Цена дерзости

И промолчать никак нельзя, Тьершиг никогда не успокоится, будет требовать своего. А если он не получит желаемого, придётся секретарю готовиться к переезду в кабинет нижнего этажа, на место одного из тех проныр, что так важно топают сейчас следом.

Старый целитель оглянулся на звук шагов и возмущённо нахмурился.

– В чём дело, господа?! У нас консилиум, подождите за дверью.

– Это судейский секретарь, господин Фибирт, – отрезая чиновнику все пути к отступлению, официально объявил лекарям Даринт, – он прибыл предупредить о поданной господином Тьершигом жалобе. Тьершиг заявил, будто его оскорбила рабыня одного из гостей лекаря Авроноса, некоего Конса.

– Вы что-нибудь уже постановили? – Взволнованный юношеский голос был столь полон горестного нетерпения и надежды, что господин Фибирт просто не мог не оглянуться.

Возле двери стоял самый необычный из всех молодых мужчин, которых довелось видеть секретарю за жизнь.

Чёрный, странного покроя костюм подчёркивал высокий рост и худобу незнакомца, серые, как стылая, осенняя вода, глаза смотрели сквозь прорези чёрной маски с болью и укором.

– Нет ещё, очень тяжёлый случай, господин Дэконс, – сочувственно вздохнул целитель, и Фибирт только теперь вспомнил о нелепых корзинах, которые так и держал в руках.

– Дэконс? Вот это вам… дамы у ворот просили передать их корзины и благодарности.

– Спасибо… поставьте где-нибудь. Извините… но мне сейчас не до подарков… мою рабыню избил ночью какой-то изувер… взгляните сами, на девочке живого места не осталось!

Странный парень подтолкнул ошарашенного своими подозрениями секретаря и тому поневоле пришлось взглянуть на распростёртое на кушетке смуглое тело худенькой девчонки. Даже видавшего виды секретаря проняло от одного только взгляда на перемежающиеся зловещей чёрно-фиолетовой опухолью, рваные, сочащиеся кровью полосы, изуродовавшие её плечи и голову.

Помощников Фибирта тоже словно из почтительности подтолкнули к ложу пострадавшей и дали проникнуться жуткой картиной.

– Но Тьершиг говорил о каком-то Консе! – ещё отчаянно пытался найти спасительную лазейку секретарь.

– Я ещё вчера утром заключил договор на обучение иномирянина Конса ремеслу целителя и присвоил ему имя Дэконс, – вынырнул откуда-то из-за спин целителей Авронос, личный лекарь Югнелиуса, и сунул под нос секретарю подписанный и заверенный печатями свиток.

Глава 10

Стан

Это утро было просто замечательным.

Проснувшись, Костя сладко потянулся, прислушался к своим ощущениям… офигенно. В теле непривычная лёгкость и истома, на душе птички поют.

Чёрт, как жаль, что раньше ему были недоступны такие развлечения. Хотя это неправильное какое-то слово, не развлечения, а удовольствие, вновь и вновь сжигающее дотла сумасшедшее наслаждение.

И зачем ему ещё куда-то плыть? – не в первый раз пришла в голову крамольная мысль.

Если можно остаться тут, в заваленной мягким мхом пещерке, рядом с потрясающе ласковыми и податливыми морянами?!

Это уже позже, за полночь выяснилось, что девушка вовсе не сказочная русалочка, а вполне материальная моряна, и она даже не одна. Но к тому времени Стан уже настолько освоился и с обстановкой, и с приятными обязанностями, что даже не подумал обижаться на девушек за маленький обман. Ну подумаешь, вышла за напитком одна, а вернулась другая… он же понимает, что ласки хочется всем.

– Тебе пора возвращаться, Витти подал сигнал, – печально произнесла моряна, держа в руках одежду Кости.

– Спасибо вам за всё! – Стан нежно привлёк её к себе и поцеловал. – Я бы с удовольствием сюда вернулся… когда развяжусь с делами.

– Мы тоже тебя избрали… – как-то туманно сообщила моряна. – Скажешь своё настоящее имя?

– Конечно, – ласково улыбнулся парень. – Я из другого мира, и там меня звали Константин Запольский. А тут зовут Станар.

Он успел рассмотреть ауру своих первых любовниц, и не нашёл в ней ни зелёных, ни синих пятен, лишь бледное солнечное сияние. Значит, можно ничего от русалок не скрывать, никому из бандитов они его не выдадут. К тому же из коротких фраз девушек стало ясно, что с людьми моряны просто живут рядом, старательно избегая вмешательства в их дела.

– Тогда… – моряна быстро и как-то виновато переглянулась с подругами, – возьми вот это…

На её перепончатой ладошке лежала маленькая продолговатая раковина, подвешенная на простенький шнурок.

– В каждом порту есть моряны, просто покажи, если понадобится помощь, или выйди на берег и подуй… Ничего, что звука не будет, мы услышим. А с рыбаками о перевозе на Хамшир мы договорились. Лодка подойдёт прямо к вашему берегу…

– Спасибо… – Стан выбрался из грота и поочерёдно обнял всех троих. – Вы замечательные…

Серо-зелёные щупальца выметнулись из воды, обвили его цепкими путами, поставили на едва выступающий над поверхностью холмик, и берег рванул назад с невероятной скоростью.

– Прощай… – долетело тройным эхом.

На мостках возле шалашей Костю поджидали обеспокоенные хумили. Все вместе.

И только увидев ожидающие взгляды, светившие ему навстречу с виноватых рожиц, парень устыдился собственных эгоистичных планов насчёт морян. Ну разве мог он бросить на полдороге своих гномов? Ведь давно уже понял, что «белоснежка» – имя нарицательное.

– Доброе утро, – вежливо поздоровался Витти, когда морское чудище бережно высадило Стана на мостки и исчезло под водой, – как спалось?

– Всё в порядке, – успокаивающе ухмыльнулся Костя, оценив его деликатность. – За нами придут рыбацкие лодки. А где мой Чудик?

– Мангуры ушли на охоту, он с ними. – На личиках хумили цвела неприкрытая радость. – Сказали, скоро вернутся.

– Хорошо, – успокоился Костя, – а как Таш?

– Просыпался, сходил умыться, поел, – обстоятельно доложил Витти, – теперь сидит и молчит.

– Ладно, пойду к нему. – Сегодня Стан был необычайно добр и любил весь мир. – Попробую поговорить.

Таш сидел возле разгорающегося костерка, над которым уже висел котелок, до половины налитый водой, и мрачно ломая руками ветки, подбрасывал в огонь. Судя по тому, как легко он расправлялся с довольно толстыми сучками, былая сила возвращалась к наёмнику довольно быстро.

– Привет. – Костя сел в паре метров от агента, в случае чего успеет вывернуться. – Как ты?

– Твоими стараниями… – мрачно процедил воин и смолк.

– Таш… – глянув в закипающий котелок, начал нелёгкий разговор Костя, – давай поговорим, а? Я же новичок в вашем мире… и могу не понимать каких-то ваших правил и законов… Но я никогда не был подлецом. И зла тебе тоже не желал… Даже думал одно время, будто мы сможем стать друзьями. Объясни, что произошло? Когда я поступил неправильно, с вашей точки зрения… раз вы решили бросить меня на произвол судьбы?!

– Прости… – мрачно проскрежетал Таш, и кто-то другой, возможно, обиделся бы на такую скупую благодарность за избавление от страшной болячки, но Стан вовремя догадался прикрыть глаза.

И теперь отчётливо видел багровые всполохи стыда, золотистое тепло искренней признательности и сиреневатую дымку вины. Уроки Чудика оказались очень кстати.

– Не за что, Таш. Я понимаю, ты в тот момент посчитал, будто я помешаю тебе поступить по-своему, но теперь-то ты можешь мне хоть что-то объяснить? У меня ведь тоже душа болит, когда я смотрю на Хо… Ты наверняка не знаешь, но перед этой поездкой я был её учителем по рукопашному бою.

– Ничего не объясняй ему, Таш! – Хо дикой кошкой выскочила из своего шалаша, бросилась к наёмнику, вцепилась трясущимися руками в его плечо. – Я приказываю! Как твоя невеста!

Таш на миг скривился так несчастно, словно вместо яблока укусил лимон, и сразу же взял себя в руки.

– Ты больше мне не невеста, Лива, – сухо отрезал агент. – Я раздумал предлагать тебе свой брачный браслет.

– Предатель! – Девчонка вскочила на ноги и занесла руку для пощёчины.

И в тот же момент застыла, не в силах даже сдвинуться с места. Стан изумлённо уставился на это странное явление, потом догадался прикрыть глаза.

Все ясно, это хумили подобрались под своими паутинками. «Ну и зачем они это сделали? Ведь не из простого любопытства?» – первым пришёл в голову парня закономерный вопрос.

Наверняка волновались за исход переговоров, иного объяснения нет. Чудаки! Неужели всерьёз считали, будто у Таша хватит безрассудства причинить вред Косте? Или у них всё же были тайные причины для такого беспокойства?!

– Витти, отпустите её, она не будет бить раненого, – мягко сказал Стан, отводя взгляд от обиженного личика бывшей ученицы. – Садись, Хо. И постарайся успокоиться.

Хумили незаметно спрятали куда-то свои накидки и заботливо усадили девчонку на одеяло. Но она уже перегорела и потеряла всякий интерес к происходящему. Оказавшись на одеяле, сцепила руки на поджатых коленках и мрачно уставилась себе на сапоги, больше не замечая никого из спутников.

«Ну и пусть посидит, – искоса поглядывая на подопечную, решил Стан, – может, утихомирится». Он слышал, как оскорбителен для девчонок внезапный отказ жениха, и потому не собирался сейчас лезть к Хо с разговорами. Противнее всего, когда все окружающие считают своим долгом пройтись сапогами по больному месту.

– Я тоже не подлец, Стан. – Таш упорно смотрел в огонь, не замечая, вода в котелке уже бурлит ключом. – И я вовсе не собирался… воспользоваться её положением невесты… или жены. У меня достаточно денег, чтобы заплатить хорошим лекарям… но все говорили одно. Жить мне оставалось считаные дни… треть периода, не больше, и помочь никто не брался. Вот я и хотел… сделать напоследок доброе дело, оставить девчонке своё имя и дом. Настоящей семьёй я так и не успел обзавестись. Сначала думал, что рано… а потом оказалось уже поздно.

– Но ведь в записке коменданта не сказано прямо, что этот друг обязательно женится на ней? – решил выяснить всё до конца Стан. – Мне хумили объяснили законы.

– Дело вовсе не в законах… и не в том человеке. Возможно, он и не собирался жениться сам, а брал её для сына, сейчас это не имеет значения. Просто я однажды уже поступил так…

Появление Чудика прервало тягостное признание агента.

– Костя… – вспорхнул на плечо Стана унс, вытягивая шейку, заглянул ему в глаза и, вспомнив уроки, чётко доложил: – Чудик прибыл. Всё в порядке.

– Мелочь моя, – голос Стана дрогнул от умиления – Кушать хочешь?

– Чудик хочет, – согласился малыш и, обеспокоенно покрутив головой, сообщил: – Закат и Тень уходят. Им нужно возвращаться. Мясо принесли, лежит в кустах…

Отчётливая картинка-образ возникла в мозгу Стана, два мощных зверя замерли на миг за дальними кустами, потом дружно повернулись и помчались прочь. Оставив на память твёрдое понимание, Чудик не просто друг и страж, он ещё и связной. И если очень нужна будет помощь, найдёт ближайших вертов.

Стан крепко сжал губы, стараясь скрыть от всех мгновенно стиснувшую душу боль.

И ведь заранее знал, насколько эти звери лишены той сентиментальности, которая присуща людям, и, как истинные воины, не признают долгих прощаний… Но как же больно понимать, что не будет даже последнего прикосновения к мягкому тёплому звериному плечу, взгляда в умные золотистые глаза… ведь, возможно, им больше никогда не суждено встретиться.

– Где ты взял этого вампирчика? – неожиданный вопрос Таша поразил Костю в самое сердце.

– А с чего ты решил, что он вампир?

– Видел точно таких же. Один травник продаёт… потихоньку. Большие деньги берет. Говорит, они пьют кровь, а взамен лечат от всяких болезней. Я сначала тоже хотел купить, но раздумал… не поверилось про излечение.

– Чудик, скажи Ташу, ты хочешь крови? – Стан знал только один способ, как убедить осторожного агента.

– Чудик кровь! Нет! – возмущённо отозвался унс. – Чудик хочет мясо. Горячее.

– Сейчас будет тебе мясо. Витти, там мангуры принесли мясо, вон в тех кустах. Сварите?

– Конечно! – Хумили с энтузиазмом бросились в кусты, они вообще забегали вдвое быстрее, узнав, что проезд на Хамшир уже оплачен.

– А теперь расскажи поподробнее, где живёт тот человек и много ли у него унсов, – разобравшись с хозяйственными вопросами, вернулся к заинтересовавшей его теме Стан. – Пожалуйста, Таш, это очень важно для мангуров.

– Человека зовут Инбариз, он из знатного рода. По молодости сорил деньгами, сильно обеднел… наш Бангдирах очень не любит таких людей, прогнал от двора, приказал ему заняться каким-нибудь делом. Инбариз учился у травника, у лекаря… но клиенты к нему не пошли. Недобрый он, неприветливый, а больные люди внимание любят.

– Знаю, у меня мама целитель, – поторопил его Стан, попутно решив вопрос с профессией матери. – И что дальше?

– Он нашёл новый заработок. Добывал для алхимиков и лекарей очень редкие и дорогие растения, ходил в самые гиблые места. Иногда нанимал в охранники людей, от которых я всё это знаю. И как-то притащил вампирчика…

– Унса, Таш. Их зовут унсы, и они специально выведены для помощи мангурам. В другом мире выведены, такими же людьми, как мы.

– Пусть будет унс, раз ты говоришь. Наверное, Инбариз нашёл пару, раз они стали размножаться. Вот он и говорил, что их обязательно нужно кормить кровью. Человеческой.

– И где он живёт?

– В собственном имении, в Бонторе. Это на юге, как раз на полпути между столицей и кольцом крепостей.

– Жаль, что ты не рассказал мне этого раньше. Наверняка мангурам важна эта новость. Кстати… – Стану вдруг пришла в голову замечательная идея. – Витти, у нас не осталось вчерашнего варёного мяса?

– Немного.

– Давай сюда, Чудику хватит. Малыш, быстро ешь и догони вертов. Расскажешь про Инбариза, ты понял, что он нашёл способ разводить унсов?

– Чудик понял. – Унс взял в лапки мясо и впился в него острыми зубками.

– Только будь осторожен… бывают хищные птицы, соколы, орлы… они очень быстро летают.

– Чудик помнит. Всё, готов.

И этот такой же, исподтишка вздохнул вслед упорхнувшему унсу Стан, даже до свиданья не сказал. А впрочем… кто бы его научил? Не мангуры же?!

– Ладно, – вздохнул парень через пару минут, возвращаясь к прерванному разговору, – так, может, расскажешь мне окончание… той истории? Просто хочется понять… ваши законы.

– Тебе его не жалко отдавать? – не ответив на вопрос, испытующе смотрел Таш. – Я же видел, как ты к нему относишься.

– Жаль, – нехотя признался землянин, чего уж тут душой кривить. – Но у них очень мало унсов. А они не просто связные, но и стражи, и переводчики, и разведчики. Однако если тот человек не получил унса в дар, а просто поймал – он даже не узнает о его особых способностях. Унсы закодированы на верность мангурам. Так ты будешь говорить или нет?

– Да нечего особенно и рассказывать. Мой отец… был очень своенравный человек… и никогда не спрашивал нас с сестрой, чего мы хотим. Меня отправил в ученики кузнецу, а я тогда мечтал расписывать ткани. А сестрёнку отдал в младшие жёны очень богатому, но старому человеку… Она плакала, просила так не делать. Но отец ей ответил: потом спасибо скажешь, когда будешь целыми днями валяться в саду на подушках и кушать персики…

Таш надолго смолк, но Стан теперь и не ждал продолжения. Он уже сильно пожалел, о своей настойчивости. Вообще не стоило затевать этот разговор. Вот зачем ему знать причины поступка Таша, если агент всё равно передумал жениться на Хо?

А раз она так не хочет ехать к этому другу, то они вполне могли бы вместе придумать новый план. Или хумили расспросить, где это их надёжное укрытие?! Может, девчонке разрешат пожить там некоторое время, пока Костя не станет немного лучше разбираться в обстановке и не найдёт для неё более удобное место?

Однако агент тяжело вздохнул, тряхнул головой, отгоняя воспоминания, и жёстко договорил:

– Она не стала кушать персики. Повесилась на окне, пока женщины, наряжавшие сестру к свадьбе, выбирали драгоценности. Я сам её снимал… а на другой день ушёл из дома. И в кузню больше не ходил… хотя так и не научился расписывать ткани. Пошёл в отряд к наёмникам… потом нанялся в телохранители к одному банкиру, а уж после стал работать на господина Зорденса.