Помоги проекту - поделись книгой:
– Ты просто зверь, – спустя несколько секунд прошептала Диана, открыв глаза.
Денис подумал, что такое сравнение куда больше подходит ей, но вслух этого говорить не стал.
– В тебе бурлит просто космическая энергия, – продолжала Диана. – Это что, из-за твоей работы?
Денис пожал плечами. Он никогда не задумывался над этим. Да и прежние подруги никогда не называли его «гигантом секса». Правда, они и сами, в отличие от Дианы, не могли похвастаться ни опытом, ни фантазией.
Обдумать последнюю мысль Денис не успел, так как занятие любовью спровоцировало у Дианы желание поговорить. Она провела своим наманикюренным ногтем по его груди и спросила:
– Серьезно, чем ты занимаешься на службе?
– Рассчитываю на компьютере орбиты спутников, – переведя дыхание, прошептал Денис.
– Да? – Судя по голосу, его ответ разочаровал ее. – Целый день сидишь за компьютером и считаешь?! Вот скукотища. – Диана презрительно фыркнула. – А я решила, что ты… – Она подняла руку и неопределенно покрутила ладонью в воздухе. – В общем, что ты делаешь что-то действительно важное.
Презрительное отношение Дианы больно укололо Дениса.
– Но это действительно важно!
– Перестань, – отмахнулась она. – Что может быть важного в каких-то арифметических расчетах. Впрочем, это не мое дело. – Сев на диване, Диана потянулась за своими лежащими на полу трусиками. – Если тебе интересно этим заниматься…
Денис понял: если она сейчас оденется и уйдет, он больше ее никогда не увидит. Подавшись вперед, он схватил Диану за руку.
– Постой! Ты же ничего не знаешь о моей работе. Недавно со своей орбиты сорвался спутник с тысячемегатонным ядерным зарядом. Если его не посадить, он сгорит в атмосфере или, того хуже, врежется в Землю. Тогда находящиеся на его борту радиоактивные вещества заразят огромную территорию. Чтобы этого не случилось, завтра к этому спутнику отправится космический корабль с тремя космонавтами, которые должны будут починить его. И мне нужно было так точно рассчитать траекторию спутника, чтобы космонавты смогли подвести свой космический корабль вплотную к нему.
Диана завороженно посмотрела ему в глаза.
– И ты это сделал?
– Это станет известно, только когда корабль с космонавтами выйдет в заданную точку, где, по моим расчетам, должен будет находиться аварийный спутник, – признался Денис. – Но я надеюсь, что все рассчитал правильно.
– Круто! – восхищенно заметил Диана. – Значит, успех всей этой операции зависит от тебя?
Прозвучавшее из уст Дианы слово «операция» показалось Денису нетипичным для нее, но, находясь под впечатлением головокружительного секса с ней, он не заострил на этом свое внимание.
– Получается, так.
– Слушай! – Диана все-таки поднялась с дивана и, забыв про лежащие на ковре трусики, расхаживала перед Денисом совершенно голой. Он с удовольствием любовался ею. – Я же теперь вообще не усну от волнения.
– То, что не уснешь, я тебе обещаю, – хитро усмехнулся Денис.
– Ну, серьезно. – Диана опустилась возле него на колени и требовательно заглянула ему в глаза, но Денис непроизвольно опустил взгляд ниже, к вздымающимся в такт ее дыханию округлым налитым грудям. – Обещай, что ты мне расскажешь, как у вас все прошло с этим спутником. Обещаешь?
Денис кивнул:
– Обещаю.
Но Диана не унималась:
– И что это за спутник – с ядерным зарядом, да еще в тысячу мегатонн?
И вновь ее слова задели в мозгу Дениса какой-то нейронный узел, но вызванный ими тревожный импульс затерялся где-то на периферии центральной нервной системы. Отвечать не хотелось, но капризная и страстная любовница ждала ответа, и Денис нехотя сказал:
– Военный. Но ты об этом никому. Это большой секрет. Если у меня на службе узнают, о чем я тебе рассказывал, меня ждут большие неприятности. Вообще, лучше забудь о том, что я тебе говорил.
– А о том, что ты делал, тоже забыть? – хихикнула Диана.
Поднявшись с колен, она проворно забралась на диван, оседлав Дениса. Прикосновение горячих женских бедер и влажной промежности к самой чувствительной части его тела вновь пробудило в нем угасшее после недавнего семяизвержения желание. Денис почувствовал, как вновь загорается страстью. Но, видимо, такое пробуждение показалось Диане недостаточно бурным. Скользнув вниз, она поймала его набухающую плоть своим ртом и стремительно задвигала губами и языком, мгновенно вернув обмякший орган в рабочее состояние.
– Нет, ты правда… не рассказывай никому… – тяжело дыша, пробормотал Денис.
– Конечно, милый.
Диана разомкнула губы, стремительно передвинулась выше и, слегка качнув бедрами, ловко насадила себя на затвердевший от притока крови орган. Дениса подхватила волна ни с чем не сравнимого наслаждения, вытеснив из головы все опасения от собственных откровений перед случайной знакомой, и он расслабленно поплыл по ней, лаская ладонями тело и бедра самой прекрасной женщины на свете, восторженно стонущей в его страстных объятиях.
Напряженное дыхание Дениса, стоны его любовницы и даже скрип пружин прогибающегося дивана чутко улавливались мембраной миниатюрного радиомикрофона, стилизованного под швейную булавку и воткнутого с изнаночной стороны за пояс женских джинсов. Испускаемые микрофоном радиоволны пронизывали оконное стекло и за пятьсот метров от дома постепенно гасли. Но часть радиоволн, достигнув стоящего за углом черного «БМВ», сбившего на глазах Дениса Ракитина его новую знакомую, попадали на миниатюрный приемник водителя, где вновь декодировались в звуки, записываемые на внутреннюю карту памяти встроенного диктофона. Емкость флеш-карты позволяла вести непрерывную запись в течение десяти часов, тем не менее Хасан, сидящий за рулем «БМВ», через соединенный с приемником наушник внимательно вслушивался во все происходящее в квартире Ракитина. Стоны корчащейся в оргазме или искусно имитирующей оргазм Эльзы не будоражили его воображение. Как и мастерски исполненный наезд, они являлись только средством достижения цели. Но когда размякший от любовных ласк российский офицер упомянул об установленном на борту спутника тысячемегатонном ядерном заряде, у опытного разведчика от возбуждения пересохло во рту. Всю жизнь охотившийся по всему миру за новейшими образцами вооружения, Хасан знал, что такого всесокрушающего оружия еще не было ни у кого в мире, даже у пресловутых американцев, кичащихся своим военным превосходством. Но если русские из-за своей трусости так и не решились применить его против своего главного врага, то в «Аль-Каиде» достаточно бесстрашных воинов, способных на это. И еще он ясно понял, что руководители организации не пожалеют никаких средств, чтобы заполучить в свои руки это оружие.
Глава 5
Threat from Space
По протянувшейся через степь прямой, как стрела, асфальтированной дороге катил средних размеров микроавтобус. В момент строительства и в первые годы после его окончания качеству асфальтового покрытия дороги могли позавидовать многие из московских проспектов. Но годовые перепады температур, достигающие в казахской степи шестидесяти и более градусов, разрушили некогда идеально ровный асфальт, и сейчас дорогу пересекали многочисленные трещины. Летом жаркие степные ветры заносили дорогу песком. И хотя ее регулярно чистили, песок и мелкие камни набивались в трещины и скрипели под колесами проезжающих по дороге машин. Командование космодрома «Байконур» давно вынашивало планы обновить асфальтовое покрытие автомобильной дороги, ведущей к месту старта. Но из-за недостатка средств, выделяемых на содержание космодрома, восстановление дороги в прежнем качестве постоянно откладывалось.
Однако мысли подъезжающих к стартовой площадке людей были далеки от состояния автомобильной дороги, равно как и от других насущных проблем космодрома. Инженеров заботило исключительно техническое состояние нацеленной в небо ракеты, инструкторов, врачей и психологов – физиологическое и психологическое состояние экипажа. А три в летных скафандрах с пока еще открытыми шлемами человека, составляющие этот экипаж, думали о будущем полете, до которого остались считаные часы, предстоящем выходе в открытый космос и о запущенном семнадцать лет назад с этого же космодрома космическом аппарате с ядерным зарядом на борту, являющемся целью их экспедиции.
Тем временем микроавтобус, преодолев последние метры, подкатил к стартовой площадке и, сбросив скорость, плавно затормозил точно у белой линии специальной разметки.
– Ну вот, приехали! – бодро объявил сидящий за спиной водителя старший инструктор Центра подготовки полетов.
Как и все находящиеся в микроавтобусе, включая космонавтов, он заметно волновался перед стартом и произнес столь очевидную фразу, чтобы снять владевшее им напряжение. Поднявшись со своего места, он распахнул сдвижную дверь и первым выпрыгнул из микроавтобуса. Следом за ним из салона друг за другом осторожно выбрались космонавты: командир корабля подполковник Никольский и два бортинженера: майоры Грачев и Ефимов. Выстроив в шеренгу свой экипаж, Никольский отдал традиционный рапорт присутствующему на стартовой площадке руководителю Центра подготовки полетов, после чего космонавты под прицелами объективов многочисленных фото– и телеоператоров, уже пешком проследовали к окруженной опорными фермами ракете. Взглянув на толпящихся в отдалении журналистов, Никольский сдержанно улыбнулся. Он еще помнил то время, когда корреспондентов и близко не подпускали к месту старта. Все, что они могли наблюдать со специальной смотровой площадки, – это огненный хвост взмывающей в небо ракеты. Но даже в этом случае запуск каждого космического корабля, особенно с космонавтами на борту, воспринимался телезрителями как сенсация, приковывая внимание миллионов людей по всей стране. Подполковник, дважды побывавший в космосе, грустно вздохнул. Сейчас другие времена. Космические полеты давно перестали быть сенсацией и воспринимаются обывателями как вполне заурядное событие, хотя запуски пилотируемых космических кораблей производятся сейчас реже, гораздо реже, чем прежде. Хотя, если сообщить сейчас об истинной цели сегодняшней экспедиции, объявив, что к Земле мчится искусственный спутник с ядерной боеголовкой, весь мир, затаив дыхание, будет следить за ходом космического полета.
Рассуждая так, Никольский подошел к кабине лифта, где космонавтов ждали два инженера, фамилий которых Никольский не знал. Один из них сейчас же распахнул решетчатую дверь и, пропустив вперед космонавтов и сопровождающих их инструктора и военврача из Центра подготовки полетов, вошел в кабину следом за ними. Закрыв за собой дверь, он нажал пусковую кнопку, и стальная клеть медленно поползла вверх. Сквозь решетчатые конструкции опорных ферм можно было видеть проплывающее мимо цилиндрическое тело ракеты, выкрашенное теплозащитной серебристой краской – первая, вторая, третья ступень… Поднявшись на тридцатиметровую высоту, кабина с лязгом остановилась напротив открытого входного люка. Инженер вновь открыл дверь, и космонавты вместе с сопровождающими по очереди вышли из лифта. Остановившись на площадке опорной фермы, Никольский последний раз взглянул на простирающийся перед ним земной пейзаж и решительно шагнул в открытый люк. За ним последовали Ефимов и Грачев. Врач и инструктор зашли последними.
По сравнению с первыми «Востоками» внутреннее пространство космического корабля было достаточно просторным. Тем не менее космонавты могли расположиться там только лежа в специальных креслах. Никольский привычно занял центральное кресло командира корабля, Грачев и Ефимов – соседние кресла слева и справа от него. Хотя скафандры и позволяли космонавтам самостоятельно расположиться в креслах, застегнув все необходимые пристяжные ремни, последнюю процедуру, следуя традиции, проделал сопровождающий их инструктор.
– Как самочувствие? – поинтересовался врач, в обязанности которого входило до последнего момента перед стартом следить за состоянием здоровья экипажа.
– В порядке, – ответил за всех Никольский.
– Счастливого пути!
Врач и инструктор по очереди пожали космонавтам руки и покинули космический корабль. Мягко закрылся входной люк, отрезав экипаж от земного мира. Впрочем, одиночество космонавтов продолжалось недолго. Уже через несколько минут на связь с экипажем вышел руководитель Центра управления полетами, сообщив о ходе предстартовых работ. Никольский живо представил, как покидают стартовую площадку обслуживающие ракету инженеры, сворачивают свои фото– и телекамеры журналисты. Скоро будет дан последний отсчет.
– Внимание, экипаж! Объявляется минутная готовность! – прозвучал из внутренних динамиков голос начальника Центра управления полетами.
Никольский обменялся взглядом с Грачевым. Хотя тот и самый молодой член экипажа, но держится молодцом. Впрочем, несмотря на молодость, это у него уже второй полет. Никольский перевел взгляд на Ефимова, с которым его связывали годы тесной дружбы и совместная экспедиция на МКС. Выражение лица второго бортинженера ему не понравилось. Он уже собрался спросить друга о причине его мрачного настроения, но в этот момент из динамиков прозвучала заключительная команда:
– Старт!
Далеко внизу, даже не на земле, а ниже – под стартовым столом, послышался гул вырывающегося из сопел пламени. Ракета мелко задрожала, сдвинулась с места. Никольский почувствовал, как кресло толкает его вверх. И вот уже гул сменился ревом. Освобожденная от опорных ферм ракета приподнялась над стартовым столом и устремилась ввысь, унося троих человек в бескрайнее и безжизненное пространство открытого космоса.
– Можешь говорить смело, – предупредил генерал Локтионов явившегося к нему для доклада Егорова. – Начальник департамента ввел меня в курс дела. Так что мне теперь известно и о запуске «Зодиака», и о планах космических войск по его возвращению на Землю.
Егоров облегченно вздохнул, так как совершенно не представлял, как можно доложить начальнику управления свои соображения об убийстве корреспондента «Новых известий» Олега Стремоусова, напрямую связанном с аварией «Зодиака», не упомянув о самом космическом аппарате.
– Кстати, сегодня в пять тридцать по московскому времени стартовал направленный к «Зодиаку» спасательный корабль, – заметил Локтионов.
– Я в курсе.
– Откуда? – удивился Локтионов.
– В утренних новостях передали, что сегодня с Байконура запущен космический корабль с научно-исследовательской экспедицией, – ответил Егоров.
Генерал изумленно покачал головой:
– Все-то ты знаешь… Ну раз так, докладывай, что тебе удалось выяснить по убийству журналиста из «Новых известий».
Егоров занял предложенное начальником место за приставным столом и, положив перед собой папку с материалами оперативного дела, сказал.
– Убийство журналиста Стремоусова совершено неизвестными с целью получить доступ к сведениям о «Зодиаке».
– Что же, по-твоему, корреспондент открытого периодического издания располагал такими сведениями? – недоверчиво спросил Локтионов.
– Да, – кивнул Егоров и, прочитав сомнение на лице Локтионова, добавил: – Позвольте я поясню, Олег Николаевич. Стремоусов каким-то образом, возможно случайно, узнал о «Зодиаке» и о его недавнем сходе с орбиты. В его домашнем компьютере я нашел два варианта одной статьи, повествующей об аварии космического аппарата с боевым ядерным зарядом на борту и его скором падении на Землю. Судя по дате создания обоих файлов, статья была написана им на следующий день после схода «Зодиака» с орбиты. – Открыв принесенную с собой папку, Егоров вынул оттуда лист компьютерной распечатки и протянул его Локтионову. – Вот эта статья, Олег Николаевич.
Локтионов осторожно взял предложенный лист, покосившись на Егорова, надел очки, в которых работал с документами, но всегда снимал, когда беседовал с подчиненными, и начал читать.
– Так вот откуда убитому вслед за Стремоусовым редактору «Новых известий» стало известно об аварии «Зодиака». Из его статьи, – заметил он, дочитав отпечатанный текст до конца, после чего вновь поднял взгляд на Егорова и встревоженно спросил: – Но ты сказал, что обнаружил в компьютере Стремоусова два варианта этой статьи?
Егоров кивнул:
– Второй вариант написан на английском языке. Его Стремоусов переслал по электронной почте адресату в Лондон.
При этих словах начальник управления изменился в лице.
– Есть возможность установить лондонского адресата?
Егоров с сомнением покачал головой:
– Без официального обращения к английским властям, вряд ли. Но сейчас это не так уж важно. Главное, что от этого адресата информация о «Зодиаке» попала к лидерам террористов, которые и организовали нападение на Стремоусова, чтобы выяснить, от кого он получил эту информацию.
– Как ты думаешь, они это выяснили? – поинтересовался Локтионов.
– Безусловно, – категорично ответил Егоров. – В противном случае те, кто напал в подъезде на Стремоусова, не стали бы его убивать.
– Что, по-твоему, он мог им сообщить?
– Имя человека, рассказавшего ему о «Зодиаке» и его ядерном заряде, – ответил Егоров. – И судя по тому, что все участники операции по возвращению «Зодиака» на Землю пока еще живы, у террористов на этого человека далеко идущие планы.
– Какие планы?! – воскликнул Локтионов. – Что, по-твоему, они замышляют?!
– Захватить установленный на борту «Зодиака» ядерный заряд.
Локтионов недоверчиво прищурился:
– Захватить ядерный заряд, который запущен в космос?!
– Именно, – твердым голосом произнес Егоров. – В противном случае вся акция просто не имеет смысла.
В восемь ноль-пять (Хасан сверился по своим наручным часам) из наушника донесся скрежет отпираемого дверного замка, веселое щебетание Эльзы, прощальный поцелуй, которым она наградила своего офицерика, и быстрый перестук ее каблуков, известивший Хасана, что женщина покинула квартиру. Через несколько минут из-за угла дома показалась ее гибкая фигура. Эльза шла легкой пружинящей походкой, болтая в такт шагам своей сумочкой и, как показалось Хасану, что-то напевая себе под нос. Увидев ее довольное лицо, Хасан решил, что демонстрируемая ею бурная страсть во время занятий сексом с российским офицером отнюдь не была фальшивой. Поравнявшись с «БМВ», Эльза открыла боковую дверь и грациозно скользнула на переднее сиденье. Потянулась, словно сытая кошка, и, повернувшись к Хасану, спросила, явно рассчитывая на его одобрение:
– Ну, как я его выпотрошила?
Она действительно блестяще провела стадию знакомства, за что ее следовало поощрить. Хасан улыбнулся:
– Отличная работа. Он от тебя без ума. Но нужно накрепко привязать его к себе. Этот офицер – ценнейший источник информации. Нам нельзя его потерять.
Эльза кивнула:
– Мы договорились встретиться вечером, когда у него закончится смена.
– Кстати, – перебил ее Хасан, – когда ему на службу?
– К тринадцати часам. Он сегодня во вторую смену.
– Отлично. Как раз успеем подготовиться.
Хасан мягко запустил двигатель и, объехав по соседнему двору дом Ракитина, выехал на улицу. Эльза сейчас же опустила спинку сиденья, откинулась и задремала – вымоталась за ночь. Это было весьма кстати. Хасану требовалось обдумать полученную с ее помощью информацию, и он не хотел отвлекать себя разговорами.
По возвращении в Москву Эльза приняла душ и завалилась спать, а Хасан занялся составлением отчета для руководства организации. Изложив собранные сведения о сорвавшемся с орбиты спутнике, начиненном тысячемегатонной ядерной боеголовкой, и о планах российского командования по его возвращению на Землю, Хасан упомянул в конце отчета о возникших осложнениях в лице российского полковника Егорова, явно не случайно оказавшегося на пресс-конференции в Росавиакосмосе. Когда отчет был готов, он зашифровал созданный файл с помощью специальной программы кодировки и в виде электронного сообщения отправил его по трем анонимным адресам электронной почты. Теперь оставалось дождаться ответа лидеров организации. Ответ пришел через полтора часа – Эльза еще спала, чему-то довольно улыбаясь во сне. Правда, ее улыбка больше походила на оскал хищницы. Хасан решил, что сегодня же обязательно поработает с агентессой над ее мимикой. Но прежде следовало изучить поступившие инструкции. Расшифровав полученное сообщение, Хасан внимательно прочитал его.
Хасан раздраженно скривился. Ликвидация одного человека ничто по сравнению с захватом тысячемегатонной ядерной бомбы. Сейчас, когда ставкой является обладание оружием невиданной мощи, нельзя размениваться на мелочи. Переключившись на полковника ФСБ, можно поставить под угрозу основную операцию. Но члены Совета этого, похоже, не понимают.
Хасан уже жалел, что упомянул в своем отчете о Егорове. Оставалось только надеяться, что ему удастся убедить лидеров организации изменить свое решение. Связь через Интернет посредством электронных сообщений для этой цели не годилась. Требовалось живое общение. Хасан быстро собрался, разбудил спящую Эльзу и, предупредив ее, что ему необходимо отлучиться, вышел за дверь.
Ближайшая станция метро находилась неподалеку, и он не стал брать машину. Тем более, чтобы изучить изменившуюся российскую столицу, следовало больше ходить пешком. У метро располагались многочисленные павильоны, где продавались мобильные телефоны, СD и DVD-диски и прочая мелочь. Возле установленных здесь же игровых автоматов крутилась стайка подростков. Присмотревшись к ним, Хасан придержал одного из них за руку.
– Заработать хочешь?
Мальчишка не удивился, лишь дернул рукой, чтобы освободиться. Хасан не стал удерживать его, и подросток спросил:
Поделиться книгой: