Странник

  Он поднялся. Секунду стоял, размышляя, как прощаться, но после моего холодного взгляда, просто кивнул на прощание головой и зашагал к двери. Некоторое время я сидел, глядя в пространство. Затем встал и стал одеваться. Надо было посоветоваться с командиром.

   За день до нашего выхода в рейд, вечером, после ужина, раздался сигнал вызова. В трубке голос Макса предложил мне послушать выпуск вечерних новостей. Включил 'голо'. Несколько минут спустя, в разделе 'Криминальная хроника', в ряде подобных ему сообщений, прошла следующая информация: - Возвращаясь, домой, поздно вечером, был убит и ограблен государственный служащий Филеас Матиас Сквош, работавший начальником сектора информативных систем .... Полиция считает, что это дело рук подростковой банды с окраин, так как раны, нанесенные ему, говорят о бессмысленной жестокости...'.

  Дальше я слушать не стал. С силой ударил по подлокотнику кресла и несколько минут зло матерился. Потом не выдержал, вскочил с кресла и несколько минут нервно мерил шагами свою комнату.

   'Зачем?! Зачем это надо было делать?! Кому от этого лучше стало?! Мать вашу!!'.

   ГЛАВА 26

  Теперь мы отправились на Юг. Шли за головой новоиспеченного вождя бедноты, призывавшего жить одной, общей семьей - коммуной. На нового коммунара никто бы не обратил внимания, если бы он ограничил свою деятельность только Зоной, но ему, как и всем, небольшого ума, вождям от сохи, хотелось быть первыми не только в деревне, но и в городе. Выход за пределы Зоны стал его второй и последней ошибкой. Первой ошибкой было его рождение.

   С некоторых пор в мегаполисах стали происходить одинаковые, словно под копирку, ограбления. Налетчики, врывались в банк именно в те часы, когда там находилось наибольшее число клиентов и посетителей. Вместе со служащими, они брали последних в заложники, угрожая властям тем, что если их требования не будут удовлетворены, они взорвут себя и захваченных ими людей. Все их требования состояли только из одного пункта. Названная сумма денег должна быть перечислена на анонимные счета в течение часа. Когда подобный случай произошел впервые, корпорация, чей филиал банка был захвачен, недолго думая, бросила на налетчиков свою 'карманную' армию, чтобы тем впредь неповадно было устраивать нечто подобное. В результате прогремевшего взрыва погибло свыше пятидесяти человек, большая часть из которых была гражданскими лицами. И это не считая гигантских штрафов, компенсаций, а также убытков, понесенных корпорацией в результате разрушений. После этого случая деньги исправно перечислялись, а налетчики, после того как деньги оказывались на анонимных счетах, дружно кончали жизнь самоубийством. Такой финал наталкивал на мысль о сильнейшем воздействии на психику налетчиков - самоубийц. Так как трупы не допросишь, эта версия оставалась в ряду других таких же, пока спустя три месяца, во время четвертого ограбления, не остались в живых два налетчика. Один из них не стал убивать себя. Вместо этого, упав на пол, забился в истерике. У второго оружие дало осечку. Его так и взяли. С дулом пистолета во рту и бессмысленно щелкающего курком. Двух дней обследования хватило, чтобы понять, к грабителям была применена техника глубокого зомбирования, когда-то разработанная армейскими специалистами. Не прошедшая испытания, она была признана непригодной к дальнейшему использованию, чтобы быть затем похороненной в ворохе других таких же бесперспективных планов и проектов. Как, теперь оказалось, проект оказался захоронен неглубоко. После того, как из грабителей банков, выкачали информацию о местонахождении главаря, судьба новоявленного вождя бедноты была решена, а перед 'псами' поставлена очередная задача. Когда наемники узнали, что за голову нового 'Робин Гуда' положена премия в пятьдесят тысяч кредитов от одной сильно обиженной корпорации, от желающих попасть в рейд отбоя не было. Всем хотелось пополнить свой банковский счет. Координаты коммуны были получены от тех же 'зомби', проверены и обработаны разведкой, после чего были переданы нам. Благодаря точным данным, нас высадили за один дневной переход до места ее расположения, поэтому в этот раз сильно мучиться мне не пришлось. Оказавшись в прямой видимости коммуны, мы устроили временную базу, затем в течение целого дня, наблюдали за жизнью ее обитателей. По моему мнению, до светлого будущего, обещанного их вождем, им было - ой, как далеко! К вечеру второго дня, мы с командиром, сумели выбрать наиболее незаметное место для моего появления во вражеском лагере. Макс, тем временем, развил бурную деятельность по подготовке к предстоящей операции, взяв, для этого в помощники двух оставшихся бойцов нашей команды. Стив по кличке 'Пуля' и Ред. Оба были ветеранами - пулеметчиками. Проникнув в лагерь, во время вечерней речи вождя, я без труда заминировал лабораторию, а также арсенал коммунаров, после чего совершил 'прыжок' обратно, в наш лагерь. Мое возвращение стало сигналом для начала операции. После двух взрывов, унесших в небытие большую часть лагеря, мы быстро произвели зачистку оставшихся коммунаров. Затем командир зафиксировал смерть их лидера, и мы двинулись в обратный путь.

   На второй день нашего прибытия в лагерь, я сидел в гостиной, наслаждаясь прохладой, тишиной и одиночеством. Всем тем, что в джунглях всегда в большом дефиците. Стив, с кем я на пару делил коттедж, сейчас находился на перевязке. Его единственного ранило, правда, легко, при зачистке коммуны. Командир, как обычно писал отчет, а Макса где-то черти носили. Короче, у всех было какое-то дело, кроме меня. Неожиданно раздался сигнал входной двери. Вздрогнув от неожиданности, я тут же напрягся.

   'Контора Сквоша? Других визитеров не жду. Интересно, с чем этот придет? Шоколадом сначала покормит или сразу с угроз начнет?'.

   Разговор с приемником Сквоша обещал быть не из легких. Отчасти из-за того, что я так ничего и не решил для себя, отчасти из-за смерти Сквоша. Честно говоря, я не знал, что тот мой разговор с командиром приведет к подобному результату, но что случилось, то случилось. Теперь, когда тайна перестала висеть над моей головой дамокловым мечом, я бы с удовольствием вернулся в мобильную пехоту, на базу 'Норвуд'. К Шер. Но мне даже такого счастья не дано. Я как собака на длинной привязи. Бегать по двору могу, а дальше никак. Это тоже пойдет в счет конторе Сквоша. Есть много чего, что я мог бы им предъявить, только захотят ли они платить по счетам. Ведь судя по всему, эта контора считает, что я им должен. Даже не столько им, сколько человечеству. Вот жабы...!

   - Войдите!

  После чего я сделал глубокий вздох, а затем выдох. Дверь открылась. В прихожей послышались шаги нескольких человек. Сначала это стало для меня неожиданностью, но мысль, пришедшая на ум, не только успокоила, но и рассмешила меня: - Ха! Новый переговорщик охрану с собой прихватил. Со страху'.

  Я был готов, в принципе, ко всему, но как только в проеме двери показались люди, один за другим, переступающие порог, меня, словно пружиной, выбросило из кресла.

   'Это что за...! И наш полковник. Во блин!'.

   За человеком в ладном костюме, хорошо сидящем на его спортивной, подтянутой фигуре, вошел генерал с жестким выражением лица, за ним полковник Иван Милошевич, мой начальник, командир специального подразделения 'Псы войны'. Следом, порог переступили два гражданских лица. Все они, пройдя в гостиную, стали неровным полукругом по другую сторону стола. С минуту растерянно хлопал глазами при виде представительной компании, затем быстро оббежал взглядом всю компании, теперь уже пытаясь понять, с кем меня свела в очередной раз судьба. Генерал, затянутый в форму национальных гвардейцев, был прямым и жестким, как стек. Глаза холодные, как у змеи. Встретившись с ним взглядом, тут же уловил недовольство, напомнившее мне, что я служу в армии. Тут же вытянулся. Отдал честь.

   - Сэр!

   - Вольно, сержант! - голос генерала был также недоволен моей распущенностью.

  Стоявший, слева от генерала, пухлый мужчина, одетый в дорогой костюм, невольно подался назад, когда я прошелся по нему взглядом, выдав, тем самым, свой страх передо мной. Полный, с толстыми щеками, лежавшими на твердом воротничке белой рубашки, он представлял собой ярко выраженный тип правительственного чиновника. По крайней мере, именно такими, я их и представлял. Элегантный господин, первым зашедший в гостиную, несмотря на цивильную одежду, осанкой и выправкой напоминал мне, стоящего рядом с ним, генерала. Лицо костистое и худое. Взгляд внимательный и цепкий. Такой бывает у снайпера, высматривающего цель. Последний из компании, тип в гражданской одежде, стоящий чуть позади от 'снайпера', отличался от всех остальных своей абсолютной безликостью. Взгляд просто скатывался с его лица. Некоторое время мы, молча, стояли, рассматривая друг друга. Потом генерал еще раз огляделся. Похоже, он был недоволен не только мной, но и гостиной, а может даже компанией, с которой прибыл. В следующую секунду я получил подтверждение своей наблюдательности.

   - Господин полковник, почему мы не в зале совещаний, а здесь?

   - Господин генерал, извините, но на этом совещании, председательствую не я. Меня пригласили так же, как и вас, - голос полковника Милошевича был холоден, как лед.

   - На этом совещании председательствую я. И вы генерал, это прекрасно знаете, - заявлено было довольно резко и жестко, а тон, которым это было сказано, явно касался зарвавшегося генерала. После чего 'элегантный костюм', сделав шаг вперед, а затем в сторону, после чего развернулся и стал так, что видеть лица всех.

   - Генерал, и вы, Рейх, садитесь в кресла. Полковник, вы тоже садитесь. А вы, Стессель, не маячьте у меня за спиной, станьте рядом. Ты, сержант, пока постоишь. Будешь в центре внимания. Знаю, ты удивлен, Дэвид Сакс. Но это ненадолго. Сейчас я представлю себя и остальных, а затем объясню суть дела. Начну с себя. Я, Аскольд Рабат, являюсь главой военной разведки. Питер Рейх - представитель правительства. Не обращайте внимания на его испуганный вид, когда он поймет, что вы не собираетесь его заживо съесть, он будет в состоянии подкинуть нам пару - другую светлых идей. Генерал Маккарти, являясь военным в пятом поколении, представляет здесь генеральный штаб, а значит, армию. Полковника, твоего командира, не представляю, зато представлю Стесселя, - тут последовал короткий взмах руки в сторону безликой личности. - Он стал приемником на посту начальника отдела научной разведки Филеаса Сквоша. Именно от него мы узнали о вашем существовании сержант. Теперь разрешите представить вам, господа, Дэвида Сакса. В прошлом хороший ученый, талантливый инженер - исследователь, а ныне 'пес войны'. Как вы все, господа, прекрасно знаете, в это элитное подразделение просто так не берут. Вот такой он универсал, этот Дэвид Сакс. Теперь, если присутствующие не против, я изложу дело по существу. Извините, чуть не забыл сказать о еще одной вещи. То, что я сейчас скажу, является государственной тайной. Правда, только на ближайшие тридцать шесть часов.

   - У меня своих тайн хватает, - раздался, несколько раздраженный, голос полковника Милошевича. - Да и дел тоже. Может, в таком случае, я могу считать себя свободным?

   - Сидите, полковник, - голос главы разведки был сух и деловит. - Все, что сейчас здесь будет обсуждаться, непосредственно касается и вас. Перехожу к сути дела. К Фальстафу приближается боевая эскадра звездолетов, посланная из Центральных Миров. Через тридцать шесть часов они будет на нашей орбите. Два линкора. Четыре крейсера. Два десантных дредноута, на борту которых находится около шести тысяч солдат Звездной пехоты. Речь идет о прямой военной угрозе. Эскадра вышла в открытый космос еще два месяца назад, в то самое время, когда только проявились вспышки недовольства на Ганимеде. Расчет был прост: не получиться с мятежом, тогда мы, Центральные Миры, выступим в роли защитников, заметьте, не мятежников, а обиженных граждан-диссидентов, страдающих от произвола местных властей. Все хорошо продумано, не правда ли, господа? Земля опять становиться на страже закона и порядка, а мы с вами оказываемся диктаторами, тиранящими инакомыслящих! Как вам такая расстановка ролей? Не нравиться?! - при этом он оглядел всех нас. - Мне тоже она не нравиться! Но дальше будет еще хуже! У адмирала Савиньи, командующего эскадрой, есть предварительно разработанный план оккупации нашего мира. Сначала правительство Фальстафа получает заявление адмирала, в котором говориться, что эскадра прибыла из-за призывов о помощи от лояльных, по отношению к Центральным Мирам, граждан, над которыми чинят насилие местные власти. Далее адмирал потребует дать ему разрешение на высадку специальной комиссии для расследования этого дела. Высадится она, не просто так, а при поддержке батальона Звездной пехоты, а может двух или трех. На наши возражения будет заявлено: это только в качестве меры безопасности. А их специальное расследование закончиться тем, что несколько десятков граждан, являющихся их агентами, выступят по 'голо'. Что это будет за выступление вы, наверно, догадываетесь. Размазывая кровь и сопли, они расскажут, как их, бедных и несчастных, мучили в застенках палачи, только потому, что они хотели жить в мире и согласии с Центральными Мирами. После чего, под общий хор несчастных мучеников: 'Слава солдатам - освободителям!', на планету начнут садиться один за другим десантные боты, - он выдержал паузу, а затем продолжил. - Подвожу итог, господа. Вся эта комедия разыгрывается из-за того, что Земле нужен минерал Женич. Нужен как воздух. А между ним и Центральными Мирами стоим мы, граждане свободного мира. У меня пока все. Ваша очередь, генерал.

  Тот, все это время, просидел неподвижно, как каменная статуя. Даже при этом обращении к нему, он остался неподвижным, только важно кивнул головой, дескать, принял к сведению.

   - Весь наш флот составляют два военных звездолета, и только один из них сможет сравниться броней и оружием с крейсером. Исход космической битвы, если бы такая случилась, думаю, ясен всем. На земле наше преимущество также невелико. В численности наши объединенные военные силы превосходят в два раза вражеский десант, но в технике и огневой мощи они сильнее нас, раз в десять - пятнадцать. Единственный вариант борьбы, которая может окончиться нашей победой, это партизанская война, но об этом пока говорить рано. Я закончил.

  Речь оказалась короткой, четкой и лаконичной, как и положено докладывать штабному генералу, но прозвучала она несколько заучено. Хотя может быть, под своим манерным тоном, генерал скрывал чувство беспомощности и стыда? Наступило тяжелое молчание. Все смотрели кто куда, только не в глаза друг другу, словно уже признали свое поражение, и теперь стыдятся этого. Единственным исключением был Аскольд Рабат, глава разведки, который почти все это время смотрел на меня.

   - Никто не хочет говорить, - подвел он итог молчанию. - Тупик, да? Так вот, для того чтобы найти выход из него, я собрал вас здесь. Узнав, неделю тому назад, о необычайной способности сержанта Сакса, я даже не думал о подобном ее применении. Но вот пришлось!

   'Он не думал. Военный разведчик. Кому ты заливаешь?! А новость-то действительно.... Не успели еще от мятежа отойти, так нате вам! Так, о чем это он там?'.

   - ... пришло время познакомить вас, всех, с ней. Или ты, Дэвид, сам хочешь рассказать?

  Я отрицательно покачал головой, за что получил от генерала очередной строгий взгляд.

   - Дэвид Сакс, не совсем обычный человек, господа. Он владеет телепортацией.

  Изумленными, по-детски округлившимися, стали глаза представителя правительства, недоверчивость проявилась во взглядах военных, прежним остался только пристальный взгляд главы военной разведки.

   - Да - да. Вы не ослышались, господа. Он может переносить себя сквозь пространство, без каких-либо технических приспособлений.

   - Только один? А захватить с собой может кого-нибудь? - тут же деловито поинтересовался генерал. - Несколько человек? Отряд?

  Я несколько замешкался, не зная, какой уровень объяснения им может быть понятен, но времени на обдумывание мне не дали.

   - Сержант, ты что глухой? - раздался голос Милошевича. - К вам обращается, старший по званию, офицер!

   - Так точно, сэр! - я тут же стал по стойке 'смирно'. - Может быть одного, сэр!

   - Это не ответ, сержант! - генерал, похоже, всерьез рассердился. - Господин полковник! Ваш личный состав, похоже, не знает элементарных основ армейской дисциплины! И все же я не получил ответа на свой вопрос.

   - Генерал, - неожиданно вмешался представитель правительства, - если я не ошибаюсь, тут все пока на уровне эксперимента.

   - Минуточку, - генерал повел головой в сторону разведчика. - Так это только эксперимент? У нас нет подобных солдат? Он в единственном экземпляре?

  От этих слов меня внутри всего передернуло.

   'Хорошо хоть не уродом назвал, а всего лишь экземпляром. Спасибо и на этом, господин генерал'.

   - Генерал, это не специально подготовленный солдат, а человек с уникальной возможностью перемещения в пространстве.

  Отчеканив эти слова, глава разведки бросил недовольный взгляд на генерала. Тот, не выдержав взгляда, опустил глаза. Мне это понравилось.

   'Так его! Не фиг выеживаться! Сам еще тот экземпляр...'.

  Но поизмываться, хотя бы в мыслях, мне не дал Рейх. Теперь, когда его страх прошел, толстая фигура представителя, вся до последней жировой складочки, излучала любопытство.

   - Господин Рабат, с вашего позволения, я задам несколько вопросов сержанту?

  В ответ получил согласный кивок головой от главы разведки.

   - Дэвид, для начала вы не могли бы продемонстрировать нам свои способности? Или это требует...

  Не успел он закончить, как я исчез. Выждав с десяток секунд на веранде - появился снова. На всех лицах, без исключения, было состояние крайнего изумления. Первым, неожиданно для меня, подал голос Милошевич. Скорее всего, эти слова были криком души: - Ну, Жано! Ты у меня...

  Я, наверно, единственный понял, что он хотел этим сказать. Следом за ним подал голос Рейх: - Это... это просто невероятно! Я не мог себе даже представить...!

  Подвел итог отрывочным высказываниям Рабат, быстро взявший себя в руки: - Это и есть необыкновенные способности, о которых я вам говорил.

  Тут неожиданно снова вступил в разговор Рейх: - Дэвид, у вас есть родители, девушка?

   - Так точно, сэр!

  Рейх при моем чеканном ответе поморщился так, словно я ему наступил на любимую мозоль. Потом с трудом повернул голову, сидевшую на толстой шее, в сторону главы разведки. Его лицо, при этом усилии, стало пунцовым.

   - Господин Рабат, когда я присутствовал при вашей беседе с начальником научной разведки Стесселем, последний намекал на то, что Сакс чуть ли не чудовище, представляющее угрозу человечеству, а теперь оказывается, что он является нашим спасителем. Я правильно понимаю ситуацию?

  Последовал новый четкий кивок головой главного разведчика планеты.

   - Раз так, то обращайтесь с ним как с человеком! Его сержантское звание оплачено кровью! Я навел о нем справки. Кстати, генерал Маккарти знает об этом? Сомневаюсь! Вместо того...

   - Послушайте, Рейх! Он, прежде всего солдат! И приказ для него...

   - Замолчите! Я еще не закончил говорить, генерал, - голос толстяка стал настолько холоден, что я бы не удивился, если бы сейчас пошел снег. - За этой военной проблемой, которая рано или поздно разрешиться, вы не увидели главного. Этот человек - надежда, а может даже будущее нашего человечества! Не знаю, передадутся ли по потомству его гены, но уже сейчас он способен дать людям многое. Господин Рабат, я высказываю свое личное мнение, но мне кажется использование подобного человека в военной операции, то же самое, что забивать микроскопом гвозди.

  Камень явно был брошен в генерала.

   - Теперь, если вы кончили, я все-таки выскажусь! - на этот раз, генерал не выдержал, вскочил с места. Гордо выпрямился. - Ему так же, как и нам всем, есть, кого защищать. Родители, девушка. Угроза нависла и над ними! Если есть хоть один шанс одержать победу, мы должны его использовать! Он солдат, и этим все сказано! Я прав, сержант?!

   - Так точно, сэр!

  Представитель правительства недобро покосился в сторону генерала, но не успел открыть рот, как разведчик, видя, что дело идет к скандалу, поднял руку в успокаивающем жесте.

   - Хватит препираться, господа. Мы здесь собрались не для пустых споров, а для переговоров с Дэвидом Саксом! Считаю, что свои мнения и возражения вы уже высказали, а значит, можем перейти прямо к делу. Дэвид, извините нас. Наша делегация была собрана буквально впопыхах, за несколько часов до прибытия в ваш лагерь. Из-за нехватки времени и неподготовленности, совещание оказалось несколько более эмоциональным, чем я мог себе предположить. Хотя, чего уж тут говорить, твои способности, Дэвид, могли вызвать и не такой взрыв эмоций. Теперь я хочу объяснить тебе причину нашего появления. Операция, о которой уже было упомянуто, разработана совместно штабом армии и разведкой. Центральной фигурой в ней мы сделали сержанта Сакса. Без его ведома. Извини нас, парень. Надеюсь, ты все понимаешь правильно. Нас просто зажали в угол. Если у нас есть шанс исправить положение, то это только ты Дэвид, - после личного обращения ко мне, он развернулся к остальным присутствующим. - Теперь просьба ко всем. Слушать меня внимательно и не перебивать. Все вопросы и соображения оставьте при себе. На потом. Итак, когда эскадра подойдет к Фальстафу, мы обменяемся радиосообщениями, после чего, отправим на орбиту челнок с делегацией. Она повезет мирный договор и ряд предложений, но речь сейчас идет не о ней. В челноке, вместе с делегацией, в секретных отделениях, будет спрятан отряд коммандос. Скорее всего, это будут 'Псы войны'.

   Как только прозвучали эти слова, я тут же кинул взгляд на полковника. Любому начальнику хочется, чтобы во вверенном ему подразделении царила тишь да гладь, а всякие непонятности и неожиданности вызывают у него раздражение и головную боль. Головной боли у полковника сейчас явно не наблюдалось, зато глаза потемнели от гнева. Вздернув подбородок и сжав губы, Милошевич стал смотреть куда-то в пространство. Я не понимал его поведения. Почему он не возражает? 'Псы' хоть и элитное подразделение, но они не Звездная пехота. У них другая специфика. С другой стороны: кто я такой? Им за погоны платят хорошие деньги, вот пусть и думают. Выбросив эти мысли из головы, переключился на изложение плана главой разведки.

   - Как только челнок пристыкуется к линкору, первой на него перейдет абордажная команда. В это время вы, Сакс, если, конечно, получим ваше согласие, прыгните сквозь пространство на их корабль. Пока будет идти стандартная проверка челнока, у вас, Дэвид, будет максимум двадцать минут. Наши специалисты головой ручаются, что за этот промежуток времени солдаты не смогут добраться до тайников с 'коммандос'. Скажем так. Это немного времени, но и немало. Все будет зависеть от вашей сноровки и подготовки, сержант. Очутившись на капитанском мостике, вы будете должны захватить адмирала, а затем принудить его к сдаче корабля. Одновременно это будет сигналом 'коммандос' к нападению. Если все получиться удачно, в нашем распоряжении окажется мощный линкор, командующий флотом и правительственная комиссия, находящаяся на нем. Среди них есть парочка высокопоставленных чиновников, головы которых расцениваются также высоко, как и адмиральская голова, что дает нам дополнительные шансы на успешный исход дальнейших переговоров. Думаю, что при удачном исходе операции, мы сможем существенно изменить расклад сил. Они нас силой собрались бить, а мы ударим по ним хитростью. Это все.

  Встал полковник Милошевич. Лицо жесткое, напряженное.

   - Почему я последним узнаю о том, что мое подразделение участвует в вашей операции?! И еще...

   - Господин полковник! Все разъяснения вы получите через пятнадцать минут, в своем кабинете, а сейчас, господа, разрешите мне сказать пару слов, сержанту Саксу, наедине.

  Полковник, больше ни слова не говоря, резко развернувшись на каблуках, пошел к двери. Вслед за ним следом, потянулись все остальные. Как только последний человек оказался за порогом, глава разведки обратился ко мне: - Теперь, Дэвид, что касается тебя. Эта операция - операция одного человека. Слово за тобой. Как скажешь, так и будет. При твоем отказе никаких репрессий по отношению к тебе не последует, я тебе это обещаю. Но в случае твоего согласия, думаю, что смогу разрешить проблему со Стесселем. Ты понимаешь, что я хотел сказать? Вот и хорошо. Ответ мне нужен в течение часа. Мы будем в кабинете Милошевича. Придешь туда. Вопросы есть?

   - Никак нет, сэр!

  После его ухода я демонстративно потянул носом. Запах свободы. Я чую его! Вот он, мой шанс вырваться из лап научной разведки, будь она трижды проклята!

   'Мой шанс! Зубами вырву его у судьбы!'.

  Некоторое время стоял, впитывая в себя, запоминая каждой клеточкой тела, этот миг. Сейчас, я не думал о том, что путь к свободе будет выложен человеческими жизнями, что капризная госпожа удача может отвернуться от меня и операция провалиться или меня могут убить. Просто сейчас я увидел свет в конце туннеля, и этого для меня было достаточно. Как и того, что называлось моей жизнью. Как я устал от нее! Устал, что за меня решают, что мне делать, как мне жить. Все, хватит!

   Весь путь, по дороге в административный корпус, ушел на обдумывание условий, которые собирался выдвинуть главе разведки, за свою помощь.

   'Родителям пусть положат на счет... сто тысяч кредитов. Шер... демобилизовать. И на счет положить... пятьдесят тысяч кредитов. Или больше?'.

  Так и не успев определиться в цифрах окончательно, как оказался перед дверью кабинета полковника Милошевича. Сегодня, по случаю сбора столь высоких гостей, здесь стоял часовой, солдат из взвода охраны. Как видно, он был предупрежден обо мне, потому что не успел я остановиться перед ним, как он отошел в сторону, со словами: - Вас ждут, сержант. Проходите.

  Войдя, стал по стойке 'смирно'. Шум тут же смолк. Глаза присутствующих, в который уже раз, скрестились на мне.

   - Сэр! Я согласен, сэр!

   - Ну, вот и отлично, сержант, - Рабат встал и подошел ко мне. - Лично обещаю тебе, в случае успеха, звание уоррент - офицера. Хотя, подожди,... мне говорили, что ты хороший инженер - исследователь. Может, ты хочешь уйти из армии?

   - Так точно, сэр!

   - Не проблема. Теперь изложи свои пожелания.

  Выслушав меня, Рабат с минуту подумал, потом сказал: - Все реально. Завтра с утра деньги будут лежать на счетах. Девушку демобилизуют уже сегодня к вечеру. Я ничего не забыл?

   - Никак нет, сэр!

   - Ты мне нравишься, парень! Так держать!

   Выйдя из здания администрации, я сразу же отправился к Жано. Нашел его, сидящим в легком, плетеном кресле, в тени, у небольшого бассейна. Из одежды на нем были только шорты, да глаза были прикрыты темными очками. Сняв их, при моем появлении, он безапелляционно заявил: - Долго же ты изволил до меня добираться, Дэвид Сакс.

  Не ожидая такого начала разговора, я удивленно застыл, пытаясь понять, что он имеет в виду.

   - Садись. В ногах правды нет. Холодного сока хочешь?

  Отрицательно помотав головой, я сел в соседнее кресло.

   - Раз не хочешь, сразу приступим к делу. Ты в курсе, что мы идем вместе в... на новое задание?

   - В курсе, командир. Узнал об этом полтора часа тому назад.

   - Меня поставили об этом в известность, час тому назад. Лично полковник. Он же и назначил меня командиром сводного отряда 'псов'. Сказал, что делает это в качестве личной благодарности за мои заслуги. После чего дал сутки на подготовку. Тебе, насколько мне стало известно, отвели главную роль в этом космическом шоу. А теперь объясни мне, что все это, черт возьми, значит! - сейчас в его голосе звучала сталь.