Сбежавшая невеста

Но самое поганое – «волк» не позволил Рите пообщаться ни с Северьяном, ни с кем-либо из семейки Леру. И это бесило даже больше, чем все остальное. То, что блондин созвонился с Лалари в присутствии Элгрэй и попросил ее присмотреть за ребенком до возвращения его родной матери, Риту не успокоило. Она сама хотела поговорить с этой вероломной «кошкой», а лучше проредить ее рыжие кудри перед свадьбой, но никак не доверять ей заботу о Яшке. Про Жака речь вообще не заходила, словно его и не было.

Га-а-ады! Какие же эти модифицированные все-таки гады. И хвосты им не накрутить, потому что у них их нету… вот же засада!

Страдая по поводу неосуществленной мести, Эритэ продолжала сидеть за накрытым на несколько персон столом, пить апельсиновый сок, который специально для нее выдавили, и, сплетая одно за другим всевозможные заклинания, тестировать их на амагичном Акилларе. Все его родственники, как только некромантка начала экспериментировать с магией, под благовидными предлогами слиняли. Арсений Рурк за очередным жрецом поехал, так как первый попал в аварию и вместо «логова белого волка» отправился в больницу, а второй где-то потерял сумку с ритуальным кинжалом и, вернувшись ее поискать, пропал с концами. Павел вспомнил, что у него неотложные дела, Дэну резко приспичило кому-то позвонить, а отец Акиллара и две его супруги предпочли полюбоваться на будущую невестку издалека и покинули дом, не дожидаясь помолвки.

Если они таким образом хотели выразить ей свое пренебрежение – напрасно старались. Эритэ было глубоко наплевать и на бывшего вожака, явно не одобрявшего выбор сына, и на потенциальных свекровей, одна из которых была кудрявой рыжей «кошкой», чем сильно напоминала паршивку Лалари. И такое сходство лишь усиливало неприязнь некромантки к родной матери Акиллара. Так что если он все-таки женится на Рите, семейная жизнь скучной у них точно не будет. Потому что, кроме жениха, которого непонятно с чего переклинило на едва знакомой невесте, Элгрэй никому из Рурков не нравится. Они ей – тоже. Отличный задел на брак, о котором будут потом говорить, что жили они не долго… но весело!

– А это что было? – лениво потягивая вино, спросил мужчина, когда девушка прикрепила к нему новое магическое плетение. – Очередная «чихалка»?

– Нет, – грустно вздохнула Эритэ, видя, что ее труды снова прошли даром. Чары на этом конкретном «волке» действительно не работали!

– Еще одно усыпляющее заклинание? – предположил бьерн, невольно покосившись на официанта, мирно спящего в обнимку с подносом. После очередной неудачи с Рурком некромантка решила удостовериться, что ее магия вообще работает. Так что бедняга пострадал за правду… которую пыталась выяснить Элгрэй. – Нет? А что тогда? – искренне заинтересовался бьерн.

– Проклятие мужским бессилием, – отмахнулась от него девушка, а Киллар едва не пролил на себя вино.

– Ну с-с-спасибо, дорогая, – мрачно поблагодарил он, опуская бокал на стол. – Какое счастье, что на меня не действует магия.

– А зелья? – уточнила Рита, сплетая следующую «пакость», предназначенную жениху. – Яды там? Ножи зачарованные? И не зачарованные тоже, – начала перечислять она, придирчиво рассматривая будущего мужа. Тот ответил ей долгим и очень выразительным взглядом, потом усмехнулся и ласково так сказал:

– Ведьма!

– Я не…

– А проклятьями кто тут сыплет?

– А ты бы предпочел, чтобы я сыпала заклинаниями упокоения? – вздернула черную бровь девчонка.

– Я бы предпочел, чтобы ты перестала планировать мое убийство, а подумала лучше о том, как разнообразить нашу первую ночь, – подмигнул ей желтоглазый мужчина.

– Как насчет торжественного обрезания… твоих косичек? – демонстративно зевнув, спросила Эритэ, глядя на две тонкие белые косички на висках мужчины, остальные волосы которого были коротко стрижены.

– Ангел, – голос бьерна стал непривычно ласковым, и девушка невольно напряглась, ожидая гадости, – я многое могу тебе простить, это да. Но есть вещи, на которые лучше не покушаться. Например, мои косы. А то ведь можно и со связанными ручками на кровати оказаться. И с заклеенным ртом тоже, – мило улыбаясь, озвучил ей перспективы «волк».

– Это насилие над личностью, за такое тюремный срок полагается.

– За покушение на жизнь главы клана – тоже. А ты именно этим тут и занимаешься, драгоценная моя, – спокойно парировал он, небрежным жестом стряхнув с плеча давно развеянное заклинание.

– Ну… – пожала плечами Элгрэй. – Ты первый начал.

Вернувшийся Арсен, едва переступив порог, наткнулся на сидящего у стены официанта и решил дальше в столовую не проходить. Как он упомянул ранее, ему сюрпризов и от предыдущей ведьмы вполне хватило, чтобы усвоить урок и держаться от магически подкованных девиц подальше.

– Привез жреца? – спросил Акиллар, стараясь, чтобы вопрос звучал спокойно.

– Представь себе, нет, – тем же тоном ответил старший брат белого вожака. – В Гримшере новая эпидемия, видимо. Распространяется исключительно на храмовников, имеющих право проводить обряды. Странно, да?

– Ничего странного! – возразила Рита. Бросив бестолковое занятие, она подперла рукой подбородок и тоже уставилась на визитера. – Боги против помолвки, вот и…

– Не боги, а р-р-рыжие «коты»! – рыкнул жених, дав волю своему раздражению. – Точнее, один старый «кошак» с уязвленным чувством собственного достоинства.

– Вовсе он и не старый, – заметила девушка, пряча в уголках губ довольную улыбку. – А очень даже молодой, симпатичный, обходительный, ум…

– Хватит! – Бокалы жалобно зазвенели от удара мужского кулака по столу. – Если жрецы не идут к нам, мы пойдем к ним, – рявкнул Акиллар, одарив невесту злым взглядом.

– А может, не стоит… – попытался его образумить Арсений, укоризненно покосившись на Элгрэй, чьи реплики выводили вожака из себя и провоцировали на глупые поступки.

– Я сказал, что помолвка состоится сегодня, значит, так тому и быть! И неважно, что об этом думаете вы, наш отец, мамы… все! – огрызнулся бьерн, решительно поднимаясь.

– А что невеста думает, тоже неважно? – невинно хлопнув ресницами, уточнила некромантка.

Умом она понимала, что помолвка – это вовсе не свадьба и ничего сильно страшного в ней в общем-то нет. Но, зная замашки зверолюда, не понятно с какого перепуга решившего связать их судьбы брачными узами, Рита белую вязь на виске уже не считала пустяковым делом. Аня вон в бега пустилась в надежде избавиться от этой дряни. Киллар ведь выкручивает законы так, как ему удобно, а если не выкручиваются, то просто на них забивает. Похищение? Всего лишь дань традициям! Удержание под домашним арестом и преследование даже в уборной? Вовсе нет! Это забота о безопасности как невесты, так и дома от ее проделок. Теперь вот помолвка… С этим «волчарой» охнуть не успеешь, как выяснится, что брачный рисунок сменил цвет с белого на серебристый, свадьба давно сыграна, а жена глубоко беременна. Нет уж! Трупоедам на закуску такое счастье!

– А невеста еще просто не осознала, как сильно любит своего жениха, – немного помолчав, сказал ей желтоглазый тиран с самой обаятельной улыбкой, какую только девушке доводилось встречать в своей жизни. – Но я помогу тебе, Ангел, это понять. Сегодня же ночью.

– Если невеста так же сильно любит жениха, как он ее, то хана этому браку еще до его начала, – проворчала Эритэ, недовольная тем, что отмечает внешнюю красоту бьерна, которого следовало бы искренне презирать и ненавидеть. – Мужчине, ориентирующемуся только на свое «хочу», заводить семью противопоказано. Ты же любишь исключительно себя, Киллар! И самолюбие больное тоже у тебя, а не у Жака. По расчету на мне жениться абсолютно не выгодно. Полюбить меня ты просто бы не успел, да и не ведут себя так влюбленные люди. Что остается? Именно оно! Уязвленное волчье самолюбие и зашкаливающий эгоизм.

– Мысль про заклеенный рот, Ангел мой, нравится мне все больше, – сказал Акиллар и, взяв Риту за руку, добавил: – Поехали, прогуляемся по вечернему городу. Чую, это будет увлекательная поездка. И да, не забывай о наших общих секретах, милая. И об участи Вельской и ее сыночка – тоже. Я ведь, если ты будешь артачиться, могу передумать и жениться на Ане, которую прямо сейчас «пасут» мои люди. А вовсе не отпускать ее, как мы с тобой договорились, предоставляя защиту «волчьего» клана.

– Шантаж тебя не красит, – поджав губы, проговорила Рита, чувствуя себя загнанной в угол.

– А выбор? – криво усмехнулся Акиллар. – Я скупил лучшие букеты в Гримшере, а ты их свалила в кучу. Я, спасая твою репутацию, решил на тебе жениться, а ты начала строить глазки какому-то «коту». Что мне еще-то остается, Ангел? Я могу быть нежным, покладистым, заботливым… Но, чтобы ты все это увидела, придется привязать тебя к себе хоть на время. Извини, но с лучшими сторонами моего характера я познакомлю тебя, лишь когда буду полностью уверен, что ты не сбежишь, не превратишь мой дом в свалку зомби и не устроишь пожар.

– А такое когда-нибудь будет? – скептически уточнила девушка.

– Непременно!

– Да ты оптимист, Киллар, – вздохнула она, позволяя ему вывести себя за руку из-за стола.

В храм так в храм! По крайней мере, после помолвки жених обещал устроить невесте сеанс видеосвязи с Северьяном и Аней из своего рабочего кабинета. Жирный плюс среди череды больших и маленьких минусов. К тому же до жреца еще доехать надо. И вообще, ночь только начинается! А уж о том, чтобы она запомнилась надолго, некромантка как-нибудь позаботится. Даже если, в конце концов, ей и правда заклеят рот и пристегнут наручниками к спинке кровати. Мужик Акиллар красивый, любовник опытный, к невесте опять же неровно дышит, пусть и из желания заполучить непокорную «игрушку». Ну и пусть ее не бросает в дрожь от его близости, как с Жаком. Пусть… В любом случае, надо быть честной хотя бы с самой собой: глава белого клана очень даже ничего. Так что невелика жертва, если придется немного ему уступить. Ну а наутро можно будет и отомстить… если захочется.

– Арсен, организуй нам охрану, – бросил блондин длинноволосому бьерну, посторонившемуся от проходящей мимо девушки. Риту так и подмывало сказать «бу!» и сделать страшные глаза, видя такую реакцию, но она сдержалась, решив пока прикинуться паинькой и посмотреть, как сложатся события дальше. – Наверняка придется отбиваться от старого пер… простите, «кота», который на чужих девок зарится.

«Девка… не невеста», – мысленно отметила Элгрэй, но ни раздражения, ни разочарования при этом не испытала.

Надолго задерживаться в «волчьем логове» Эритэ не собиралась. Только до того момента, как Аня получит свободу от бьерновских законов и от преследования со стороны Рурка, а сама некромантка решит, что делать с Графом и его тайной, если он действительно лич. Пока же Риту куда больше бесило, когда бьерн называл ее ведьмой вместо некромага. Свою профессию она любила и очень ею гордилась. Ведьмы же с ведьмаками учились на специальности зельеваров, артефакторов и мастеров проклятий. Но для «тугодумной собаки», похоже, все чародеи были на одно лицо.

В главном небесном храме столицы…

Я была счастлива!

Счастлива и свободна! От проклятой белой метки на лице. От принадлежности к клану рыжих «котов», обманом навязанной мне Ильей. И от самого идиотского закона бьернов, который я когда-либо слышала!

Пусть передача невесты из одной стаи в другую уже официально состоялась, пусть… У меня все равно после удаления с виска пресловутой вязи появился реальный шанс избавиться и от притязаний «волка» тоже, потому что я не бьерн и приказать жить по их правилам мне не может ни Акиллар, ни городской суд. Разве что белый вожак применит шантаж или угрозы. Но дать ему отпор, заручившись поддержкой влиятельных людей, мне отныне будет гораздо проще, потому что общие законы нашей большой страны теперь на моей стороне, и любое принуждение к браку станет рассматриваться именно как принуждение, а не как соблюдение традиций модифицированных.

Ну а когда все наконец уляжется и Рурк окончательно смирится с поражением, я начну потихоньку налаживать свою жизнь, в том числе и личную, не опасаясь при этом, что моему избраннику переломает кости компания подвыпивших «волков». С такими радужными мыслями я шла по погруженным в полумрак коридорам той части храма, где располагался кабинет верховного жреца, в котором вел прием пожилой дядечка с невозмутимым лицом.

Мою просьбу он выполнил сразу, едва взглянув на печать, стоящую на записке. Хоть и немного удивился тому, что есть люди, которым требуется убрать след от неудачной помолвки. Обычно к нему приходили пары с кучей бракоразводных документов из суда, подтверждавших законный разрыв семейных отношений. И только при наличии всех этих бумаг, которые приходилось тщательно изучать храмовнику, маг избавлял бывших супругов от серебристой вязи на висках. Мой же случай мужчину откровенно позабавил, сделав похожее на маску лицо немного человечней, ну а я не стала рассказывать ему о том, что в реальности ситуация далека от веселой. Зачем? Главное, что он стер это проклятое «клеймо» с моей кожи!

Пожелав удачи, жрец выпроводил меня из кабинета, и, прислонившись спиной к стене, я узрела мрачные взгляды пар, дожидавшихся аудиенции. Мое излучающее счастье лицо для многих было чем-то вроде красной тряпки для быка, поэтому я постаралась поскорее ретироваться из этого рассадника недовольства. Но так как плохо ориентировалась в здании, немного заплутала среди похожих друг на друга коридоров. Остановившись, решила оглядеться, напрячь память и, если не поможет, создать простенький поисковик, способный найти дорогу в главный зал, где ждал меня Саша.

Этим я и занялась, понимая, что вряд ли смогу вспомнить, как именно пришла сюда, сопровождаемая служкой. И когда бело-золотые нити начали скручиваться в незримый для неодаренных людей клубок, я услышала за спиной чьи-то тихие шаги. Резко обернувшись, увидела ту самую женщину, которая провожала меня к верховному жрецу, и с облегчением выдохнула, чувствуя, как отпускает горло незримая удавка тревоги. Служка, виновато улыбнувшись, сказала, что колдовать в стенах святой обители двух богов позволено только храмовникам. Пришлось развеять незаконченное заклинание и довериться спутнице, согласившейся сопроводить меня к другу.

Про чары она не солгала. Просто раньше я не уточняла правила, распространяющиеся на них. Едва мы вошли в здание, как с меня слетела вся магическая защита, не считая той, что была наложена с помощью способностей сирены. Но она, увы, не спасла бы от прямого удара. С ее помощью я могла притуплять действие Зова и скрываться от того же Саши и все. Понятно, что я просто еще недостаточно хорошо освоила постепенно раскрывающийся дар, делая акцент на управление эмоциями, а не на владение стихией и не на сложные охранные комбинации, которые выучить за три дня неопытной полукровке было попросту невозможно. Но мне, как и любому другому магу, конечно же, хотелось всего и сразу, потому что лишние умения в моем положении точно бы не помешали.

Один коридор сменял другой, «радуя» глаз одинаково серыми стенами. Мы то поднимались куда-то по лестнице, то, наоборот, спускались все ниже, и я невольно думала, что на радостях заблудилась слишком уж сильно, раз обратный путь занимает так много времени. Когда спросила спутницу об этом, она ответила, что в главном зале проводится свадебный обряд и мой друг вышел на улицу, где и дожидается меня. Пояснение было логичным, но отчего-то обеспокоило. Притупленная хорошим настроением интуиция тихонько поскуливала, намекая на неприятности, но ожидать их в стенах небесного храма было бы странно. На улице же я буду не одна, а с Сашей и Графом. Если что, они меня прикроют.

Расположенные на разных этажах кельи прятались за дверями идентичного черного цвета. На контрасте с великолепным интерьером небесного зала, где располагался алтарь и проводились всевозможные обряды и службы, эта сторона огромного здания смотрелась блеклой и скучной. Окружающая обстановка давила, а неприятный холодок тревоги хоть и ослабил тиски, по-прежнему не желал отпускать меня из своего невидимого плена. Жаль все-таки, что в главном храме небесной четы нельзя было колдовать, без тонкой сети защитных чар я чувствовала себя голой, да и примитивный поисковик, настроенный на того же Нечаева, мне бы точно не помешал. Вдруг служка ошибется выходом и выведет меня не туда? Что потом делать? Бегать вокруг огромного здания и искать своих?

– Вам сюда, – с безупречно вежливой улыбкой сообщила моя провожатая и, открыв одну из черных дверей, услужливо отступила в сторону, давая мне дорогу.

Вот только за порогом оказалась вовсе не смотровая площадка и даже не зал с плывущими под прозрачным полом облаками, а освещенная шарообразными фонарями стоянка, на которой я припарковала свою машину. Что же это получается – храм не только возвышается над холмом, но и имеет ряд подземных этажей? Обдумать сей занимательный вопрос мне не дали две темные тени, метнувшиеся к нам.

– Что за… – хотела возмутиться я, шарахнувшись обратно, но на удивление сильные ладони вероломной служки вытолкнули меня на улицу прямо в объятия подоспевших «волков». Ну а кем еще могли быть два желтоглазых блондина в надетых на лица черных полумасках? Прежде чем я успела хоть пальцем пошевелить, мне заломили за спину руки и зажали ладонью рот. Вокруг, как назло, никого не оказалось. Только я, мои похитители, проклятая тетка в белом балахоне и мокнущие под мелким дождем автомобили.

Когда отчаянно брыкающуюся меня затаскивали в темный микроавтобус, я увидела лицо этой женщины, на котором не было никаких эмоций. Ни раскаяния, ни сожаления, ни злорадства. Она стояла в дверях, смотрела сквозь нас и продолжала все так же заученно улыбаться, словно… находилась под чарами. Догадка была столь неожиданной, что на какой-то миг я перестала извиваться в руках пыхтящих от усердия бьернов, пытаясь их если не лягнуть, то хотя бы укусить, чем похитители и воспользовались, втолкнув меня наконец в просторный салон автомобиля и с громким стуком задвинув железную дверь. Все происходило слишком быстро, чтобы Александр, почуяв мою панику и воспользовавшись связующей нас нитью, успел добежать досюда сверху, а жаль.

Щелкнули наручники, лишая мои руки свободы, вжикнула отрываемая от рулона клейкая лента, сменившая потную мужскую ладонь на моем лице, тихо загудел двигатель, и машина плавно тронулась с места, увозя меня к жениху. Бывшему жениху! И да помогут мне боги, но «украсить» мое лицо очередной брачной вязью я без боя не позволю. Ну и пусть сейчас руки скованы и рот заклеен, пусть… рано или поздно бьернам придется меня освободить, чтобы передать в лапы Акиллара. Вот тогда-то и поговорим… по-сиреновски!

Там же…

Микроавтобус уже давно отъехал, а женщина в белых одеждах продолжала стоять в дверях и смотреть в ночь. Мышцы лица ее устали от «приклеенной» улыбки, глаза словно остекленели, мозг воспринимал окружающую картинку, анализировал, но что-то явно упускал, что-то очень важное и неправильное. И в то же время внутренний голос с какими-то обволакивающими интонациями нашептывал, что все в порядке, именно так и должно быть: девушка уехала с людьми, которые ее дожидались, а странная потасовка возле машины – это просто шалости хороших друзей.

И когда служка уже практически успокоилась, чтобы вернуться к своим обязанностям, по лестнице сбежал рыжеволосый бьерн в сопровождении монаха с бледным лицом и залитыми тьмой глазами. И только при виде хмурого «кота» в памяти женщины всплыло воспоминание, как та самая девушка, которую она привела сюда, входила в небесный зал под руку с этим рыжеволосым мужчиной, и на лице ее цвела робкая улыбка, а в глазах отражались звезды. Испуганно заморгав, служка обняла себя за голову, которая внезапно начала раскалываться, и тихо заскулила.

– Где Аня?! Кому ты ее сдала? – подскочил к ней сыскарь и, схватив за плечи, принялся яростно трясти несчастную, но та лишь мычала что-то и кривилась от боли.

– Отойди, – потребовал бледнолицый и, сжав ладонями виски женщины, заставил ее посмотреть в его пугающе черные глаза. Несчастная замерла, словно кролик перед удавом, в мгновение ока избавившись и от физических мук и от душевных. – Где девушка, которую ты привела сюда? – ровным голосом спросил маг.

– Ее увезли, – послушно ответила она.

– Кто?

– Друзья.

– Это они так назвались? – Черные провалы глаз сузились, став похожими на щели, сквозь которые на служку смотрела бездна.

– Нет.

– А кто?

Женщина задумалась, пытаясь вспомнить, но память словно заволокло туманом, в котором угадывался чей-то силуэт, и голос, обманчиво принятый ею за внутренний, продолжал шептать о правильности содеянного.

– Кто?! – воскликнул бьерн, у которого явно сдавали нервы.

– Она, – наконец выдохнула служка и снова схватилась за голову, сжав руки мужчины, по-прежнему лежавшие на ее висках.

– Кто – она?! – не желал успокаиваться «кот», облик которого стремительно менялся на внешность зверолюда.

– Она, – всхлипнув, повторила страдалица и разрыдалась.

– Тихо-тихо, милая, – мягко сказал маг, – посмотри на меня, не бойся. – И когда женщина снова взглянула в его черные очи, приказал: – Ты сейчас все забудешь и пойдешь работать, как обычно. И никакая головная боль тебя больше не потревожит. А наш разговор, как и отъезд той девушки, будет просто плодом твоего воображения. Согласна? – спросил он, и, благодарно улыбнувшись, храмовница закивала. – Иди! – с этими словами мужчина позволил ей скрыться за дверью, замаскированной под часть холма.

– Вот так вот просто, значит? Взял и отпустил? – мрачно осведомился бьерн, сверля взглядом своего спутника.

– Она под мощными чарами странного происхождения, Алекс, – ответил Граф. – И если пытать ее и дальше, женщина просто умрет.

– Понятно, – кивнул «кот», сжимая и разжимая бархатные от шерсти пальцы, увенчанные крепкими когтями. – Я еду искать Аню, а ты закончи разговор с «лисами», – кивнув на родителей Ариэль, спускающихся на парковку, сказал Нечаев.

– Нет, – отрицательно качнул головой лич. – Моя некромантка велела мне присматривать за ее подругой, так что за Анной поеду я.

– Тебе нельзя без прав.

– А ты себя плохо контролируешь.

– А…

– Почему бы вам не отправиться за девушкой вместе? – внесла разумное предложение желтоглазая брюнетка, которая по их диалогу догадалась, что ведьму, спасшую ее дочь, только что похитили. – А мы с мужем позаботимся о вашем автомобиле.

– Если понадобится помощь, наш номер у вас есть, – поддержал супругу отец Ариэллы.

– Я тоже хочу пойти спасать Аню! – воскликнула малышка, крепко обнимая маму. – Она холосая. Я плямо сейчас пойду! Я…

– Спать иди, – буркнул Нечаев. – Мы сами ее найдем и тебе позвоним, – кивнув на прощание «лисам», он направился к байку.

– А если не найдем, то тоже позвоним и воспользуемся вашим предложением, – не стал так просто отказываться от чужого содействия Граф. – До встречи! – добавил он и, отвесив вежливый поклон супружеской паре, присоединился к надевающему шлем бьерну. – Не разбрасывайся союзниками, Алекс, – тихо сказал лич.

– Я не разбрасываюсь. Просто пытался усмирить порыв мелкой спасательницы, – проворчал Саша, уже успевший справиться с собой и вернуть человеческий облик. Это была всего лишь вспышка бешенства, обусловленная угрозой потери и неожиданно сдавшими нервами, а для поиска пропавшей ведьмочки ему требовалась трезвая голова, способная хорошо соображать и анализировать ситуацию.

Минуту спустя оба мужчины уже мчались по мокрой дороге вслед за скрывшимся из виду микроавтобусом, металлический корпус которого не мог нейтрализовать биение лазурной нити Зова полностью, хоть и притуплял ее яркость, делая магическую связь Александра и Ани едва ощутимой. И в то, что ее глушила сама Вельская, Саша верить не желал.

В Гримшере…

Даже некромантка, побывавшая в нескольких кладбищенских переделках, не смогла остаться совершенно спокойной и невозмутимой, сидя в автомобиле, несущемся на бешеной скорости по вечернему городу. Эритэ было страшно. За себя, потому что погибать в расцвете лет, едва начав делать карьеру, девушка не хотела. За прохожих, которые могли по неосторожности попасть под колеса бешеных «волков» или их не менее бешеных преследователей. Да и за самих «волков» Элгрэй, если честно, тоже переживала, потому что эти больные на всю голову психи, судя по их довольным физиономиям, вошли во вкус и с азартом удирали от погони, пытаясь не просто оторваться от «хвоста», но и заманить «котов» в какое-нибудь трудно проходимое место.

Впрочем, то, что именно рыжие бьерны пытались остановить кортеж из трех машин, набитых белыми собратьями, было лишь предположением Акиллара. Рите, конечно, льстила мысль, что Жак Леру так масштабно подошел к вопросу ее спасения, но без прямых доказательств она до конца в это не верила. Да и не до того ей было, потому что внедорожник кидало из стороны в сторону и заносило на крутых поворотах, а за тонированными стеклами мелькали, сливаясь в одну световую ленту, ярко горящие фонари и окна домов. Ночные улицы, бешеные гонки и как вишенка на торте – небесный храм, подсвеченный силуэт которого замаячил вдали… про недолгую, но «веселую» жизнь с Рурком Эритэ, похоже, угадала!

Слава лунной матери! Они все-таки доехали, потеряв по дороге не только «хвост», но и машину с охранниками, которые, судя по всему, остались разбираться с преследователями. С одной стороны, Рита выдохнула с облегчением! Так как все остались живы и относительно здоровы, не считая нервного тика бывалой некромантки и ее зубового скрежета при виде самодовольных ухмылок жениха и его свиты. С другой – жаль, что помолвка все-таки состоится. Пусть Эритэ и приняла решение пока что не противиться судьбе в виде большого беловолосого бьерна, которого перемкнуло на маленькой некромантке, но, если б по не зависящим от Элгрэй причинам обряд отменили, девушка была бы счастлива.

Как-то так повелось, что большинство некромагов, имеющих дело с мертвецами, предпочитали носить черные одежды, а многие еще и лица красили специальным гримом, делавшим чародеев похожими на их рабочий материал. То ли эта мода пошла из-за попыток полевых некромантов слиться со средой, в которой приходилось трудиться. То ли народ просто хотел выделиться из общей массы магически одаренных. Конечно же, обязательным такой внешний вид не считался, но подсознательно или осознанно некромаги все равно тяготели к траурным цветам и мрачному имиджу, даже форму заказывали соответствующую. И хотя сейчас Эритэ была одета совсем иначе, но бледностью лица и мрачным блеском в зеленых глазах девушка полностью соответствовала выбранной профессии.

Идти в храм с «волком», для которого игра в догонялки на мокрых от дождя дорогах – прекрасный способ получить порцию адреналина, утереть «котам» нос и как следует повеселиться, Элгрэй не хотелось. Она тоже любила развлекаться, да… Но не с угрозой же для жизней! Одним словом, настроение у невесты было паршивое. А каменное здание с большой лестницей, красиво подсвеченной со всех сторон, находилось совсем близко. И от белой брачной вязи на виске девушку отделял какой-то несчастный десяток шагов.

Павел с Дэном, выйдя из машины, первыми отправились на разведку, предполагая возможность засады. И такой счастливый у них при этом был вид, что Рита невольно скривилась. Разгоряченные гонкой мужчины жаждали помахать кулаками, так что, окажись за дверью воинственно настроенные «коты», этот вечер закончился бы дракой. Ну, или продолжился бы ею, так как отказываться от идеи с помолвкой Киллар не собирался. Более того, он был готов пробиваться к алтарю по телам поверженных врагов, неся в руках невесту вместо флага.

Детский сад какой-то, ей-ей! Уж насколько Эритэ сама любила пошалить и подурачиться, несмотря на свои двадцать пять, кровавые разборки в стенах храма ее никак не прельщали. Однако опасения оказались напрасными: засады в Небесном не было… по крайней мере, кошачьей. Зато там был санитарный день, о чем любезно сообщалось в объявлении, висящем на закрытой двустворчатой двери.

Нервный смешок, вырвавшийся у девушки, едва она услышала эту новость, отдавал истерикой, которая вылилась в гомерический хохот, стоило некромантке посмотреть на грустные лица разочарованных «волков». Так обломать настроенных на потасовку бьернов, это надо было постараться! И именно сейчас Рита почему-то действительно поверила, что к происходящему приложил лапу Жак. Погоня, угу… а была ли эта самая погоня? Или просто отвлекающий маневр, призванный потянуть время, пока храмовников уговаривали внепланово закрыться?

Подумав так, девушка, которую Акиллар крепко держал за руку с момента, как они вышли из машины, принялась оглядываться по сторонам, надеясь увидеть… впрочем, она и сама не знала, что именно ищет или кого. Просто смотрела на темные силуэты кустарника в прилегающем к зданию сквере, на золотистые шапки фонарей, на пустые скамьи, мокнущие под моросящим дождем…