Помоги проекту - поделись книгой:
Проводник, по имени Ливан, не стал мешкать, сразу направился к левому туннелю, а когда заметил, что мы не торопимся за ним идти, сделал нам дополнительный знак рукой - 'пошли'. Командир оставил меня и Сергея на развилке, после чего остальная группа исчезла в полумраке туннеля. Мы тут же разделились: Сергей поднялся наверх, наблюдать за местностью, я же остался, здесь, под землей.
Страх темноты - это нечто большее, чем детские страхи, это атавистический признак, оставшийся в нас с прошлых веков. Он обладает загадочной властью над человеком и его сознанием. Эти ощущения - мысли пришли мне в голову, после того, как я остался один в чернильной тьме подземелья. Я словно перешел границу, оказавшись в другом мире, где нет ни солнца, ни неба. Выпал из своей реальности и времени. Тишина подземелья постепенно начала давить на меня, пробуждая в глубине души страх. Звуки шагов, звучавшие совсем не так, как на поверхности, казалось, заглушали еле слышные, почти на грани слуха, шорохи и шепот неведомых теней, хозяев мрака. Они заставляли напрягать слух и зрение, стараясь вычленить из этой кажущейся тишины нечто зыбкое проходящее на гране человеческих чувств. Попытки выкинуть эти детские, глупые мысли, наконец, увенчались временным успехом, но я знал, они не исчезли окончательно, а только спрятались до поры - до времени, в ожидании, когда я снова дам слабину.
Спустя двадцать минут группа вернулись. Оказалось, что туннель ведет довольно далеко, к тому же в двух местах разветвляется. В ближней к выходу части находилось нечто вроде продовольственного склада длительного хранения. Два десятка дверей с крупно нарисованными на них номерами. Замки электронные, внутренние. Открывались дистанционно, с удаленного пульта. Все это определили по одному из хранилищ, оказавшемуся открытым и пустым. При осмотре обнаружилось нескольких сломанных контейнеров для хранения сухих пайков. Теперь нужно было решить, что делать дальше. После короткого совещания, командир подвел итог: - План действий будет такой. Разбивкой базы заниматься не будем, слишком много пока неясного. На поверхности, в метрах ста от люка делаем тайник - закладку, а временной базой станет открытое помещение, которое мы нашли здесь под землей, - тут он покосился на аборигена, безучастно сидевшего на корточках в нескольких метрах от нас. - Этого типа все время держать при себе. Не отпускать ни на шаг.
- Он нам еще нужен? - поинтересовался Макс.
- Пока да, - последовал лаконичный ответ.
После чего мы принялись за работу. Основное время ушло на подготовку и маскировку тайника. Оставшуюся часть вещей затащили в подземелье, в свободное складское помещение. Пустой каменный мешок. Серые стены. Над дверью горит тусклая лампочка.
После обустройства на новом месте командир дал нам час на обед и отдых, после чего, разбив команду на две части, отправил их сразу по двум туннелям, а меня, теперь уже с Элом, снова оставил защищать тылы. По крайней мере, так выразился Макс перед уходом. Выбравшись с взрывником на поверхность, мы расположились друг к другу спинами так, чтобы контролировать как можно больше окружающего пространства. Судя по тому, что командир наложил запрет на пользование связью, ситуация складывалась непростая, к тому же это читалось по его глазам. Сильно озабоченного человека сразу видно. А тут еще Сергей со своим заявлением: - Странно все это. Система сигнализации есть, но не подключена. То же самое, с люком на поверхность. На нем помимо сигнализации стоит кодовый замок. Несложный, правда, но неподготовленному человеку вскрыть его проблематично. Хотя всему этому есть объяснение. Крысы. Я тут наткнулся на вскрытый кабельный короб. Похоже, кабель кто-то пробовал на зуб.
- Я тоже видел перекрученный, изжеванный кабель. На второй развилке. Он выходит из энергощита, - подтвердил наблюдения нашего электронщика Валентино.
Макс тут же подбил итог: - Склады длительного хранения. Крысы. Нерадивый техперсонал.
Немного подумав, командир согласно кивнул головой: - Что ж, принимаем этот вариант за рабочий.
'Уже третий поиск за сегодня. Чего командиру неймется. Вроде уже...'.
Мысль была оборвана частым топотом ног со стороны туннеля, куда минут пять тому назад, ушел взрывник. Сердце на миг замерло, а потом с ходу резко и тревожно застучало. Прислушался. Бежал один человек.
'Эл? А что за спешка?'.
Включаю 'ночное зрение', пытаясь с помощью специальной оптики разобраться в ситуации, но кроме фигуры бегущего взрывника, так ничего и не увидел. Передернув затвор, застыл в ожидании. Тот, добежав до меня, резко затормозил.
- Крысы, - он даже не бросил, а словно сплюнул это слово, причем с явным отвращением.
Я снова перевел взгляд ему за спину, в полумрак туннеля. Пустота. После чего разрешил себе расслабился.
- Ну, крысы. О них мы уже говорили. И что?
- Крысы, - снова повторил он. - Идут потоком. Из правого туннеля.
- Их что, так много?
- Намного больше, чем хотелось бы, придурок! - резко бросив, он стал рядом со мной, затем передернул затвор и замер в ожидании.
Его тревога мне казалась надуманной до тех пор, пока не донесся шум, еще невнятный, но неотвратимо надвигающийся из глубины коридора. Постепенно общий звук стал дробиться на писк, перестук когтей, повизгивание. Тут же из темных уголков моей души полезли страхи. Еще несколько секунд томительного ожидания и увидел волну серых теней, катящуюся на нас. Я не знаю, что удержало меня на месте, когда каждая клеточка тела кричала: - Беги!!
Из шокового состояния меня вырвал яростно-злой голос Эла: - Приготовить световые гранаты! По команде 'три' - бросаем!
Крысиная 'волна' неотвратимо катилась на нас.
- Один, два, три! Давай!
Я кинул, вслед за ним, гранату в крысиную стаю, после чего закрыл глаза и нагнул голову. Двойной грохот громом прогремел в ушах. Открыл глаза. Передние ряды крыс, ослепшие и обожженные, сбившись в громадный ком, рвали друг друга, при этом все больше и больше сатанея от боли и ярости. Казалось, тут и конец крысиному нашествию. Видно, и Эл придерживался того же мнения, только этим можно было оправдать его запоздалую команду: - Огонь! - когда поток крыс неожиданно снова двинулся в нашу сторону.
Пули сумели выкосить первые ряды, но твари неудержимо шли вперед. Мы только успевали менять кассеты. Вскоре туннель в радиусе пятнадцати метров был покрыт ковром из мертвых и живых крыс. Минуты нашей жизни отсчитывались сменяемыми обоймами. Пули то мягко шлепали, впиваясь в тела крыс, то отлетали, с визгом рикошетя об пол и стенки туннеля. Вдруг неожиданно хвостатые твари ослабили напор, став набрасываться на трупы своих сородичей, а еще через минуту нескончаемый поток превратился в беспорядочную кучу сцепившихся и рвущих друг друга тварей, словно кто-то невидимый подал неслышимую команду 'жрать!', тем самым, отменив атаку. Не желая повторить ошибку, мы, даже отходя, продолжили непрерывно стрелять. Добравшись до помещения - склада, где мы устроили себе временную базу, мы бросили еще по одной гранате, после чего нам осталось отстреливать отдельные группки крыс, рвущихся в нашу сторону. Несколько минут спустя последним неугомонным тварям пришел конец. Только где-то в глубине туннеля крысы беспорядочно метались, противно пища.
- Твой пулемет, парень, сегодня поработал на славу. Не хотел бы я... - что он хотел сказать, я так и не узнал, так как в следующую секунду в наших коммуникаторах раздался голос командира: - Прикройте нас!
Эти слова ударили меня словно током, встряхнув до самого основания. Если до этого, война с крысами происходила на линии раздела бессознательных, доведенных до автоматизма, действий и животных рефлексов, то теперь я испытал чувство острой опасности. А если к нему прибавить вид коридора, заваленного трупами крыс, тяжелый запах разбросанных внутренностей, смешанного со сладковатым запахом крови и проникавший в ноздри даже через фильтр маски, то наверно можно было понять мое состояние. Отвращение, тревога, страх были основными компонентами в этом коктейле чувств. Наконец раздался частый топот ног. Пальцы до боли сжали оружие.
'Один. Два. Двое?! Остальные..., - додумывать дальше не стал. - Засада?! Или крысы?!'.
Бесшумное бегство подтвердило последнюю мысль. Вторым подтверждением стал невнятный гул, идущий из глубины коридора. Если в первый раз я не представлял всего ужаса, находясь в шоковом состоянии, то сейчас у меня каждый нерв стоял дыбом. Я словно очутился в центре ожившего сюрреалистического кошмара. Тусклый свет освещает стены, заляпанные кровью. А из глубины подземного царства поднимается лавина маленьких демонов с красными глазками. Эта нарисованная подсознанием и страхом картина настолько захватила меня, что я пришел в себя только от громких слов Эла: - На счет 'три'! Раз. Два. Три!
Пропустив за наши спины, командира и Макса, мы почти синхронно бросили гранаты в надвигающуюся крысиную лавину. Когда открыл глаза после двукратного хлопка, я снова увидел рвущих друг друга тварей, и тут же комок рванулся от желудка к горлу. Но, опережая его, последовала резкая команда Жано: - Световые гранаты! На счет три!
Не успела тяжелая дверь, с лязгом встать на место, как в голову пришла запоздалая мысль: - Почему сюда, а не на поверхность?', но продолжения она не получила. Многократные нагрузки, испытанные психикой и телом, за столь короткое время и до этого момента отодвинутые в подсознание, теперь разом навалились на меня. Еще несколько минут назад я не чувствовал боли в мышцах плеч и рук, а теперь мне казалось, что пулемет имеет неподъемный вес. В ушах до сих пор звенело эхо от выстрелов. Только сел на пол, как тело и сознание словно оцепенели, оборвав мои связи с окружающим миром. Очнулся я, когда почувствовал, как кто-то остановился около меня. Поднял голову. Это был командир.
- Ты хорошо держался, Дэвид. Молодец, - несколько секунд смотрел мне в глаза, после чего он отошел и сел у противоположной стены. Некоторое время я тупо смотрел на него, потом с трудом разжав пальцы, поставил пулемет у стены. Потряс затекшими кистями рук, чувствуя, как возбуждение медленно вытекает из меня. Сделано это было бессознательно, автоматически, но именно эти простые движения явились толчком для осознания самого себя. Если бы меня сейчас спросили, что произошло со мной за последние несколько минут, я вряд ли смог бы ответить на этот вопрос. Вслед за сознанием в меня вошли звуки. Уши уловили еле слышный шум и легкий скрежет за тяжелой дверью. Зябко повел плечами. Невольное движение заставило меня окончательно вынырнуть из мира внутренних ощущений, и вернуться в действительность. Обвел глазами помещение. Командир, сидя напротив меня, с отсутствующим выражением лица, крутил в руке метательный нож. Макс и Эл сидели рядом друг с другом, спинами подпирая дверь. Глаза их были закрыты. Можно было подумать, что они спят, но это было не так. Почувствовав мой взгляд или это было совпадением, но в эту секунду Макс открыл глаза.
- Это ловушка. Нас предали. И кто-то должен за это ответить, - по его тону можно было понять, что предатели, когда он их найдет, пожалеют о том, что родились на свет.
'Ловушка? Он что имеет в виду, что мы в... ловушке? Стоп! Эти крысы... - тут мои мысли перебил взрывник, начав ругаться. Грязно, с массой отвратительных оскорблений и сравнений, выплескивая через мат, все, что накопилось у него на душе. Никто не останавливал его, пока он сам не прервавшись, не спросил: - А проводник? Эта тварь не могла нас продать?
- Он просто пешка. Не в нем дело. Хотя я не исключаю этот вариант, но мне кажется, что Макс прав. Это ловушка. А колодец с туннелями просто приманка, как кусок сыра для мыши. Думаю, что все скоро проясниться, - голос командира был ровен и даже, в какой-то мере, деловит.
- Но почему просто не устроить засаду?! - все никак не мог успокоиться Эл. - Почему крысы? Их что, натравили на нас?
В разговор вступил Макс: - Их целенаправленность, агрессивность и размеры, говорят о том, что это мутанты, специально выведенные в лаборатории. Вполне возможно, что это новый вид биологического оружия. Правда, еще не доработанный, - в ответ на наши с Элом недоуменные взгляды, он пояснил. - Мы ведь живы. Значит, оружие не совершенно.
- Что происходит?! - вырвалось у меня. - Объясните кто-нибудь, наконец!
- Если ваш командир не против, то лучше мне это сделать самому, - голос шел от плафона над дверью. - Ну, как Жано, хочешь услышать, за сколько вас продали? Даже не по отдельности, а оптом. Жаль, не вижу изумления на ваших лицах. Теперь разрешите представиться, ваш покорный слуга... виноват, теперь уже хозяин, Лион Веракрус. А вы, полагаю, элитная команда 'псов'. Впрочем, и здесь нужно сделать оговорку, 'бывших псов'. Как вам моя ловушка? Понравилась? У меня таких еще три. Они находятся в радиусе от сорока до двухсот километров от моего подземного дворца. Пока моя маленькая хитрость вскроется, в джунглях вырастет приличное кладбище. Ха-ха-ха! А вы будете его основателями! Ха-ха-ха!
Меня поразил не голос, а открывшаяся сознанию мысль, что мы не ушли от смерти, а только получили короткую отсрочку. Неожиданно мне стало жарко. Следом появилось ощущение, что не хватает воздуха. Судорожно глотнув пару раз, бросил отчаянный взгляд на командира, но тот в это время смотрел на грязный колпак лампы. Только я хотел вскочить на ноги, как Макс сделал жест рукой 'сиди'.
- Что тебе надо? - голос командира был ровен и сух.
- Ваши жизни, Жано. Вы первые, кто залетел в мои сети, и смею надеяться, не последние. Жаль, конечно, что вы не попробовали прорваться на поверхность. Очень жаль. Тогда бы сейчас мы беседовали лицом к лицу. Ладно. Что сделано, то сделано. На армию не надейтесь. Сигнал маяка здесь не пройдет. Все надежно экранировано. Но все равно вы везунчики! У вас есть оружие. Вы можете застрелиться. Жаль, конечно. Хотелось бы лично побеседовать с каждым из вас. Но, увы.... Надеюсь, что другие, кто придет вслед за вами, смогут доставить мне больше удовольствия! Они ответят за все! Они будут ползать у меня в ногах, запихивая внутренности обратно, в свои распоротые животы!! Я буду нарезать их ломтями, скармливая мясо крысам у них на глазах! Это будет вам урок! Будете знать, как стоять на дороге Лиона Веракруса!! Лучше застрелитесь, везунчики! Сейчас! - возникшая пауза только сгустила напряжение. - Впрочем, я несколько погорячился. Нервы, господа. Нервы. Это беда нашего времени. Теперь мне надо идти. Много работы. Вам, живым покойникам, проще. Торопиться уже некуда. Кстати, как вам ваша братская могила? Достаточно комфортабельная, не правда, ли?! Ох! Опять заболтался. Все, ухожу.
Голос замолк, я повернул голову к командиру. Тот показал жестом, что я должен сделать. Через пять минут, 'жучок' лежал у меня на ладони, а еще полчаса ушло на сканирование нашей камеры. Прибор показал: все чисто, после чего я снова сел на свое место. Никто не сказал ни слова. Да и о чем говорить: приговор оглашен и подписан, но так, оказывается, думали не все. Неожиданно раздался голос Макса: - Хотел бы я знать, кто нас предал?
'Какая, к черту, разница? О себе нужно думать. О себе. И... о смерти! Неужели это конец? Этот каменный мешок и будет нашей братской могилой? - я взвинчивал себя подобным образом, пока тишину не нарушил своим вопросом взрывник: - А как погибли парни?
Вопрос был явно не продуманный заранее, родившийся стихийно, под воздействием случайного импульса. Это стало понятно, когда уже в следующую секунду на его лице читалось написанное крупными буквами сожаление о случайно вырвавшемся вопросе. Наступило неловкое молчание. Эл, поняв свою ошибку, сам исправил положение: - Вопрос снимаю.
Неожиданно я поймал себя на мысли, что перестал бояться. Так бывает, когда страшного вокруг тебя слишком много. Страх сам себя сжигает. Происходит пресыщение. Ты уже ничего не чувствуешь кроме тупой усталости, которая постепенно переходит в апатию. Я впал в забытье. Ощущение времени и пространства исчезло. Очнулся, когда все уже спали, возможно, за исключением командира. Тот, похоже, просто сидел с закрытыми глазами. Видимое безразличие этих людей к смерти испугало меня. Они были готовы к смерти, а я нет. Меня просто обдало жаркой волной страха, сдавившей горло и перепутавшей мысли. Попытка взять себя в руки, провалилась, не успев начаться, чувствовать себя жалким и несчастным было легче. Мне так не хотелось умирать. Потолок, словно крышка гроба, надвинулся на меня, давя и прижимая к полу. Я почувствовал себя замурованным заживо. Там где-то наверху жизнь, светит солнце, растет зеленая трава, а я здесь, в этом гробу.... Живой мертвец. От этой мысли веяло безысходностью. Жить. Я хочу жить! Сердце тяжело бухало в груди. В висках наперебой стучали маленькие молоточки. Хотелось пить, но в тоже время не хотелось шевелить даже пальцем, словно мысли о скорой смерти были веревками, спеленавшими меня.
'Меня скоро не станет. Все будут, а меня не будет. Это неправильно! Это несправедливо! Почему я?!'.
Всем понятно, что их жизнь рано или поздно закончиться смертью. Но когда она придет? Никто не знает, потому что пребывает в неведении о дне ее прихода. А когда знаешь, что твоя жизнь стала измеряться не в десятках лет, а в часах. Что тогда? Знать о приходе своей смерти, но ничего нельзя сделать, чтобы предотвратить ее. Это страшно. Начинает сводить с ума. Что-то подобное, очевидно, происходило сейчас со мной. Впереди меня ждала тьма. Я знал это. Какой она будет? Не хочу знать! Хочу жить! Я терял над собой контроль. Реальность ускользала. Попытался вырваться, хватаясь за мысли, как за соломинки. Но сознание не удержавшись, провалилось в хаос и только на самой грани восприятия проскакивали мысли, острые как иголки: - Жить! Хочу жить!'.
Я был словно в бреду. Хотелось взвыть и бежать отсюда прочь, лишь бы не видеть этих холодных каменных стен, этого жалкого тусклого света. Солнце! Хочу увидеть солнце! Это было не желанием, а нечто большим, раскаленной иглой прожегшим мое сознание насквозь. В ту же секунду за моей спиной, опиравшейся на стену, неожиданно образовалась пустота, а по глазам ударил яркий свет.
Я словно находился в двух местах сразу. Мыслями в темноте подземелья, рядом с крысами - мутантами, а всем своим физическим существом - под палящим солнцем, среди непонятных развалин.
'Это неправильно! Я сошел с ума! Как настоящие!'.
Последняя мысль относилась к небу и солнцу. От этой, казалось бы, обычной картины, меня заколотило самым натуральным образом, несмотря на палящие лучи полуденного солнца. Зеленый лес. Синь неба. Оранжевый апельсин солнца. И развалины, посреди которых я лежу. Картина была проста и ясна, но насколько она реальна? Разум, привыкший опираться на логику и факты, сбоил, разрываясь между истинной действительностью, находящейся глубоко под землей, во тьме, и окружающей...реальностью. Я не специалист в области человеческой психики, поэтому ничего не знаю о галлюцинациях, замещающих реальность в сознании больного, зато я исследователь - практик, поэтому решил пойти путем эксперимента. До этого я неподвижно лежал на спине, боясь пошевелиться, а тут сел, опираясь на руки. Окружающая меня картина не потеряла глубину, не исказилась, чего я боялся в глубине души, а осталась такой же, как и была. Взяв камень в руку, сжал его в кулаке. Рука, пусть через перчатку, но чувствовала грубую шероховатость и острые углы сколов. Некоторое время смотрел на него, потом отбросил. Раздался перестук перекатывающегося по плитам камня. После чего резко развернулся и взглянул прямо на солнце. Тут же отвел глаза. Смахнул слезы. Это была реальность! Несколько минут растерянно крутил головой в разные стороны, в надежде получить хоть какую-то подсказку происшедшему, но - увы!
'Что случилось, черт возьми?! Я хочу знать! Что произошло?! Я хочу знать!'.
То, что со мной сейчас происходило, было ближе к детской истерике, чем к серьезному осознанию случившегося, но мое состояние продолжалось недолго, до тех пор, пока я в исступлении, с силой, не ударил кулаком по куску стены, лежавшему передо мной. Острая боль пронзила руку, сдернув мутную пелену сомнений с моего, все еще не решающегося принять эту реальность, сознания.
- Я буду жить!
Слова, сами собой сорвавшиеся с губ, стали для меня своеобразным толчком. Резко вскочив на ноги, я прошелся между развалинами, наслаждаясь каждым своим движением, радуясь каждому шагу. Потрогал кусок стены, после чего сорвал травинку. Покрутил ее в руках, отбросил. Я наслаждался простором, солнцем и подаренной мне жизнью, как маленький ребенок, переполненный беспричинной детской радостью. Прошло немного времени и кружащая голову радость пошла на спад. Сразу же в голове закружился вопрос: как я оказался на поверхности. Я переместился. Исчез там, после чего оказался здесь. Нашел дверь, соединяющую две точки пространства, и открыл ее. Но откуда у меня ключ? Ведь человек на это физически не способен. Тогда... чудо? Всю свою сознательную жизнь смотря на мир сквозь призму науки, я не мог так просто поверить в случившееся. Попытки объяснить то, что случилось, увязать с логикой, проваливались одна за другой. Радость постепенно переросла в досаду. Муки продолжались до тех пор, пока я не почувствовал, что плавлюсь от жары, стоя на самом солнцепеке. Пересев в тень, падающую от разрушенной стены, вытер пот со лба. Некоторое время смотрел на зеленую стену тропического леса, раскинувшегося в ста метрах от меня, потом обреченно спросил сам себя: - Значит, чудо?!
И вдруг неожиданно услышал слова: - Не понимаю'.
Голос был тихий, совершенно бесцветный, лишенный малейшего оттенка, и шел, словно, ниоткуда. Я замер от неожиданности, не понимая до конца, слышал я что-нибудь или нет. Испуга не было, как и удивления. Одно чудо произошло, почему же не произойти второму?
'Значит, еще одно чудо? - закинув вопрос - удочку, я тут же прислушался к себе. Откликнется голос или нет? Но ответа не было.
'Показалось? Эй! Ты... где?'.
'Не... объясню. Трудно, - слова отдались слабым эхом, где-то, в голове.
'Трудно, говоришь. А кому сейчас легко?'.
Подождал немного, и хотя ответа не получил, не сильно расстроился. Сейчас я чувствовал себя как гончая, взявшая след. Интуиция подсказывала мне, что мой переход и этот голос связаны между собой, а значит, можно будет получить объяснение случившемуся. Не тратя времени даром, тут же начал свой допрос: - Как я оказался здесь? Понимаешь? Попал сюда. Из одного места в другое'.
Сейчас я исходил из того, что если мое перемещение не чудо, то его вполне можно отнести к одному из неизвестных умений человека, лежавшего до поры до времени в стороне от протоптанных путей человеческого сознания. Ответ невидимки больше походил на набор слов: - Портал... Разум... Перемещение... Прокол... Пространство'.
Я всегда гордился своим умением посмотреть на проблему со стороны, когда она предстает совсем в другом свете, словно раковина, приоткрывшая свои створки, позволяет полюбоваться на жемчужину. Сейчас оно мне пригодилось, как никогда. Мозг заработал в рабочем ритме, вычленяя отдельные слова и придавая им смысл. Портал - перемещение - прокол пространства.
'Неужели он говорит... о телепортации? Не может быть! А почему нет? Факт налицо и объяснения к месту. Выходит, что мечта человечества сбылась? Это же, какие возможности.... Не об этом думаешь, Сакс. Принимаем за рабочий вариант! Теперь перейдем к слову 'разум'. Что получается? С помощью своего мозга я сумел проколоть пространство... и очутится здесь. Все в тон! Непонятно только почему я оказался именно здесь, а не в другом месте? Но об этом позже. Главное другое, как у меня это получилось? С помощью... этого... невидимки? А он сам откуда? И, вообще, кто он?!'.
'Кто ты? И почему ты оказался здесь? - немного подумав, добавил, почему-то, вслух. - Во мне.
'Я... разум. Другой. Чужак. Посланник. Гонец. Странник'.
'Разум здесь, а где тело?'.
'Странник'.
'Что ты заладил: странник, странник. Я и так понял, что ты путешествуешь. Зачем ты здесь? Как исследователь? Ты ученый?'.
'Не понимаю'.
'Здорово! Он не понимает. Так какого черта ты пошел на контакт, не изучив нашего языка? Может, ты потерпел крушение?'.
'Не понимаю'.
'Хорошо, вернемся к вопросу о перемещении. Я сам сюда... попал,...переместился? Или ты меня перенес?'.
В ожидании ответа, я замер.
'Нет. Ты... сам... портал. Открывать... вход'.
- Я могу перемещаться в пространстве? Сам?! Здорово! - это я уже произнес вслух, в пылу восторга. - Класс!
Я вскочил, затем снова сел. Снова вскочил. Сейчас мне трудно было контролировать себя, когда во мне, казалось, ликовала каждая клеточка моего тела. Прошло несколько минут, после чего я сумел взять себя в руки.
'А раньше? Раньше, я мог так...перемещаться... сам?'.
'Не знаю'.
- Не знаю, - передразнил я голос. - А кто знает?
Решил еще раз уточнить. Мало ли что мог напутать невидимка, запинающийся на каждом слове.
'Мой разум создал портал, и я... переместился в пространстве. Это так?'.
'Переместился. Да. Не точно. Нуль - переход'.
'Нуль - переход? Стоп! Похоже, до меня... Ты вроде сказал, что мой разум... это портал. Своего рода дверь. Я ее открываю.... Только для себя? Или для других тоже? Понимаешь? Не один'.
'Не понимаю'.
- Он не понимает. Я не понимаю. А кто понимает? Кто мне все объяснит? - теперь у меня не хватало терпения. Только начал разбираться, как появилось новое понятие, и смысл опять пропал. Но другого пути добраться до истины, как продолжить расспросы, просто не было.
'Хорошо. Я хочу... попасть в другое место. Сделать портал и переместиться. Что я должен сделать для этого?'.
'Не понимаю. Слова... не понимаю'.
- Так. Приехали. Мать...
Некоторое время я матерился вполголоса, выпуская пар. Потом еще некоторое время сидел, бездумно глядя на зеленую стену тропического леса. Несколько успокоившись, стал вспомнить, что когда-то знал или слышал о телепортации, но в итоге был вынужден признать, что ничего существенного не знаю. Информации не хватало катастрофически, тогда я перескочил в мыслях на возможный образ невидимки. Тут ко мне неожиданно в голову закралась, серенькой мышкой, нехорошая мысль: - Ты во мне не застрял...э... во время такого... перемещения?'.
Поделиться книгой: