Восьмая степень свободы

Ноэл вполне пришел в себя, он уже слышал свое тяжелое дыхание, слышал дрожь в голосе Сары, которой почти не видно было из-за навалившегося на нее раненого, и, наконец, он разобрал писк оптической панели.

– Мистер Ноэл, вы живы? – раздался из панели голос Тео Баффини. – Вертолет уже в пути, думаю, через три-четыре минуты он будет рядом.

– Я и Сара Далил в порядке, ранен Макс, – отрывисто, не вдаваясь в подробности, сообщил Закари. – Что сообщает спутник?

– Мы уже посмотрели запись, сэр, – подтвердил Тео. – В пределах видимости не обнаружено ничего подозрительного. Вы в безопасности. Повторный удар маловероятен, это слишком опасно для нападавших – мы бы немедленно вычислили их новую локацию, сейчас несколько систем слежения нацелены на ваш район.

– А что с первым ударом?

– По тепловому следу уже отработали направление и отправили дроны, надеюсь, они будут раньше правительственных. Мы осмотрим место выстрела со всех сторон и соберем все, что найдем. Вы продержитесь еще немного?

– А что нам еще остается? Надеюсь, состояние Макса не настолько тяжелое. Тео, я жду тебя сразу, как только будут новости.

– Принято, сэр.

– Сообщите мистеру Митчеллу, что его ждет работа.

– Уже сделано, сэр. Он уже на пути к вам, на второй машине со спасателями.

– Спасибо, Тео. До связи!

С этими словами он обернулся к неподвижному телу Макса, нашел его руку и посчитал пульс – он был сильным и ровным. Эта новость немного успокоила Зака.

– Сара, потерпи немного, его нельзя трогать, вдруг у него переломы, помощь будет совсем скоро, – попросил он.

– Я и не жалуюсь, – коротко бросила Сара. Голос у нее заметно дрожал, хотя говорила она спокойно. Видимо, первый испуг прошел, и наступила ответная реакция.

Закари отстегнул ремни безопасности, погладил рукой панель управления, словно благодаря автомобиль за чудесное спасение, и открыл дверь машины. Он успел выйти наружу и даже бросить взгляд на развороченный зад машины, когда услышал далекий шум двигателей – как и обещал Тео, к ним спешила помощь.

* * *

Митчелл хлопотал около раненого Макса, и по всему было понятно, что сегодняшний вечер врач проведет у постели своего пациента. К счастью, ранения были неопасными, но переломы и сотрясение мозга сделали свое дело – на пару недель Максу был обеспечен больничный режим. Он пришел в себя уже в машине спасателей, с которой примчался к месту происшествия и Митчелл, вызванный Тео прямо из офиса Ноэла, где они вдвоем с Денисом остались налаживать отношения.

На место инцидента прибыла и группа немедленного реагирования из полиции. Но их реагирование все-таки было не таким скорым, как у сотрудников Ноэла, и к моменту приезда полиции Баффини со своими ребятами уже успел изучить местность и взять все необходимые пробы для исследования.

У полиции, естественно, возникли разнообразные вопросы к пострадавшим. Закари снабдил Сару надежными документами еще у нее на родине, поэтому она встретилась с представителями власти без всякой боязни и честно рассказала им то, что успела запомнить. Закари тоже кратко ответил на все вопросы и, сославшись на плохое самочувствие, откланялся, прихватив Сару с собой. На месте взрыва осталась стоять развороченная машина Зака, за которой, впрочем, скоро должен был прийти буксировочный транспорт.

Сара отделалась несколькими ушибами и огромным синяком на скуле. Еще пришлось заклеить несколько глубоких царапин на виске.

Фред заверил, что от них через три дня не останется и следа.

Что касается Закари, то он благополучно отделался шишкой на голове и контузией – похоже, во время кувыркания Макс здорово заехал чем-то ему по голове. Несмотря на рекомендации доктора, Ноэл не остался лежать, а развернул активную деятельность: поднял на ноги всю свою службу безопасности, аналитиков и даже подключил одно знакомое детективное бюро. Ближе к вечеру, когда были улажены все формальности с полицией, Зак ожидал в своем кабинете Тео.

Еще до встречи с ним Ноэл связался с Гомесом и рассказал тому о происшествии.

– Есть соображения, кто может стоять за покушением на тебя? – с тревогой спросил Эусебио. В минуты опасности партнеры переходили на «ты» и прекрасно общались, возвращаясь к установленному этикету сразу, как только ситуация стабилизировалась.

– У меня много недругов, и если считать их всех, то становится удивительным тот факт, что я все еще жив. Тем не менее я трачу немало средств на систему безопасности и могу считать ее достаточно эффективной. Поэтому прямого ответа у меня нет, я не знаю, кому я перешел дорогу настолько, чтобы они были готовы лишить меня жизни, подставив по удар свою.

– Я надеюсь, что расследование все расставит по своим местам.

– Безусловно. И я приму меры, чтобы рассчитаться с нападавшими, – спокойным голосом, лишенных всяких эмоций, сообщил Зак.

Гомес хорошо знал эту интонацию. Таким тоном Зак приговаривал к смерти. Он был беспощадным и жестоким человеком, когда кто-то покушался на его ценности, будь то его жизнь, близкие ему люди или его бизнес. А эти нападающие затронули все три аспекта, которые были наиболее важны в жизни Закари.

– Это будет непросто. Похоже на работу профессионалов.

– Вне всяких сомнений. Посмотри на мой автомобиль в гараже, и станет понятно, что в дело вступили серьезные ребята. Они взорвали машину в окрестностях Кили, Гомес! Это не Пернамбуку, тут заседает Мировое правительство!

Тео пока не мог сообщить ничего утешительного. Его люди обнаружили место, откуда был произведен выстрел, и сейчас занимались анализом местности и одновременно изучали развороченный автомобиль Закари.

– Мистер Ноэл, я советую вам временно уехать из Кили.

– Что, я теперь должен скрываться в какой-нибудь дыре остаток своей жизни? – Закари взвился от этих слов. Он перевозбудился от событий дня и никак не мог успокоиться.

– Речь идет о неделе-двух, пока мы разберемся тут. Мне будет проще, зная, что вы в безопасности. Тогда мы сможем сконцентрироваться только на поиске нападавших и не отвлекаться на вопросы вашей безопасности.

Закари немного успокоился и задумался над предложением Тео. Становится очевидным, что Макс не может ехать в Россию. Отправить туда Сару с двумя конфликтующими между собой мужчинами он не может. Поехать туда самому? А почему бы и нет?

– Хорошо, Тео, ты прав. Я уеду на несколько дней в Россию. Там у меня точно нет врагов.

– Отлично, мистер Ноэл. И последний вопрос – сегодняшнее нападение никак не может быть связано с тем проектом, над которым вы сейчас работаете?

Закари задумался. Еще на обратной дороге домой он крутил эту идею в голове, но так и не смог найти связь между нападением и экспедицией в Бразилию.

– Маловероятно, Тео. Ищи ответ где-то в другом месте.

– Да, мистер Ноэл. Я оставлю вам одного из своих ребят на первое время, пока Макс не встанет на ноги. Пойду навещу его, если позволите.

– Конечно, Тео. Твоя помощь бесценна, друг мой. Я опять у тебя в долгу. Пойдем навестим Макса вместе, может, в твоем присутствии доктор Митчелл не отважится нас прогнать…

Глава 22

Пока часть группы отбыла на выполнение особого задания, вторая часть заканчивала подготовку оборудования для экспедиции. Были уже решены вопросы с оружием, техническим оснащением, медициной и питанием.

Майк тщательно рассчитал вес груза и его распределение на каждого участника. В распоряжении отряда также имелись мобильные воздушные платформы для перемещения грузов, и на первое время, пока будет хватать энергии, отряд будет идти практически налегке – основная нагрузка «поедет» на воздушных плотах. По мере выхода из строя источников питания будет возрастать вес поклажи, которую придется нести на своих плечах.

Основная надежда, конечно, была на модифицированный Тихомировым принтер. Именно этот прибор был самым ценным во всем имуществе экспедиции. За ним шла лазерная антенна – без нее группа не сможет устанавливать связь с лагерем. Затем следовало оружие и все остальное. Потеря оружия, лекарств или питания были не критичными для группы – все это мог в той или иной степени изготовить их принтер. Все, кроме лазерной антенны.

Сейчас особенно много работы упало на плечи Ченга. Парню приходилось создавать множество новых лодеров или ломать и переделывать имеющиеся. Эта работа была ему хорошо знакома – еще в ранней юности молодой китаец проявил особые способности к программированию. Единственное дитя в богатой промышленной семье ни в чем не знало отказа. С его будущим влиятельный отец Ченга связывал свои повышенные ожидания – сын должен был занять место отца во главе совета директоров его же собственной компании. Парень получил блестящее университетское образование. Причем он одинаково легко изучал химию, физику, биологию, математику или программирование.

Непонятно, как упертая семья мальчика не смогла рассмотреть в нем будущего блестящего ученого, и в своем маниакальном стремлении сохранить бизнес внутри семьи родители исковеркали ему всю жизнь.

Бизнес Ченга никогда не интересовал, он совершенно не хотел заниматься управлением компанией и больше всего на свете любил возиться с компьютерами. Такую позицию не принимала семья, требуя от него подчинения традициям и выполнения сыновьего долга. В семье назрел серьезный конфликт, в результате которого Ченг пустился во все тяжкие, желая досадить родителям как можно больше в отместку за ущемление его интересов и желаний.

Как результат – отец лишил Ченга денежной поддержки, думая, что таким образом он сможет вернуть себе сына и заставить его подчиниться требованиям.

Но не тут-то было. Ченг стащил и подделал лодеры наркотиков и выбросил партию на черный рынок. Сделка прошла успешно и принесла парню немало денег, а вместе с ними – независимость от семьи.

Казалось, жизнь налаживается, и впереди – прекрасное независимое будущее. Ченг Бу был циником и плевал на все этические и прочие нормы человеческого общежития. Сам он наркотики не употреблял, но если народу так нравится травить себя, то почему бы не помочь ему в этом, думал он. Никаких угрызений совести он не испытывал. Ну и что, что кто-то помрет от этого? Не покупай, не пользуйся – силой тебя не заставляют, ты же сам деньги за это платишь. Значит, сам виноват, естественный отбор в действии. Примерно так думал Ченг, выбрасывая на рынок свой синтетический товар по сниженной цене.

Ченг не был идиотом и хорошо заметал следы. Он действительно был талантлив, и созданные им программы печати наркотиков даже превосходили по качеству оригиналы – он ведь хорошо разбирался в химии и биологии. Его товар с удовольствием раскупали наркодилеры. Ченг уехал на Центральный континент, подальше от семьи. Ему приходилось постоянно менять место жительства, потому что отец нанимал детективов, которые старались вернуть сына домой. В конце концов, парню пришлось уйти в глубокое подполье. Именно это помогало ему несколько лет не только удачно скрываться от нанятой армии детективов, но и от адвокатов Бюро по этике печати – те тоже безуспешно гонялись за ним.

Слава Ченга перешагнула Центральный континент и даже докатилась до Южной Америки – парень стал иногда перебегать дорожку поставщикам опиума, что было, так сказать, традиционным промыслом на этом континенте. Его синтетические наркотики были хоть и дороже, но доставать их было проще, чем старый добрый порошок.

Возможно, такая жизнь продолжалась бы еще долго, но в дело вмешались наркодельцы из Южной Америки. Объединив свои усилия, они выманили Ченга из безопасного места и сдали его адвокатам. И если бы не подвернулся Зак, провернувший сделку с Бюро, то Ченга уже приговорили бы к высшей мере или, по крайней мере, к пожизненному заключению.

Впрочем, никакой благодарности Ченг к Ноэлу не испытывал. Ему вообще были чужды проявления чувств – китаец считал это слабостью и презирал сентиментальность. Казалось, он специально нарывался на грубость и агрессию, чтобы в очередной раз убедить себя в том, что мир жесток и несправедлив.

Тем не менее даже скептически настроенный Майк успел убедиться в том, что китаец действительно мастерски работает на компьютере. Во-первых, Фостер время от времени возвращался к своей профессии – дизайнер виртуальной реальности, и понемногу работал над проектами, чтобы не потерять квалификацию. Застав Майка за работой, Ченг, как ни странно, долго и увлеченно разговаривал с ним, обнаружив при этом довольно глубокие познания, что очень удивило Фостера. Для непрофессионала в этом вопросе Ченг блестяще владел предметом.

Во-вторых, Ченг сломал защиту метеостанции Алькантара и узнал кое-что полезное. К сожалению, удаленно попасть в архив службы мониторинга околоземного пространства было невозможно, но они заполучили план космодрома, и уже было намного проще провернуть операцию. Кроме этого, Майк теперь имел список всех сотрудников метеослужбы и их личные дела и мог спокойно ознакомиться с информацией, чтобы наметить дальнейший план действий.

Мвита обещала подобрать максимально подробную информацию о Бразильском белом пятне и к моменту воссоединения группы подготовить вводный курс для участников экспедиции.

В общем, каждый в команде занимался своим делом и с волнением ожидал момента, когда им придется отправиться в дорогу.

* * *

– Возвращаемся к нашему маршруту, – привлек к себе внимание присутствующих Зак. – У нас по легенде – разные специализации. Давайте еще раз обсудим все по порядку…

Голос Зака был плохо слышен в шуме винтов вертолета, сидящим внутри людям приходилось внимательно прислушиваться к его словам. После того как обсуждение закончилось, команда расползлась по салону, и все с удивлением посматривали вниз, на величественные пейзажи, простиравшиеся под ними.

– Не могу себе представить, что вся эта территория – только лес и горы. Столько места, и тут до сих пор никто не живет? – бормотал беспрестанно Фред.

– Тебе дай волю, так понастроил бы здесь стоэтажные дома, которые загадили бы тут все вокруг, – ревниво отвечал доктору Денис.

Но вместо ожидаемой перепалки в салоне вертолета повисла тишина. Под брюхом вертолета тянулись зеленые долины с ярко-желтыми пятнами цветов, сплющенные по бокам стенами гор самых причудливых очертаний. Сара, Фред и Закари с восхищением разглядывали эти каменные нагромождения. Даже Денис прилип к иллюминатору и, не отрываясь, смотрел вниз.

– Какие интересные горы, вон та – как слоеный пирог и вся оплывшая, будто восковая свеча, – опять забормотал доктор.

– А эта очень похожа на фигуру человека, посмотрите! – воскликнула Сара. – А река какая широкая! Как называется?

– Какая тебе разница, ты все равно не сможешь ни запомнить, ни повторить, – резонно заметил Фред.

– И то правда, – смутилась Сара.

Заку вспомнилось, как он всегда злился из-за труднопроизносимых русских имен и фамилий. Но вчерашний случай вообще довел его до белого каления. Они составляли план маршрута и спорили, откуда начинать поиски. Денис знал район, где находилось поселение друидов, но больше никаких сведений не имел.

– Петр говорил мне еще пару лет назад, что к ним иногда приезжает один очень известный шаман из другого района, и я думаю, что будет лучше посетить его и попросить проводить нас туда или подробнее указать место, чем самим ползать по горам в поисках деревни.

– Я поддерживаю эту идею, лучше сразу взять знающего человека, – согласился Фред. Перспектива надолго застрять в горах его явно не прельщала.

Сара и Закари, наоборот, считали, что длинный крюк делать не надо и стоит подлететь как можно ближе к району, где находится деревня друидов, а уж там найти местного проводника, который их туда проводит.

Они спорили до хрипоты, но Денис все-таки убедил остальных, что надо лететь к шаману, несмотря на приличный крюк.

– Отлично, значит, завтра мы вылетаем, – он посмотрел на карту, – в район Ергак-Тайгак-Тайга! Никогда там еще не был!

– Будь моя воля, я бы никогда туда и не поехал, – буркнул Фред.

Сара даже не попыталась повторить услышанное. Закари, на правах командира группы, отдал распоряжение пилоту вертолета:

– Завтра вылетаем в это… черт, как его…Тар-гак-Маргак… нет, Тайгак-Каргак… Черт!! Черт! Черт! Денис, вы что, надо мной смеетесь?! – взвился Закари. – Это издевательство над живыми людьми – повторять эти невозможные названия и имена!

– Летим в Ергак, договорились? – пришел на выручку Денис. Пилот покивал радостно головой и отправился к костру, который трещал прямо перед входом в палатку.

На этом инцидент можно было бы считать исчерпанным, но Закари понесло, от злости он уже не мог остановиться:

– Что это за имя такое, что я три дня его учил? Я! Человек с двумя высшими образованиями – не мог произнести имя пилота! – он заглянул в бумажку, которую вынул из своего кармана. – Бадмадэбег Тувандоржоевич, – прочитал он с трудом по слогам.

– Ась? – тут же всунул голову в их палатку пилот, сидящий прямо у их входа. – Спрашивали, что ль, меня?

– Нет! – рыкнул Зак, не сдержавшись. И потом тоном чуть потише добавил: – Извините!

Голова исчезла. Зака продолжало трясти от возмущения.

– Согласен с вами, Ноэл, для нашего слуха все эти имена звучат дико, – примирительно произнес Фред, стараясь загородить собой Сару и Дениса, которые умирали в углу палатки от приступа необузданного смеха. – Я тоже не сразу смог запомнить это имя – Бад-ма-дэ-бег Ту-ван-дор-жо-е-вич, – медленно произнес он на память сложное сочетание звуков.

В палатке немедленно нарисовалась голова.

– Звали?

– Нет! – хором, как по команде, рявкнули уже оба – Фред и Закари.

– Ой… ой… перестаньте, я сейчас лопну… от… смеха… умоляю-ю-ю, – корчилась на полу палатки Сара, а ей вторил, подвывая и глотая слезы, Денис. – И-и-и-и… Бад… ма… дэбег… и-и-и-и… Туван…. Ха-ха-ха-хах…

При этих словах Зак подскочил к входу в палатку и, высунувшись из нее, заорал на несчастного мужика, который, прислушиваясь к незнакомому языку, сидел у костра и грелся:

– Я вас не звал! Вы слышите? Не звал и не смогу никогда позвать – я не понимаю, как вообще жить можно с таким именем!

Мужик обалдел, подпрыгнул на месте, задев головешки костра и рассыпав кучу искр. Хорошо, что Денис смог взять себя в руки и выполз из палатки, пытаясь сгладить неловкую ситуацию.

Зак стоял, выпучив глаза и тяжело дыша от душащего его гнева. Немного остыв, он вернулся в палатку, со злостью скомкал листочек бумаги и швырнул его в угол.

Денис о чем-то побеседовал с пилотом и, видимо, весьма преуспев в переговорах, уже довольный, вернулся в палатку вслед за Заком. Возникла неловкая пауза, которую стеснялись нарушить все участники команды. Вдруг снаружи послышался топот ног, и в палатку опять просунулась голова пилота. Он что-то торопливо говорил Денису.

– Что ему надо? – поинтересовался Закари. – Мы же вроде извинились. Или нет?

– Дело в том, что я сказал ему, что у него сложное имя, которое вам тяжело произносить, и это вас сильно расстраивает.

– И что? – с подозрением, осторожно спросил Зак.

– Он привел своего друга, который понимает по-английски, так что теперь вы можете напрямую обращаться прямо к нему, минуя меня.

Денис кивнул пилоту. Тот на мгновение исчез, а затем ввалился в палатку вместе с еще одним мужчиной. Тот улыбнулся всем четверым и сказал на хорошем английском языке:

– Приятно познакомиться, господа! Меня зовут Жигжитжаб Доржожабович Дамдицурунов, но можно просто – Жигжитжаб!