3-я МУЗА А что же Рок, кому подвластны И боги, - что стоит над ним? 4-я МУЗА Но слез не смешивай ты с кровью, То смесь ужасная, как рана, Посыпанная солью, - смерть. 5-я МУЗА Собрали, кроме крови, все? 6-я МУЗА Увы! Нет головы Орфея. 7-я МУЗА Вакханки унесли с собой? 8-я МУЗА Куда? Искать ли на деревьях? Дионис в запоздалом гневе На бедных женщин превратил Сейчас их в тутовых деревьев. 9-я МУЗА Где ж голова поэта? 3-я МУЗА (поднимая руки к небу) Тише! С долины песнь несется. Голос, Знакомый мне до слез! 1-я МУЗА Орфея? Он жив? 2-я МУЗА Как это может быть? Останки здесь; без головы, - И голова его поет? ГОЛОС ОРФЕЯ Я жив иль умер, все пою? Кто слышит песнь мою? Река усыпана цветами, И радуга над нами; В глазах моих - вся синева И вод, и неба, А на устах - все те ж слова Во славу Феба, Во славу солнца и мечты, Во славу красоты! Сцена 3
У пещеры нимф рядом с надгробием, посвященном Эвридике, похороны Орфея. Музы, Эагр, Мусей, женщины, юноши и девушки, а за кустами и скалами нимфы и сатиры. Всюду венки и цветы, ими забрасывают выступающих с речью и муз.
МУСЕЙ О, музы! Будет справедливо, если Вы воздадите должное Эагру, Не как царю, а юноше-атлету С его победой на Пифийских играх, С явленьем Каллиопы среди дев, Игравших муз, чтоб увенчать счастливца Венком с дарами от самой Киприды. ЭАГР О, нет! Ты все уже сказал, Мусей! Я плачу, и в слезах отрада мне. О, милый сын, прости отца и мать. Ты ими мог гордиться, их любить, Но рос как бы чужой среди родных И отрешенный от вседневных дел, Душою отзываясь лишь на песнь Текучих вод, зефира и небес, На всякий звук и песенный напев. Но лучше музы скажут о тебе. ХОР МУЗ Звенит мелодия разлуки До смертной муки. Здесь мы хороним в клочьях тело - страх, Пусть это уж остывшей муки прах. Но песнь его жива, А с нею голова, - По морю долог путь до неба, Как роща, там сияет остров Лесбос, В листве, поющей на ветру, Весь в всплесках чистых струй. О, аргонавт и странник, Ты, как изгнанник, Там обретешь конец Тернистого пути, певец! Веер ярких лучей падает с неба, и сам бог света является у пещеры нимф.
АПОЛЛОН Безумью положить пределы Давно пора. Иначе мир Погрязнет в безобразьи диком, В бесчинстве всяком и уродстве, Когда б Дионис учредил Культ бога одного повсюду. Судьба Орфея, как укор, Меня тревожит и печалит. В мистерьях непотребства чаще За тайны вещие слывут, И здесь уродство торжествует, Чего не вынес наш поэт. ХОР МУЗ О, Феб! Скажи, что нужно сделать? АПОЛЛОН Поднимем тайну на подмостки, На свет, и таинством искусства Все мирозданье освятим; Чтоб смерть, страдания людские Хоть искупались красотой, В чем таинство всего живого И мера сущего на свете! Вспыхивает ослепительный свет склоняющегося к горизонту солнца и освещает беломраморное надгробие с барельефом с фигурами Орфея и Эвридики.
ЭПИЛОГ
На склоне горы с обозначением амфитеатра Дионис в сопровождении муз.
ДИОНИС (с лавровым венком на голове) Дионис я, иль Вакх, мой культ отныне Перенесен с лесов во храм открытый, И стал он всенародным торжеством; И музы служат мне и все поэты, Питомцы Феба, я и рад до слез, Как публика на представленьях в вскриках И плачет, и хохочет до упаду. Всем страшно хорошо - как прежде, помню, На вакханальях было при Орфее, И в память-то о нем бог театра я, В союзе с Аполлоном, богом света, - Здесь мир его и царство красоты. (Застывает как изваяние.) При звуках флейты и тимпанов музы пляшут, к ним выбегают нимфы и сатиры, а также все действующие лица.
2001 год.
ПЕРИКЛ
Трагедия
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
АФИНА
ПЕРИКЛ
АСПАСИЯ
СОКРАТ
АНАКСАГОР
ФИДИЙ
СОФОКЛ
ЕВРИПИД
КРАТИН
ГЕРМИПП
АЛКИВИАД
КАССАНДРА
КЛЕОН
ДИОПИФ, жрец
ЕВТИДЕМ, земледелец
БАШМАЧНИК
ПЛОТНИК
ЮНОШИ, ДЕВУШКИ, САТИРЫ, НИМФЫ
ХОРЫ ЭЛЕВСИНСКИХ МИСТЕРИЙ
ИЕРОФАНТ
ДИОНИС
СИЛЕН
ВАКХАНКИ, МИСТЫ
ХОР ЮНОШЕЙ
ХОР ДЕВУШЕК
ХОР МУЗ
АРХОНТЫ, ВЕСТНИКИ, ГЕТЕРЫ, КУПЦЫ, ЮНОШИ, ДЕВУШКИ, САТИРЫ, НИМФЫ, ЖЕНЩИНЫ, РАБЫ
Место действия - Афины V века до н.э., Элевсин.
ПРОЛОГ
В небесах Афина.
АФИНА (обращаясь, очевидно, к богам Олимпа) Воительницей я слыву с рожденья, В доспехах, милых мне, на свет явившись, По чьей причуде, если не отца? Но буйных игр Ареса не люблю И рада: воцарился мир в Афинах С победами над персами на море, Где Аттика главенствует отныне, Собрав в Морском союзе города Вдоль побережий и по островам. Но Спарта с сильным сухопутным войском, Союзница в войне с мидянским царством, В соперничестве вечном среди греков Из страха усиления Афин Сбирает свой союз Пелопоннесский - Обрушиться, как варварское племя Стихией неразумной, на Афины. О Зевс-отец! Останови Ареса! Заворожи вояку, Афродита! Лишь чар твоих избегнуть он не в силах. Дай время афинянам из руин Поднять святыни, выполнить обеты, Что дали нам, богам, вступая в битвы За родину, свободу, красоту, - Все лучшее, чем славны афиняне, Что ценят олимпийцы также свято. Пусть воцарится мир прекрасный днесь, Чему и мы возрадуемся, боги! Сойди за мной на землю, бог Гефест! В Афинах храм тебе воздвигнут новый Ремесленниками, чье мастерство Вдохновлено тобою, бог-кузнец. О, Феб! И ты последуешь за нами, Надеюсь я, со свитой милых Муз Возглавить хороводы и труды Художников, ваятелей и зодчих, Кто создает воочью новый мир. Все преходяще на земле, не спорю. Весна же возвращается, как юность, И жизнь светла, нетленна красота! Сияние Олимпа исчезает, богиня застывает высоко над Акрополем Афиной Промахос, бронзовым изваянием Фидия.
АКТ I
Сцена 1
У пещеры нимф сатиры и нимфы, прячась за кустами, наблюдают за влюбленными парами. Входит первая пара.
1-Й ЮНОША О нимфа! 1-Я ДЕВУШКА Я не нимфа, не гетера, И просто так тебе не дамся, знай! 1-Й ЮНОША Зачем же просто? Нет, все это было. 1-Я ДЕВУШКА Что было? Что? Когда? 1-Й ЮНОША Да, в детстве, помнишь? Ну, взгляды эти, смех нежданный, звонкий, И стыд, и нега сладкая по телу, Как будто смехом приласкала ты, Играючи, конечно, понарошке И словно бы взрослее ты меня. 1-Я ДЕВУШКА Мы, женщины, взрослеем раньше вас. Меня уж могут выдать замуж, ты же Мечтаешь лишь скорее б стать эфебом. 1-Й ЮНОША Да, чтоб сражаться наравне со всеми, Случись война, - то мой первейший долг. 1-Я ДЕВУШКА И обо мне не вспомнишь, рад погибнуть. 1-Й ЮНОША Нет, нынче я люблю, хочу вкусить Всех прелестей Киприды, призван к схватке Эротом, стрелами его изранен, Мне нет спасенья, как в твоих объятьях. О, защити! Прими! 1-Я ДЕВУШКА Ах, бедненький! Ты в самом деле изнываешь весь, Томишься и трясешься в лихорадке Любовных мук; я рада бы помочь, Но девственность должна беречь для мужа. 1-Й ЮНОША Покорна ты, не ведая, кому? А мной любима, и меня ты любишь, Я вижу, как краснеешь ты при встречах Случайных, все ж оглядываясь вновь С веселостью в глазах и на устах. 1-Я ДЕВУШКА Ты мил, ты нравишься не мне одной. Но влюблена ли я? Еще не знаю. И потому стыда не превозмочь мне, Быть может, к счастью и для тебя. Убегают, заслышав голоса. Входит вторая пара влюбленных.
2-Й ЮНОША (один) Наяды милые, дриады! Вы видите - мне нет отрады Ни в юности моей и ни в весне, Я пребываю, как во сне С тех пор, как стрелами Эрота Настигнут был у грота Влекуще нежных нимф, Придя с дарами к ним. В кого влюблен, не знаю, Хотя хожу по краю: Нет девушки, чей облик, поступь, взор Не повели бы тайный разговор, Порою даже очень явный, - Иль я такой уж славный? 2-Я ДЕВУШКА (одна) Я слышу голос, мне знакомый, Эротом радостно влекомый Ко мне, надеюсь и боюсь, Боюсь запретных сладких уз. Ведь в браке женщина - рабыня, И мать всего - ей имя, И долг ее - рожать детей, О чем хлопочет Гименей. Ну, а любовь? Любовь Лишь в юности волнует кровь До муки сладкой и веселья, И в рощах ищешь новоселья, Как соловьи, - Кто скажет: "Нет!" - любви? (Увидев юношу, скрывается в пещере, тот - за нею.) Входят Аспасия и Сократ, юноша, весьма похожий на сатира.
АСПАСИЯ Сократ! Что ты запрыгал, как сатир? СОКРАТ Песок и камни мне щекочут пятки. АСПАСИЯ Зачем же снял сандалии? СОКРАТ Да к ним Я не привык, натер до волдырей, И ступни щиплет мне то жар, то холод То камня, то земли с прохладой влаги. АСПАСИЯ Не думала, ты более изнежен, Чем женщины, чем я. СОКРАТ С тобою, да. Твой голос утомляет негой чистой, Твоя стопа прельщает обещаньем Всех таинств Афродиты, даже странно, И в золоте волос - все та же прелесть, О чем не хочет ведать ясный ум Аспасии премудрой и прекрасной. АСПАСИЯ Сократ! Какие речи слышу, боги! Ты захотел учиться у меня И обещал вести себя примерно, Как ученицы юные мои. СОКРАТ Так я веду себя, учусь прилежно, Внимая речи нежной с женских уст, Улыбке, взглядам, всем телодвиженьям, Как Музами пленялся сам Гомер. И если тут Эрот замешан, в чем же Повинен я, прилежный ученик? АСПАСИЯ Сократ, а что ты знаешь об Эроте, Помимо домыслов досужих, а? Сынишка-несмышленыш Афродиты? А ведь дитя-то бог, сам Эрос древний, С его стремленьем вечно к красоте. СОКРАТ Ах, значит, благо в том, что я влюблен! (Пляшет, как сатир, вокруг Аспасии.) САТИР (выглядывая из-за кустов) Да, кто же это? Кажется, из наших. НИМФА Что ж он живет среди людей и скачет, Берет уроки у гетеры, славной Не столько красотою, сколь умом? САТИР Так он зазнается и нас предаст, Веселых жителей лесов и моря, Бессмертных, как и боги на Олимпе. Нет, смертных так уж наплодилось много, Теснят нас отовсюду и друг друга В доспехах и с мечами, как Арес, Безжалостнее самых диких зверей, Которые свирепы лишь для виду, А те охочи до смертоубийства, Хотя и победители не вечны, Сойти в аид равно всем суждено. АСПАСИЯ Я слышу голоса и смех веселый... СОКРАТ То шум в листве и говор тихих вод... АСПАСИЯ О, нет! То нимфы привечают нас, Приняв дары влюбленных, наши тоже; И я могу с мольбою обратиться О самом сокровенном к нимфам милым? СОКРАТ О самом сокровенном? Что за тайна? Аспасия! О чем ты просишь нимф, Как девушки, влюбленные впервые? И чьим вниманьем ты обойдена? Из мужей, кто б он ни был, он ничтожен. АСПАСИЯ Ничтожен он? Сократ, не завирайся. Ни в чем не может быть он таковым. СОКРАТ Велик во всем, и даже головою, Похожей, говорят, на лук морской? АСПАСИЯ Как догадался? Но тебе ль смеяться, Когда ты ходишь с головой Силена? СОКРАТ Ну, если я Силен, то он Дионис, Хорег Эсхила, тихий бог театра, Стратег бессменный, первый среди равных. АСПАСИЯ В нем что-то есть чудесное, не так ли? Спокоен, сдержан, словно весь в раздумьях, Хотя и пылок, ровен голос зычный... СОКРАТ Да в речи гром и молнии как будто Метает он, неустрашим и светел, Почти, как Зевс в совете у богов, И прозван Олимпийцем он недаром.
