Сбежавшая невеста

Укол в шею был неожиданным и почти безболезненным. А удивление от внезапно качнувшейся улицы – абсолютно искренним. Если б не бьерн, Эритэ упала бы на асфальт, а так благополучно приземлилась на вовремя подставленные руки. Последнее, что она услышала, прежде чем мир померк, был яростный рык блондина, человеческое лицо которого сменил волчий облик.

На том же месте пять минут спустя…

– Пульса нет! – взвыл Акиллар, ощупывая обмякшую девушку. Миниатюрная, бледная… она казалась спящей, если бы он, прижимаясь к ее груди, слышал биение сердца. – Она не дышит, – прошептал бьерн, лицо которого по цвету сейчас мало отличалось от волос. – Паш, где же «Скорая»?! – взревел мужчина, до синяков сжимая тонкие запястья некромантки.

– В пути, – отшатнувшись от старшего брата, буркнул Павел.

Остальные «волки», не считая тех, что рванули за мотоциклистом, выстрелившим в Эритэ, угрюмыми изваяниями окружили внедорожник своего предводителя, но благоразумно не лезли под руку. Дежурный храмовник, вышедший на крики, остановился чуть поодаль и со скорбным видом перебирал четки с массивным крестом в золотом круге, являвшимся символом небесной четы. Благословить душу девушки на перерождение ему не позволили, так как в смерть невесты один упрямый «волчара» верить категорически отказывался. Вызванная «Скорая», по словам «висящего» на телефоне охранника, была уже на подходе, о чем он и сообщил отчаявшемуся вожаку. Такого финала «свадебной» гонки не ожидал никто. А если кого-то он и устраивал, скрывать свои истинные эмоции зверолюды умели.

Мигающий тревожными огоньками микроавтобус с зеленой змеей на боку и надписью «Больница Дезерт-Ривз» припарковался в паре шагов от волчьих автомобилей, и доктору, приехавшему на вызов, в отличие от жреца, дорогу тут же уступили. Осмотрев пострадавшую под бдительным оком Акиллара, врач сообщил, что девушка еще жива, хоть и находится в глубокой коме, затем сделал ей какой-то укол и попытался взять Эритэ на руки, чтобы перенести на кушетку, подключенную к медицинскими приборам, но бьерн предпочел сделать это сам.

Немного успокоенный, он мог прилежно выполнять команды доктора, но расставаться с некроманткой по-прежнему не желал. В «Скорой» было два свободных места, одно из них и занял расстроенный жених. На второе плюхнулся Дэн, решивший поддержать старшего брата. Павел же и несколько «волков» из охраны сели во внедорожник, который должен был обеспечить эскорт машине «Скорой помощи». Но прежде чем вся процессия тронулась в путь, брат сунул в руку Акиллара записку, которая была приколота к дереву другим дротиком. Прочитав короткое: «Ни мне, ни тебе», Рурк взбесился так, что ему самому пришлось вколоть порцию успокоительного. А еще он поклялся разнести к бесам весь кошачий клан и лично удавить одного рыжего урода, если его девочка умрет. Если…

Думать о том, что Ангел может и не очнуться после непонятно чем заправленного дротика, который медики уже запаковали в пластиковый пакет и забрали на экспертизу, мужчина просто не мог. Ведь все так хорошо шло, а жалкие попытки Леру и его наемников напакостить «волкам» лишь добавляли «перчинки» происходящему. Это должна была быть помолвка века! Сумасшедшая, незабываемая, яркая… такая, чтоб журналисты захлебнулись слюной, описывая брачные приключения вожака белой стаи. А фанатки удавились от зависти, обсуждая, как повезло безродной некромантке. Именно для этого Киллар разрешил своим людям делать фото, а Димке наказал записать все, что будут транслировать его чудо-мухи, обосновавшиеся в салоне внедорожника.

– Адово пламя! Этот день был обязан закончитьс-с-ся иначе! – сжав до боли свои увесистые кулаки, прошипел жених и посмотрел на неподвижно лежащую на кушетке невесту, похожую на спящую принцессу из детской сказки. Разве что гроба хрустального не хватало.

Последняя мысль заставила мужчину болезненно поморщиться.

Глава 5

Смерть… или только кажется?

Эритэ очнулась.

Первым она почувствовала кружащий голову запах медикаментов, от которого жутко захотелось снова уплыть в блаженную темноту. Хотя нет, слишком холодным и безжизненным казался недавний сон. Или обморок? А может, это была сама смерть? Вдруг девушка лежит сейчас в крематории, где ее тело готовят к ритуальному сожжению, которое некроманты предпочитают похоронам. И холодный стол под лопатками – прямое тому доказательство. И яркий свет, видимый даже сквозь закрытые веки. И тихое звяканье металла…

«Могильная гниль! Я на это не подписывалась!» – пронеслось в голове, и, сглотнув, девушка решительно открыла глаза, чтобы тут же зажмуриться от яркого света, активно заморгать и только через несколько секунд кое-как рассмотреть одетого в белый халат человека, в пальцах которого был зажат шприц.

Осознание, что ей сейчас снова что-то вколют, вызвало панику, а понимание, что на этот раз она может и не прийти в себя больше, заставило действовать стремительно. Схватив из железной миски первое, что попалось под руку, Элгрэй со всей дури мазнула этим чем-то по фигуре шарахнувшегося назад незнакомца. Судя по тому, что он выронил шприц и схватился за шею – попала!

– С ума сошла? – возмутился мужчина, как ей почудилось – обиженно.

– В себя пришла! – огрызнулась брюнетка, свесив ноги со стола, на котором, как она догадалась, коронеры вскрывали трупы. В моргах девушка бывала, но куда реже, чем на кладбищах. Несмотря на то что и некроманты и патологоанатомы имели дело со смертью, точек пересечения у них было мало, потому что сюда обычно поступали нормальные мертвецы. Ну а не совсем нормальные после магической обработки мирно упокаивались в могиле или рассыпались в пыль на месте.

– Заметно, – проворчал странный доктор голосом, который казался девушке все более знакомым. Стараясь сфокусировать взгляд на его расплывающемся лице, Элгрэй недоверчиво выдохнула:

– Жак?

– Ну надо же! Признала, – восхитился тот, приложив к пораненной шее какую-то белую тряпку. – Вот теперь верю, что ты действительно в себя пришла, Солнышко, – добавил он мягче.

– А что все это значит… Жак? – помахав своим миниатюрным оружием, осторожно уточнила Эритэ и, присмотревшись к нему, поняла, что держит в руке окровавленный скальпель. – Ты что, препарировать меня собирался?! – От изумления, граничащего с возмущением, у нее даже зрение прояснилось, а хирургический нож, переброшенный в другую руку, хищно сверкнул острым лезвием.

– Тихо-тихо, Эритэ, – примирительно выставив вперед раскрытую ладонь, попросил бьерн и, медленно сняв с лица белую повязку, улыбнулся некромантке. – Никто тебя резать не собирался, просто санитар забыл на столе инструменты, так как мы попросили временно освободить морг для твоего… воскрешения.

– Мы?

Мужчина кивнул и оглянулся, приглашающе махнув рукой. Из-за металлического шкафа показался бородатый мужик в такой же больничной рубашке, как и на Элгрэй, и с забинтованной рукой.

– Это кто? – уточнила Эритэ, начиная нервничать сильнее, так как на шее мужика висел символ небесного храма.

– Жрец, – охотно ответил переодетый в доктора «кот».

– Тот, который в аварию попал? – припоминая предстоящий поездке разговор, уточнила некромантка.

– Он, – кивнул рыжий.

– Насмерть? – на всякий случай уточнила девушка, вспомнив, что они вообще-то в морге и что воскрешения тут, судя по ней самой, – дело обычное.

– Я живо-о-ой! – возмутился храмовник. – И дееспособный! – добавил он, потрясая четками, но Жак тут же сгладил ситуацию, сказав, что девушка немного дезориентирована после пробуждения и не совсем адекватно воспринимает действительность. После чего снова улыбнулся Рите, которая, покачав головой, проговорила:

– А это тогда кто? Глюк моего неадекватного восприятия?

Еще один бородач, опасливо выглянувший из-за ширмы, юркнул обратно, а некромантка начала методично постукивать скальпелем по колену, накрытому подолом белой ночнушки с разрезами по бокам.

– Тоже жрец, – сказал Леру.

– Тоже после аварии?

– Нет, этому просто срочно захотелось навестить того, – бьерн указал на первого бородача, смущенно теребящего четки якобы травмированной рукой. Якобы… м-да.

– И много тут еще таких активистов? – спросила Рита, прищурившись.

– Всего пятеро, – смущенно ответил «пострадавший».

– А остальные? – прочувствовав весь масштаб развернутой Жаком деятельности, полюбопытствовала девушка.

– У них тоже нашлись неотложные дела, а у самых неподкупных случайно разрядились телефоны. Впрочем, они разрядились много у кого… случайно, да. Бывает, – улыбка «кота» стала по-мальчишески хитрой.

– Бывает, – согласно отозвалась некромантка, рассеянно рассматривая залитое белым светом помещение. – Жак, как там Яшка?

– Под присмотром Лалари. Ну, или она под его присмотром, что вернее.

– Ты ей доверяешь?

– В этом вопросе – да! – уверенно сказал бьерн. А потом, подойдя ближе, вздохнул: – Убийственный день. Меня подставила сегодня собственная дочь, пусть и из благих побуждений, но тем не менее. А тебя чуть насильно не заставили пройти обряд, я прав? – Рита кивнула, тоже вздохнув, и крепче сжала скальпель. – Так, может, отомстим им всем разом?

– Это как? – Черные брови ее дрогнули, начиная хмуриться. В голове завертелись странные картины, в которых она то душила вероломную «кошку», то почему-то целовала при ней ее отца. «Бр-р-р… кажется, у кого-то передоз лекарств в организме!» – решила некромантка, прогоняя видения.

– Здесь целых два жреца, Солнышко. И еще трое где-то бегают, пытаясь не попасться на глаза «волкам». Жаль упускать такую возможность, не находишь?

Эритэ задумалась… минуты две думала, а потом осторожно уточнила:

– Ты им меня отпеть предлагаешь или заново окрестить?

– Солнышко, не прикидывайся непонимающей, – выразительно посмотрел на нее мужчина.

– Имею право, – невозмутимо ответила девушка. – У меня этот… как его… неадекват. Ты же сам сказал.

Бьерн усмехнулся, мотнул головой и, запустив пальцы в огненного цвета волосы, спросил:

– Как насчет помолвки со старым рыжим «котом», госпожа некромантка?

– С хорошо сохранившимся рыжим «котом», – веско помахав ножом, поправила его Рита и, заметив, что на лезвии чужая кровь, снова нахмурилась. К счастью, рана, которую она нанесла с перепугу мужчине, оказалась пустяковой и кровить уже перестала. Однако с миниатюрным оружием девушка расставаться не спешила, так как чувствовала себя с ним спокойней.

– Согласна на мое предложение? – снова спросил Жак, наблюдая за ней.

– Не знаю, – задумчиво вытирая скальпель о свою одежду, Эритэ внимательно посмотрела на Леру. – Видишь ли, я могу объяснить такую выходку со стороны Рурка, он тот еще клоун, да и темпераментный сверх меры, чего уж там. Но услышать это от тебя… да еще и в морге! Такое за гранью моего понимания. Неужели настолько сильно хочется щелкнуть по носу Акиллара с Лалари, что ты готов жениться на женщине, с которой знаком всего сутки?

– Видишь ли, Солнышко, – подойдя ближе, бьерн остановился напротив сидящей на столе девушки – близко, но не касаясь, – во-первых, ты мне нравишься. И это главное. Если бы ты не была мне интересна, я бы не поднял на уши полгорода после того, как очнулся от шипа с транквилизатором, не потратил бы кучу денег на подкуп нужных людей, не подключил все свои связи, чтобы надавить на храмовников, не нанял самого меткого гонщика для выстрела в тебя и уж точно не предлагал бы тебе пройти этот обряд. К тому же помолвка – это не свадьба. И насильно тащить тебя в постель или в храм я не стану. У нас будет целый год, чтобы узнать друг друга лучше и понять, хотим мы быть вместе или нет. Однако брачная вязь даст тебе определенную защиту и от посягательств Акиллара, и от надоедливых журналистов. А мне даст право тебя защищать.

– Ясно. А что во-вторых? – с трудом сдерживая улыбку, спросила Эритэ. То, что она ему нравится, Элгрэй знала и раньше. Но услышать это из его уст, да еще и узнать, что мужчина не поскупился на спасательную миссию ради едва знакомой девчонки, было приятно вдвойне. Ну а то, что он не собирается ее ни к чему принуждать после помолвки, лишь добавляло очков в пользу его предложения. Свободолюбивая некромантка ненавидела чувствовать себя загнанной в угол. При всех плюсах Рурка его желание надавить на нее, заставляя играть по его правилам, было слишком жирным минусом, который затмевал и красивую внешность блондина, и шикарный дом, и кучу прочих приятных вещей, прилагавшихся к статусу его невесты.

– Во-вторых, месть. Я не злюсь, я даже в чем-то понимаю и белого вожака, и свою дочь, но… по-моему, они заслужили этот, как ты выразилась, щелчок по носу. Разве нет? – Немного поразмыслив, Элгрэй медленно кивнула. – Ну, и в-третьих, это просто весело, – широко улыбнулся ей бьерн. – Ты только представь: ночь, морг, жрец в больничной рубахе с перебинтованной рукой. – Бородач, все время их разговора делавший вид, что он часть интерьера, активно закивал и принялся делать какие-то знаки руками, умоляюще глядя на Эритэ. Это было так забавно, что девушка невольно рассмеялась. – Солнышко, я уже влез в эту историю с головой. Соглашайся на обряд, не заставляй меня чувствовать себя старым, никому не нужным котом, выкинутым за шкирку за дверь, – сказал Жак Леру, а Рита, взяв его за воротник, медленно притянула к себе и шепнула в губы:

– Помурлычь, а?

– Что?! – Шок, отразившийся на лице мужчины, заставил некромантку повалиться обратно на стол, весело хохоча. Скальпель выскользнул из руки и со стуком упал на пол, но никто не обратил на это внимания.

– Ну ты же кот? Кот! – всхлипывая, заявила она. – Так живо себя только что описывал, что… – Утирая слезы, Элгрэй смотрела на мужчину, губы которого начали растягиваться в ответной улыбке. – Ну хоть скажи, бьерны умеют мурлыкать или нет?

– Интересный вопрос, – поддержал ее жрец, но, поймав взгляд Леру, снова принялся изображать мебель. А Жак, наклонившись над лежащей девушкой, тихо проговорил:

– Этот секрет я могу раскрыть только своей избраннице.

– Эй! – легонько стукнув его по плечу, возмутилась Эритэ. – Ты же сказал, что ни к чему принуждать не будешь.

– Как сказал, так и сделаю, – невозмутимо ответил бьерн. – Но секрет все равно открою только избраннице, – коварно добавил он.

– Жак, видишь ли… у меня договор с Акилларом, – с сожалением вздохнула Рита, машинально поглаживая его плечи, шею с тонкой царапиной, коротко стриженный затылок. – Он обещал дать свободу и защиту Ане, если я займу ее место. Ну и… зомби моего прикрыть.

– Думаешь, я не смогу дать защиту Ане и прикрыть твоего зомби?

– Там все сложно, – замялась Эритэ, борясь с желанием поддаться соблазну и согласиться. Особенно когда этот мужчина был так близко, что она чувствовала его дыхание на своей коже.

– Рита, чтобы на законных основаниях решать твои проблемы, мне нужна брачная вязь, – серьезно сказал бьерн. – Белая вполне сойдет, если ты так боишься серебристой.

Закусив губу, девушка какое-то время сосредоточенно думала, пытаясь разглядеть в золотых глазах нависающего над ней мужчины намек на розыгрыш.

– Ладно, бес с тобой! – нервно усмехнувшись, сдалась Рита. – Проводите свой обряд, пока Акиллар не сообразил, что вы его обманули, и не примчался сюда с претензиями.

– Спектакль был очень убедителен. К тому же «волк» сейчас поехал на разборки… со мной. Так что время до того, как он вернется забирать твое тело, у нас еще есть.

– Забирать мое тело?! – взвыла некромантка. – Некрофил недоделанный, трупофил беломордый, да как он…

– Эм, Солнышко, я не совсем это… – попытался остановить девушку Жак, но та перебила:

– Если не удалось отыметь меня живую, так он решил проделать это с мертвой?! Да как он только… ум-м-м.

Поцелуй, призванный заглушить девичьи вопли, которые могли услышать нежелательные свидетели за стенами морга, затянулся, и когда объятия этой странной парочки стали стремительно уходить за грань невинности, жрец не выдержал и вмешался:

– А давайте я вас сначала быстренько помолвлю, а потом мы с братом Иоанном пойдем, а вы уже займетесь, чем хотите, на этом бесовском столе?

– Не поминайте нечисть, светлейший, – нехотя оторвавшись от девушки, проговорил Жак. – Лучше займитесь приготовлением кинжала и чаш. И вы, светлейший, – сказал он ширме, – тоже.

Через полчаса…

Подходя к дверям морга с Павлом, пытавшимся убедить брата, что, может, все и к лучшему, Акиллар меньше всего ожидал увидеть вылетающее оттуда… тело, за которым они, собственно, и пришли. И вид у этого ожившего трупа, надо отметить, был такой, что пребывающий в крайне поганом настроении бьерн впал в тяжелый ступор.

– И что ты на меня так смотриш-ш-шь? – зло зашипела раздраженная «покойница», выразительно взмахнув острым скальпелем. – Дорогу! – рявкнула она, и мужчины синхронно отшатнулись к стене, пропуская разъяренный «труп». Впрочем, убегать, сверкая голыми пятками, девушка не собиралась.

В том, что Ангел умерла, еще пару минут назад не было никаких сомнений, потому что, когда смерть констатировала группа местных врачей, Киллар настоял на приезде семейного доктора Рурков, слову которого действительно мог доверять. Невеста была мертвее мертвой! В доме же Леру, куда отправился взбешенный жених, держала оборону хмурая Лалари, заявившая, что ее отец на убийство бы не пошел, а «волчий» вожак – полный кретин, раз позволил настоящему преступнику убедить себя в обратном. Однако чутье подсказывало Акиллару, что он явился по адресу и все произошедшие – дело рук именно Жака. Но без прямых доказательств предъявить ему ничего не мог. Разве что бросить вызов на бой, но для этого требовалось встретиться лично. Леру же дома не оказалось.

И вот, приехав за телом девушки, которой собирался устроить пышные проводы и торжественную кремацию, как обычно поступают с людьми ее профессии, он убедился, что действительно кретин. Неужели его провели как мальчишку, разыграв фальшивую смерть? Нет, невозможно – семейный доктор не посмел бы ему соврать! Значит, оставался единственный логичный вывод.

– Ты лич? – спросил Акиллар, потрясенно глядя на «покойницу».

– Нет, с-с-собака тугодумная! Я зомби! – огрызнулась она, вытирая и без того чистый нож о залитую кровью рубаху. – Голодный маленький зомби, которого пару часов назад убили! По-настоящему убили, у-у-у, гады все, – взвыла Эритэ, и скальпель в руке ее начал странно искрить. Босая, взъерошенная, с падающими на лицо черными волосами и горящими колдовской зеленью глазами, девушка и правда очень походила на ожившего мертвеца. – Вот, мозгами закусывала, жаль, мало было, – хищно улыбнулась Эритэ, посмотрев на озадаченных «волков». – Пока выковыривала из черепной коробки, вся в крови измазалась.

– А…

– Да-да, ты разве не знал? Некромантов первые сутки потому и запрещено вскрывать: хирургическое вмешательство провоцирует несанкционированный подъем! – страшным шепотом добавила она.

– Я не знал, – глухо отозвался бьерн, все еще пребывая в состоянии глубокого шока. С одной стороны, увидеть ее живой (ну, или почти живой) – было радостью, о которой он уже не мечтал. С другой – а вдруг она действительно зомби? С этих некромантов станется продолжить жить после смерти, и ее Граф тому отличный пример. И как поступить? Стать женихом ходячего мертвеца, который будет жрать мозги, разлагаться и вонять… нет уж! Свадебные планы насчет некромантки резко дали задний ход, как, собственно, и сам Акиллар. Отступив еще на шаг, он прислонился спиной к холодной стене, давая понять, что не задерживает Риту.

– Что? Вот так и отпустишь? – разочарованно усмехнулась она. – Эх, ты, такой большой мальчик, а боишься зомби.

– Солнышко, – раздалось из-за двери морга, – а может, хотя бы халат накинешь, чтобы не пугать людей? – спросил вышедший следом за девушкой Жак.

– Ты?! – от «волчьего» ступора не осталось и следа. Кулаки мужчины сжались, человеческий облик смазался, и вместо красивого лица появилась оскаленная звериная морда. – Так это все ты провернул, значит?! И она вовсе не умирала?

– Умирала! – возразила некромантка, угрожающе направив в сторону Рурка пропитанный магией нож. – Очень даже умир-р-рала! – рыкнула девушка, бросив гневный взгляд на Леру. – Меня так жаждали спасти, что убили! Верно, гений? – ядовито поинтересовалась она у невозмутимого «кота». – О чем ты вообще думал? А если б этот некрофил не отдал мое тело для выявления причин смерти и ты не смог ввести противоядие?! Я бы так и не очнулась, да?

– Кто-кто я?! – От такого заявления ступор к блондину снова вернулся, но, к счастью, ненадолго. – Ах, некрофил?! – гневно сверкнул глазами бьерн. – Отлично! Сейчас поедем ко мне… проверять это на практике, девочка-зомби.

– Она живая, Киллар, – с тяжелым вздохом, заметил Павел. – И буйная. Может, пусть идет?

– Никуда она уже не пойдет!

– Очень даже пойдет, – спокойно проговорил Жак, накидывая на злющую брюнетку белый халат. – И ты бы тоже шел, Акиллар. Спектакль на сегодня закончен.

– Не смей прикасаться к моей невес-с-сте, Леру, – делая шаг к ним, зашипел «волк». – Или я сверну тебе шею прямо здесь, без всяких официальных вызовов…

– Но-но! Не смей угрожать моему «коту»! – взвилась Рита, сделав странный жест рукой со скальпелем, из которого вырвалась молния и ударила в одну из ламп. Та опасно накренилась и заискрила, а некромантка мрачно проговорила: – Еще шаг, волчара, и я обрушу на твою голову потолок, который, в отличие от тебя, вовсе не амагичен. Не стоит злить и без того злого некромага. Потому что после потолка в ход пойдут трупы из соседнего помещения, которые тоже очень даже поддаются воздействию чар. А если и это покажется не убедительным, я тебя просто зарежу, – дунув на хирургический нож, как на дуло пистолета, сообщила девушка и, радостно оскалившись, добавила: – А потом сожру твой мозг! Раз ты им все равно не пользуешься.

– Ангел, но он же тебя подверг реальной опасности! – совершенно ее не понимая, воскликнул бьерн.

– За это он уже получил и еще получит, – заверила его Элгрэй, дернув плечом, на котором лежала рука Жака. – Но исключительно от меня! – Она смотрела в упор на «волка» и совершенно его не боялась, чувствуя поддержку провинившегося жениха. – Все, Киллар. Пообщались и будет, – сказала Эритэ, убирая за ухо волосы. – И не пытайся обвинять других, когда всю кашу сам заварил. А если попробуешь отыграться на Ане или моем Графе, вспомни про потолок и зомби. Я ведь не пошутила. Ну а сейчас нам с женихом пора к сыну, пока тетя Лала не научила его плохому, – снова покосившись на «кота», язвительно добавила девушка, на что тот, улыбнувшись, ответил:

– Не переживай, Солнышко. Яшка за себя постоять сумеет, – и, приобняв ее, повел по коридору мимо пребывающих в полной прострации блондинов. Акиллар попробовал дернуться следом на чистых инстинктах, но брат удержал его, прошипев: