— У него морская болезнь.

— Под водой нет ни малейшего движения, поэтому это не составит проблемы. А что вы скажете о нем, как о личности?

— Он меня тревожит.

— А, ну как раз вовремя. Ну, а Гарри Адамс? Он слишком высокомерен.

— Да, — согласился Норман. — Но это даже неплохо. Исследования показывают, что стрессы лучше выдерживают люди, которых окружающие не любят, считая их высокомерными, заносчивыми, самонадеянными.

— Может, и так, — сказал Барнс. — А что вы скажете о его известном труде? Несколько лет назад Гарри был в числе тех, кто активно поддерживал программу поиска внеземных цивилизаций. А теперь, когда мы наконец кое-что обнаружили, он вдруг так негативно настроен. Помните его работу?

Норман хотел ответить, что нет, но тут вошел лейтенант с новым сообщением.

Барнс покосился на фотографии, отложил их:

— А что погода?

— Без перемен, сэр. Спутники подтверждают, что на месте дислокации сорок восемь плюс минус двенадцать.

— Проклятье, — ругнулся Барнс.

— Плохо? — спросил Норман.

— Погода нам не благоприятствует, — отозвался Барнс. — Надо сворачивать работы на поверхности.

— Это значит, что спуск вниз откладывается?

— Нет, — сказал Барнс. — Начнем завтра, как и планировалось.

— Почему Гарри считает, что там не космический корабль пришельцев?

Барнс нахмурился, задвигал бумагами на столе.

— Знаете что, — сказал он, — Гарри теоретик. А теории — это всего лишь теории. Но я имею дело с голыми фактами. А факт состоит в том, что нечто очень древнее и очень странное находится там, внизу. И я хочу знать, что это.

— Но если это не корабль пришельцев, то что же?

— Давайте-ка подождем до спуска, идет? — Барнс глянул на часы. — Второй модуль сейчас как раз в процессе установки на морском дне. Через пятнадцать часов мы должны уже закончить спуск вниз. За этот отрезок времени мы должны многое успеть.

— Подержите здесь, д-р Джонсон, — Норман стоял обнаженным и чувствовал прикосновение двух металлических рычажков измерительного прибора, прямо под локтями. — Еще чуть-чуть. Отлично.

Молодой военный врач шагнул в сторону, и Норман забрался по ступенькам в металлический бак, который показался ему военной версией пыток инквизиции. Бак был до краев наполнен водой. Когда Норман погрузился в воду, она начала выплескиваться через край.

— Зачем это? — спросил Норман.

— Извините, д-р Джонсон, нельзя ли вас попросить погрузиться в воду целиком?

— Что?

— Лишь на секундочку, сэр.

Норман задержал дыхание, нырнул, затем вынырнул.

— Отлично. Теперь можете вылезать, — скомандовал военврач, протягивая ему полотенце.

— Зачем все это? — опять спросил Норман, слезая с лестницы.

— Нужно узнать полный объем тела. Это необходимо, чтобы рассчитать ваши параметры.

— Мои параметры?

— Ваши параметры, — и он передвинул рычажки на шкале. — Боже! — воскликнул он. — Да вы не влезаете в диаграмму!

— То есть почему?

— Вы занимаетесь спортом, д-р Джонсон?

— Немного. — Он решил защищаться. Да еще и полотенце оказалось слишком коротким и не обвертывалось вокруг талии. И почему это в ВМС такие короткие полотенца?

— Вы пьете?

— Немного, — он твердо решил защищаться. С какой стати он должен им докладываться?

— Разрешите узнать, когда вы последний раз принимали спиртные напитки, сэр?

— Не знаю. Два или три дня назад. — Он и вправду с трудом припоминал то, что касалось такого далекого сейчас Сан Диего. — А что?

— Все в порядке, сэр. Вас не беспокоят суставы, поясница, колени?

— Нет, а что?

— У вас не было обмороков, слабости, потери памяти?

— Нет…

— Будьте любезны, сядьте здесь, сэр. — Медик указал на стул напротив электронного табло на стене.

— Я все же тоже хотел бы получить кое-какие ответы, — начал было Норман.

— Пошире откройте глаза и смотрите на зеленую точку, сэр.

Он почувствовал короткий укол ослепительного света в обоих глазах и инстинктивно моргнул. Что-то щелкнуло, выскочил листок бумаги с распечаткой. Военврач взглянул на него:

— Все в порядке, д-р Джонсон. А теперь пройдите сюда.

— Нет, теперь вы мне ответьте, — перебил Норман. — Я бы хотел знать, что происходит.

— Понимаете, сэр, но я должен закончить осмотр до вашего очередного совещания в семнадцать ноль ноль.

Норман лежал на спине, а помощник врача ставил ему иголки — две в руки и одну в ногу, чуть ниже паха. Он поморщился от внезапной боли.

— Это была самая болезненная, сэр, — сказал врач, запаковывая иголки в лед. — Приложите сюда кусочек ватки…

* * *

Ноздри его были прищемлены зажимом, зубы сжимали мундштук трубки.

— Это чтобы измерить СО₂, — сказал врач. — Вдохните. Так, не дышите… Глубже, теперь выдохните.

Норман выдыхнул. Он наблюдал, как надувалась резиновая диафрагма, подвешенная на гвоздике.

— Еще разок, сэр. У вас должно получиться лучше.

Норман не Знал, должно ли, но пришлось подчиниться.

Другой военный врач вошел в комнату с листком в руке:

— Вот его ВС.

Первый медик нахмурился:

— Барнс видел?

— Да.

— И что сказал?

— Сказал, что все нормально, чтобы продолжали.

— Ну и отлично. Барнсу видней.

И первый врач обернулся к Норману:

— Еще раз, вдохните как можно глубже, пожалуйста, д-р Джонсон.

Металлические рычажки коснулись его лба и подбородка, вокруг головы обернулась лента. А теперь рычажки переместились от подбородка к уху.

— А это зачем? — спросил Норман.

— Чтобы подобрать вам шлем.

— А нельзя выбрать из того, что есть?

— Этим мы и занимаемся, сэр.

На обед были макароны с сыром, пригоревшие снизу. Норман отодвинул их, едва ковырнув.

В дверях появился врач:

— Пора на пятичасовое совещание, сэр.

— Никуда я не пойду, — заявил Норман, — пока мне не ответят на вопросы. Какого черта вы все это со мной проделали?

— Обычный осмотр перед погружением, сэр. Согласно правилам ВМС.

— А почему я не влезаю в диаграмму?

— Простите, сэр?

— Вы сказали, что я за пределами диаграммы.

— Ах, это. Вы чуть тяжелее, чем регламентировано на таблицах ВМС.

— Мой вес осложнит дело?

— Скорее всего, нет.

— А что показали другие результаты?

— Сэр, для вашего возраста и образа жизни вы в прекрасной форме.

— А как насчет погружения туда, вниз? — спросил Норман, слабо надеясь, что этого не случится.

— Туда, вниз? Я разговаривал с капитаном Барнсом. Похоже, проблем не будет. А теперь будьте добры, пройдите на совещание.

Остальные уже сидели за круглым столом, уставленным чашечками с кофе. Норман обрадовался, увидев остальных, плюхнулся в кресло рядом с Гарри:

— Вы прошли этот чертов медосмотр?

— Да, — ответил тот, — еще вчера.

— Они мне всю ногу искололи этой длинной иголкой, — пожаловался Норман.

— Правда? Нет, я обошелся без этого.

— А когда вдобавок заставляют дышать с дурацкой прищепкой на носу?

— Ну да? — удивился Гарри. — Похоже, вас подвергли какому-то особому обследованию.

Норман и сам так думал, но эти догадки не развеселили его. Он слишком устал.

— Итак, друзья, нам есть что обсудить, а в запасе всего три часа, — сказал энергичный человек, входя в комнату и на ходу выключая свет. Теперь только голос звучал в темноте. — Как вы знаете, закон Дэлтона, регулирующий частичное давление смешанных газов, или то же самое в алгебраическом выражении…

На табло вспыхнул один из графиков:

PP_а = P_totX(%) V_олa