Счет по головам

— Где Элинор?

Элинор хочет, чтобы ты сосредоточилась на своем спасении.

— Где она? У нее все в порядке?

О ней заботится Кабинет, а твоя забота — сунуть голову в шлем.

Шлем — это колокол, а я его язык, подумала Эллен. Она потянула его вниз — без толку. Он двинул ее в зубы, ничего более.

Тебе мешают ремни. Отстегни их.

— Хочешь, чтобы я вылетела из кресла? Никуда ты не вылетишь. Пена не даст. Эллен потрогала языком расшатанный зуб. Отстегнись, Эллен!

— Не учи меня! — крикнула она, брызгая кровью. Эллен X. Старк, делай, что тебе говорят!

Эллен нашла на рукаве чистое место и вытерла пот, заливавший глаза. Произошла какая-то перемена: тряска прекратилась, ход стал глаже. «Может, мы уже приземлились», — пришло ей в голову, но нет: за иллюминатором неслись облака, а желудок говорил о свободном падении.

— Мы катапультировались?

Нет. Корабль сгорел, одна кабина осталась. Делай, как я сказал, залезай в шлем.

— Но ведь опасность уже миновала? Мы просто скользим вниз.

Кабинет и я не согласны с этим. Очень много систем безопасности на этом корабле уже отказало. Посадочной мы тоже не доверяем. Мы снижаемся слишком быстро и по слишком крутой траектории.

Собственные ощущения подсказывали Эллен, что ментар прав. Потом они вышли из облаков, и она увидела, как стремительно приближается к ним Земля. «Кто-то хочет убить нас», — наконец-то сообразила она.

Эллен, надевай шлем. Остаются считанные секунды.

Она, скривив шею, посмотрела вверх. Когда-то ей, чтобы получить аттестат пассажира, пришлось целый час сдавать экзамен по безопасности на борту космического корабля. Она легко справилась со всем, кроме одного — просто не смогла себя заставить сунуть голову в так называемый спасательный шлем. Что же тут сложного, шлем надеть, говорила она, пытаясь уклониться от этой задачи. Она легко справится с этим в том маловероятном случае, если возникнет такая необходимость.

Экзамен у нее принимал исключительно несговорчивый субмагнит. Долг обязывал его проставить оценки в каждой графе, и ему было абсолютно все равно, кто такая Эллен. «Хотите получить аттестат — надевайте шлем», — заявил он.

— Крошка Ханк, — взмолилась она, — если все остальное отказало, почему ты думаешь, что шлем сработает?

Спасательный шлем-криостат полностью автономен. Вирус, поразивший корабль, на него не влияет — только затрудняет доступ к нему.

Да, это имело смысл. В чем, в чем, а в здравом смысле ментару не откажешь.

— Обещай, Крошка Ханк, что ты не… не задействуешь шлем без крайней необходимости.

Эллен отстегнула ремни и просунула голову в отверстие шлема. Теперь, когда их перестало трясти, это было нетрудно. Шлем был горячий на ощупь. Кабина превратилась в настоящую сауну, и вся верхняя часть тела Эллен взмокла от пота. Пена, не пуская ее, тянулась следом. Потом раздался громкий щелчок, и шлем сел на место. Надувной воротник плотно охватил шею, крепления застегнулись.

Внутри стояла странная тишина. Рев падающей кабины сменился жужжанием насосиков и моторчиков — это подзаряжался поглотивший ее голову механизм. Прохладный, пахнущий мятой тальк покрыл лицо Эллен, приятный голос сказал:

— Ваш спасательный шлем функционирует нормально. Вы можете снять его, громко повторив дважды слово «пусти». Вот так: «Пусти, пусти». Никакая другая команда не будет опознана.

Эллен знала, что шлем будет твердить это, пока она не подтвердит, что сообщение принято, но не могла издать ни звука. Потные руки скользили, пена тянула вниз, воротник сильно сдавливал горло. Ее растягивало, как резиновую. Руки окончательно соскользнули с шлема, и она услышала, как хрустнул ее позвоночник. Впрочем, позвоночник сейчас уже мало что значил.

«На помощь, я задыхаюсь! — попыталась сказать она. — Пусти, пусти!» Бесполезно: воротник пережал гортань.

Эллен, твои жизненные показатели стремятся к нулю. Что с тобой происходит?

Отчаянным жестом она вытерла руки о скафандр и снова ухватилась за шлем. Подтянувшись, она вновь обрела способность дышать, но руки уже снова скользили вниз.

Так лучше, Эллен. Держись.

— Долго еще? — прохрипела она сдавленным горлом. До поверхности Земли шестьдесят секунд.

Целая вечность.

— Пена?

Инжекторы верхнего уровня не включаются. Плохо. Чтобы выжить при крушении, нужно быть пристегнутой или полностью находиться в пене.

— Наладь их. Пытаюсь.

— Не пытайся, а делай! — Надо же — еще одна из любимых фраз матери.

Она приближается, сказал Крошка Ханк.

— Приближается? — Что-то большое и мягкое, ударив Эллен в грудь, откатилось прочь. Она с трудом удержалась за шлем. — Элинор?

Да, это была Элинор.

— Мама! — Эллен, отпустив шлем, протянула руки, но Элинор уже не было рядом.

Кабинет передает тебе от нее самый нежный привет.

То, что осталось от яхты, ударилось о поверхность Земли с такой силой, что голова Эллен отделилась от туловища. Оглушенная Эллен не почувствовала, как включилась криогенная спираль шлема и как фланец сомкнулся внизу, аккуратно перекусив горло.

2.4

Пятнадцать минут спустя в водосточном желобе под крышей гигабашни в Индианаполисе сработало посмертное реле. На такой высоте не было ни окон, ни камер, ни патрульных пчел или слизней. Керамический водосток задымился, как глыба сухого льда. Вскоре на нем проявилась миниатюрная стартовая площадка с припаркованными в три ряда механическими насекомыми. Они встрепенулись, трепеща прозрачными крылышками в восходящих потоках теплого воздуха.

Первой снялась синяя пчела. За ней последовали две тонкие синие осы с лазерными жалами сзади и спереди. Синяя команда витками поднялась выше гигабашни.

Следом, одна за другой, стартовали другие пчелы — красная, желтая, оранжевая и белая. Каждую сопровождала пара ос, и все они разлетелись в разные стороны.

Последними с карниза взлетели четыре больших жука и зависли в воздухе, дожидаясь собственных ос. По завершении старта карниз растаял и стек вниз по стене здания.

2.5

— Анализ ДНК, — сообщила действующий председатель Трина Варбелоо вновь собравшемуся правлению проекта «Земля-сад», — подтверждает присутствие Элинор, включая, как ни грустно, сгоревшее мозговое вещество. Опознана также ДНК ее дочери, но без следов мозгового вещества. Спасательный шлем, предположительно сохранивший голову дочери, отправлен в одну из клиник Байрона. — Трина кивнула члену правления Байрону Фейгану, который ответил ей типичной врачебной улыбкой. — Будем надеяться на лучшее, а теперь, на период до следующих плановых выборов, предлагаю выбрать исполняющего обязанности председателя. Ваши предложения?

— Что, прямо вот так? — Меррил Миви остался единственным реально присутствующим. Все остальные прислали голограммы из своих офисов или домов. Зоранна, совершающая переезд в Сан-Франциско, находилась где-то под континентом и заседала в личной кабине Слипстрима.

— Извини, Меррил, — сказала Трина. — Хочешь посвятить ее памяти несколько слов?

— Я не это имел в виду. По-моему, приличнее будет сейчас разойтись и собраться вновь после похорон.

— Можно считать это твоим предложением?

— Да. Предлагаю собраться после похорон Элинор.

— Кто хочет высказаться «за»?

Таковых не оказалось, и предложение не прошло.

— В таком случае я все же хотел бы сказать несколько слов, — произнес Миви и встал.

— В три минуты уложитесь, ваше преосвященство? — поинтересовался Сол Ясперсен.

Миви игнорировал шпильку.

— Друзья мои, — начал он, остро чувствуя фальшь этого выражения, — сегодня мы лишились великого лидера. Двенадцать лет назад, когда я был архиепископом «Родины Интернэшнл»…

— Аминь, — перебил Ясперсен. — Я за то, чтобы выбрать исполняющего обязанности.

— Поддерживаю, — сказал Джерри Чепвумен.

— Слово дали мне! — запротестовал Миви, но никто не обращал на него внимания, и он снова сел.

Кандидатура была только одна — Сол Ясперсен.

— Других предложений нет? — спросила Трина. — Тогда… Предложи меня, Зоранна, попросил Миви. Зоранна сидела напротив него, пристегнутая к плюшевому сиденью — сейчас она проносилась под Скалистыми горами со скоростью тысяча километров в час.

— Я предлагаю Меррила, — хмуро сказала она.

Все проголосовали, и Миви потерпел поражение — даже Зоранна была против него.

Голограмма Ясперсена погасла и зажглась снова на председательском месте.

— На повестке дня новый вопрос. — Над столом появился десяток стоящих рядом О-кораблей. Их огромные кольца, надписанные китайскими иероглифами вращались в противоположных направлениях.

— Никакой это не новый вопрос! — вознегодовал Миви. — Китайцам мы отказали еще в прошлом году!

— Не совсем так, — возразил Ясперсен. — Мы были «за», но Элинор, пользуясь своей прерогативой, наложила вето. Тогда было одно дело, теперь другое, — ухмыльнулся он. — Старый вопрос снова сделался новым.

— Но интересы «Старк Энтерпрайзес» по-прежнему представляю я, — сказал Миви.

— Остынь. В этом комитете ты всегда был только почетным членом.

— У меня такой же голос, как у всех остальных!

— Мы его учтем. Какие будут предложения?

— Я предлагаю, — сказал Чепвумен, — сообщить пяти китайским республикам о возможности подачи заявок на продажу О-кораблей ПЗС.

— Поддерживаю, — сказал Фейган.

— Возражения? — спросил Ясперсен. — Если все согласны…

— Подождите! — сказал Миви. — Возражения есть у меня.

— Ладно, ваше преосвященство, — скрипнул зубами Ясперсен. — Излагай, только покороче.

Миви обвел взглядом надменные лица вокруг стола. Проблема состояла в том, что он, сильно отличаясь от этих людей, не знал, о чем они думают и как можно их убедить. Вот у Элинор такой дар был. Миви она завербовала за умение разговаривать с бедняками, а не с аффами. Его аудиторией всегда были униженные и эксплуатируемые этой планеты — то есть потенциальные колонисты и пассажиры проекта, а никак не спонсоры.

— Китайцы хотят поставить наши корабли на околоземной орбите, — начал он наконец. — Чтобы убрать с планеты излишки своего населения.

— Точно, — ухмыльнулся Чепвумен. — Шесть миллионов зараз.

— Но к чему Земле заселять свою же Солнечную систему? Эти шесть миллионов восстановятся через два-три поколения, а мы тем временем своими руками создадим новых агрессивных претендентов на ресурсы ближнего космоса. Это полностью противоречит нашей миссии.

— Твои агрессивные претенденты — это потенциальные потребители, — сказала Трина Варбелоо. — Если мы исполним свою миссию, как ты выражаешься, и зашлем этих «колонистов» на Большую Медведицу, как потом с ними торговать? Какая нам от этого выгода?

— Выгода, — Миви едва удерживался от крика, так противна была ему мысль о наживе, — выгода в земельных участках, которые мы получаем за проезд. Сейчас в наших украинских хладохранилищах ждет отправки на «Киев-сад» четверть миллиона колонистов. Как только корабль стартует, четверть миллиона акров евразийской земли перейдет к нам. Вот в чем выгода.

Члены правления смотрели на него пустыми глазами. Если их не интересуют фундаментальные задачи ПЗС, на что тут можно надеяться?

— Чего вы, собственно, хотите? — заорал Миви. — Разморозить их и сказать «извините, мы передумали»?

Они даже глазом не моргнули. Миви не мог в это поверить. Компания Чепвумена поставляет на О-корабли тяжелые экструдеры и оборудование для бомбардировки частицами; «Ботаника Бореалис» Ясперсена комплектует для них библиотечки по зоологии и ботанике; у Фейгана автогоспитали и молодильная техника; у Геста верфи на Земле-Буксире и так далее, и так далее. Все они имеют свой ломоть от пирога миссии, даже Зоранна, его единственная союзница, владелица «Полезных людей», — она обеспечивает клоновую охрану и рабочую силу.

— Больше возражений нет? — спросил Ясперсен.

Миви охватил голову руками. Двенадцать лет неустанной борьбы, и ради чего? Его горькие думы нарушил голос: Поставь вопрос о порядке ведения.

Стрела? Нет, это голос не его ментара. Больше похоже на Ника, ментара Зоранны. Ник?

Да, это я. Быстро, пока они не проголосовали.

— Вопрос о порядке ведения! — сказал Миви.

— Ну, что там еще, ваше преосвященство? — тяжело вздохнул Ясперсен.

Не дождавшись подсказки от Стрелы или Николаса, Миви продолжил на свой страх и риск:

— При первичном рассмотрении Элинор наложила вето на китайский вариант. Ее больше нет с нами, а я даже в малой степени не обладаю ее умением убеждать. — Он сделал паузу, видя вокруг остекленевшие взоры. Большинство присутствующих явно занимались другими делами с помощью своих ментаров.

— При чем тут порядок ведения? — спросил Ясперсен.

— Я как раз к этому подхожу, — сказал Миви и позвал мысленно: Ник?

Декларация ПЗС исключает предложение Чепвумена.

— Декларация проекта «Земля-сад» делает предложение Чепвумена недопустимым, — сказал Миви и процитировал: — «Цель проекта — переселение человечества за пределы Солнечной системы. Взамен желающие передают проекту права на свою земную недвижимость».