и оводов. Они имеют достаточное количество зеленых и лишайниковых кормов [90].
Для летнего выпаса наиболее пригодны повышенные безлесные пространства в урочище Ханвей-Вы, левобережье р. Большая Тотыдэотты-Яха (верховье) и правобережье р. Юредей-Яха.
На территории совхоза «Тазовский» под выпас не используют безъягельные участки в долинах рек Нянгусъ-Яха и Няда-Яха, а также сильно заросшие кустарником и густолесные участки в долинах рек Шенебе-Яха, Хэ-Яха, Нижняя Ханывей-Яха, Янг-Яха, в низовьях р. Ябто-Яха и в юго-западной части землепользования.
По данным на 1996 г., из 6-ти оленеводческих бригад совхоза «Тазовский» только 3-я и 4-я были сформированы из находкинских ненцев, т. е. приписанных к п. Находка, а остальные — из тазовских (п. Тазовский). В каждой из них было по 4 семьи и примерно по 2000 оленей вместе с личными оленями членов бригад). После закрытия фактории Мессо 4-я бригада на зимнее время стала откочевывать на территорию Красноярского края, к поселкам газовиков.
Остальные бригады кочуют в верховьях реки Русской, по рекам Мудуй-Яха, Лимбя-Яха и верховьям правых притоков реки Мессо.
Зимние пастбища совхоза «Антипаютинский» менее богаты лишайниковыми кормами, но, тем не менее, обеспеченность ими и здесь хорошая. Лучшие пастбищные угодья находятся в бассейне р.
Нгыйка-Яха, в междуречье Сетий-Яха и Чуй-Яха и Большая и Малая Харвутта-Яха. Лучшие места для отела находятся в низовьях р.
Амбытак-Сѐ. В неудовлетворительном состоянии находятся пастбища в районе п. Антипаюта в радиусе 20–30 км и в районе кораля в истоках р. Алите-Сѐ [91].
Пастбища снежного периода Гыданского рыбозавода расположены далеко на юг от п. Гыда. Лишайники здесь произрастают разреженно, часто встречаются участки, где ягель плохо просматривается. Обеспеченность кормами недостаточная. Наиболее ценные пастбищные участки находятся в бассейне р. Ярто-Яха [92].
Летом поголовье оленей совхоза «Антипаютинский» и Гыданского рыбозавода имеют выход к морскому побережью. Поэтому олени хорошо нагуливают жир. Обеспеченность кормами здесь хорошая.
На территории Гыданского рыбозавода непригодны для выпаса безъягельная часть долины р. Юрибей, безъягельные и закустаренные участки в истоках р. Хасовомаха-То-Сѐ и в долине р. Мессо-Яха.
На пастбищах совхоза «Антипаютинский» непригодны для выпаса закустаренные и безъягельные участки в истоках р. ЧугорьЯха и побережье Тазовской губы.
Зимние кочевья гыданских ненцев располагаются в основном на р. Ярто-Яха, однако многие оленеводы-«частники» перекочевывают со своими стадами за р. Танама, по которой проходит граница с Красноярским краем. Там они кочуют по притокам Танамы — рекам Большая Пяко-Яха, Яра-Яха, Лабуй-Яха и др. В зимний период стойбища гыданских оленеводов располагаются по берегам замерзших рек, которые используют как очень хорошую, ровную дорогу для переездов. Вдоль рек растут кустарники, которые ненцы используют как топливо. Речной лед ненцы вырубают пешней большими кусками и хранят на нартах, а по мере надобности растапливают его в котлах и чайниках для приготовления пищи.
Отсутствие леса вынуждает гыданских ненцев заготавливать топливо впрок. Продвигаясь все дальше по зимним пастбищам, оленеводы оставляют на своих старых стоянках большие связки веток тальника и ерника, поставленные вертикально. Они выкапывают ветки из-под снега, зарываясь подчас на глубину свыше двух метров. Заготовка впрок необходима для того, чтобы на пути к весенним пастбищам не возникало никаких задержек.
На зимних стойбищах гыданских оленеводов-частников стоят 1–2, реже 3–4 чума. В них проживают обычно близкие родственники или друзья, объединившиеся для совместного выпаса оленей и взаимной помощи друг другу.
Для постройки ненецкого чума используют, как и на Ямале, от 25 до 50 деревянных шестов с заостренными к низу концами.
Верхними концами они накладываются конусообразно на два основных шеста, связанных между собой кожаными ремешками или веревкой. Между шестами просовывается труба печки-буржуйки, которая стоит в центре чума. Шесты покрывают двойным слоем покрышек-нюков из оленьих шкур. Сперва накладывают поочередно с двух сторон 2 нюка из тонких вытертых шкур (нен
Сбоку от печки на землю кладут половые доски. Прямо за печкой вертикально установлен священный шест «
Постели располагаются по обеим сторонам чума, они состоят из настила из ивовых прутьев, циновок из сухой травы и оленьих шкур для спанья (нен.
Справа от входа обычно лежат женские сумочки для швейных принадлежностей, а слева хворост для печки. У каждого члена семьи в чуме есть свое место. К примеру, слева от входа спят родители с маленькими детьми и старший сын с женой. Там же находится почетное гостевое место. Справа от входа спят дедушка с бабушкой и младшие дети.
На зимних пастбищах олени гыданских ненцев пасутся сами, без круглосуточного окарауливания. Зимой и ранней весной обычным занятием гыданских оленеводов является охота на песца и дикого оленя, подлѐдная рыбная ловля на больших реках и озерах. В это время ненцы ездят друг к другу в гости, устраивают сватанья и свадьбы. К свадьбам готовятся заранее, заготавливают мясо и рыбу. Улов тундровых рек зимой невелик, поэтому, чтобы стол был по-настоящему праздничным, ненцы ездят на антипаютинскую сторону, и ловят рыбу на Тазовской губе.
Основной пищей оленей в этот период является ягель. Жажду они утоляют снегом. Все олени испытывают недостаток соли в организме, поэтому часто едят снег, промоченный мочой человека или собаки, отдавая предпочтение первой. За обладание снега с мочой у оленей происходят драки, в ход идут рога и копыта. В марте последние олени сбрасывают рога. Самый задиристый олень, потеряв в драке рога, сразу отходит в сторону, и становится смирным.
Гыданские оленеводы зимой и весной питаются преимущественно олениной, свежей, мороженной и вареной. Своих оленей забивают редко, только ослабевших, чаще стараются добыть дикого оленя. Избыток оленьего мяса ненцы сдают на рыбозаводскую факторию Танама. Недостаточный выбор товаров и высокие цены на фактории вынуждают многих ненцев каслать к газопромыслам и поселкам газовиков, расположенным на территории Красноярского края — Мессо, Тухард, Соленая, Купол и др. Там и цены ниже и можно закупить практически все продукты и товары, необходимые для жизни и спокойной перекочевке на весенние пастбища.
Некоторые ненцы ездят на заброшенные буровые за листовым железом. Из него они, с помощью молотка и других подручных инструментов, изготавливают печки-буржуйки на продажу. За каждую печку берут одного живого оленя.
Настоящим бедствием в этом районе до недавнего времени были дикие олени. Двигаясь многотысячной массой с п-ова Таймыр через Енисей к р. Танама они часто уводили с собой стада домашних оленей, которых пастухи не успели отогнать. Отделить домашних оленей от диких не представляется возможным. Крупнокалиберными патронами гыданских ненцев обеспечивают плохо, поэтому для охоты на «дикаря» они обычно высыпают из патронов дробь № 3, пригодную для охоты лишь на уток и куропаток, и закладывают туда куски рубленого свинца.
Территория зимних пастбищ гыданских оленеводов довольно обширна и олени разных хозяев редко уходят в другие стада, поэтому пастухи в апреле без проблем начинают каслания на весенние пастбища. Каждый ненец старается провести свое стадо по определенному маршруту и в определенные сроки, не мешая движению других стад. И с гыданской, и с красноярской стороны стада двигаются в двух направлениях: на северо-запад, через факторию Юрибей на п-ов Евай и на север, на п-ов Мамонта. За р. Юрибей, ближе к устью расположены отельные места. Малейшая задержка одного оленевода при перекочевке может привести к тому, что на его маршрут забредут чужие олени, и съедят весь ягель. Тогда его олени ослабеют от бескормицы и не смогут двигаться дальше.
Готовясь к касланию, оленеводы выстраивают нарты с вещами, продуктами и прочим скарбом в аргиши (караваны) по 5–6 нарт каждый. Передовую нарту тянут 3–4 ездовых быка, каждую последующую — 2, привязанные железной цепью к предыдущей нарте. Таким образом, получается 2–3 аргиша, одним из которых управляет хозяин, другим — хозяйка, а третьим — старший сын или дочь хозяев. За аргишами идет остальное стадо, которому сзади не дают разбрестись младшие дети на 3-4-х нартах. Важенки телятся прямо во время движения стада, поэтому их и новорожденных телят постоянно подгоняют, а ослабевших телят везут на нартах.
Каслание происходит очень быстро. За сутки оленеводы проходят до 50-ти км. На коротких остановках быстро ставится чум, который покрывают одним слоем нюков. В чуме затапливают печь, но к столу подают только чай, хлеб и куски мороженого мяса. На приготовление мясного или рыбного супа нет времени. После чая семья спит не более 4-х часов, затем собирает чум и каслает дальше. В конце мая на р. Юрибей солнце не заходит за горизонт, поэтому пастухи каслают не различая день и ночь.
С приходом на весенние пастбища оленеводы делают остановку на 2 дня, наблюдая за отелом и отбраковывая слабых телят и взрослых оленей. Если какая-нибудь важенка отказывается кормить теленка, его берут за ноги, валяют по снегу, чтобы отбить все посторонние запахи, а затем прикладывают к соскам матери, привязанной к нарте.
При перекочевках с зимних пастбищ на летние, в район р.
Монгаталянг-Яха в центре п-ова Евай или на северную оконечность п-ова Мамонта мыс Матюй-Сале, гыданские оленеводы проходят от 700–800 до 1000 км.
Антипаютинские ненцы в летнюю пору собирают оленей в большие стада. Окарауливают их на оленьих упряжках по очереди, один пастух днем, а другой ночью. В экипировку дежурного пастуха обычно входит аркан, бинокль, непромокаемая маличная сорочка, на случай дождя, ружье для отражения нападения волков и собака. Пастух не спеша продвигается по тундре, сидя на нарте и наблюдая за оленями. В труднопроходимых, заросших кустарником местах, пастух ведет свою упряжку в поводу.
Совхозные оленеводы в период копытки разделяют поголовье на две части — основное и карантинное стадо. Так легче выявлять и лечить больных оленей. На основном стойбище стоят обычно 3 чума, а на карантинном — 2. Чумы расположены в 10–15 м друг от друга.
Чум антипаютинских ненцев ничем не отличается от такого же гыданского. Количество шестов в ненецком чуме, а, следовательно, его ширина в диаметре, не всегда зависит только от времени года, чаще от числа членов семьи. По ширине чума иногда можно догадаться, что в нем живет большая, неразделенная семья. В центре летнего чума антипаютинских ненцев горит костер, над которым, на специальном деревянном приспособлении с железным крюком, подвешивается котел или чайник. Костер, а зимой печку, ненцы разжигают только для приготовления пищи. В остальное время температура воздуха внутри чума почти не отличается от наружной. Чум является больше укрытием от пронизывающих ветров, чем непосредственно от холода.
Одеждой антипаютинских пастухов в летний период служит, у мужчин малица, а у женщин суконная нояца. Для шитья одежды, обуви и головных уборов ненцы применяют нитки, сделанные из оленьих сухожилий. Женщины сучат их между ладоней, зажимая концы зубами. Готовые нитки сматывают в клубки. Перед началом шитья нитки смазывают тюленьим жиром.
Ненцы соблюдают правила личной гигиены. Летом они умываются и моют руки с мыломобычно в тундровых реках и озерах.
Когда до воды далеко, умываются с помощью ковша. Им зачерпывают воду из большого бака, набирают ее в рот, а затем потихоньку выпускают на ладони. Рукомойники имеются далеко не у всех. Антипаютинские ненцы говорят, что не хотят таскать лишний груз.
Антипаютинские оленеводы пригоняют стадо с пастбища два раза в день, утром и вечером, когда нужны олени для очередного дежурного пастуха. Обычно на стойбище стоит временный загон (нен.
Отловив арканом двух-трех быков для дежурной упряжки, оленеводы начинают осматривать оставшихся в загоне оленей. Больных копыткой выводят из загона и начинают лечить. Другие пастухи в это время ловят больных важенок и телят.
Несмотря на то, что совхозные стада разделяют на части, всех оленей вылечить не удается. Часто важенки уводят своих больных телят подальше от стада и, пастухам приходится прилагать немало усилий, чтобы их поймать. Если одиночного больного оленя или теленка поймать не могут, их отстреливают из мелкокалиберных винтовок. Иногда их находят уже мертвыми вдалеке от стойбища.
Как правило, с них снимают шкуры и срезают спинные сухожилия. Ободранная туша достается тундровым хищникам — песцам, лисам, волкам и чайкам-халеям.
На вечернем отлове, кроме дежурных оленей ловят несколько двух-трехгодовалых быков для проведения кастрации и подросших телят для забоя на шкуры для пошива подолов малиц. Быка-
После операции начинается приучение кастрированного быка
При забое телят на шкуры, их убивают, ударяя обухом топора по затылку. Затем втыкают нож в шею ниже затылка и задирают телячью голову носом кверху, чтобы стекла кровь. Шкуры, снятые с телят, затыкают за шесты чума, где они сохнут и коптятся несколько дней. Высохшая шкура смазывается для придания мягкости рыбьим жиром или растертой икрой и сворачивается мездровой частью внутрь. Так она лежит несколько дней. Затем ее разворачивают, натягивают на специальную доску и обрабатывают скребком Женщины выскребают и выминают шкуры руками до эластичного состояния.
Август является одним из самых напряженных месяцев в ненецком оленеводческом цикле. Помимо копытки много хлопот приносит подкожный и носовой овод. Здесь с ним расправляются также, как и на Ямале.
Еще одной заботой для пастухов в августе являются грибы, в большом количестве вырастающие в это время в тундре. Они содержат большое количество белка, поэтому олени разбегаются по тундре и с жадностью их поедают. В этот период пастухи с большим трудом собирают стада. Обычно олени идут на запах грибов, приносимый ветром. Если в течение дня ветер меняет направление, пастух должен вовремя сориентироваться и направить оленей в нужную ему сторону.
Так как в августе начинается забой оленей на малицы, основу рациона оленеводов в этот период составляет мясо в сыром и вареном виде. Отдельных оленей забивают удушением, чтобы сохранить кровь. Забой приурочивают к приезду желанного, уважаемого гостя или выпрашивая у духов покровительства и помощи для семьи и оленей. При массовом забое никаких ритуалов не проводится.
Мясной суп, заправленный мукой или макаронными изделиями подаѐтся к столу вечером, когда заканчиваются все дневные дела и все члены семьи собираются в чуме. Суповой котел настолько большой, что супа хватает не только на 12–13 членов семьи, но и остается 4–5 собакам. В одну и ту же миску черпаком наливают суп и, каждая собака, по очереди подходит к ней и съедает свою порцию. Никаких драк за еду между собаками не происходит, каждая из них знает, что не останется голодной.
Собака в оленеводческом хозяйстве ненцев играет очень важную роль. Она является, как говорилось выше, звеном в неразрывной хозяйственной цепочке, наряду с мужчиной, женщиной, детьми и оленем. Слабость или отсутствие того или иного звена приводит к общему ослаблению всего хозяйства.
В каждом ненецком оленеводческом хозяйстве имеется от 4-х до 6-ти собак — короткошерстных лаек-оленегонок, лохматых самоедских шпицев или их помесей. Они бывают разной масти — черные (нен.
Ленивых и старых собак ненцы держат у себя до их естественной смерти. Иногда их убивают путем удушения. Для этого привязывают собаку мертвой петлей к нарте перед дальней перекочевкой. Затем оленью упряжку разгоняют до скорости, когда собака не может за ней угнаться. На остановке ненец, как бы случайно, узнает, что у него умерла собака. Специально убивать собак по ненецким обычаям запрещено.
Рыбная ловля в летний период у антипаютинских ненцев, кочующих в южной части Гыданского п-ова, не играет заметной роли. Ближе к берегу Тазовской губы и в бассейне р. Чугорь-Яха оленям не хватает корма, а в районе Мыса Трехбугорного местность заражена радиацией. Заражение произошло в 1974 г., когда там был произведен ядерный взрыв малой мощности для поднятия газоносного пласта. Олени, доходящие до этого места, умирают от белокровия.
Оленеводы 1-й и 10-й бригад совхоза «Антипаютинский», кочевавшие в середине 1990-х гг. между р. Чугорь-Яха и Мысом Трехбугорным, на берег Тазовской губы приезжали ненадолго, на один день или ночь. Они ставили сети без лодок, заходя в непромокаемых костюмах в воду не далеко от берега. Иногда группа пастухов отправлялась пешком на рыбалку на два-три дня. Другие пастухи приезжали к ним на оленьих упряжках каждый день и забирали улов. В сети попадается обычно муксун и щѐкур. Осетр и нельма плавает дальше от берега.
Рыбу антипаютинские оленеводы, как и другие ненцы, едят сырой и вареной. У свежей рыбины надрезают кожу у хвоста, берут ее пальцами и снимают сначала с одной, затем с другой стороны.
Мясо аккуратно срезают с хребта ножом и делят на несколько частей. Куски свежей рыбы макают в горчицу или кетчуп, прикусывают зубами и отрезают ножом снизу вверх маленькие кусочки.
Хребты рыб, с остатками мяса, достаются собакам.
Варят рыбу, также как и мясо, в большом котле. Затем ее выкладывают на стол, а, заправленный мукой, бульон разливают по чашкам. Особым лакомством считается рыбья голова, ее обсасывают практически дочиста.
В ноябре, после подсчета и забоя оленей, антипаютинские оленеводы перекочевывают на зимние пастбища, расположенные на противоположном берегу Тазовской губы, на рр. Адер-Паюта, Хальмер-Яха, Пойлово-Яха и ее притоках — Нгарка-Лымбарасѐ, Нгарка-Харвутта и др. Некоторые из них кочуют западнее этих мест, в Надымском районе, на Мысе круглом и равнине НенянгЛапте в верховьях рр. Нгарка-Яха, Хайпаѐта-Яха и Лай-Яха. На Обской губе у Мыса Круглого оленеводы ловят рыбу, в основном осетра и нельму. В поисках сбыта продукции оленеводства, рыболовства и охоты многие из них каслают к крупному поселку газовиков Ямбургу. Он расположен на берегу Обской губы, на территории Надымского района. Отдельные оленеводы переправляются в самом узком месте Обской губы у Мыса Парусного на п-ов Ямал, к п. Мыс Каменный и торгуют мясом и рыбой там. На вырученные от продажи деньги ненцы покупают у газовиков муку, сахар, соль, соду, хлеб, сухари, печенье, баранки, макаронные изделия, супыполуфабрикаты в банках, сгущенное молоко, джем, карамель, водку. Оленеводы делают большие запасы продуктов, их должно хватить до лета, когда начнется сбор пантов. Панты обмениваются на продукты питания, брезент для покрышек чума..
Присутствие антипаютинских пастухов с их большими стадами на надымской территории, очень беспокоит оленеводов ЗАО «Ныдинское» Надымского района. Территория в районе Ямбурга, у мыса Парусного, Мыса Круглого и Ненянг-Лапте является местом выпаса их оленей в летний период, а антипаютинские стада зимой и весной вытаптывают ее.
Зимние стойбища антипаютинских ненцев располагаются на возвышенных местах с хорошим обзором пастбищ. Зимой практикуется раздельный выпас, поэтому многие оленеводы кочуют отдельными чумами. Два-три чума можно встретить только на стойбищах родственников, а более трех — на стойбищах совхозных пастухов.
Рацион питания антипаютинских ненцев в зимне-весенний период пополняется рыбой ценных пород — нельмой и осетром. Из мороженой рыбы делают строганину, а из осетра получается очень жирная, наваристая уха. Оленей на еду и продажу забивают только старых и слабых. Мясо едят сырым и вареным, из мороженой оленины делают строганину.
В марте антипаютинские оленеводы начинают каслание на свою территорию. Однако в отличие от гыданских ненцев, им приходится тратить много времени на поездки в соседние стойбища, чтобы выловить из чужих стад своих оленей. Большая скученность оленей в районе Ямбурга приводит к тому, что олени, иногда десятками голов, переходят из одного стада в другое. Тем более что ночью оленей не окарауливают.
Если в чужое стадо забрело немного оленей, их отлавливают арканом, обычным способом. Если же два стада сильно перемешались, то здесь применяют следующую тактику. Оленеводы, мужчины и женщины, приезжают к соседям на 4–5 нартах, в которые запрягают по 2–3 оленя. Совместными усилиями пастухи пригоняют стадо, и начинается отлов. Выловленных быков приезжие пастухи запрягают в свои упряжки, чтобы в каждой получилось по 5–6 оленей. Пойманным важенкам связывают ноги и оставляют их лежать на снегу. При этом их поворачивают в ту сторону, куда погонят затем все стадо. Телят отгоняют в одну сторону, а стадо хозяев стойбища в другую, как можно дальше. Подождав пока телята отойдут достаточно далеко, важенкам отвязывают ноги и вспугивают их криками. Важенки вскакивают на ноги и, подчиняясь материнскому инстинкту, бегут вслед за своими телятами. За один раз всех оленей в сильно перемешавшихся стадах выловить не удается, поэтому эту процедуру могут проделывать несколько раз.
Отельные места антипаютинских оленеводов расположены на Гыданском п-ове, поэтому большинство из них переходит Тазовскую губу уже к маю. Однако в последние годы все больше антипаютинских пастухов остается на надымской территории, что зачастую приводит к открытым конфликтам. На уровне администраций районов этот вопрос никак не решается.
Зимой на надымскую территорию с востока через Тазовскую губу перекочевывают находкинские ненцы. В основном это пастухи-частники, приписанные к п. Находка. Они кочуют в верховьях р.
Пойлово-Яха и на ее притоках. Традиционное хозяйство находкинских ненцев такое же, как и у остальных ненцев Тазовского района.
На Ямбурге они продают оленье мясо и мелкую (по сравнению с антипаютинскими полутораметровыми осетрами и нельмами) рыбу — муксуна и щѐкура.
По берегам р. Пойлово-Яха в большом количестве растет лиственница — основной строительный материал у ненцев. Из лиственницы ненцы изготавливают нарты, шесты для чума, хореи, доски для пола, столики для еды, колыбели и др. Орудиями изготовления предметов служат: топор (нен.
Переднюю часть полозьев размачивают в воде, а затем изгибают, нагревая на костре.
Маленькие столики для еды (нен.
Ящики или сундуки (нен.
Для выбивания снега ненцы изготавливают из лиственницы специальные палки (нен.
Пользуясь обилием строительного материала на р. ПойловоЯха, находкинские ненцы изготавливают нарты, хореи и шесты для чума не только для себя, но и на продажу, а вернее, на натуральный обмен. Они меняются с антипаютинскими ненцами на живых оленей или оленьи шкуры. Цена одной нарты — один олень. Находкинские оленеводы, оставшиеся зимой на р. Мессо, где также в изобилии растет лиственница, делают нарты для обмена с гыданскими ненцами, с которыми они встречаются на территории Красноярского края.
К весне большинство находкинских оленеводов уводит свои стада обратно через Тазовскую губу на весенне-летние пастбища в низовья Таза. Отдельные находкинские семьи остаются на надымской территории, в частности, на р. Монгаюрибей и в районе поселка газовиков Юрхарово. Стада надымских оленеводов здесь не выпасаются.
В Тазовском районе на рубеже XX–XXI вв. сложилась наиболее благоприятная, в отличие от других районов ЯНАО, обстановка для сохранения традиционного образа жизни и культуры ненцев. Ненцы, проживающие на Гыданском п-ове занимаются, преимущественно оленеводством и сезонным рыболовством. Благодаря естественно-географическому положению, они оторваны от промышленно развитых центров. Геологоразведка и разработка газовых месторождения не так существенно затронули места их традиционных кочевий. В конечном итоге все эти факторы способствуют сохранению традиционных видов хозяйственной деятельности и бытового уклада, что положительно влияет и на демографические процессы у коренного населения района. Продолжительность жизни отдельных лиц в данной группе доходит до 90, а в некоторых случаях — до 100 и более лет. Однонациональные семьи стабильны, в них сохраняется традиционный уклад. Количество смешанных браков невелико, к тому же, основная часть ненцев проживает в тундре, поэтому существенного размывания этноса здесь не происходит.
Сохранение подобного положения как можно дольше возможно только при взаимовыгодном сотрудничестве нефтегазовых компаний с оленеводами, соблюдении интересов обеих сторон во время разработок нефтегазовых месторождений и прокладке коммуникаций. Только разумное хозяйствование поможет сохранить экологический баланс на территориях традиционного природопользования, а вместе с ним уникальную оленеводческую культуру ненцев Тазовского района.
ГЛАВА VII
НА ТАЙМЫРЕ
Первого января 2007 года Красноярский край, Таймырский (Долгано-Ненецкий) и Эвенкийский автономные округа составили единый субъект Российской Федерации — Красноярский край в пределах границ трѐх ранее существовавших субъектов. Автономные округа вошли в состав края как Таймырский ДолганоНенецкий и Эвенкийский муниципальные районы с особым статусом.
Таймырский район целиком расположен за Полярным кругом. Он включает в себя четыре административных объединения (бывшие ранее районами Таймырского автономного округа): городское поселение Дудинка, городское поселение Диксон, ему принадлежит о-в Диксон и часть арктического побережья Енисейского залива; сельское поселение (далее с/п) Караул, его территория простирается по обоим берегам Енисея ниже Дудинки; и сельское поселение Хатанга, в него входит бассейн р. Хатанга и вся северовосточная часть округа вплоть до границ Якутии. Бассейн притока Хатанги р. Хетá и центральная часть полуострова, а также южная полоса лесотундры по обоим берегам Енисея выше Дудинки находится в подчинении Дудинской городской администрации. Общая площадь района равняется 879,9 тыс. км² [93]. Это самое крупное территориальное образование на Крайнем Севере России.
Район населяют представители пяти коренных народностей Крайнего Севера. Всесоюзная перепись населения 2002 г. зарегистрировала на его территории 5517 долган, 3054 ненца, 766 нганасан, 197 энцев и 305 эвенков. Кроме того, там проживали русские (23 318 чел.), украинцы (2 423 чел.), белорусы (294 чел.), немцы (587 чел.), татары (425 чел.). Всего же там насчитывается более 60 национальностей [94].
Большинство ненцев и энцев проживают на территории с/п Караул, в которое входят село Караул и поселки Носок, Воронцово, Байкаловск, Усть-порт, Тухард, Поликарповск, Казанцево, Кереповск, Мессояха, Мунгуй. Большая часть поселков располагается на берегах Енисея. Жители, объединенные в небольшие артели, общества и другие хозяйственные структуры, занимаются оленеводством, охотой и рыболовством. Численность населения поселков и прилегающей тундры на 2006 год была 4423 человека, в том числе 3109 человек представителей коренных малочисленных народов. Из общей численности доля коренных народов составила 70,3 %, в том числе: ненцев — 2873 чел., долган — 97 чел., нганасан — 7 чел., энцев — 126 чел., эвенков — 5 чел., ульчи — 1 чел. [95].
Село Караул, административный центр одноименного сельского поселения было основано, по некоторым данным, в 1616 г. Название села, впервые отмеченное на географической карте в 1884 г., связано со словами «караулить», «сторожить», «охранять», «нести дозор». По одной из версий русские люди охраняли здесь вход в Енисей от иностранных мореплавателей, по другой — коренные жители подкарауливали диких оленей. Долгое время это поселение оставалось ясачным зимовьем, затем стало одним из станков русских купцов и рыбопромышленников.
Как и большинство северных поселков, Караул стал развиваться в годы советской власти. В 1930 году здесь был образован первый колхоз «Новая жизнь». Исполняя постановления правительства о «коренизации» руководящих органов северных окраин, председателем колхоза был назначен ненец Васса Лампай. В 1931 г. здесь открылась школа, а в 1934 г. — Дом туземца.
Сегодня в с. Караул проживают ненцы, долганы, нганасаны, энцы, а также русские, украинцы, белорусы, чуваши, немцы, литовцы, азербайджанцы, татары, башкиры и казахи. Здесь сосредоточены все управленческие структуры поселения.
Поселок Усть-Порт расположен между Дудинкой и Караулом. Он был образован в 1916 г. как база будущего порта в низовьях Енисея. В 1921 г. строительство порта прекратилось, но поселок продолжал развиваться. В 1930 году здесь появилась первая школа, через год завершилось строительство консервного завода. В 1937 году открылся лечебный пункт. К концу 1939 года Усть-Порт представлял собой рабочий поселок с рыбозаводом. В предвоенные и военные годы на Таймыр были сосланы тысячи спецпереселенцев — латышей, эстонцев, литовцев, финнов, немцев и калмыков.
В 45 километрах от Усть-Порта, вниз по течению Енисея стоит небольшой национальный поселок Казанцево. Здесь проживает несколько семей ненцев и энцев. Почти все они работают в промыслово-рыболовецком хозяйстве «Большая медведица». Зимой и летом они добывают рыбу, куропаток и зайцев. Вывоз и реализацию продукции осуществляет руководитель хозяйства. Он же обеспечивает рыбаков-охотников всем необходимым для промысла. Поселковые дети учатся в средней школе п. Усть-Порт и живут в пришкольном интернате.
Точной даты возникновения п. Носок не сохранилось. Возможно, он был основан русскими торговыми и промышленными людьми. Постепенно поселок разрастался, здесь стали строиться деревянные дома из плавного леса. До 1970-х гг. здесь располагалась центральная усадьба колхоза, а позже совхоза «Заря Таймыра». Местные оленеводы, охотники и рыбаки ведут кочевой образ жизни, а их дети живут в интернате поселковой средней школы.
Фактория Хинки, как и ряд других факторий была основана на пути кочевий оленеводов, чтобы тундровые жители могли купить хлеб, чай, сахар, другие необходимые продукты и товары. Сюда местные рыбаки сдавали свой улов.
В 25 километрах от Караула расположена рыболовецкая точка Пелядка, где проживает многочисленная семья рыбака-охотника Егора Михайловича Ямкина.
На месте современного п. Байкаловск раньше стояли две рыбацкие избушки да несколько чумов. Застраиваться поселок начал с 1935 г., а вскоре стал центральной усадьбой колхоза «Новая жизнь». Основной отраслью хозяйства являлась рыбодобыча, позже, когда у оленеводов-частников конфисковали оленей, стало развиваться оленеводство. В 1938 г. центром колхоза «Новая жизнь» стало село Мунгуй.
Самым северным поселком с/п Караул является с. Воронцово. Первым поселенцем здесь был купец Воробьев, построивший промысловую избушку. Он завозил сюда из Дудинки товары, а вывозил рыбу, мясо, пушнину. По одной из версий, местные жители называли купца Вороном, поэтому и поселок стал называться Воронцово.
Поделиться книгой: