Цена дерзости

Стан потрясённо молчал, невольно вспомнив Хо и пузырёк с ядом… вот глупые-то…

Ну и зачем сразу так… пожила бы немного и развелась… или тут нельзя потом развестись?!

А может, ещё и муж оказался бы хорошим человеком? Хотя… о чём это он?!

Просто это такой тип людей, вместо того, чтобы бороться с обстоятельствами, начинают бороться с собой. А он про себя всегда знал точно, как бы ни повернулась дальше жизнь, никогда не пойдёт этим путём… даже мысли не допускал о таком методе решения проблем. И всегда одновременно жалел и осуждал глупых девчонок и парней, без видимых причин прыгающих с крыши или режущих собственные руки из-за плохой оценки.

– Таш… – спохватившись, что молчит слишком долго, открыто взглянул на агента Стан, – а почему ты не захотел мне всё честно объяснить?! Почему не попытался сначала поговорить, а потом уже уходить? Я бы тогда даже догонять вас не стал, пошёл своей дорогой. Хотя теперь не жалею… что догнал, хотя бы из-за твоей болячки.

– Глупость сделал, – снова помрачнел Таш, – поверил ей. Но это я тебе не буду объяснять… извини. А за излечение – спасибо. Это трудно растолковать… но я уже смирился с мыслью о близкой кончине и всё рассчитал. Вот сначала и обозлился, что ты сломал мои планы.

– Ладно… проехали. Так вы плывёте с нами на Хамшир? Рыбаки должны отвезти на лодке.

– Конечно, плывём, – твёрдо ответил Таш, искоса глянув в сторону Хо.

Короткий возмущённый полурык, полустон, донёсшийся оттуда, стал свидетельством, что девчонка не пропустила из их разговора ни одного слова.

Рыбаки задерживались, и Стан, нервничая, уже десятый раз выходил на мостки, вглядеться в дальний плёс. Уже давно было сварено и съедено мясо, заготовлены впрок и упакованы остатки. Да и вообще все мешки были приготовлены к тому, чтобы быстро погрузиться в лодку. Вот только лодки и не было.

Он уже собирался снова вернуться на своё место возле погасшего костра, когда откуда-то снизу раздался взволнованный мелодичный голос:

– Станар!

Странный транспорт морян вынырнул прямо у ног, резко поднимая вверх свою хозяйку.

– Моряна?!

– Вам нужно быстро уходить, сюда идут! – не обращая внимания на потоки воды, струящиеся по её обнажённому телу, выпалила моряна.

И только потом, почувствовав взгляды присутствующих, достала откуда-то лоскут полупрозрачной ткани и обернула вокруг тела на манер банного полотенца.

– Кто идёт, откуда, сколько, как узнали, что мы тут? – требовательный голос Таша опередил Стана, пытавшегося сформулировать эти же самые вопросы.

– Вооружённые люди. Приехали в деревню рано утром на бычках. Их шестеро, очень злые и жестокие. Увидели готовую к отплытию лодку, забрали хозяина и начали бить… он всё и сказал. Мы недавно узнали… забеспокоились, что лодка не прошла мимо.

– Всего шестеро… – прикидывая свои возможности, протянул Стан.

– С ними две охотничьи собаки. И они очень хорошо вооружены. Я могу переправить вас на тот берег. Там, ниже по течению, есть очень укромное местечко, под ветвями деревьев. Когда они уйдут, приведу лодку, – встревоженно затараторила девушка.

Стан, прикрыв глаза, осматривал окрестности. Пока никаких бандитов поблизости не было. Значит, у них ещё есть время на подготовку. Парень оглянулся на примолкшего Таша и по взгляду воина понял, что тот сознательно передаёт ему право решать. Ну раз так…

– Моряна, нас трое воинов, – мягко возразил девушке Стан, – и ещё морская артиллерия. Думаю, твой конёк умеет ловко бросать ил. Или что тут на дне реки?

– И мы, – выступил вперёд Витти. – Нас не забыл?

– Как я мог забыть неуловимых мстителей? – притворно возмутился землянин. – Вы у нас самый важный козырь в рукаве. Готовь свои тайные снадобья, видящий.

– Стан, а… кто тогда третий воин? – непонимающе переспросил Таш. – Разве ты не их имел в виду?

– Третий – это Хо, надеюсь, ты не забыл, что её тренировали лучшие учителя? Дай ей один кинжал и какой-нибудь нож, она сражается лучше многих парней.

– Ты хочешь… чтоб девушка билась с бандитами наравне с нами? – агент был просто шокирован таким решением.

– Вовсе не наравне, Таш! В бою на мечах я ей точно уступаю, – вздохнув, честно признался Стан. – Я лучше Хо только в рукопашке. Но мы попробуем взять их хитростью. Хо, где ты там?

– Переобуваюсь, – буркнула из шалаша девчонка и деловито добавила: – Таш, дай мне в придачу к кинжалу тот нож, который носишь на правой ноге, у него рукоять поуже.

Они были очень самоуверенны, эти шестеро крепких парней, вихрем вылетевшие на запалённых бычках на прибрежную полянку.

Так же уверенно въехали, как ворвались несколькими часами назад в тихую приморскую деревушку. Жившую не столько рыбой и перевозом, сколько земледелием и скотоводством.

Вот только деревня встретила испуганными криками, разбегающимися во все стороны женщинами и детьми, хлопаньем калиток и дверей, щёлканьем засовов. Дурачьё. Как будто хоть когда-то толпу озверевших от ночной гонки бандитов остановил простенький засов или какая-то дверь?!

Всё равно всех нашли и поймали. И выгребли все монетки и взяли всех понравившихся баб. Старшой, отправляя их в погоню за слишком хитрыми беглецами, так и сказал, не чикайтесь там с чернью, пусть знают, как укрывать всяких наглецов!

Они и не чикались, оставляя за собой горькие женские слёзы и сжатые в бессильном гневе кулаки мужчин, уверенных, что жаловаться власти или просить помощи бесполезно. Уже несколько оборотов наместник приморских земель почти неприкрыто прикрывает банду сухопутных пиратов, не оставляющих без поборов ни одного жителя. Кроме самых богатых и знатных. А те как не замечают творящихся вокруг бесчинств, словно вступили с наместником в тайный сговор. Хотя народная молва утверждала, что так оно и есть. Только очень тихо она это делала, с опаской и оглядкой.

Глава 11

Стан

Странное поведение единственного находившегося на полянке парня ничуть не насторожило разгорячённых скачкой бандитов, да и необычным сначала не показалось. Ну подумаешь, онемел и оцепенел от перепугу, бывает и не такое.

Бандиты грузно сползали с бычков, сказывалось число жбанов ядрёной медовухи, выпитых в деревушке. И разумеется, количество жареных гусей, окороков, сырых и жареных яиц и вяленой рыбы, какими эту брагу заедали.

Старшой остановился посреди полянки, повелительно указал подельникам пальцем на шалаши, в которых виднелись накрытые одеялами бугорки, даже не задумавшись, с чего это путники спят, когда давно минуло время завтрака?!

Да и почему бы им не спать, если именно так поступал он сам, когда выпадал удобный случай?

Трое самых шустрых и охочих до баб ринулись на спящих. Каждый из них яро надеялся, что повезёт именно ему, и ехавшая в храм девственница окажется как раз в «его» шалаше. Про ненавистного главарю банды Таша, вместе с которым сбежала девчонка, старшой предусмотрительно никого предупреждать не стал. Как и про то, будто он в одиночку уложил нескольких лучших наёмников, не впервой бравшихся за подобные дела. Главарь и сам не верил в эти байки и пугать ими своих людей не собирался. Слишком хорошо знакомы были ему следы мангурьих лап, и не заметить их на месте гибели матерых убийц было просто невозможно.

Двое бандитов, оставшиеся без дела, развязывая на ходу шнуровку штанов, повернулись раскрасневшимися рожами к ближайшим кустам, собираясь оросить их перегонкой выпитого. Даже не подозревая, что этим циничным поведением подписали себе смертный приговор.

Два меча вонзились им в животы почти одновременно, два вскрика утонули в рёве остальных, споткнувшихся возле входа в шалаши о неприметные бечёвки. И со всего маха напоровшихся на острые колышки, воткнутые под прорезанными ради такого случая одеялами.

Разумеется, Витти не забыл смазать своим зельем острия кольев, да и Стан не дремал. Чуть прищурился, и лишённые опоры шалаши рухнули на корчившихся и пытавшихся подняться бандитов.

Оставшийся в одиночестве старшой, мгновенно отрезвев, затравленно вертел головой, пытаясь понять, откуда ждать нападения. Не сообразить, что они влипли в ловушку, мог только круглый дурак. Труднее было понять, кто её подстроил, ну не этот же, спокойно сидящий на клочке сена худой парень?

Да его же одним ударом меча можно раскроить!

Старшой выхватил меч и ринулся на врага, но того уже не было на месте. Зато из реки вдруг вылетела целая куча грязи и смачно влепилась бандиту прямо в рожу. Больше он ничего не видел и не слышал, бросив со страху меч, торопливо принялся отирать липкий ил, чувствуя знакомые покалывания злобных пиявок.

– Так просто, – разочарованно пробормотал Витти, снимая с себя паутинку, – мы даже не успели никого стукнуть.

– Стукни вот этого, – великодушно разрешил Костя, показав носком сапога на катающегося по траве старшого, – всё равно у него оружие отобрать нужно.

– Мы и так отберём. – Тиммо с Орритом ловко стащили с бандита пояс и теперь обчищали его сапоги и карманы.

– Не убивайте… я всё вам расскажу… – старшой пополз к Стану на коленях, и не подозревая, что тот отлично видит сквозь ядовитую зелень снедающего его страха чёрные и синие лепестки лживой ненависти.

– Кольни-ка его своим колышком, – отпрыгнув в сторону, приказал Стан видящему, – тем, который замораживает мышцы, но не гасит разум, я хочу его допросить. Он тут самый осведомлённый.

Бандит, собрав силы, резко прыгнул в сторону парня, возненавидев того мгновенно и навсегда. Но снова приземлился на пустое место и, едва поняв это, по-звериному взвыл от бессильной злобы.

Далёкий рык отозвался жутким эхом, и старшой скорчился от ужаса, поджав к животу и руки и ноги.

Не мог тот, кто хоть раз слышал такой звук, не узнать рёва мангуров.

– Нет, погоди! – заслышав этот рык, остановил недорослика неуловимый парнишка, и его странные глаза засветились счастливым светом. – Пока не нужно. Просто свяжите. Он Закату и сам всё расскажет.

Малорослики быстро и ловко обмотали бандиту руки и ноги своими тонкими и прочными бечёвками, а он даже и не подумал сопротивляться, только посверкивал полным ненависти и отчаяния взглядом.

Но вовсе не мрачный воин, вышедший из кустов с окровавленным мечом в руке, заставил его вести себя так послушно. От воина старшой ещё бы мог попытаться уйти… Не зря всегда ставил хорошо обученного бычка сзади остальных животин.

Просто твёрдо знал – невозможно убежать от мангура. Да и отбиться от свободного, не политого ослабляющими снадобьями животного ещё никогда и никому не удалось. Ни одному, ни отряду, ни с помощью собак.

Тут старшой вспомнил про сопровождавших его псов и даже застонал от досады на собственную глупость. Вот почему он сразу не обратил внимания на их странное поведение? Едва почуяв запах костра и рассмотрев между кустов островерхие шалаши, решительно погнал бычка вперёд, даже не оглянувшись на неохотно трусящих следом собак. И после не всполошился, а почему это псы, в любое село или город влетавшие вместе с его бычком, на этот раз остались за пределами полянки, словно не в силах переступить невидимую грань?!

Бандит с досады аж взрыкнул и тут же получил увесистый пинок под бок – не шуми!

– А где твой напарник? – не желая выдавать ни имени, ни пола Хо, тихо поинтересовался Стан у Таша, отозвав его взглядом в сторонку.

– Плохо ему, – так же тихо буркнул Таш. – Мы убили тех двоих, которые попёрли прямо на нас. Не мог же я ждать… пока они…

– И правильно сделали, – похвалил Костя, мгновенно сообразив, о чём это он, – зато остальные все живы… и куда их девать, я не представляю.

– В речку, и все дела. – Лицо Таша мгновенно стало жёстким и непримиримым. – Думаешь, они кого-нибудь из нас пощадили бы? Или сжалились хоть над одной сельской девчонкой, попавшей в их лапы?

– Отморозки. Ладно, решим позже, пойду, посмотрю… как там наш парень.

– Не ходи… он к реке пошёл, моряна лучше нас поможет…

Агент озадаченно замер на полуслове, заметив, как из-за кустов вылетело нечто туманное и мгновенно юркнуло под бандану Стана.

– Это Чудик, – успокаивающе шепнул расцветший довольной улыбкой Костя.

Неожиданностью внезапное появление унса стало только для Таша. Сам землянин ещё с того мига, как услышал далёкий рёв зверей, каждые несколько секунд закрывал глаза, желая первым заметить появление друзей. Но засёк только стремительно летящее светлое пятнышко, и с сердца сразу свалилась неимоверная тяжесть. Жив, мелочь глазастая!

И не забыл главное правило разведчика: не показываться незнакомым людям. Только те, про кого Стан говорил – это свои, могли рассмотреть шустрого стража.

– Костя! Чудик привёл вертов! – Знакомая картинка возникла перед мысленным взором Стана.

Два зверя лежат под дальними кустами, их бока ещё тяжело вздымаются после недавнего бега. А много дальше, там, где на прибрежных холмах раскинулась маленькая деревенька, скачет большой отряд всадников, не меньше тридцати человек.

И скачет он в их сторону.

– Таш!

Первой реакцией Стана было собирать свою команду и бежать, но он сдержался. Сообразив, что сначала неплохо бы выяснить мнение более опытного аборигена. А потом можно для верности и с моряной посоветоваться, как-никак, а один раз она их уже спасла. Разумеется, Стан заметил бы врагов издали, все чаще он ловит себя на том, что почти автоматически оглядывает окрестности внутренним зрением. Но вот подготовиться к встрече врагов так основательно они бы точно не успели.

– Да? – встревоженно вскинулся агент.

– Сюда едут ещё люди… много.

– На бычках или пангах?

– На пангах, – ответил Стан через минуту, попросив Чудика повторить картинку, – и вымпел везут, алый с чёрным.

Сразу он таких деталей рассмотреть не сообразил.

– Плохо, – мгновенно вынес вердикт агент, – это гвардия наместника. Нам нужно быстро сматываться отсюда, но прежде придётся добить бандитов. Они видели нас, но хуже того, видели малоросликов. Ты же не хочешь… чтобы у маленького народа были большие неприятности?

– Нет… но подожди чуток. – Стан уже бежал к причалу, моряна на глаза бандитам не показывалась, не желая нарушать объявленного её народом нейтралитета.

– Что? – Зеленоволосая дева встревоженно приподняла из воды голову, едва он склонился с мостков.

– Сюда едут люди на пангах с ало-чёрным вымпелом. Таш говорит, нужно убить бандитов, старший видел хумили, и бежать.

– Никого убивать не нужно… – мгновенно решила моряна, – мы вас спрячем. Берите с собой того, который всё видел, и все свои вещи. А бандитов положите, как будто дрались… они в деревне целую ночь пили медовуху.

– Хороший план, – мгновенно оценил совет моряны последовавший за Станом агент, и они ринулись его исполнять.

Первым делом натянули на голову старшого мешок, чтобы поменьше видел, волоком дотащили до реки и сдали многорукому монстру. Затем художественно разбросали по полянке спящих и мёртвых бандитов, вложив им в руки их собственное оружие, испачканное в их же крови.

Фальсификацией руководили Витти с Ташем, у них обоих обнаружились обширные познания в этом деле. Да и опыт, судя по всему, кое-какой был. Некоторые трюки Стан даже постарался запомнить на будущее. Например, с сапогами. Витти выдал им с Ташем снятые со спящих сапоги, и велел потоптаться везде как можно беспорядочнее, затаптывая собственные следы. А потом, когда они, двигаясь задом наперёд, вернулись к мосткам, маленький хумили разулся и мышкой скользнул к бандитам, возвращая на место позаимствованную на время обувку. Его собственные лохматенькие ножки ступали так легко и ловко, что обнаружить крошечные следочки вряд ли будет под силу самому ушлому следопыту.

И всё же для надёжности мангуры скользнули за кусты, выгоняя на полянку разбредшихся бычков и трусливо поджавших хвосты собак. Существенно ожививших бедлам, творящийся на такой уютной с утра полянке.

Сами верты пока уходить от этого места не стали, послали Косте картинку, что проследят за отрядом. Немного поколебавшись, парень отправил им Чудика, потом проще будет понять, кто и зачем гонится за бандитами. Или спешит им на помощь?!

Сам Костя в этот момент уже стоял с Ташем и Витти на живом морянском транспорте, готовом к отправлению. Бандита, зеленоватую от тошноты Хо и младших хумили вместе с вещами моряна уже забрала первым рейсом.

– У нас тхипп ещё молодой, – с сожалением объявила Стану серебристая прелестница, – всех сразу не сможет увезти.

Ничего себе, молодой, впечатлился землянин, а каким же он будет взрослым, если уже сейчас размером с двухместную надувную лодку, не считая густой бахромы трёхметровых щупалец?

Место, куда перебазировала их моряна, и вправду было укромнее некуда. Только с их способностями и можно было отыскать среди густых кустов и деревьев, выросших под высоким, обрывистым бережком, неприметный проход к глубокой расщелине, довольно вместительной и совершенно незаметной сверху из-за нависающих волной зарослей крапивы и прочих, не знакомых Стану сорняков.

– Здесь можно разговаривать, – едва они ступили на сыроватый глиняный пол, объяснила моряна, – сверху ничего не слышно. А костёр делать нельзя. Но вы тут долго сидеть не будете, вечером мы приведём лодку, нужно торопиться. С моря идёт шторм.