Прикосновение Хаоса

Ридгер с минуту сверлил взглядом бритый затылок Олега, потом закрыл глаза и глубоко вздохнул. На душе отчего‑то стало спокойнее, и Игорь даже почувствовал некую уверенность в себе.

— Значит, говоришь, убить змею во сне — хороший знак? — проговорил он снова будто бы в пустоту.

— Точно хороший. — подтвердил Олег, — А вам что, змеи сегодня снились.

Ридгер оставил без внимания вопрос своего водителя. Он уже предвкушал лёгкую победу в сегодняшних переговорах. Рассказ Олега, о бабке колдунье пришёлся очень кстати. Игорь практически не сомневался, что толкования снов его бабкой — истина. И как хорошо, что поверженные змеи привиделись ему именно сегодня, после вчерашних событий и накануне сегодняшних.

— Значит все недруги будут повержены. — самодовольно и определённо утвердительно произнёс он. И так сильно недостающая уверенность пробуждалась в его нутре всё настойчивее и настойчивее.

— Вы если, что ещё присниться спросите, я объясню, а если чего не смогу, спрошу у бабки, она точно знает. — предложил свои услуги Олег.

Но Ридгер его не слышал, он пристально вглядывался в даль сквозь тонированное стекло, а на его лице появлялась какая‑то недобрая, демоническая улыбка.

Глава 10

— Как она хороша! — восхищённо подумал Венский, любуясь мирно спящей Леной.

Он опустился на корточки около её кровати. Ему хотелось смотреть и смотреть на неё. Чувствовать её близость. Близость слабой женщины, придающей такую мощную уверенность в собственных силах. Поразительно!

Уходить не хотелось, но идти было нужно.

Вчера он повёл себя не лучшим образом, нервничал, суетился, вынашивал в голове планы отступления, одним словом выглядел недостойно. Тому, конечно, были объяснения, и не последнее из них — неожиданная встреча с незнакомцем, как две капли воды похожим на человека, убитого им в Берне. Именно из‑за странного предсмертного взгляда этого человека Александр позволил себе слабость в чувствах, и это не давало покоя. Но, как он считал — не оправдывало его поведения.

И вообще он последнее время кажется себе странным. Раньше он не замечал за собой подобного. Он стал много думать и много чего домысливать, хотя сам же постоянно говорил подчинённым, что нет никакой необходимости строить предположения, да ещё и негативные. Ведь предположения и домыслы, являются всего лишь личными фантазиями, которые совершенно не обязательно воплотятся в реальность; а вот подпортить нервы — плёвое дело, а из‑за этого наделать глупостей, которые могут статься роковыми.

Как легко давать советы, не ощущая чувств человека, которому эти советы адресованы.

Теперь Ридгер знал, что такое сомнение, и каким мучительным может быть раздумье, позволяющее сомнению, и неуверенности, разрастись до невероятных размеров. Теперь он будет более аккуратен в наставлениях. Он впервые оказался в таком состоянии и понял, что справиться с неуверенностью гораздо сложнее, чем он считал раньше.

И всё же он смог взять себя в руки, и в этом ему несомненно помогла она.

— Она ангел. — думал он любуясь её безмятежным и ровным сном.

Сегодня ночью, хрупкая, беззащитная и в то же время сильная и жаркая женщина, смогла вернуть ему веру в собственные силы, и заставить, возможно, и на время, но всё же выбросить из головы вчерашние страхи и беспомощность, за которую ему было стыдно.

Ридгер будто обрёл потерянную частичку себя. Он снова стал единым, целостным как там, на войне, где он мог многое, если не всё.

— Как она это сделала? — прошептал он одними губами и счастливо улыбнулся. — Спасибо, любимая.

И он коснулся рукой её волос, которые всегда пахли свежестью, и сейчас лениво рассыпались по подушке.

Она тихонько заворочалась и приоткрыла глаза.

— Уже уходишь? — прошептала она, смотря на Александра сквозь прикрытые веки с длинными сонными ресницами.

Он кивнул:

— Дела.

Она потянулась к нему теплой, мягкой рукой и прикоснулась к его щеке.

— Будь осторожен, воин.

— Обещаю.

— Не пропадай на долго.

— Обещаю.

Она довольно улыбнулась.

— Обманешь. Убью. — тихо и очень непосредственно заявила она, и повернувшись на бок снова закрыла глаза.

Венский радостно ухмыльнулся.

— Не обману.

Он ещё раз коснулся её волос, затем поцеловал в, спрятавшуюся под дремлющими густыми локонами щёку, и направился к выходу.

Дом Лены, куда они пришли вчера после ужина в довольно тихом и очень уютном заведении, выбранном ей же, после ухода из «Диониса», располагался в новом спальном районе. Высотки новостроек, за несколько лет, разрослись как грибы в теплое влажное лето. Похожие как родные братья они, были окружены не менее схожими дворами, в которых как шпроты в банке ютились сонные автомобили, отдыхающие таким образом, после долгого дня проведённого на столичных загруженных улицах. Теперь машины ожидали своих хозяев, что бы провести день в изнурительных разъездах, а вечером снова уснуть на тесной парковке.

Александр полной грудью втянул воздух раннего летнего утра и шумно выдохнул, одновременно разыскивая своего боевого стального коня.

Его удивлению не было предела, когда он наткнулся взглядом на хорошо подвыпившую компанию, уютно раскинувшую свой стол на капоте его машины. Он потряс головой, проверяя, не оптический ли это обман, и удостоверившись в истинности видения, бодро направился к незваным гостям.

Три парня и две девушки, вели себя на удивление тихо и спокойно. Они мирно о чём‑то болтали, а из приоткрытой дверцы соседнего автомобили еле слышно доносилась музыка. Капот машины Венского был аккуратно застелен одеялом, на котором и нагромоздились пивные бутылки и упаковки не то с орешкам, не то с чипсами.

Вид толсто сложенного одеяла, немного успокоил вспыхнувшего Александра, но всё же это была невероятная наглость, пить на капоте чужой машины, когда рядом стоит собственная.

Завидев спешно приближающегося мужчину, одна из девиц бросила на него надменный взгляд и лениво оповестила своих товарищей о появлении хозяина, арендованного стола.

Те кратко взглянули на Венского, и ни грамма не смутившись, продолжили свою тихую беседу.

— Не помешаю? — вызывающе спросил Александр, обводя взглядом компанию.

— Твоя? — спросил один из парней в больших солнцезащитных очках с чудной, по мнению Венского оправе, ярко зелёного цвета.

На вид им было лет по двадцать. Ребята рослые, крепкого телосложения, судя по одежде и стоящему рядом дорогому автомобилю, не бедные. Девушки приблизительно их возраста, довольно приятной внешности. Избалованная молодежь даже не пыталась создать иллюзию спешки с которой стоило бы освободить чужую территорию, что уж говорить про извинения. Это сильно злило.

— Нет. — теряясь в интонациях ответил Александр, — Не моя, я здесь за порядком слежу. Понимаешь? Так что по быстрому, убрали свои пожитки, и приготовили капот к осмотру, на предмет крошек, и не дай вам бог, царапин.

— У–у-у–х какой строгий. — растягивая слова, произнёс владелец цветных очков.

Венский метнул в его сторону горячий и нетерпеливый взгляд.

— У вас же своя машина. Зачем на чужих столы устраивать?

— У нас же ма–ши–на, а не стол. — сострил другой крепыш в бейсболке красного цвета с логотипом итальянской конюшни «Феррари»

Девушки надменно и манерно захихикали, оценив по достоинству колкую шутку.

Венский разочарованно качнул головой, посмотрел на сияющего остряка, на его малолетних товарищей, на девиц, рассматривающих его как антикварное чучело в музее истории и сознание разом накидало картинку скоротечного, в три удара поединка, и три тела на теплом утреннем асфальте, в окружении двух хорошеньких, но сильно испуганных подруг.

Кисти рук дрогнули, тело безропотно подалось вперёд, слепо подчиняясь повелениям хозяина. Ещё секунда и последует команда к действию.

— Эй, мужик, ты чего не выспался? — встревожено защебетала одна из девушек, симпатичная обладательница огненно рыжих волос и вероятно самая сообразительная, поскольку первой оценила чем может завершиться невинная словесная пикировка.

— Да он только, что с бабы. — смеясь процедил очкастый, — Не дала, вот он и бесится бедола…….

Договорить у него не получилось. Ухватистая крепкая кисть, сгребла шпанёнка за шиворот и резко подтянула обмякшее тельце к лицу хозяина.

Майка алого цвета, мелькнула слева и пошла на сближение, но неожиданно паренёк наткнулся на резко выброшенный навстречу грубый кулак и со стоном опустился на колено, растирая по лицу, пущенную носом кровь.

Третий замер. Прыть старикана заставила его замешкаться.

— Хватит! — дерзко и отчаянно закричала ражая. — Хватит! За что бить то!? Из‑за железки, человека бить!? Хватит, вы же взрослый! Мы же шутили!

Глаза очкарика расширились соразмерно оправе его очков, которая смешно съехала на нос. Любитель итальянского автопрома тихо сопел на асфальте.

Венскому потребовалось несколько секунд, что бы овладеть своим разумом. Он разжал кулак, сжимающий одежду юнца и оттолкнул его так, что тот грузно шмякнулся на пятую точку и ярко–зелёные очки окончательно слетели с наморщенного от боли от носа.

Перестаньте! — не унималась рыжеволосая.

Венский взглянул на девчонку, глаза которой сделались сырыми от слёз, окинул взглядом притихшую компанию, посмотрел на свою машину, приспособленную под стол и ровным голосом произнёс:

— Уберите всё.

Уже через минуту капот был очищен и протёрт.

— Ну ты дядя даёшь. — не зло, а как то ошарашено произнёс парень с расквашенным носом. — Ты же мне нос сломал. За что?

— За хамство. — хотел ответить Венский, но не ответил, а лишь нервно дёрнул головой и сухо выплюнул — Извини.

Больше Александр ни с кем не разговаривал и ни на кого не смотрел. Он открыл дверь и усевшись на водительское место, моментально завёл двигатель и без прогрева быстрее, чем следовало бы, покинула двор.

Венский быстро мчал по утренней столичной дороге. Ранний час давал возможность выгонять из двигателя табун лошадей, прячущийся в нём во время перемещения по городу днём, в тесном автомобильном потоке.

Утреннее благодушное настроение был омрачено, инцидентом с подростками.

Венский не мог разобраться, что его так напрягало. Он научил уму разуму хамов, причём решил вопрос малой кровью. Разве не правильно?… Но почему то он чувствовал себя виноватым. Венский давил в себе чувство стыда от того, что связался с избалованными детьми. Он здоровый мужик, видавший виды, и вдруг! А с другой стороны, что ему оставалось делать если его автомобиль бесцеремонно используют под распивочный стол, и даже не торопятся реагировать на просьбу убраться. Вспомнился крик рыжей: «Из‑за железки….Мы же шутили!». А может действительно шутили? Может быть у молодёжи теперь такие шутки? Глупые шутки, обидные…. Но не ломать же за это кости.

Он вынул из пачки сигарету. Прикурил. Имитация спокойствия растеклось по телу вместе с первой затяжкой.

— Чёртов город! — выругался он, — Как разобраться в его правилах и порядках?

Чувство лёгкости и умиротворённости от времени проведённого с любимой женщиной, стёрлось как дождевая вода, сгоняемая щетками с лобового стекла автомобиля, а освободившееся место вновь занимало изматывающее сомнение.

Александр решительно выкинул сигарету на полной скорости прямо на проезжую часть и добавил газа.

— Надо разобраться во всём. — безапелляционно заявил он себе. — Иначе можно наделать глупостей.

Глава 11

Игорь Георгиевич Ридгер, продефилировал мимо поста службы безопасности, не обращая никакого внимания на уважительные приветствия. Он был возбуждён предвкушая лёгкую победу, над кучкой бездельников, именуемой себя банкирами, а на самом деле являющихся пройдохами и жуликами.

Ридгер не любил банкиров, он считал, что из всех предпринимателей, эта категория является особенно нечистоплотной. Они ничего не производят, ничего не продают, и вообще не приносят никакой пользы. Но так уж получилось, что сложившаяся финансовая мировая система, нуждается в услугах банков, хотя без них бизнесом заниматься было бы куда проще и выгоднее.

Ридгер считал, что владельцы прокатных пунктов, сдающие людям на время, автомобили, предметы спортивного инвентаря или бытовую утварь, куда более полезны, чем те, кто сдаёт на время деньги; да ещё не собственные, а позаимствованные у вислоухих граждан, которые не желают самостоятельно преумножать своё состояние, и доверяют это прохиндеям.

Но, в общем, отдавать свои сбережения в чужие руки это сугубо личное дело бездельников и глупцов, не желающих трудится, чем грамотно пользуются владельцы банков. Лень — двигатель прогресса, а лентяи — самый полезный инструмент в руках умелого манипулятора.

Именно статус манипулятора, так крепко въевшийся в сознание банкиров делает их наиболее уязвимыми. Они считают, что способны решать и руководить, хотя на самом деле, сами являются объектом манипуляции для того, кто захочет воспользоваться народными сбережениями, хранящимися в искусственно созданных кошельках.

Банкиры слишком зависимые люди, хотя искренне считают себя самыми влиятельными персонами. Они зависят от тех, кто даёт им разрешение на владение кошельком и от тех, кто этот кошелёк пополняет. Они в любой момент могут лишиться всех привилегий лишь из‑за банальных слухов, которые в состоянии распустить каждый, а, учитывая, что кроме долгов и обязательств они по сути ничего не имеют, то до смерти бояться потерять свой песочный замок.

Ридгер очень ценил в себе неподвластность обстоятельствам. Он знал, что для получения желаемого результата, нужно всего лишь надавить на слабое место человека, и поставить перед ним выбор, заранее понимая, что решение будет принято в пользу того, кто этот выбор предоставил. Ведь собственные слабости — это тот порог, который человек преодолеть не в состоянии. И если у банкиров это жадность и страх потерять деньги, то он ярчайшими красками нарисует им картину сомнительности мероприятия, и им придётся выбирать между риском и стабильностью. И оказавшись перед подобным выбором, их трясущееся сознание, заставит принять решение выгодное только ему, Игорю Ридгеру, человеку свободному, сильному и независимому. Именно таковым он себя и считал, хотя и знал, что слабые места, лишающие полной независимости и свободы, есть у каждого, а значит и у него, но об этом лучше не задумываться, перед встречей с теми, кто гораздо слабее.

Скупо кивнув секретарю, которая встретила его на пороге приёмной офиса, и тут же начала излагать информацию о полученных звонках и письмах, о планах и встречах на сегодняшний день, Игорь Ридгер проследовал в свой, внушительных размеров кабинет, и пропустив мимо ушей всё что сказала ему девушка, кратко буркнул:

— Кофе.

— Да, конечно, одну минуту. — обескуражено ответила она.

Ридгер был у цели, его сейчас интересовала лишь скорая победа в переговорах. Он чётко представлял своё аргументированное выступление, которое подтолкнёт финансовых божков к отказу от предоставления кредита МЗПО.

Ещё утром он сомневался в положительном исходе встречи, но после знамения, так вовремя истолкованного его водителем, он как ни странно, прибывал в полнейшей уверенности, и не оставлял и сотой процента на нежелательный результат.

Как причудливо может распорядится судьба неблагоприятными обстоятельствами, складывая их как непонятные и невзрачные части пазла в полноценную, радующую глаз картину.

И как он мог так распуститься, из‑за мелких неурядиц? Ему даже было немного стыдно перед самим собой. Ведь то, что он подготовил для господ банкиров просто не оставляло им выхода, кроме как принять его условия.

Ридгер сделал глоток кофе, и криво ухмыльнулся.

— Нужно, завести собственную гадалку. — с усмешкой произнёс он.

Телефон на его столе нежно оповестил о входящем вызове. Ридгер включил громкую связь.

— Игорь Георгиевич, все собрались в зале заседаний.

Ридгер ещё раз усмехнулся, с энтузиазмом хлопнул и потёр ладони.

— Уже иду.

Следуя из своего роскошного офиса в зал, предназначенный для встреч и переговоров, он улыбался. Улыбался не явно, не на показ, он улыбался душой, посмеиваясь над сотрудниками, и теми, кто прибыл для встречи. Он даже не утруждал себя взгляда в сторону тех, кто суетливо проходил мимо, и заискивающе здоровался с ним. Он был выше всех, кто заполнял собой помещения этого здания. Он выражал всем своим внешним видом решительность и силу, он был суров и важен, а в душе…в душе он улыбался, насмехаясь, над предсказуемой реакцией окружающих на его напускное, театральное величие.

— Доброе утро, господа. — Ридгер зашёл в комнату переговоров истинным хозяином, — Надеюсь, что дальнейший день, будет так же добр.

Он произнёс слова приветствия, не сухо, без резкости в голосе, но в манере не терпящей, возражений.