Кодекс Дракона

— Я могу подарить тебе это блаженство прямо сейчас! — выплюнул Лантий, хватаясь за рукоять меча. — Зачем ждать? Вкуси его полной мерой!

— Лантий!

Резкий окрик храмовника больно стеганул по напряженным до предела нервам. Наверное, никто за очень долгое время не осмеливался на подобную дерзость по отношению к Магистру. Однако он послушно остановился, с каким-то смущением оглянувшись на Рикки.

— Мы никогда не противимся смерти, — прошелестело странное создание. — Мы принимаем ее с благодарностью. Поэтому мы так любим вашего друга со смешным именем Шени. Он сделал одного из нас счастливым. Но… Мы слишком благородны, чтобы позволить убить нас сегодня. Потому что тогда ты, хозяин, не испытаешь того блаженства, о котором мы говорим. И не надо нас благодарить за это.

— Что? — Лантий неверяще взглянул на заклинателя. — Вы готовы умереть, но только после моей смерти? Что за чушь?

— Не чушь, — терпеливо ответил заклинатель. — Мы согласны потерпеть.

— Но я совсем не прочь пожить еще немного. — Лантий нервно рассмеялся. — Полно вам. Не стоит таких жертв.

— Стоит, — упрямо возразил заклинатель. — Ты на пороге счастья. Слишком эгоистично было бы лишать его тебя, чтобы приблизить наш покой на несколько часов. Мы терпели так долго. Потерпим еще немного.

— О боги, — приглушенно выдохнул Борг. — У вас настолько странная логика, что ее невозможно понять! Говорят же, человек не прочь еще помучиться в этом мире и совершенно не горит желанием умирать от когтей дракона. Так нет, знай, свое толкуют. Словно не слышат.

Как и следовало ожидать, заклинатель проигнорировал реплику великана.

— А что мне мешает убить вас прямо сейчас? — спросил Рикки. — Тем более если вы сами не против. Почему я должен ждать до завтра?

— Убьешь всех нас сейчас — проклятие исчезнет, — прошептал заклинатель. — И палач не получит требуемого. Лантий потеряет для него всяческую привлекательность, лишившись метки. Но палач был так близко к своей цели, что уже чувствовал вкус и запах его крови. Нереализованное желание разъярит его. Ты представляешь, что может произойти в таком случае?

— Представляю, — сухо отозвался Рикки. — Весомый довод, ничего не скажешь.

— Весомый?! — выкрикнул Лантий. — Чем же, позволь узнать? Ты же слышал — они не будут сопротивляться! Так убей их всех прямо сейчас! И выслеживай дракона, сколько душе будет угодно!

— Со способностями Дани к длительному периоду дематериализации выследить ее будет достаточно сложно, — задумчиво проговорил Рикки, будто размышляя вслух. — А неудовлетворенный черный дракон, еще не научившийся сдерживать свои потребности и жажду насилия, да к тому же и потерявший жертву перед самым убийством… Нет, слишком велик риск.

— Что?! — взвыл Лантий. — Ты… Ты представляешь, о чем говоришь?

— Действительно, — поддержал его я. — У нас есть возможность закончить это дело прямо сейчас, без лишнего напряжения. А ты отказываешься?!

— Отказываюсь, — подтвердил Рикки со спокойной улыбкой. — Более того, если хоть один из вас попытается причинить заклинателям вред — то я буду стоять на их защите до конца. Завтра. Завтра я сам разделаюсь с этой проблемой. Не хочу разменивать жизнь одного человека на сотни других.

— Жизнь двух человек, — мрачно поправил его я. — Или забыл, что именно я должен буду сразиться с драконом?

— Я уверен, ты справишься. — Рикки подмигнул мне. — А если нет — то мы достойно за тебя отомстим.

Мы с Лантием переглянулись. Он приподнял бровь, указывая на заклинателя и молча предлагая все же попробовать добраться до него. Рикки тут же шагнул вперед, будто случайно перекрывая мне путь.

— Не стоит, — с нажимом произнес он. — Честное слово, не стоит, Шени. У тебя еще будет сегодня возможность скрестить со мной клинки.

Я криво усмехнулся. Ну вот и ответ на все мои вопросы. Да и от кого я пытался скрыть свои планы? Рикки ведь без проблем читает все мои мысли. Завтрашний рассвет встретит только один из нас.

— Всего доброго, — вежливо попрощался храмовник с заклинателем, убедившись, что я не намерен кидаться на того с мечом наперевес. — Точнее, до завтра.

— Мы будем ждать тебя, — с присвистом отозвался тот. — Ждать с нетерпением и благодарностью.

Лантий первым бросился к лестнице, поняв, что наш разговор с заклинателем закончен. И я не видел ничего смешного в его стремлении как можно быстрее выбраться из мрачного подвала. За ним последовал и Борг, зябко передернув плечами. Через минуту внизу остались только я и Рикки.

— После тебя. — Храмовник приглашающе взмахнул рукой. — Мало ли, какие мысли бродят у тебя в голове.

— Ты прекрасно знаешь все мои мысли, — слишком резко ответил я. Рикки лишь понимающе хмыкнул в ответ на мою грубость. Я тем временем обернулся к заклинателю, терпеливо дожидающемуся нашего ухода.

— Почему вы заставили Лантия ввести меня в теневой совет? — задал я вопрос, который мучил меня все дни после окончания последнего общего сбора гильдии. — Это было вам невыгодно. Один из вас проклял Лантия, а Дани должна привести приговор в исполнение. Было бы намного разумнее…

— Ты мыслишь человеческими категориями, — оборвал меня заклинатель. — Пойми, мы уже не испытываем эмоций в вашем понимании этого слова. Гнев, страх, радость — все осталось далеко позади. Но… Мы благодарны тебе за то, что ты избавил одного из нас от страданий. И решили помочь тебе. Разве ты не хотел войти в совет? Разве не мечтал хоть немного, но возвыситься над остальными? И потом, мы тогда сказали тебе чистую правду. Если бы драконица стала членом теневого совета, то многие из вас не дожили бы до следующего сбора. Дани вытребовала бы из Лантия имена всех входящих в гильдию. Кстати, ты тоже имеешь полное право узнать, кем являются твои коллеги в повседневной жизни. А потом она убила бы всех одного за другим. Забавы ради.

— И? — протянул я, не понимая логики. — Вы только что отказались выдать колдунью, проклявшую Лантия, аргументируя это тем, что не желаете лишать его неземного наслаждения, то бишь смерти. Как это согласуется с вашим стремлением спасти остальных от подобной же участи?

— Глупый вопрос. — В голосе заклинателя послышалось раздражение из-за моей непонятливости. — Умрет Магистр — на его место придет другой. Гильдия останется. Исчезнет гильдия — и многие люди не познают блаженства в объятиях смерти. Зачем жертвовать горсткой людей, если в итоге мы обрекли бы гораздо большее количество народа на жалкое прозябание в этом мире? Пусть гильдия живет и здравствует еще многие годы.

— Потрясающе, — чуть слышно пробормотал Рикки. — Говорят, женщин тяжело понять. Пусть сначала попытаются поговорить с заклинателями. Вот где мозги поломаешь.

Заклинатель поклонился нам, верно, сочтя слова храмовника за комплимент. А я взялся за перекладины лестницы. Надо же, не думал не гадал, что когда-нибудь гильдия будет обязана мне своим существованием. Чего только в этом мире не случается!

* * *

После визита в подпол мы пообедали и расположились в кабинете Лантия. Обстановка, если честно, совершенно не располагала к дружеской беседе, поэтому разговоры быстро сошли на нет. Пасмурную хмарь за окном то и дело полосовали молнии. Успокаивающее низкое рычание грома и шум дождя убаюкивал, особенно после бессонной ночи. Борг, нисколько не смущаясь, быстро задремал в кресле. Вот только мне было совершенно не до сна. Лантию по вполне понятным причинам тоже не спалось. После встречи с заклинателями, которая не закончилась ничем хорошим для него, он впал в настоящую меланхолию, медленно и неуклонно набираясь гномьим самогоном до невменяемого состояния. И я, если честно, немного завидовал ему. Как, наверное, было бы приятно упиться до зеленых демонов в глазах и уснуть, не чувствуя, как неумолимо приближается время встречи с драконом! Мне этой ночью тоже, вполне вероятно, суждено погибнуть, но вот выпить я себе не могу позволить. Если есть хоть малейший шанс на победу — надо его использовать на полную. В конце концов, теперь я ответствен не только за свою жизнь, но и за жизнь Флоксы и моего еще не рожденного ребенка.

— Слова не мальчика, но мужа, — негромко заметил Рикки, который вальяжно расположился в кресле рядом со мной и с неодобрением наблюдал за тем, как Лантий допивал уже вторую бутылку. — Как я вижу, ты уже принял тот факт, что скоро станешь отцом?

— Смешно, — пробурчал я. — Это не я скоро стану отцом, это мой ребенок еще в утробе матери станет безотцовщиной. Надеюсь, Флоксе хватит сил и терпения воспитать его достойно.

— Я в этом не сомневаюсь, — обронил Рикки, не делая ни малейшей попытки разубедить меня в печальных прогнозах.

Я закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. В голове роились сразу тысячи мыслей и вопросов. Интересно, Флоксу не заставят избавиться от ребенка, когда о ее беременности станет известно матери настоятельнице? Существует множество отваров и ритуалов, помогающих вытравить плод на любом сроке. Если бы я был рядом с ней — то, без сомнения, защитил бы от всего на свете. Но справится ли она одна? В храме могут подумать, что потеря одной из лучших дознавательниц, к тому же телепатки, — непозволительная роскошь. Мой печальный опыт гласил, что подобные решения чрезвычайно тяжело оспорить, и уж никак нельзя помешать их осуществлению. Добавят тайком в питье сонного зелья и совершат свое черное злодеяние. А потом обставят все как несчастный случай. Эх, если бы не это дело — взял бы Флоксу в охапку и сбежал на другой конец королевства. Говорят, в Мейчаре наемным убийцам тоже неплохо живется. Там запретные гильдии процветают не меньше, чем у нас, а то и больше. Да и гномы недалеко, если дела совсем плохо пойдут.

— Мейчар? — переспросил Рикки и улыбнулся каким-то своим потаенным думам. — Замечательный выбор! Это мой родной город.

Я зло зыркнул на него, но ничего не ответил. В таком случае Мейчар отпадает. Впрочем, о чем это я? Какой Мейчар, какие гномы? Меня сегодня убьют, а я о будущем задумался! Боюсь, ребенка Флоксы мне не доведется увидеть. Хотя приятно осознавать, что после моей смерти частичка меня останется в этом мире. Зная Флоксу, можно предположить, что она до последнего будет отстаивать свое право на материнство. Интересно, это будет мальчик или девочка? И если мальчик — унаследует ли он мои возможности? Кстати, весьма любопытный вопрос!

— Рикки? — окликнул я храмовника, который молча внимал моим мыслям.

— Мм? — отозвался он.

— Борг сказал, что дети метаморфов наследуют способности родителей, — изрядно понизив голос и убедившись, что Лантий нас не слушает, продолжил я. — Значит ли это, что если у Флоксы родится мальчик, то он будет драконом?

— А ребенок был зачат до или после твоей встречи с Роммием? — переспросил Рикки.

— До, — после краткого раздумья решительно ответил я. — Совершенно точно, что до. После у меня уже не было времени на все эти постельные шалости.

— Тогда не унаследует. — Рикки широко зевнул.

Я с облегчением вздохнул. Ну хоть это радует. Пусть ребенок растет спокойно, не опасаясь преследования храмов. Меня ведь рядом не будет, чтобы защищать и оберегать его.

Рикки тяжело вздохнул и что-то неразборчиво пробурчал себе под нос. Но вот что именно — мне не удалось расслышать.

Тем временем Лантий кинул очередную пустую бутылку под стол, икнул и обвел нас пьяным взглядом.

— Мы так и будем сидеть здесь и ждать появления Дани? — спросил он, глядя на меня красными от алкоголя глазами.

Я неопределенно пожал плечами и кивнул на Рикки, показывая, кто в этом деле главный.

— У тебя есть предложение получше? — лениво полюбопытствовал тот, небрежным пассом зажигая еще один магический шар. Стоял ранний вечер, но из-за непогоды темнело за окнами с угрожающей быстротой.

— Надо что-то делать! — Магистр со всей силы ударил кулаком по столу, да так, что жалобным звоном отозвались бутылки и стакан. — Она же придет сюда и убьет меня!

— На твоем месте я бы отозвал людей со двора. — Рикки встал и подошел к окну, всмотрелся в потоки дождя, словно мог что-либо увидеть за ними. — Незачем им бесцельно мокнуть. Пусть лучше посидят в трактире и выпьют горячего вина за твое здоровье.

— Ты издеваешься, что ли?! — прорычал Лантий. — Предлагаешь остаться совершенно беззащитным перед визитом этой… этой дряни?

— Ты прекрасно понимаешь, что они при всем желании не в силах тебя защитить. — Рикки с потаенным раздражением стукнул кончиками пальцев по стеклу. — Черные драконы непредсказуемы в своих действиях и эмоциях. Вдруг Дани захочет войти сюда не таясь? Поверь, ей хватит сил усеять весь двор трупами. И потом заняться уже непосредственно тобой. Или ты собираешься взять с собой на земли мертвых как можно больше народа? По принципу, чтобы не скучно по дороге было?

Лантий побагровел. Вскинулся было возразить, но почти сразу же бессильно опустился обратно.

— Значит, я обречен, — прошептал он, трясущейся рукой наливая себе самогона из новой бутылки. — Но что вы тогда делаете здесь? Пришли позлорадствовать?

— Пришли помочь. — Рикки слабо улыбнулся. — Лантий, отпусти своих людей. Поверь, если мы тебя не спасем, то они тем более.

— «Мы»? — переспросил я, удивленно подняв брови. — То есть мы нападем на Дани все вместе? А к чему тогда рассказы, что это мой поединок?

— Это действительно твой поединок. — В светлых глазах Рикки застыл лед — Твоего права на него никто не оспаривает. Мы… Мы лишь наблюдатели. И потом, вдруг ты не справишься? Драконицу все равно надо будет остановить, иначе, опьяненная первой кровью, она отправится в город праздновать свой первый вылет. А это неприемлемо.

Я грустно усмехнулся. Эх, Шени, Шени. Хватит уже хвататься за каждую соломинку. Тебе ясно дали понять, что никто не встанет между тобой и драконом. Это твой бой, пусть и обреченный на провал заранее.

Рикки недовольно качнул головой, но ничего не сказал в ответ на мои печальные мысли. Вместо этого выжидательно перевел взгляд на Лантия.

— Будь по-твоему, — с явной неохотой ответил тот. — Я уберу людей.

И потянулся к маленькому серебряному колокольчику, вызывая в кабинет слугу.

Очередная вспышка молнии синим всполохом легла на бледное лицо Рикки. Храмовник не торопился вернуться на свое место, что-то выглядывая за бесконечными потоками дождя. Я встал и подошел к нему. Прищурил глаза, наблюдая, как пузырятся лужи в лиловых сумерках пасмурного вечера.

— Она уже близко, — тихо проговорил Рикки. — Я чувствую ее вожделение. Ее жажду крови и убийства.

— И почему меня это совершенно не радует? — хмыкнул я.

Рикки проигнорировал неприкрытый сарказм, прозвучавший в моих словах. Вместо этого обернулся и спросил, чуть склонив голову набок:

— Шени, ты знаешь, где у драконов слабое место?

— Э-э-э… — опешил я. Кашлянул и неуверенно предположил: — На горле?

— Дани — молодая драконица, — продолжил Рикки, словно не услышав меня. — Она не станет превращаться в доме. Побоится расшибиться о стены, еще не четко представляя свои размеры и возможности. О нет, она попытается вытащить Лантия во двор и уже там заняться им. Даже в человеческом облике драконы во много раз превосходят людей по силе и быстроте реакции. Но это твой шанс. Второго не будет. Подлови ее в комнате. Призови силу дармана на помощь. И дерись так, как никогда прежде. Если же Дани все же удастся вырваться во двор и она перекинется, то запомни одну вещь. Никогда не бей дракону в горло. Самое уязвимое место у них — это подбрюшие. Обычно оно защищено мягкими чешуйками, несравнимыми по крепости с броней хвоста, тела или крыльев. Понятно?

— Почему ты мне помогаешь? — поинтересовался я. — Сначала отправляешь на верную смерть, а потом даешь советы? Или это способ успокоить свою совесть?

— Это способ избавить тебя хотя бы от одной клятвы, которыми ты обвешался с ног до головы, — резко ответил Рикки. — Со второй будем разбираться позже.

Я насмешливо фыркнул, но ничего не успел сказать. Рикки поднял палец, призывая меня к молчанию, прильнул к запотевшему стеклу, что-то выглядывая в подступившей темени, и негромко произнес:

— Она идет.

Позади Лантий грузно осел в кресло, случайно смахнув со стола бутылку. По комнате поплыл густой запах алкоголя, который, смешиваясь с моим волнением, вызвал спазм в животе. Я до соленого привкуса во рту закусил губу, пытаясь совладать с волнением. Шени, успокойся! Рано раскисать и молить богов о быстрой безболезненной смерти! В конце концов, ты столько раз смотрел опасности в лицо. Неужели не справишься на этот раз?

— Что ты пугаешь? — пробурчал Борг, на мгновение открыв глаза и прислушавшись к чему-то, ведомому только ему. — Не идет она. Рано еще. Просто перекинулась и впервые поднялась в небо. Авось молнию на хвост поймает — и не будет у нас никаких проблем. Кроме одной: куда девать столько жареного мяса.

Рикки покачал головой и повторил с прежней уверенностью:

— Нет, Борг. Так нам не повезет. Дани слишком смышленая, чтобы долго кувыркаться в тучах. Пару кругов над Лутионом — и она явится сюда. Поди, и одежду где-нибудь недалеко спрятала, потому как прежнюю при превращении в клочья изодрала.

Томительно потянулись минуты ожидания. Лантий торопливо глушил стакан за стаканом, но не пьянел. Рикки каменным изваянием застыл у окна, рисуя непонятные знаки на запотевшем стекле. Даже Борг окончательно проснулся и нервно постукивал пальцами по подлокотнику, уставившись перед собой неподвижным взглядом. Я в свою очередь расхаживал по комнате, до боли в костяшках сжимая рукоять меча. Она отвечала мне привычной теплой пульсацией, но, против обыкновения, это меня не успокаивало. Хотелось заорать во все горло от нетерпения — когда, когда уже?! Такое чувство, будто вновь ожила татуировка на моем теле, и я вынужден прислушиваться к неторопливой поступи смерти.

— Скоро, — неожиданно обронил Борг — Совсем рядом.

Рикки прислонился спиной к подоконнику, уставившись на дверь. Лантий как-то жалобно всхлипнул и припал к бутылке, дергая кадыком и торопясь ее допить. Я покачал головой при виде такой картины. Жаль, что Флокса сейчас не может его видеть. Авось разочаровалась бы в моем сопернике. Хотя, с другой стороны — вряд ли бы на его месте я вел себя по-другому.

«Да ладно? — насмешливо удивился оживший вдруг внутренний голос — Тебе не кажется, что положение у тебя сейчас ненамного лучше, если не сказать — хуже? И ты ведешь себя по-другому. Что не может не радовать. Не люблю нытиков».

«Разве я не ною?» — удивился я.

«Ноешь, — легко согласился бог-отступник. — Чем меня уже изрядно утомил. Но хотя бы собираешься встретить свою судьбу достойно — лицом к лицу, в честном поединке. А не упившись вусмерть со слабой надеждой, что алкоголь сделает процесс умирания от когтей дракона менее болезненным».

— Дани! — вдруг крикнул Рикки, обрывая мой внутренний диалог. — Ну что же ты застыла за дверью? Мы все только тебя и ждем!

Наверное, мне показалось, но магические шары мигнули и загорелись ярче, когда на пороге показалась девушка. Или правильнее сказать — драконица? На пол с длинных распущенных волос Дани и ее насквозь мокрой одежды стекала вода. Девушка провела рукой, убирая пряди с лица, обвела нас спокойным взглядом и подбоченилась, словно не заметив, как от этого движения рубашка прилипла к телу, бесстыже обрисовав ее грудь.

— Что я вижу, — мелодично проговорила Дани, делая неторопливый шаг вперед. — Какое сборище! Целых четыре мужчины. И все собираются сражаться со мной?

Лантий прохрипел что-то неразборчивое, попытался было встать, но тут же вновь безвольно осел на прежнее место.

— Не обращай на него внимания, — попросил Рикки, небрежно стряхивая остатки сонных чар со своих пальцев. — Он немного выпил. Вот и пришлось сделать так, чтобы он нам не помешал.

— Не стоило, — холодно обронила Дани. — Лантий должен прочувствовать всю мою изощренную фантазию на собственной шкуре. Убедиться, что самые ужасные его кошмары не идут ни в какое сравнение с реальностью. Впрочем… Пусть. Я сумею его разбудить. Мало кто может спокойно спать, когда ему поджаривают пятки.

— Кажется, я знаю, каким было твое любимое занятие в детстве, — пробурчал я. — Поди, жаб через соломинку надувала и котят топила. Милая девочка.

Зря я это сказал, если честно. Дани посмотрела на меня с таким нехорошим интересом, что волосы у меня на голове едва не встали дыбом.

— О, и ты тут, — произнесла она, разглядывая меня так, словно увидела в первый раз. — Но оно и к лучшему. Я все равно собиралась навестить тебя сегодня чуть позже, как уже приходила прошлой ночью. Тогда я собрала столько смертельного колдовства, что вытянула достаточно жизни из всех постояльцев. Правда, не застав тебя, не стала трогать Флоксу. Слишком мало времени было в запасе. Теперь обязательно это исправлю. У меня к твоей подруге особые счеты. Просто убить ее будет слишком легко. Так что сегодня ночью мы обязательно поболтаем с ней по душам, так сказать, о женских секретах.

— Что ты к ней привязалась? — грозно вопросил я, ощутив мгновенный укол беспокойства. — То по науськиванию Зиргия ее убить пыталась. То теперь угрожаешь. Почему до сих пор не успокоилась? Есть какие-нибудь претензии — выскажи их мне.

— Ох, Шени, Шени. — По губам Дани зазмеилась неприятная усмешка. — Ты ведь нравился мне. Да и сейчас нравишься. Я хотела убить Флоксу не только из-за пресловутого правила «абсолютного превосходства». Но и чтобы стать единственной женщиной в твоей жизни. Пусть ненадолго, но все же.

— Ты пыталась меня убить, — напомнил я. — Или в этом проявлялась твоя любовь?