Помоги проекту - поделись книгой:
Китай.
Эрозии подвержено более трети территории Китая. В провинции Гуаньчжи более 20 % ирригационных систем разрушено или полностью заилено эродированной землёй. Засоление уменьшило сельскохозяйственные угодья на 7 млн. га; использование необработанных городских нечистот серьезно повредило более 2,5 млн. га, и ещё около 7 млн. га загрязнено промышленными отходами.
Россия.
Эродированная площадь увеличивается ежегодно на 400—500 тысяч га; эрозия действует на двух третях российских пахотных земель. Водяная эрозия создала около 400 тысяч оврагов, занимающих более 500 тысяч га. Шестая часть российских земель загрязнена в такой степени, что она стала непригодной даже для промышленного использования.
Иран.
Почти вся земля, занятая под сельское хозяйство, оценивается как деградирующая, значительная её часть – в умеренной или сильной степени. Засоление воздействует примерно на 16 млн. га.
Пакистан.
Овраги занимают почти 60 % из 1,8 млн. га плато Потуар. Более 16 % сельскохозяйственных земель страдают от засоления. В целом деградировало более 61 % сельскохозяйственных земель.
Индия.
Деградации подвержено более одной четверти сельскохозяйственных земель. Эрозия, связанная со сдвиговой культивацией, обнажила более 27 тысяч кв. км земли к востоку от Бихара. Брошено не менее 2 млн. га засолённой земли.
Гаити.
Для фермерства пригодно только 32 % земли, но используется 61 %. Жестокая эрозия в середине 1980-х годах уничтожала 6 тысяч га ежегодно.
Австралия.
Более 4,5 млн. га суши, или 10 % всех пахотных угодий, и более 8 % орошаемых земель подвержены засолению. С 1975 по 1989 гг. площади засолённых земель удвоились.
…По преданию, некоторые народы древности носили обувь с загнутыми вверх носами, чтобы при ходьбе или беге не нарушать травяной покров. Они жили в ладу с матерью-природой! Об этом давно забыто. По Великим равнинам США в 1872 году кочевало пятнадцать миллионов бизонов. Через десять лет осталась только одна тысяча, и охотники гонялись за ними, чтобы уничтожить и этот остаток. Теперь и в других местах перебили птиц, китов, котиков, белок, лис. Исчезли многие другие обитатели полей, лесов и водоёмов, о существовании которых человек даже не подозревал, отравляя поля ядохимикатами, осуществляя сплошную вырубку лесов, выбрасывая в атмосферу, почву и воду всевозможные отходы производства.
Homo sapiens воспринимает нашу прекрасную природу, с десятками миллионов видов растений и животных, как нечто, дарованное ему, чтобы он мог поесть, поспать и подебоширить. Надо ли спрашивать, как отнесётся к нему, разумному, неразумная природа?..
Что будем пить, и чем дышать
До 71 % поверхности нашей планеты занимает гидросфера, то есть вода: моря, океаны и реки. В общем объёме воды пресная составляет 3 %. Из этих мировых запасов примерно 75 % заключено в ледниках и айсбергах; почти вся остальная вода, в основном, находится под землёй в водоносных слоях, в которых песка и гравия вшестеро больше, чем воды. Человеку доступен лишь 1 % водных запасов.
Этого бы нам хватало для удовлетворения всех потребностей, если бы вода распределялась по местам обитания людей равномерно. Однако Средний Восток, северная Азия, северо-восток Мексики, большая часть Африки, многие западные штаты США, часть Чили и Аргентины и почти вся Австралия страдают от неустойчивого водоснабжения. Более восьмидесяти стран мира испытывают недостаток пресной воды! Например, в Китае только половина населения снабжается водой регулярно, и нехватка возрастает. В 2004 году были серьёзные проблемы с водой в Италии. Недостаток воды на Среднем Востоке уже приводит к политической напряжённости между государствами.
За последние сорок лет количество пресной воды на каждого человека в мире уменьшилось на 60 %, и к 1025 году, как ожидается, её станет ещё в два раза меньше, и с дефицитом воды столкнутся 48 стран с общим населением 3 млрд. человек.
Но далеко не вся пресная вода – питьевая!.. А если лишить человека питьевой воды, он умрёт в одну или две недели, будь он простой рабочий или философ, политтехнолог или поэт!..
Воду для своих целей люди получают из грунта, устраивая колодцы и артезианские скважины, или из осадков, или из открытых водоёмов. Ещё один способ – опреснение морской воды – очень энергоёмок и, как многие считают, экономически бесперспективен.
Начнём по порядку. Запасы грунтовых вод снижаются повсеместно. В Соединённых Штатах воды, копившиеся со времён ледникового периода, теперь выкачивают со скоростью, на четверть бóльшей, чем скорость их возобновления, а в некоторых районах и ещё быстрее. Немногим лучше поступают в Европе. Поведение людей определяется принципом «хватай, кто что сумеет»: европеец в среднем расходует воды на бытовые нужды вдвое больше минимальной потребности, а американский гражданин вчетверо больше.
Для грунтовых вод результат печален: обширный водоносный горизонт Огаллала под штатами Небраска, Оклахома и Техас, запасы воды в котором были огромны, истощится через 30—40 лет. В штате Канзас в 1950 году к водоносному слою пробурили 250 скважин; в 1990-м их было уже 3 000. Понятно, что толщина слоя уменьшилась в десять раз, а значит, и для людей результат тоже будет печальным: им придётся уйти. Американский город Китак жители уже покинули, равно как и птицы, и звери: город умер от жажды.
В Африке и некоторых странах Среднего Востока, особенно в Израиле и Иордании, запасы грунтовых вод практически исчерпаны. В Китае их уровень понижается на метр в год, а в районе Тяньцзиня на 4,4 метра. На юге Индии понижение достигает 2,5-3 метров в год, причём водоносный горизонт Гуджарат ещё и подвержен засолению.
Основной потребитель пресной воды – сельское хозяйство; оно «выпивает» 87 % воды. Там, где случаются дожди, они и поливают поля, а где их нет, или есть, но мало, приходится поливать самим. Продукция, производимая на орошаемых землях, от двух до пяти раз дороже, чем выращиваемая на дождевой воде, так как стоимость топлива и гидросооружений постоянно возрастает. На долю поливных земель приходится производство одной трети пшеницы при урожайности, в 2,5 раза более высокой, чем на обычных полях, однако ирригация требует больших расходов воды (около 65 % мировых запасов) и энергии. Здесь тоже отличаются США: При ежегодной потребности в воде, идущей на выращивание пищи, равной 400 000 литров на человека в год, здесь используется 1 700 000 литров.
Из-за исчерпания грунтовых вод к 2025 году будет утрачено 30 %, а через пятьдесят лет – половина поливных земель.
С дождями тоже не всё в порядке, потому что глобальный климат Земли меняется. Происходит существенное перераспределение атмосферных осадков, появились засухи во внутриконтинентальных областях, возросла погодная неустойчивость; в результате снизалась урожайность всех видов культур. Растения, насекомые и вообще экосистемы не могут приспособиться к столь быстрым переменам.
В этом отношении поучительным стал 1988 год. Вследствие обширнейшей засухи урожай зерновых в США упал на 30 %, и впервые за триста лет производство зерновых оказалось ниже уровня потребления. В том же году урожай в Канаде понизился на 37 %.
Одновременно происходит загрязнение рек и проточных вод.
Загрязнение отходами и болезнетворными организмами, а также более чем ста тысячами наименований разного рода химикатов, используемых в мире, делает воду не только непригодной для питья, но также и для применения в сельском хозяйстве. В развивающихся странах загрязнено примерно 95 % воды. В США вода в 37 % озёр непригодна для купания из-за различных видов загрязнения.
Не менее грязны океаны и моря.
Каждый год в них сбрасывается более 35 млн. тонн нитратов и до 3,75 млн. тонн фосфорных соединений. Попади они в открытый океан, то даже такой огромный объём растворился бы без следа, однако б
Сколько их, подобных «островов»?.. Никто не знает.
Так сложилось, что более двух третей населения Земли (4 млрд. человек) живёт в прибрежной полосе шириной до 150 км, что связано, конечно, с лучшими возможностями пропитания. Мало того, что общая численность проживающих у морей населения растёт естественным образом, так ещё поближе к морям перебираются люди «с материков». Ожидаемое следствие такой миграции – ускорение загрязнения шельфа и уничтожение морских обитателей.
Вымирают рыбы. Исчезают кораллы. Количество коралловых рифов и островов за время, прошедшее после 1945 года, уменьшилось в два раза. Только расположенные вдали от мест человеческой деятельности (а их всего 30 %), имеют шанс пережить человека. Ещё 10 % океанских экосистем, представляющих собой чрезвычайно разнообразный мир растений и живых существ, деградировали до неузнаваемости; треть этих систем находится в критическом состоянии и исчезнет на протяжении 10—20 лет; ещё треть – через 20—40 лет.
Примерно такая же судьба ждёт леса нашей планеты.
В 1870 году леса занимали 7 млрд. га. Через сто лет их площадь была меньше в 1,75 раза, то есть сократилась почти вдвое. За дальнейшие тридцать лет (с 1960 по 1990) произошло дальнейшее уничтожение лесов общей площадью, равной половине США. Вместе с лесом уничтожается бесчисленное множество видов животных, насекомых и растений, в том числе и полезных для сельского хозяйства и медицины – то есть для уничтожающего их человека!
Ежегодно исчезает 17 млн. га тропических лесов, и ещё столько же, если не больше, подвергается глубокой деградации. Если такая тенденция сохранится, то большинство таких лесов исчезнет без шансов на восстановление. Более миллиарда человек используют древесину быстрее, чем она возобновляется, а всего применяют лес для отопления более двух миллиардов. Во многих местах уже столкнулись с дефицитом топлива для обогрева жилищ и приготовления пищи.
Это – если рисовать картину, так сказать, широким мазком.
А теперь посмотрим и на детали.
В Эквадоре к 2000 году осталась половина лесов.
На Филиппинах осталось 20 % леса.
В Индии осталось не более 9 % от прежнего лесного богатства. Тем не менее, правительство этой страны поощряет половину населения использовать лес как топливо.
Тропические леса Бангладеш уничтожены на 95 %.
В Шри-Ланке леса практически нет.
На Гаити лес вырублен полностью.
Из 76 стран, располагавших тропическими лесами, только в четырёх (Бразилия, Гвиана, Папуа-Новая Гвинея и Заир), возможно, до 2010 года останутся неповреждённые участки леса.
В Западной Африке от 50 до 75 % древесины сжигается в малых и больших городах. Для восстановления лесов требуется выращивание быстрорастущих деревьев на площади в десятки миллионов га. Кое-где, конечно, это делается, но в масштабах неизмеримо меньших, чем необходимо для серьёзного результата.
С северными лесами – а их более трети всех лесов, дела ещё более грустные. Они расположены в России, Канаде, США, Скандинавии, а также частично на Корейском полуострове, в Китае, Монголии и в Японии. Существующая практика заготовки древесины не позволяет северным лесам противостоять аномальным изменениям температуры и влажности. После 1976 года баланс между выбросом двуокиси углерода в атмосферу и его поглощением оказался тут нарушенным. Количество избыточного, не абсорбированного газа составляет 10—15 млрд. тонн, и если северные леса будут вырождаться, то сжигание и гниение будут лавинообразно ускорять изменение климата планеты.
С удвоением в атмосфере двуокиси углерода и других газов, вызывающих парниковый эффект, понадобится только 30—50 лет для исчезновения от 40 до 90 % северных лесов вследствие скачкообразного изменения климата. Гибель лесов будет сопровождаться обширными пожарами, нашествиями насекомых и бурями. Изменение климата, из-за быстрого высвобождения сотен миллиардов тонн окиси углерода, пойдёт лавинообразно. Резкая перемена условий жизни на Земле будет означать для человека окончательную катастрофу.
Что интересно, о происходящем с нашей природой хорошо известно, и приведённые здесь данные собраны не нами, а задолго до. Всё, что нам для этого понадобилось – это новое представление об эволюции. Мы в нашей книге просто «склеиваем» сценарии и предсказания, многократно описанные в книгах и журналах специалистами. Например, об этом говорилось на Конференции в Рио-де-Жанейро. И что же?
Ничего.
Энергетические ресурсы
В соответствии с записями Холиншеда, летописца при дворе Елизаветы I Тюдор, в 1543 году в Англии была получена первая отливка из железа. Елизавета вообще вела курс на то, чтобы в стране были свои производства: добыча соли, выплавка меди, изготовление стекла и т. д. Для достижения успеха требовалось огромное количество древесного угля; углежоги поставляли его, сводя леса, и довольно быстро уничтожили все леса в Англии, а затем и в Ирландии. Дефицит леса вынудил перейти на использование ископаемого угля, хоть он и был грязный и с неприятным запахом.
К 1600 году Лондон и почти все приморские города перешли на уголь. Дальнейшие успехи в его добыче, а соответственно в выплавке стали, к концу XVIII века позволили осуществить то, что позже было названо Промышленной революцией.
В период с 1550 по 1820 год население Франции, Испании, Германии, Италии и Нидерландов увеличилось на 50—80 %, а прирост населения Англии за тот же период составил 280 %, однако Англия всё ещё оставалась малочисленной по населению страной. Тем не менее, в 1800 году в Англии было добыто 15 млн. тонн угля, в то время как добыча во всей континентальной Европе не превысила 3 млн. тонн.
Теплотворная способность угля в два раза выше, чем у сухих дров, и даже у древесного угля, а его запасы оказались намного больше лесных ресурсов. После того, как Промышленная революция шагнула в Европу – по всем странам побежали паровозы, строились пароходы, развивались совершенно новые отрасли промышленности – её население за один XIX век выросло со 187 млн. до 400 млн. человек.
Однако за это время произошло явление, впоследствии качественно изменившее мир: 35 млн. эмигрантов из Европы и их наследники составили большую, а иногда доминирующую часть населения в других частях света; США, Канада, Австралия, Новая Зеландия, многие регионы Латинской Америки были заселены ими. Повсюду поселенцы внедряли добычу и применение угля. За короткое время (с 1865 по 1880) уголь стал основным источником энергии в США, достигнув пика своего потребления в 1910 году. В том же году был отмечен пик роста населения Соединённых Штатов.
Сейчас не уголь определяет лицо энергетики, но он всё ещё очень важен, как ресурс. Если исходить из нынешних темпов добычи и потребления, запасов угля должно хватить примерно на сто лет. Но ускоренный рост населения потребует увеличения добычи угля, и уже к 2010 году потребность в нём может вырасти на 40 %, что, естественно, приблизит срок исчерпания запасов.
Но нужно учитывать следующее: при добыче топлива любого вида однажды наступает критический момент, после которого на извлечение топлива надо затрачивать больше энергии, чем её содержится в добываемом топливе. Иначе говоря, любая добыча имеет предел рентабельности. Добыча сверх этого предела теряет смысл, даже если объём залежей остаётся большим. Для угля это особенно актуально, так как уже сейчас приходится разрабатывать слои на глубине более километра. Кроме того, всё чаще приходится работать с маломощными и крутопадающими слоями, что дополнительно удорожает процесс.
Ещё одна особенность именно угольной промышленности в том, что она, со всей её инфраструктурой, не самодостаточна. Ей нужна нефть, вклад которой в добычу угля достигает 40—50 %: уголь развозят электровозы, тепловозы и грузовые автомобили; электростанции, дающие на шахты ток, работают на мазуте, и т. д. Если возить уголь на паровозах, работающих на угле же (а возврат к паровозам вообще вряд ли возможен), то накладные расходы, из-за малого КПД паровозов, резко увеличатся. Таким образом, исчерпание нефти будет означать остановку угольной промышленности, даже если в недрах Земли угля ещё будет много.
А может ли закончиться нефть?
Может, отчего нет.
Так же, как когда-то в Англии уголь, так в США нефть обеспечила великолепные стартовые условия для развития экономики. Одна только Калифорния располагала запасами бóльшими, чем Германия, Япония, Франция, Испания, Дания, Швеция, Финляндия и Италия, вместе взятые. В Оклахоме нефти было больше, чем в Германии или Японии. Америка имела нефти в двадцать раз больше, чем Индия, в шестнадцать – чем Бразилия, в три раза больше, чем Китай.
Но до русско-японской войны лидерство США в добыче было ещё не очевидным. На мировую арену очень уверенно выходила Россия (количество добытой нефти указано в тоннах):
Первая мировая война устранила опасного конкурента.
Во Второй мировой войне, после того как Япония, остро испытывающая нехватку нефти, в порыве отчаяния атаковала Пирл Харбор, а Гитлер не смог захватить нефтепромыслы Баку, США выступили триумфаторами. До 1950 года они производили половину мирового объёма нефти. А ещё через пятьдесят лет они не добывали и половины того, что требуется для собственных потребностей…
Нефть и газ стали основными источниками энергии для современной технической цивилизации в силу более высокой, чем у угля, энергоёмкости и, в особенности, благодаря преимуществам добычи, транспортировки и применения. Озабоченность потребителей вызывает только один момент: невозобновимость этих ресурсов.
За 150 лет человечество успело израсходовать 65 % мировых запасов нефти. Ежедневно в мире её расходуется почти в пять раз больше, чем удаётся найти в новых месторождениях. Теперь уже и в США, и в большинстве других стран подчищают остатки. Понятно, что крошечный Кувейт (его территория меньше, чем штат Нью-Джерси), ради которого США затеяли «бурю в пустыне», стоил такой операции: его запасы нефти втрое превышают запасы Соединённых Штатов!
Нефть Персидского залива, вероятнее всего, последний большой резерв этого вида топлива. После 2010 года предполагается необратимый спад мировой добычи, объёмы и сроки которого будут определяться «энергетической стоимостью» добычи. Если на поиск и извлечение тонны нефти затрачивается тонна нефти, дальнейший процесс теряет смысл. Денежная стоимость в данном случае не имеет никакого значения, учитывается только энергетическая целесообразность. Как ни странно, это простое соображение осознаётся далеко не всеми. После Второй мировой войны энергетическая эффективность составляла 50:1; в середине 1980-х понизилась до 8:1, а для импортной нефти, с учётом доставки, до 5:1. В 2015 году эта величина станет критической, а именно 1:1. Критическая дата для газа наступит позже, чем для нефти, но разница в 10—15 лет для энергетического кризиса не имеет принципиального значения.
Пик добычи нефти: Ливия – 1969, США – 1970, Иран – 1973, Румыния – 1976, Тринидад – 1977, Бруней – 1979, Перу – 1981, Северная Америка в целом – 1984, СССР – 1987, Египет – 1993, Оман – 2002, Йемен – 2002. В Венесуэле пика ждут после 2005-го, на Каспии около 2010 года, в Саудовской Аравии и Ираке после 2011-го, в Объединенных арабских эмиратах в 2017-м, в Кувейте в 2018-м. Затем повсеместный обвал. Разведанная и законсервированная «про запас» нефть на Аляске даст США отсрочку не более чем на два года.
Интересно, что вследствие эмбарго на торговлю с Ираком для него критическая дата может наступить несколько позже: судьба любит криво улыбаться! Однажды Ираку, чья прибыль на 99 % зависит от экспорта нефти, не у кого будет покупать продовольствие, потому что к тому времени другие страны не смогут производить его с избытком.
Никто не купит нефть, никто не продаст еды…
Накануне краха, как и в случае с водой и почти всеми другими ресурсами, нарастает их потребление. За последние 30—40 лет применение ископаемой энергии в различных секторах экономики США выросло от двадцати до тысячи раз! Рост идёт и в прочих странах с быстро растущим населением. Скажем, Китай по сравнению с 1955 годом в сто раз увеличил потребление нефти в производстве сельскохозяйственной продукции. Штаты, конечно, отличаются расточительностью.
В 1997 году Америка ввозила 60 % нефти от всей потребляемой, используя её в полтора расточительнее Европы, и в два раза – Японии. В основном роскошествуют граждане: в среднем один американец расходует на себя нефти в 20—30 раз больше, чем жители развивающихся стран. Особенно много тратят на поездки в автомобилях. А ведь это крайне нерационально: всего 1 % энергии, заключённой в бензине, идёт на то, чтобы везти водителя, и около 15 % затрачивается на перемещение самого автомобиля. Остальное теряется зря.
Дональд Ходел, бывший помощник Рейгана по энергетике, сказал: «Мы, как лунатики, идём к катастрофе». Это точно.
…Помимо основных источников энергии (нефть, газ, уголь), бесспорно невозобновляемых, которые в настоящее время обеспечивают 80 % потребностей человечества, есть и другие, условно возобновляемые; они составляют одну пятую часть энергетического баланса.
Данные, приведённые в таблице, говорят сами за себя, но некоторые комментарии всё же нужны. Развитые страны тратят на себя 70 % производимой энергии, а развивающиеся только 30 %, хотя их население составляет 75 % общемирового. Значит, в странах третьего мира бóльшая доля работы выполняется, как и до Промышленной революции, с помощью мускульной силы человека и тяглового скота.
Ну, и заодно, глядя на таблицу, определимся с перспективами: имеется ли, чем заменить нефть и газ, в случае чего.
За пять десятилетий, прошедших с момента запуска первой мирной атомной станции, доля ядерной энергетики не только в США, но и всюду (за исключением Украины, Франции, Японии и, возможно, Израиля) не превысила того, что даёт сжигание древесины и кустарников для отопления жилищ и приготовления пищи. Вот уже четверть века, как в США не выдают разрешений на строительство новых атомных станций. Германия также пришла к решению не строить новых АЭС. В Украине закрыта Чернобыльская станция и под большим вопросом находится достройка двух почти готовых блоков АЭС. Так что ядерная экономика на спаде.
Крупный рост энергопотребления за счёт биомассы уже невозможен: лес на планете усилиями человека очень успешно уничтожается.
Гидроэнергетика практически исчерпала свои возможности; почти все гидроресурсы рек уже используются. В США из 917 млн. га суши почти 63 млн. га занято под водохранилища. Для использования резервных гидроресурсов потребуется занять дополнительно 24 млн. га земли, в основном плодородной, и если учесть, что земля под пашню уже стала дефицитной, то цена дополнительной гидроэнергии может оказаться слишком высокой. К тому же сооружение новых плотин – это усугубление и без того нарушенного равновесия в экосистемах, изменение режима грунтовых вод, дальнейшее разрушение мест обитания не только рыб, птиц и животных, но и человека.
Поделиться книгой: