Странник

   'В тебе. Не объясню. Сложно'.

   'Ну и черт с тобой! - подумал я, а вслух спросил. - Что теперь делать?

  И тут же сам себе ответил: - Действовать!

   В более спокойное время, и в другой обстановке, я вел бы себя по-другому. Возможно, паниковал, копался в себе, а затем попытался бы выстроить логическую цепочку, рассматривая и анализируя каждое звено в отдельности, приводя в соответствие с логикой и законами природы. Но сейчас, находясь в джунглях, один, без оружия и еды, в неизвестном месте, при обстоятельствах, которые можно назвать фантастическими и не ошибиться при этом, я просто не мог себе позволить осторожничать. Нужно было все выжать из ситуации, дававшей шанс выжить, а возможно и не мне одному.

  Из оружия у меня был только десантный нож, висевший на поясе, а в кармане 'Зверь'. Плюс двухдневный сухой рацион в таблетках и полфляги воды. Правда, имелся еще набор фильтров, с которым при наличии любой, даже болотной, воды, смогу продержаться суток пять. Но иметь возможность перемещаться в пространстве и умереть от жажды - это нонсенс. Сведя все воедино, я был готов морально и физически провести эксперимент, уже хотя бы для того, чтобы выжить. Осталось только выяснить, где кончик нитки, который должен торчать из спутанного клубка. Я снова и снова пытался подвести логическую базу под то, что знал, но вскоре понял, эти отрывочные данные ничего не дают. Тогда я попытался вспомнить детали, которые привели меня к проколу пространства. Только начал опускаться мыслями под землю, во тьму, как тут же понял, что дало мне тогда толчок. Солнце! Оно явилось проводником сюда. Кстати этим, возможно, объяснялось мое появление в развалинах, расчищенном от джунглей месте, на самом солнцепеке. Место моего появления хорошо увязывалось в логическую цепочку. Ведь развалины сдерживали наступление леса, а значит тени и полумрака. Похоже, это то, что надо. Мне просто нужно четко представить картинку того места, куда я хотел попасть. До сих пор не знаю, почему не провел пробный эксперимент, здесь, на поверхности, а вместо этого стал представлять тусклый свет лампы, серые шершавые стены комнаты - склада. Причем, настолько явственно, что холодок страха, еще не выветрившийся окончательно из меня, тут же прошелся по спине. В следующий миг я почувствовал прохладу и трупный запах. Открыв глаза, тут же вздрогнул от запоздалого страха.

   'А если не удастся второй раз уйти отсюда? Идиот! Там надо было попробовать. Там, на поверхности!'.

  Вспышка страха была настолько острой, что я забыл обо всем на свете. И только сумев стряхнуть с себя липкую паутину страха, до меня, наконец, дошло, что я снова сумел открыть дверь в пространстве.

   'Я могу это! Могу! Мо... - но чувство ликования захлебнулось в туже секунду, как только мои глаза освоились в полумраке. Мое появление не вызвало волны восторга и шумной радости, как я ожидал, а наоборот - недоверие и тревогу. То, что на их глазах произошло чудо, ровным счетом ничего не значило. К сожалению, эти люди, профессиональные убийцы, в отличие от большинства уже давно похоронили свои детские фантазии, причем всерьез и навечно. Не веря никому и ничему до конца, они, наверно, поэтому и были живы до сих пор. Я исчез и появился. Эти действия, не санкционированные командиром, можно было оценить по-разному. Начиная от неповиновения командиру и вплоть до предательства, поэтому их глаза, великолепно умеющие ловить в прицел врага, теперь ловили мое малейшее движение. Стволы, опущенные к земле, меня не могли обмануть. Напряженность их поз, говорила о готовности вскинуть оружие и стрелять, как только появиться хоть малейший повод. Их нервы сейчас представляли проволочку, ведущую к гранате - растяжке. Зацепил - бах! И тебя нет на свете! Дальнейшее молчание это дополнительная нагрузка на нервы, поэтому я решил: чем быстрее разряжу обстановку, тем будет лучше для всех, а в первую очередь для меня самого. Надо удивить их. Поразить воображение, если конечно, оно у них осталось.

   - Командир, у меня проявилась возможность... э-э... перемещаться в пространстве.

  В первый и видно в последний раз я видел удивление на его лице, после чего оно снова стало ничего не выражающим, зато настороженные, прощупывающие взгляды у остальных членов группы изменились, если у Макса он стал недоверчиво-осторожным, то у взрывника просто непонимающим.

   'Не поверили. Я бы тоже не поверил. У меня за плечами знания, опыт, а я и то,... Что тогда про них говорить, с их стандартным мышлением...'.

   - А я-то думал, куда ты исчез. Даже парней расспросил, не посылал тебя кто-нибудь за пивом и солеными сухариками. А ты, оказывается, решил на солнышке погреться. Понимаю, - секунду помолчав, командир добавил. - Очень хорошо понимаю.

  Напряжение все так же продолжало висеть в воздухе.

   - Ты где этому хитрому фокусу научился, если не секрет? Или склепал хитрый механизм в своей лаборатории, как и нож?

   - Это трудно, так сразу, объяснить, командир. Сам узнал об этом... даре, чуть больше часа назад. Так что деталей и тонкостей от меня не ждите.

   - Интересные дела, - вставил свое слово Макс. - Сначала крысы. Потом Веракрус. Теперь ты. Прямо парк развлечений.

   - Ха-ха-ха! Точно! Ха-ха! - неожиданно захохотал Эл. - Парк развлечений!

  Я понимал, что это все нервы, но меня все равно покоробило. И слова, и смех.

   - Хорошо. Я попробую.

   - Пробуй, Сакс, а мы постараемся понять.

  Только теперь, после этих слов командира, наступила разрядка. Я это почувствовал. Стена, выросшая между нами, не исчезла, но уже не была такой прочной. Садиться никто не стал, мы остались стоять, друг против друга, только стволы автоматов опустились еще ниже.

   - Наверно, я слабее духом, чем вы. Страх, захлестнувший меня, был такой силы, что казалось,... вот-вот и крыша поедет. Сдерживал себя, сколько мог, но желание увидеть хоть одним глазком солнце, очевидно, что-то перемкнуло у меня в голове. И вдруг желаемое превратилось в реальность, - тут я увидел жестикуляцию Макса, который пальцем ритмично постукивал себе по виску. - Понял тебя. Но я не знаю, что у меня было, в голове, в тот момент. Каша была. Единственное, что могу сказать точно; страшно хотел увидеть солнце. А потом,... потом я оказался на поверхности.

   Здесь я замялся, не зная, как объяснить им, то, что произошло дальше. В конце концов, решил, о чужом разуме им знать не стоит. Командир, не торопился комментировать мои слова, продолжая рассматривать меня, словно видел впервые, а Макс с Элом наблюдали за его реакцией. Беспокойство, что меня могут не так понять, снова закралось в сердце. Дескать, пришел попрощаться. Пришлось опять приняться за объяснения.

   - Командир, я хочу попробовать вытащить вас отсюда. Правда, не уверен, что все получится как надо,... но хочу попытаться.

   - Хорошая мысль. Она мне нравиться, но не нравиться твоя неуверенность, а с другой стороны, у нас нет иного выхода. Даю добро.

   - Честно говоря, я даже не знаю, с чего начать.

   - Макс, побеседуй с ним. Похоже, это твой клиент.

   'Черт! Он же психолог! Пусть и бывший. Как я мог забыть об этом! То, что надо!'

  Макс подошел ко мне.

   - Извини, Дэвид. Ни отдельного кабинета, ни соответствующей обстановки - нет. Придется работать в спартанских условиях. Давай выкладывай мне свои проблемы и страхи. Только подробно - подробно. И поверь, я приложу все свои силы, чтобы тебе помочь, хотя бы потому, что мне тоже очень хочется увидеть солнце.

   Я постарался перевести в слова все ощущения, которые только смог вспомнить.

   - Это просто чудо. Тут, в принципе, нужен священник, а не я, - подвел итог сказанному Макс, после некоторого раздумья, - но я тоже хочу увидеть солнце. Поэтому давай попробуем.

   Забросив ремень автомата на плечо, он взял меня за руки, после чего стал пристально смотреть мне в глаза. В них было желание жить такой силы, что мир во мне перевернулся. В следующее мгновение солнце ослепило меня. Я закрыл глаза. Потом отпустил руки Макса. Во мне опять переплелась радость возвращения с осознанием обладания подобным чудесным даром.

   'Я снова это смог! Я могу! Могу, черт возьми!'.

  Несколько минут я бездумно смотрел на зеленую стену джунглей, на солнце, на небо, в который раз переживая восторг возвращения. Наконец, очнувшись, я вспомнил о доке. Тот стоял, в двух шагах от меня, с блаженной улыбкой на губах, щурясь на солнце.

   - И священник не понадобился, а Макс?

   - Не понадобился. До сих пор не могу поверить.... Это действительно чудо! Просто голова кругом идет. И верю, и не верю. Я уже думал, что все.... А когда ты пропал...

   Еще несколько минут он говорил без перерыва. Я его не прерывал, прекрасно понимая, что он сейчас чувствует, уйдя от смерти, дышавшей ему прямо в затылок. Наконец, он замолк. Некоторое время мы смотрели друг на друга. Сейчас в его глазах помимо извечной настороженности, неожиданно проглянуло нечто похожее на восторженное удивление апологета веры, узревшего чудо. Наверно, не только он, но и вся его жизненная философия испытывала в данный миг жестокое потрясение. Наконец, он отвел взгляд. Потряс головой, потом несколько раз потер руками лицо. Это были не нервные движения, он, явно, таким образом, пытался прикоснуться к реальности, вернуть себе прежнее мироощущение. Впервые за все время нашего знакомства, я смотрел на него без тени страха. Заметив, что я наблюдаю за ним, улыбнулся, потом сказал: - Ну что, Дэв, тащи остальных из подвала, пока Веракрус не понял, что клетка пустеет.

   - Нет проблем, док. Я пошел.

   Если с Максом прошло как нельзя лучше, то с остальными я намучился. Особенно с Элом. Только после двух часов, тяжелого, почти непосильного труда, весь мокрый от пота, я смог перебросить его на поверхность. После чего рухнул на землю, словно подкошенный. Лежа, я слышал, словно издалека, как Эл допытывался у командира и Макса, что это за новая военная разработка, с помощью которой они оказались на поверхности. Слышал, как ко мне подходили, что-то спрашивали, но сил не осталось даже на то, чтобы открыть глаза, не говоря уже о том, чтобы подняться. Последнее, что услышал, это был приказ командира, отправлявшего Макса с Элом на разведку, после чего я окончательно провалился в темноту.

   ГЛАВА 21

   Сознание все еще находилось между явью и сном, когда я понял, что со мной говорят. Еще через мгновение понял, кто говорит.

   '...у вашего мозга... большие возможности. Плохо понимаю твою... физическую составляющую. Я... не ты. Мы - разные. Вижу ваш мир... иначе... по-другому...'.

  Сон исчез мгновенно. Я внимательно вслушивался, боясь пропустить хоть одно слово, тем более что невидимка, похоже, пополнил свой словарный запас новыми словами и выражениями.

   'Ты говори. Говори. Я слушаю, - подбодрил я его, когда он вдруг запнулся. - Что не пойму, переспрошу'.

   'У вашей расы, есть... сила... разума. Но вы... ее не ищите... в себе. Нет концентрации. Ваша жизнь... суета....Нет цели'.

   'Да он просто болтает, - пронеслось у меня в голове. - Нет. Так не пойдет. Об этом мы поговорим как-нибудь потом, а сейчас я хотел услышать о перемещениях в пространстве. Хорошо? Какова максимальная дальность перемещения? Вид энергии. Как ее можно аккумулировать? А то я вчера создал пять,... нет, шесть порталов - и все. Вырубился. Выжало, как лимон. Об этом лучше поговорим. Только в деталях'.

   'Дальность - это что? - после того, как я ему втолковал некоторые элементарные понятия, чужак продолжил. - Небольшое расстояние. Но это неточно. Ты другой. Пробуй. Энергия? Не понимаю. Попробуй подобрать другое понятие'.

  Подобным образом, мы долго говорили. Я переспрашивал, уточнял, постоянно пытался найти альтернативу выражениям и словам, при этом чуть ли не физически страдая из-за того, что исследовательский процесс проходит на уровне ощущений, а не точных исследований. К сожалению человечество еще не придумало ни теории, ни специальных терминов для перемещения в пространстве, кроме слова 'телепортация', поэтому для описания своих ощущений я использовал то, что ближе всего подходило для меня самого. Благодаря всем этим барьерам, процесс усвоения информации пришлось проводить в несколько этапов: сначала выслушать, потом осознать сказанное, сравнить и проанализировать, а уже только потом принять как факт. Естественно, что я пытался найти не научную подоплеку процесса перехода, а его простое понимание, узловые моменты, но даже это было трудно, так как у меня не было этих самых элементарных понятий о природе подобного феномена. Но один вывод напрашивался сам собой. Мимо него нельзя было пройти. Подобная способность никак не могла образоваться на пустом месте, а это значит, у людей изначально, самой природой, заложена возможность овладения перемещением в пространстве. Отвлекшись на эту идею, я потерял на некоторое время нить беседы, после чего совсем перестал понимать пришельца.

   Некоторое время лежал, лениво перебирая в уме отдельные моменты ночной беседы. Потом попробовал понять, хочу ли я спать дальше. Оказалось, не хочу. Открыл глаза, приподнял голову. Светлая полоса рассвета уже начала теснить ночную тьму. До ноздрей донесся аромат начавших распускаться цветов. Следом запели, защебетали птицы. Мысли стали чистыми и прозрачными, как утренний бодрящий воздух. В такие минуты хочется думать, что все плохое и страшное осталось позади, а впереди будет только хорошее, но стоило мне повернуться в сторону нашей стоянки, как взгляд наткнулся на неподвижную фигуру командира, сидевшего на обломке стены. Благодушный настрой тут же смыло, вернув меня к реалиям сегодняшней жизни. Память тут же напомнила события вчерашнего дня.

   'Брр! Сущий кошмар. Как хорошо, что он закончился. Кстати, а что это за развалины, в которых мы обосновались?'

  Внимательно приглядевшись, начал разбираться в том, что вчера проскочило мимо сознания.

   'Очевидно, здание было длинным, с широкими окнами. Похоже, это были производственные корпуса или нечто подобное. Скорее всего, наркотики. Потом их бомбили, а в довершение полили напалмом'.

  Об этом мне сказали две воронки, наполовину засыпанные землей и заваленные обрушившимися стенами, а о напалме - проплешины выжженной земли, которые до сих пор сдерживали напор травы и кустарника, не давая тем подобраться к развалинам.

   'Ладно. С этим, вроде, все ясно. Пойду, пообщаюсь с командиром. Может, они с Максом, что-нибудь придумали, пока я спал'.

  Подойдя, сел рядом.

   - Салют, командир.

   - Салют, Дэвид. Набрался сил? - головы он так и не повернул, продолжая обшаривать взглядом пространство перед собой.

   - Все в полном порядке, командир.

   - Введу тебя в курс дела. Сейчас мы находимся на развалинах одного из бывших подпольных заводов Веракруса. Я нашел их у себя на карте. Если правильно сориентировался, то мы находимся в девяти - десяти километрах от места, где нам была устроена ловушка, - и вдруг прервавшись, он задал вопрос. - Дэвид, а почему именно ты оказался способным на такое?

   - Даже не знаю, командир. Хотя и думал об этом. Не знаю, честно, - помолчал, думая, что последуют новые вопросы. Не дождавшись, спросил сам. - Так что мы будем дальше делать?

   - Маяк - сигнал, который мы получили на базе, оказался маломощной моделью, с радиусом действия не более восьмидесяти километров. Почему так случилось, будем разбираться, когда доберемся до лагеря. Теперь чтобы подать сигнал армейцам с нашего маяка, нам надо будет отмахать не менее сорока - пятидесяти километров в юго-западном направлении.

   - Но у нас, вроде, еще один маяк был.

   - Верно, но он в тайнике - закладке. Нам туда соваться, как ты сам понимаешь не с руки. Нас сейчас ищут по всем направлениям. Подтверждение этому: за ночь, мы слышали трижды гул вертолетов. Мы тут, с Максом, посовещавшись, решили, надо уходить отсюда. Люди Веракруса, скоро расширят круг поиска. К этому моменту нам надо оказаться как можно дальше от этого места, где мы как на ладони. Сейчас парни подниму, завтракаем и уходим. К тому же с путем отхода нам крупно повезло. От развалин ведет дорога в нужном нам направлении. Это порядка восьми километров, сравнительно, чистого пути. Пока это все.

  Вроде получалось не так уж плохо, но и ощущение радости разговор не вызывал. Я стоял рядом с командиром, пытаясь понять, чем это ощущение вызвано, как вдруг понял: дело не в тоне или смысле сказанного, а в самом Жано. Что-то с ним самим было не так.

   'Он что, винит себя? Но в чем? Нас предали. Мы чудом остались в живых. Что еще ему надо?!'.

   - Командир, что-то не так?

   - С чего ты взял?

  Я хотел что-то сказать, лишь бы ответить, а вместо этого взял и ляпнул: - Командир, а если мне попробовать махнуть в логово Веракруса? В его подземный дворец?

  В следующую секунду я осознал, какую сделал глупость, но было уже поздно. Не знаю, что на меня нашло, что потянуло за язык, скорее всего, в основе моей горячности лежала месть за тот кошмар, что я тогда пережил в подземной камере смерти. И еще мне хотелось опробовать свою необыкновенную способность, проверить кое-какие свои мысли на практике. Правда, предполагал я проделать эксперимент не в столь экстремальных условиях, но раз так получилось, буду рисковать. Жано некоторое время молчал, думая, а потом сказал: - Дэвид, ты, что к этой своей способности, научился еще и мысли читать?

   - Нет, командир. Вы что, хотели мне это предложить?

   - Нет. Только подумал. Твои возможности - это только твои возможности. Тут решать тебе.

   Командир явно играл словами. Ему нужна была победа. Поражение наносило урон его чести, его титулу 'лучшему из лучших'. Только сейчас я это понял.

   - Решил, командир, - я постарался сказать это как можно более твердым голосом, при этом ругая в душе самого себя последними словами. Отступить я уже никак не мог.

   - Ну что ж, решил так решил. Тебе, насколько я понимаю, нужно знать место со всеми подробностями, чтобы... приземлиться.

  Посмотрел на меня. В его глазах читался вопрос.

   - Да. Все правильно.

   - Там, на моей разгрузке, лежит планшет. Войди в меню. Операция 'Тиран'. Там все. Фотографии, карты, информация. Что неясно - спросишь.

   Пролистав с десяток страниц на экране, я нашел то, что искал. Объемные фотографии и видеоролики покоев диктатора, в подземном комплексе. Почему Веракрус считал, что его роскошные апартаменты должны покорить умы людей и не дать думать о нем, как о палаче и садисте, было для меня загадкой. Спальня, бассейн, зал виртуального кино, личный ресторан. Все роскошное, до приторности. Выставляя все это напоказ, он откровенно бросал вызов миру и обществу. Дескать, плевать я на вас хотел! Если это был вызов, то я его принял. Пока я изучал и запоминал покои короля Зоны, встал Макс. Подошел. Поздоровался. Став у меня за спиной, некоторое время вместе со мной смотрел на экран, потом отошел к Жано. О чем-то коротко переговорили, поменялись местами, после чего командир подошел ко мне.

   - Ну что?

  Под этим вопросом подразумевалось многое. Не передумал ли я, решил ли с выбором помещения, есть ли у меня к нему вопросы. На все это ответил кратко: - Спальня. Там не должно быть систем наблюдения.

   - Хороший выбор. Я бы тоже остановился на этом варианте. Теперь по поводу твоих действий. После того как установишь заряд и включишь, у тебя будет полторы минуты. Полторы. Более детальную инструкцию и взрывчатку получишь у Эла. Теперь смотри.

  Командир достал и продемонстрировал мне бесшумный пистолет, стреляющий отравленными иглами: - Это для собак. Смерть наступает мгновенно, а вот дальность и кучность стрельбы у этой пушки хромает.

  Не дожидаясь вопроса, тут же пояснил свою фразу: - После одного случая Веракрус завел собак - телохранителей, которых разместили по всему дворцу. Это достоверная информация. Возможно, они есть и в спальне. А может, и нет. Будем исходить из худшего. Вопросы ко мне есть?

   - Нет.

   - Тогда буди Эла.

   От взрывника я узнал, что взрывчатка по своему строению напоминает гранату. Начинку, сильное взрывчатое вещество, покрывала специальная оболочка, начиненная плазменными зарядами. При взрыве, вместе с ударной волной летели многочисленные сгустки плазмы, сжигая все на своем пути. Обычно такие устройства взрывали с больших расстояний из-за их огромной разрушительной силы. У меня же в запасе был только временной интервал, в полторы минуты. Нажать и исчезнуть. Остановить взрыв я не мог.

   После уточняющих инструкций и небольшой практики с взрывчаткой и пистолетом, я был собран и экипирован лично командиром, после чего удалился за разрушенную стену. Закрыл глаза. Представил обстановку спальни и ощутил нечто сродни движению, до сих пор ускользавшего от меня. Теперь я знал, а скорее предполагал, что это движение - импульс, изменяющее пространство вокруг меня. Пытаясь запомнить его, чтобы впоследствии проанализировать, я на какой-то миг забыл, куда и зачем прибыл. Мою жизнь спасло только то, что пистолет находился у меня в руке и был готов к стрельбе. При виде, несшихся большими скачками, двух громадных псов, меня хватило только на то, чтобы вскинуть оружие и нажать на курок. Шок, заменивший хладнокровие и рассудочность, вместе с наработанными боевыми рефлексами, сделал свое дело. Страх пришел позже, когда стал осматривать громадных зверей, с остекленевшими глазами и оскаленными пастями, распростершихся на полу. Острое ощущение опасности, внезапно возникшее, заставило меня кинуть разряженный пистолет на труп собаки и схватиться за автомат. Несколько томительных минут в ожидании появления врага дали мне понять, что нарушение владений короля бандитов прошло незамеченным. Немного успокоившись, я занялся тем, ради чего прибыл. Снял с себя взрывчатку, приготовил ее к взрыву. Оставалось только нажать кнопку, и я мог уходить. Эта мысль не только меня успокоила, но и придала уверенности. Ведь я теперь мог уйти в любой момент! Чего я испугался?! Раз - и меня нет! Благодаря подобным мыслям меня неожиданно охватило беспричинное веселье, но не шумное и бесшабашное, а сродни легкому опьянению. Может быть, именно в этот момент я ощутил свою необычайность? Типа, я все могу! Кто знает? Наверно все дело в переменчивой и непостоянной человеческой натуре! У нее постоянно логика и рассудочность мешается с животными инстинктами и предрассудками, только она может совершать нелепые поступки и анализировать вероятности будущего. Своей следующей мыслью я подтвердил, что ничто человеческое мне не чуждо.

   'Ха! А что мне мешает взять пару сувениров на память о посещении?! Себе и парням. Начнем... с этого секретера'.

  Но каким бы раскованным я себя не ощущал, чувство опасности никуда не исчезло. Просто затаилось во мне на время. Когда я стал пересекать спальню, оно тут же высунулось наружу, заставив держать дверь на прицеле. Только я добрался до середины комнаты, как широкая, двухстворчатая дверь распахнулась настежь. Впереди и чуть сбоку, чтобы не заслонять взор хозяину своей квадратной спиной шел первый телохранитель. Черный костюм. Белая рубашка. Рука, откинув полу пиджака, лежала на рукояти пистолета, торчащего из открытой кобуры. Чуть позади него шествовал сам Веракрус, весь в белом, начиная от галстука - бабочки до туфель. По обеим сторонам, за его спиной, двигались два двухметровых 'шкафчика' в белых рубашках с короткими рукавами. На их плечах висели короткоствольные автоматы.

   Под 'ложечкой' екнуло. Кровь ударила в виски и понеслась с курьерской скоростью по всему телу, гоня перед собой адреналин. Все встроенные в меня предохранители, отвечающие за безопасность и здоровье, неожиданно задымились, а потом с треском взорвались. В мозгу вспыхнула красная тревожная надпись: - Валить всех!'. На какой-то миг вся компания застыла на месте. Хотя меня их появление застигло врасплох, так же как и их, но я был готов к этой встрече, пусть даже на бессознательном уровне инстинктов и рефлексов, что дало мне миг внезапности. Это тот превалирующий момент, как мне мог бы объяснить опытный военный, который делает восемьдесят процентов победы в подобных случаях, когда самые опытные бойцы, какое-то ничтожно малое время, пребывают в ступоре, пока не включаются боевые рефлексы. Так оно и получилось. Никто из них никак не ожидал встретить диверсанта, в самой охраняемой и изолированной комнате дворца короля Зоны, не говоря уже о самом хозяине. Тюк! - первого телохранителя в черном костюме пуля бьет в глаз. Обдав белоснежный костюм хозяина окровавленными осколками черепной кости, он мягкой куклой валиться на мозаичный пол. Глаза охранников округляются, руки рвут автоматы с плеч. Тюк! - удлиненный ствол, с глушителем совместившись с проекцией лба левого телохранителя, плюет смертью, прерывая жизнь, вместе с движением его рук. Ствол идет дальше. Последнему охраннику судьба подарила шанс умереть, как настоящему мужчине с оружием в руках. Он сумел сорвать, за это короткое время, автомат с плеча, быстрыми и точными движениями снять с предохранителя, вскинуть. Все это было проделано в автоматическом режиме и с истинным профессионализмом. Такому умелому бойцу нельзя дарить даже доли секунды. Тюк! Тюк! - две пули, одна за другой вошли в широкую грудь. Телохранителя дергает влево. На белом полотне рубашки стремительно расцветают два больших красных цветка. Все произошло быстро, даже не столько для них, сколько для меня.

   - Я вас сделал, - хрипло объявил я сам себе, метущимся взором окидывая трупы и все еще не веря, что все так закончилось. Едкий запах пороха щекочет ноздри.

   'Я сумел это сделать! Сумел!'.

   Пока я приходил в себя от своей неожиданной победы, руки сами, автоматически, навели оружие на хозяина этих мест, Лиона Веракруса. Ствол смотрит на мертвенно бледное лицо с выпученными глазами и открытым ртом.

   - Будем умирать? - зачем я его об этом спросил, до сих пор не знаю.

  Нет, это была не глупая бравада. И не издевательская реплика героя - победителя. Скорее всего, мой организм пытался таким образом выбраться из своеобразного ступора. Рот диктатора несколько раз открылся и закрылся, потом нехорошо задергалось его левое веко, и только после всего этого, в ответ раздалось невразумительное мычание. Происходящие с Веракрусом метаморфозы вернули меня из состояния войны в реальный мир. Вспомнив, из-за чего я здесь, суматошно рванулся к взрывному устройству, одним глазом кося на короля Зоны, все еще пребывавшего в шоке. Палец на секунду застыл над кнопкой, потом резко опустился. В мозгу уже формировалась картинка развалин. Я был готов исчезнуть. И именно этот момент Веракрус выбрал чтобы потерять сознание. Закатив глаза, он стал оседать. Даже не осознав, что делаю, я подскочил к нему, подхватил и одним движением перебросил через плечо. Все произошло спонтанно, в едином бездумном рывке. В этот самый миг неожиданно запищал коммутатор внутренней связи в кармане 'черного пиджака', а еще несколько секунд спустя вдали послышался топот ног и лай собак. Все это отвлекло меня, сбив с картинки. Я испугался. Паническое желание укрыться, спрятаться где угодно стремительным потоком затопило мой мозг в одно мгновение.

  Неожиданно я почувствовал, как пол уходит у меня из-под ног. Резко открыл глаза. Передо мной стояла стена мелких, корявых кустов, переплетенных между собой желто-зеленой мохнатой дрянью, отдаленно напоминающей паутину. Не успел я понять, где очутился, как меня окутала влажная и липкая жара, противно зазвенела в ушах мошкара, в нос ударил запах гнили. Я тупо и радостно взирал на все это, пока не почувствовал сырость между ног. Опустил глаза и понял, что медленно, но верно погружаюсь в темно - зеленую жижу болота, только тут до меня дошло, что радоваться мне пока нечему. Снова закрыл глаза, и в тот же миг, картинка развалин, место моего старта, словно сама прыгнула в мое сознание. В следующую секунду я уже стоял на твердой земле. Пошатнулся под тяжестью тела, свисавшего с плеча, но устоял. Губы сами собой раздвинулись в улыбке. Хотел сбросить бандита тут же, но передумал. Что там сувениры! Получите самого короля Зоны в подарочном исполнении! Улыбка стала еще шире. Неплохая шутка! Максу должна понравиться. Вышел из-за обрушенной стены. В лагере никого не было, за исключением Макса, стоявшего на посту. Не успел открыть рот, как дуло автомата уже смотрело прямо мне в грудь. Его глаза, в этот миг, ничем не отличались от черной дырки ствола, такие же злые и беспощадные. Увидев меня, черты лица разгладились, но глаза продолжали смотреть цепко и настороженно.

   - Предупреждать нужно, - недовольно буркнул он.