Помоги проекту - поделись книгой:
3) 5. 1. 4; 1, 99. νοεῖ δὲ οὐ ζητῶν, ἀλλ' ἔχων. 5. 3. 9; 2, 363. νοῦς δὲ αὐτὸς (σκοπεῖ) αὐτόν οὐ συλλογιζόμενος περὶ αὐτοῦ- πάρεστι γὰρ ἀεὶ αὑτῶ.
4) См. выше стр. 32. пр. 1.
5) 5. 5. 1; 2, 17. τὸν νοῦν, τὸν ἀληθῆ νοῦν καὶ ὄντως, ἆρ' ἂν τις φαίη ψεύδεσθαί ποτε καὶ μὴ τὰ ὄντα δοξάρειν; οὐδαμῶς… δεῖ ἄρα αὐτόν ἀεὶ είδέναι… οὐδὲ δι' ἀποδείξεως, n. 3; 2, 20. νοῦς, τὰ ὄντα πάντα, ἡ ἁλήθεια.
6) 5. 1.6; 1, 101. ἐκποδών δὲ ἡμῖν ἔστω γένεσις ἡ ἐν χρόνω τὸν λόγον περὶ τῶν ἀεὶ ὄντων ποιουμένοις… τὸ δὲ ἀεὶ τέλειον ἀεὶ καὶ ἀίδιον γεννᾶ.
34
щем. 1 Ум есть самое возвышенное существо между сущими 2 и лучше всего 3; он более единое, чем все прочее, и ближе всего стоит к первому началу 4 и только в нем одном и нуждается. 5 Ум есть образ единого, сохраняющий в себе многие черты своего прототипа, подобный единому так же, как свет подобен солнцу. Он так же неразделен от единого, как нераздельно от солнца всегда рождающееся от него и разливаемое им вокруг себя светлое сияние. 6 Ум и единое ничто не разделяет, кроме некоторой разности (ἑτερότης). 7 Ум есть божественная природа, второй Бог. 8 Но, несмотря на все эти совершенства, ум, несомненно, ниже единого. 9 Плотин возводит даже в принцип то положение, что рождающееся не может быть ни лучше рождающего, ни тождественно с ним; рождающееся всегда более сложно и потому всегда должно быть ниже, чем рождающее. 10 Таким образом, этот философ сознательно устанавливает решительное, принципиальное подчинение второго начала первому.
1) 5. 1. 4; 1, 99. ὁ νοῦς… ὁ ὄντως αιών… ἔχει ἐν τῶ αὐτῶ πάντα ἑστώτα ἐν τῶ αὐτῶ καὶ ἐστι μόνον καὶ τὸ ἐστιν ἀεὶ καὶ οὐδαμοῦ τὸ μέλλον ἔστι γὰρ καὶ τότε οὐδὲ τὸ παρεληλυθός.
2) 6. 9. 5; 1, 85. τὸ ἐν τοῖς οὖσι τιμιώτατον. 5. 1. 4; 1, 99. οὐδὲ αὔξην ζητεῖ τελειότατος ὤν.
3) 5. 1.6; 1, 102. κρείττων ἁπάντων νοῦς… μέγιστον δὲ μετ' αὐτὸ (τό ἓν) νούς καί δεύτερον.
4) 5. 5. 4; 2, 21. ὁ νοῦς μᾶλλον ἓν τῶν ἄλλων καὶ οὐδὲν ἐγγυτέρω αὐτοῦ τοῦ ἑνός, οὐ μὴν τὸ καθαρῶς ἕν.
5) 5. 1. 6; 2, 102. καὶ γὰρ ὁρᾶ ὁ νοῦς ἐκεῖνο καὶ δεῖται αὐτοῦ μόνου' ἐκεῖνο δέτοῦτου οὐδὲν.
6) 5. 1.7; 1, 102. εἱκόνα δὲ ἐκείνου εἶναι λέγομεν τὸν νοῦν… δεῖ πως εἶναι ἐκεῖνο τό γεννώμενον καὶ ἀποσὠζειν πολλά αὐτοῦ καὶ εἶναι ὁμοιότητα πρὸς αὐτό, ὥσπερ καὶ τὸ φῶς τοῦ ἡλίου. n. 6. περίλαμψιν ἐξ αὐτοῦ… οἷον ἡλίου τὸ περὶ αὐτὸν λαμπρὸν φῶς περιθέον, ἐξ αὐτοῦ ἀεὶ γεννώμενον μένὄντος.
7) 5. 1.6; 1, 102. ὁρᾶ δὲ άύτό οὐ χωρισθείς… ποθεῖ δὲ πᾶν τὸ γεννῆσαν καὶ τοῦτο ἀγαπᾶ, καὶ μάλιστα ὅταν ὦσι μόνοι τὸ γεννῆσαν καὶ τὸ γεγεννημένον ὅταν δὲ καὶ τὸ ἄριστον ἦ τὸ γεννῆσαν, ἐξ ἀνάγκης σύνεστιν αὑτῶ, ὡς τῆ ἑτερότητι μόνον κεχωρίςθαι.
8) 5. 5. 3; 2, 20. Θεὸς αἥτῆ ἡ φύσις καὶ Θεὸς δεύτερος.
9) 5. 1.6; 1, 102. τὸ δὲ ἀεὶ τέλειον ἀεὶ καὶ ἀίδιον γεννἆ καὶ ἔλαττον δὲ ἑαυτοῦ γεννἆ.
10) 5. 2. 2; 1, 109. καταλειπομένου ἀεὶ ἑκάστου ἐν τῆ οἰκεία: ἕδρα, τοῦ δὲ γεννωμένου ἄλλην τάξιν λαμβάνὄντος τὴν χεῖρονα. 5. 1. 7; 1, 104. ψυχὴν γεννᾶ νοῦς..,. κρεῖττον δὲ οὐχ οἶον τε ἦν εἶναι οὐδ' ἐνταῦθα τὸ γεννώμενον, ἀλλ' ἔλαττον ὂν
35
В сравнении с философиею Филона, философия Плотина представляет, несомненно, высшую степень развития. Основная задача у того и другого философа тождественна — привести первое начало в связь с зависящим от него миром; но приемы, которыми пользуется Плотин при ее решении, обнаруживают весьма заметный успех философского мышления в сравнении с тою степенью, на которой оно представляется в системе Филона. Различие между первым началом и миром у Плотина приведено к одной формуле — к противоположности единого и многого. Понятие о первом начале очерчено несравненно решительнее, чем у Филона. Представление о втором начале, конечно, было уже наперед намечено в его основных чертах самым его назначением — быть посредствующим звеном между единым и многим; но нельзя не признать за Плотином того преимущества пред Филоном, что, между тем как последний, вводя в свою систему Логос, сходит с той высоты представления о Боге, к которой вела основная тенденция этой системы, и смотрит на божественное Слово скорее с точки зрения мира, чем Сущего, — Плотин пытается, хотя и неуспешно, создать посредствующее звено, удерживая свое абстрактное понятие о первом начале, направляется ко второму началу от единого. Посредствующее положение ума Плотин обосновывает значительно глубже, чем Филон, так как смешение в самом существе ума основных противоположностей, единства и множества, выступает на вид со всею силою и представляется как естественно необходимое. Вместе с тем и субординационизм получает характер более решительный.
Но весь прогресс философского мышления представится в другом свете, если мы посмотрим на основные положения системы Плотина с точки зрения церковного учения. Философская мысль прогрессирует, но в направлении, противоположном христианскому. Бог у Филона, именно благодаря непоследовательности иудейского философа, напоминает христианского Бога несравненно более, чем представленное со всею диалекти-
εἴδωλον εἶναι αὐτοῦ. 3. 8. 9; 1, 344. τοῦ γὰρ γεννηθέντος πανταχοῦ τὸ γεννών ἁπλούστερον. 5. 3. 15; 2, 371. οἶονἐκ φωτὸς τὴν έξ αὐτοῦ περίλαμψιν πῶς δέ πολλά; ἢ οὐ ταὐτὸν ἔμελλε τὸ ἐξ ἐκείνου ἐκείνω εἰ οὖν μὴ ταὐτὸν, οὐδὲ γε βέλτιον τί γὰρ ἂν τοῦ ἑνὸς βέλτιον ίρἐπέκεινα ὅλως; χεῖρον ἄρα τοῦτο δὲ ἐστιν ἐνδεέστερον.
36
ческою последовательностью первое начало Плотина: там абстрактное Сущее весьма часто является с чертами живого и личного Бога, здесь абстрактное единое поражает своею бессодержательностью, так что даже при особенной живости мысли трудно сблизить его с христианским Богом; об отождествлении, конечно, не может быть и речи. То же различие замечается и в учении о втором начале. Плотин полагает принцип бытия ума в самой природе единого. Эта идея заслуживала, конечно, полного внимания со стороны христианских писателей. Но вообще Логос Филона стоит в более близком отношении к Богу, чем Νοῦς Плотина — к единому. Бог у Филона мыслит, и Логос есть мысль Его; между Ними не лежит та глубокая черта равнодушия, которая отделяет от единого нуждающийся в нем, но совершенно ненужный ему ум. Как рождает Бог Свое Слово, Филон не представил этого ясно; но можно, не впадая в сильное преувеличение, сказать, что единое Плотина рождает ум как слепая стихийная сила. Логос Филона, сколько мы знаем, мыслит только мир,Νοῦς Плотина мыслит и себя и единое. По–видимому, знаменитый неоплатоник подошел ближе к высокой тайне христианского вероучения, чем иудейский философ; но замечательно, что и ум у Плотина, начав единым, все‑таки кончает миром: представление единого дробится в уме на множество идей и развивает во втором начале тяготение к низшему, так что идеальный мир есть единственное понятное содержание ума. Таким образом, ни тот ни другой философ не представил сколько‑нибудь счастливого разъяснения тайны внутреннего, имманентного самооткровения Бога. У Филона Логос подчинен Богу, в системе Плотина эта черта достигает своего высшего развития: там субординационизм является только фактом, замечается, правда, на многих пунктах, но логическое основание его не выступает ясно; здесь это подчинение возведено в закон и наблюдается в такой черте, которая составляет основание всей философской системы. Если мы допустим, что между системами Филона и Плотина лежал ряд посредствующих степеней Развития философской мысли, то мы должны будем признать, что позднейшие христианские писатели жили под менее благоприятными философскими влияниями, чем древнейшие, потому что по мере того, как философские построения становились
37
более утонченными, они все более и более расходились с содержанием христианского учения. Философские представления, чуждые идее христианского вероучения, обнаруживают замечательную устойчивость и способность к развитию; догматическое значение в философии приобретают такие формы воззрения, в которые особенно трудно было вложить христианское содержание. Поэтому приходится согласиться, что философия первых двух веков христианства была далеко не благоприятным фактором в развитии форм учения о Св. Троице; по крайней мере, та сторона философского учения, которая представляет самую сущность отношения между первым и вторым началом, могла влиять на христианских мыслителей наименее благотворным образом, и если они могли воспользоваться некоторыми прекрасными философскими идеями, то эти идеи касаются только второстепенных пунктов учения о Св. Троице. 1
1) Таково, напр., учение о непространственности первого начала (Plot. 3. 9. 3; 1, 128. ὄτι (ἓν) πανταχοῦ- οὐ γὰρ ἐστιν ὅπου οὔ- πάντα οὖν πληροῖ, ἐπεὶ δὲ καὶ οὐδαμοῦ, γίνεται μὲν τὰ πάντα δι' αὐτὸν, ὄτι πανταχοῦ ἐκεῖνος, ἑτέρα δὲ αὐτοῦ, ὄτι αὐτὸς οὐδαμοῦ. διὰ τί οὖν οὐκ αὐτὸς οὐ μόνον πανταχοῦ, ἀλλ' αὖ πρὸς τούτω καὶ οὐδαμοῦ; ὄτι δεῖ πρὸ πάντων ἐν εἶναι, πληροῦν οὖν δεῖ αὐτὸν καὶ ποιεῖν πάντα, οὐκ εἶναι τὰ πάντα ἃ ποιεῖ. 5. 5. 9; 2, 28. εἰ δὲ μηδενὸς άποστατεῖ οὐ ποῦ ὤν, πανταχοῦ ἓσται ἐφ' εαὐτοῦ- οὐδὲ γὰρ τὸ μὲν τι αὐτοῦ ὡδί, — τὸ δὲ ὡδί- οὐ μὴ ν οὐδ' ὅλον ὡδί–ὥστε ὅλον πανταχοῦ ούδἑνός έχὄντος αὐτὸ οὐδ' αὖ μὴ έχὄντος- ἔχομένου ἄρα ὁτουοῦν) или о вечном рождении ума и его независимости от условий времени.
РАСКРЫТИЕ УЧЕНИЯ О СВ. ТРОИЦЕ В ХРИСТИАНСКОЙ ПИСЬМЕННОСТИ ДО ОРИГЕНА
Обращаемся к тем опытам раскрытия этого учения, какие представляет христианская литература.
Первый писатель, изложивший учение о Св. Троице со значительной полнотой, был св. Флавий Иустин Философ († 166). 2
1) Таково, напр., учение о непространственности первого начала (Plot. 3. 9. 3; 1, 128. ὄτι (ἓν) πανταχοῦ- οὐ γὰρ ἐστιν ὅπου οὔ- πάντα οὖν πληροῖ, ἐπεὶ δὲ καὶ οὐδαμοῦ, γίνεται μὲν τὰ πάντα δι' αὐτὸν, ὄτι πανταχοῦ ἐκεῖνος, ἑτέρα δὲ αὐτοῦ, ὄτι αὐτὸς οὐδαμοῦ. διὰ τί οὖν οὐκ αὐτὸς οὐ μόνον πανταχοῦ, ἀλλ' αὖ πρὸς τούτω καὶ οὐδαμοῦ; ὄτι δεῖ πρὸ πάντων ἐν εἶναι, πληροῦν οὖν δεῖ αὐτὸν καὶ ποιεῖν πάντα, οὐκ εἶναι τὰ πάντα ἃ ποιεῖ. 5. 5. 9; 2, 28. εἰ δὲ μηδενὸς άποστατεῖ οὐ ποῦ ὤν, πανταχοῦ ἓσται ἐφ' εαὐτοῦ- οὐδὲ γὰρ τὸ μὲν τι αὐτοῦ ὡδί, — τὸ δὲ ὡδί- οὐ μὴ ν οὐδ' ὅλον ὡδί–ὥστε ὅλον πανταχοῦ ούδἑνός έχὄντος αὐτὸ οὐδ' αὖ μὴ έχὄντος- ἔχομένου ἄρα ὁτουοῦν) или о вечном рождении ума и его независимости от условий времени.
2) Kurtz, Handbuch der Kirchengeschichte. Mitau. 1858. Bd. I. 1. S. 334. Die bedeutendsten Momente des Fortschrittes (im trinitarischen Lehrbildungsprocess) knüpfen sich an die Namen Justinus, Tertullianus, Kallistus, Origenes, Dionysius v. Rom u. Athanasius.
38
"Мы чтим, — пишет он, — творца вселенной, сущего Бога; знаем Сына Его и имеем Его на втором месте, и Духа пророческого имеем на третьем месте, и у нас есть основание почитать Их". 1
"В начале, прежде всех творений Бог родил из Себя разумную силу, которую Дух Св. называет то славою Господа, то Сыном, то Премудростью, то ангелом, то Богом, то Господом и Словом". 2 "Эта сила родилась от Отца, Его силою и волею, но не чрез отсечение, — не так, чтобы разделилось существо Отца, — не так, как бывает с прочими предметами, которые вследствие разделения и рассечения становятся не тем, чем были до рассечения, но подобно тому, что мы видим, когда от одного огня зажигают другие огни: сколько бы огней от него ни зажигали, он нисколько не уменьшается, но остается тем же самым". 3 "Нечто подобное мы видим и в нас самих: когда мы произносим слово, мы рождаем слово, но не чрез отсечение — не так, чтобы находящееся в нас слово уменьшалось вследствие его произнесения". 4
Таким образом, рождение Сына Божия есть акт, чуждый всякого количественного изменения в существе Отца. Трудно определить истинную цель такого выражения, как:"Сын рождается силою, волею, хотением Отца". Думал ли св. Иустин этим отклонить мысль, будто рождение Сына вызвано физическою необходимостью, — на этом нельзя настаивать по недостат-
1) Dialog, cum Tryph. n. 128. τὴν δύναμιν ταύτην γεγεννῆσθαι ἀπὸ τοῦ Πατρὸς, δυνάμει καὶ βουλῆ (n. 61. θελήσει) αύτοῦ (ср. εὐδοκία τοῦ Πατρὸς в крещальном символе), ἀλλ' οὐ κατὰ ἀποτομήν, ὡς ἀπομεριξομένης τοῦ Πατρὸς οὐσίας, ὁποῖα τὰ ἀλλὰ πάντα μεριζόμενα καὶ τεμνόμενα οὐ τὰ αὐτά ἐστιν ά καὶ πρὶν τμηθῖναι- καὶ παραδείγματος χάριν παρειλήφειν τὰ ὡς ἀπὸ πυρὸς άναπτόμενα πυρά ἑτέρα ὀρῶμεν, οὐδὲν ἐλαττουμένου ἐκείνου, ἐξ οὐ ἀναφθῆναι πολλὰ δύνανται, ἀλλὰ ταὐτοῦ μένοντος.
2) Dialog, cum Tryph. n. 61. λόγον γὰρ τινα προβάλλοντες, λόγον γεννῶμεν, οὐ κατὰ ἀποτομήν, ὡς ἐλαττωθῆναι τὸν ἐν ἡμῖν λόγον προβαλλόμενοι.
39
ку данных в самом тексте; но признают неоспоримым, что сам он не считает этого выражения исключающим мысль о рождении Сына из существа Отца. 1
Нельзя утверждать решительно, что, по мысли св. Иустина, Сын Божий рождается от Отца от вечности в самом высоком смысле этого слова. Относительно этого пункта св. Иустин выражается не совсем ясно."У Отца всех, как нерожденного, нет собственного имени, потому что кто называется по имени, у того должен быть кто‑либо старше его, который и дает ему имя… А Сын Его (нерожденного Отца), единственный называющийся Сыном в собственном смысле, Слово прежде творений, и сосуществующее и рождающееся, когда в начале Он все создал и украсил чрез Него, называется Христом, потому что Он помазан, и Бог все украсил чрез Него, а имя Иисус означает и человека, и Спасителя". 2 В этом месте Отец мыслится предшествующим Сыну, потому что Сын имеет имя, имеет, следовательно, и Того, который старше Его и дал Ему имя. Но, не говоря уже о том, что из этого места не видно, можно ли рассматривать как имя самое название"Сын", это вечное определение второго Лица Св. Троицы, или именами считаются только названия"Христос"и"Иисус", относящиеся ко временному моменту бытия Сына, — самое различие между"старшим", дающим имя, и получающим его Сыном может быть понимаемо настолько утонченно, что не исключает совечности Отца и Сына. Важнее другое выражение:"Сын… рождается, когда Бог в начале все создал чрез Него". Здесь рождение Сына предваряет сотворение мира, но вместе с тем находится в тесном соотношении с после-
1) Dorner, Lehre von der Person Christi. I, 425. 426. Allein würde das strenge genommen (γεγεννῆσθαι… βουλῆ), wie die Arianer thaten, so wäre das gegen die Satze, die dem Justin selbst unläugbar eine viel ursprünglichere Bedeutung haben, nämlich dass der Logos aus Gottes Wesen (γεγέννηκε ἐξ εαὐτοῦ) sey. Cfr. Meier, Lehre von der Trinität. 1844. Bd. I, 60. 61.
2) Apol. 2. n. 6."Ονομα δὲ τῶ πάντων Πατρὶ θετόν, ἀγεννήτω ὄντι οὐκ ἐστιν. Ο γὰρ ἂν καὶ ὀνόματι προσαγορεύηται, πρεσβύτερον ἔχει τὸν θέμενον τὸ ὀνομα… ὁ δὲ υἱὸς ἐκείνου, ὁ μόνος λεγόμενος κυρίως Υἱός, ὁ Λόγος πρὸ τῶν ποιημάτων, καὶ συνὼν καὶ γεννῶμενος, ὅτε (Dorner ex conjectura: ὅτι) τὴν ἀρχὴν δι' αύτοῦ πάντα έκτισε καὶ έκόσμησε (cod. regius: έκόσμησε καὶ έκτισε), Χριστὸς μὲν κατὰ τὸ κεχρῖσθαι καὶ κοσμῆσαι τὰ πάντα δι' αύτοῦ τὸν θεόν, λέγεται. Признавая Бога Отца неименуемым, св. Иустин сближается с Филоном. Ср. стр. 13.
40
дним, а потому — строго говоря — не стоит выше всех временных определений. Но, по мысли св. Иустина, если только он здесь выражается точно, рождению Сына предшествует другой момент бытия Его — Его существование с Отцом. Этим бытие Сына отдаляется от временного предела и переносится в область вечного. Таким образом св. Иустин, по–видимому, различал Слово внутреннее от Слова проявленного; но едва ли есть возможность вполне разъяснить его мысль и разрешить все возбуждаемые ею вопросы. 1
1) Сравнение этого места с учением других апологетов дает право предполагать, что св. Иустин ставит рождение Слова в связь с сотворением мира, следовательно, правильное чтение — не ὅτι, а ὄτε. Совершенно согласна с господствующим воззрением той эпохи и не совсем обыкновенная с точки зрения позднейшего богословия последовательность глаголов: καὶ συνὼν καὶ γεννῶμενος. Св. Иустин мог придавать этим словам именно тот смысл, что Сын сперва существует с Отцом, а потом, перед творением мира и для творения, рождается. Такое понимание текста, однако, не бесспорно: ему противопоставляют (Moritz von Engelhardt, Das Christenthum Justins des Martyrers. Erlangen. 1878. S. 119) параллельное место Dial. с. Tr. n. 62, где св. Иустин говорит, что Бог не к ангелам обращался, когда сказал: «сотворим человека»; ἀλλὰ τοῦτο τὸ τῶ ὄντι ἀπὸ τοῦ Πατρὸς προβληθὲν γέννημα πρὸ πάντων τῶν ποιημάτων συνῆν τῶ Πατρί, καὶ τούτω ὁ Πατὴρ προσομιλεῖ. Сомневаться в тождестве факта, означаемого словами προβληθὲν и γεννῶμενος, нет оснований; но действительно ли вполне тождественны моменты, указываемые словами συνῆν и συνών? Несмотря на самое решительное сходство выражений в том и другом месте, можно допустить, что Слово, по св. Иустину, прежде творений существует с Богом, прежде творений рождается от Него и по рождении существует с Ним прежде всех творений. Возможно, конечно, что συνὼν καὶ γεννῶμενος неточное выражение, что с точки зрения св. Иустина сосуществование Слова не предшествует Его рождению, как и украшение мира не предшествует его сотворению (ср. чтение: ἐκόσμησε καὶ ἔκτισε); но допустить это предположение, согласиться, что только Dial. с. Тг. n. 62. выражает правильно мысль св. Иустина, значило бы представить его воззрение изолированным от господствующего представления той эпохи, которое последовательно развивается в сочинениях следующих за св. Иустином писателей. Но допуская, что, по св. Иустину, Слово существовало с Отцом до Своего рождения, мы не считаем возможным дать ответ на весьма важный вопрос о том, имело ли Слово сосуществующее самостоятельное (ипостасное) бытие. Куртц (S. 385) отвечает отрицательно, Дорнер (S. 425) положительно; но первый не имеет за себя никаких данных в тексте, второй опирается лишь на этимологию слова συν–ών. Это основание было бы вполне состоятельно только при совершенной точности в выражении; но сравн. Dial. с. Тг. n. 128. ὅταν δύση (ὁ ἥλιος), συν–αποφέρεται τὸ φῶς в тираде, где излагается мнение, направленное к решительному отрицанию ипостасного бытия Слова; ср. также
41
Слово есть сила, как неоднократно называет Его св. Иустин. 1 Но из этого названия никак не следует заключать, что Сын есть только свойство или деятельность Отца: св. Иустин самым решительным образом отклоняет предположение, что Сын Божий, как сила, не имеет самостоятельного существования."Некоторые говорят, что эта сила неотделима и неотлучна от Отца. Как солнечный свет на земле, — говорят они, — неотделим от солнца, которое на небе, так что с заходом солнца исчезает и свет: так и Отец, когда хочет, проявляет Свою силу и, когда хочет, опять возвращает ее в Самого Себя. Точно так же они учат и о сотворении ангелов. Но уже доказано, что ангелы существуют и всегда пребывают и не разрешаются в то, из чего они произошли. Так и та сила, которую пророческое слово называет и Богом, и ангелом, не по имени только принимается в счет, как солнечный свет, но и по числу есть нечто другое, — по числу, говорю, но не по направлению мысли и воли". 2 "Сын рожден от Отца; а что рожденный отличен по числу от родившего, с этим согласится всякий". 3 Таким образом, самостоятельное бытие Сына и Его различие от Отца выражено со всею ясностью, и термин"другое по числу" 4 можно признать вполне соответ-
Tatian., adv. graec. n. 5. σὺν αὐτῶ τὰ πάντα, где о действительном существовании мира не может быть и речи. Вопроса об ипостасном бытии Слова до Его рождения от Отца мы коснемся еще по изложении учения Татиана, Афинагора и св. Феофила антиохийского (стр. 59. 60).
1) Dial. с. Тг. n. 128. ἄτμητον δὲ καὶ ἀχώριστον τοῦ Πατρὸς ταύτην τὴν δύναμιν ὑπάρχειν, ὄνπερ τρόπον τὸ τοῦ ὑλίου φασὶ φῶς έπὶ γῆς εἶναι ἄτμητον καὶ ἀχώριστον ὄντος τοῦ ὑλίου ἐν τῶ οὐρανῶ' καὶ ὅταν δύση, συναποφέρεται καὶ τὸ φῶς. οὕτως ὁ Πατήρ, ὅταν βούληται, λέγουσι, δύναμιν αύτοῦ προπηδᾶν ποιεῖ καὶ ὅταν βούληται, πάλιν αναστέλλει εἰς ἑαυτὸν. — κατὰ τοῦτον τὸν τρόπον καὶ τοὺς αγγέλους ποιεῖν αὐτὸν διδάσκουσιν. 'Αλλ' ὄτι μὲν οὖν είσιν άγγελοι, καὶ ἀεὶ μένοντες, καὶ μὴ ἀναλυόμενοι εἰς ἐκεῖνο ἐξ οὖπερ γεγόνασιν, ἀποδέδεικται- καὶ ὄτι δύναμις αὐτῆ ἣν καὶ Θεόν καλεί ὁ προφητικὸς λόγος καὶ άγγελον, οὐχ ὡς τὸ τοῦ ὑλίου φῶς ὀνόματι μόνον αριθμεῖται, ἀλλὰ καὶ ἀριθμῶ ἔτερόν τί ἐστι… ἐξήτασα.
2) Dial. с. Tr. n. 56. ό… τῶ Μωσεῖ ὦφθαι… γεγραμμένος Θεὸς ἕτερος ἐστι τοῦ πάντα ποιήσαντος Θεού, ἀριθμῶ λέγω, ἀλλὰ οὐ γνώμη.
3) Dial. с. Tr. n. 129. γεγεννῆσθαι ύπό τοῦ Πατρὸς τοῦτο τὸ γέννημα πρὸ πάντων ἁπλώς τῶν κτισμάτων ὁ Λόγος έδήλου, καὶ τὸ γεννῶμενον τοῦ γεννῶντος ἀριθμῶ ἔτερόν ἐστι, πᾶς ὁστισοῦν ὁμολογήσειε.
4) ἔτερόν τι (ἔτερόν) ἀριθμῶ.
42
ствующим выражению"другой по ипостаси" у позднейших писателей. Но"γνώμη", слово для означения единства Отца и Сына, представляет далеко не полную аналогию со словом"существо"и по своему буквальному смыслу не ведет далее заключения о нравственном единстве Отца и Сына, 2 хотя, конечно, не стоит ни в каком противоречии с идеей Их единосущия.
Божество Сына св. Иустин доказывает рядом текстов из ветхозаветных св. книг. Никого, кроме Бога творца и Сына Его, Христа, Св. Дух не называет Богом и Господом,3 и только Сыну Своему Бог даст славу Свою и никому другому. 4 Это — наиболее сильные выражения о божестве Сына, какие встречаются у св. Иустина. Но едва ли можно найти у него учение о совершенном равенстве Сына с Отцом в той самой постановке, в какой оно является у позднейших отцов церкви. Говоря это, мы касаемся вопроса о субординационизме, следы которого встречаются в творениях многих древнейших церковных писателей и который поэтому вызывает на некоторые предварительные замечания.
Подчинение Сына Отцу может иметь три различные формы. Сын может рассматриваться как Бог воплотившийся или, по крайней мере, как Бог являющийся. В первом случае Сын
1) Представление ипостасного различия в виде различия по числу у греческих отцов весьма обыкновенно. См. Braun, Begriff «Person» in seiner Anwendung auf die Lehre v. d. Trinität u. Incarnation. Mainz. 1876. SS. 23. 25. 29. Напр., Иоанн Дамаскин (Dial. с. 43) определяет πρόσωπον как ἀριθμῶ διαφέρον. Cfr. S. Cyrilli alexandr. ex interpret, in Joh. πῶς οὖν οὐχ ἕτερος ἓσται (ό Υἰὸς) παρ' αὐτὸν (τόν Πατέρα), ὡς ἐν ὑποστάσει καὶ ἀριθμῶ; (1. c. in Panoplia Zigab. tit. 10, Migne, s. g. t. 130). Таким образом, св. Иустин дает одно из самых точных выражений, какими только располагает богословский язык.
2) В этом смысле разъясняет слово «γνώμη» и сам св. Иустин. Сказав, что Сын — другой по числу, но не γνώμη (Dial. с. Tr. n. 56), он продолжает: οὐδὲν γὰρ φημι αὐτὸν πεπραχέναι ποτέ, ἢ άπερ αὐτὸν ὁ τὸν κόσμον ποιήσας Θεὸς βεβούληται καὶ πράξαι καὶ ὁμιλῆσαι. Cfr. Origenis contra Cels. 1. 8, n. 12. p. 751, где единство Отца и Сына полагается в Их ὁμονοία καὶ συμφωνία.
3) Dial. с. Tr. n. 68. μὴ τι ἄλλον τινὰ προσκυνητόν, καὶ Κύριον, καὶ Θεόν λεγόμενον ἐν ταῖς γραφαῖς νοεῖτε εἶναι, πλὴν τοῦ τοῦτο ποιήσαντος τὸ πάν, καὶ τοῦ Χριστοῦ; Ibid. n. 56.
4) Dial. с. Tr. n. 65. ὁ Θεὸς λέγει (Isa. 42, 5—13) δώσειν τούτω (τω Χριστῶ αύτοῦ μόνω) τὴν δόξαν, καὶ οὐκ ἄλλω τινί. Св. Иустин имеет в виду место Ис. 42, 8, на которое ссылается Трифон: «Я — Господь, это — Мое имя, и не дам славы Моей иному».
43
имеет двойственную природу: Он есть и бесконечный Бог и конечный человек и по этой последней стороне, естественно, ниже Отца и подчинен Ему. Во втором случае Сын есть бесконечный Бог, скрывающий Свою божественную природу под какою‑либо конечною формою: являясь под образом ангела или человека, Сын говорит и действует иногда так, как говорило бы и действовало то конечное существо, образ которого Он носит; таким образом. Сын
1) Schaff, Geschichte der alten Kirche. Leipzig. 1867. S. 974. Die Nicänischen Vater lehren, wie die vornicanischen, noch einen gewissen Subordinationismus, welcher mit der Lehre von der Homousie im Widerspruch zu stehen scheint. Aber man muss zwischen einem Subordinationismus des Wesens u. einem Subordinationismus der Hypostase… unterscheiden. Der erstere wurde geläugnet, der letztere behauptet. То же Kuhn, Katholische Dogmatik. Tübingen. 1857. Bd. II. S. 123.
2) Иоанн. 14, 29.
44
нения имеет представителей между великими отцами церкви; 1 однако же и те из них, которые допускали такое толкование, относились крайне осторожно к самой формуле:"Отец больше Сына"."Хочу назвать Отца большим, потому что от Него равные Ему (Сын и Св. Дух) имеют и бытие и то, что Они равны Ему, и однако боюсь, как бы не сделать начала началом меньших". 2 В этих словах можно видеть и нормальное, наиболее утонченное выражение субординационизма по ипостаси, его высшую форму, единственную, в которой он мирится с православным сознанием, и вместе урок отношения к этому воззрению.
Из сказанного ясно, как следует относиться к следам субординационизма в сочинениях древних церковных писателей: прежде всего, нужно определить, под какую форму субординационизма подходят эти сомнительные выражения, и, игнорируя как неважные те, в которых высказывается или случайное
1) S. Basilii Magni adv. Eunom. 1. 1. n.25. Сказав, что Отец может быть больше Сына или в смысле причины, или по силе, или по превосходству достоинства (κατά τὴν τοῦ ἀξιώματος ὑπεροχὴν), или наконец по объему (κατὰ τὴν τῶν ὄγκων περιοὐσίαν), и показав, что три последние точки зрения неуместны, св. Василий продолжает: Υπόλοιπος οὖν ἐστιν ὁ παρ' ἡμῶν λεχθεὶς τοῦ μείζονος τρόπος, ὁ τῆς ἀρχῆς, λέγω, καὶ αἰτίας. Ibid. 1. 3. n. 1. ὁ Υἱὸς τάξει μὲν δεύτερος τοῦ Πατρός, ὄτι ἀπ' ἐκείνου' καὶ ἀξιώματι, ὄτι ἀρχή καὶ αιτία, τῶ εἶναι αύτοῦ Πατέρα (разность в этом отношении с предшествующим местом объясняется тем, что там показателем достоинства принят престол Божий, и сидящий одесную Отца признан равночестным Ему, τὸ ὁμότιμον τῆς ἀξίας), φύσει δὲ οὐκέτι δεύτερος, διότι ἡ θεότης ἐν ἑκατέρω μία. S. Cyrilli alexandrini thesaurus de s. Trin. 11. p. 85. col. Patr. Migne. 141. Β. ὅταν λέγη Χριστὸς ἑαυτοῦ τὸν Πατέρα μείζονα, ἓσται τῆ ἀνθρωπότητι πρέπων ὁ λόγος, οὐ τῆς θείας οὐσίας αὐτοῦ κατηγόρημα. Это же объяснение св. Кирилл повторяет и на след. странице (р. 89, col. 144. В.). Но здесь же (р. 86. col. 141. D.) встречаем и другое толкование. «Ἴσος τοιγαροῦν κατὰ τὸν τῆς οὐσίας λόγον ὑπάρχων ὁ Υἱὸς τῶ Πατρὶ καὶ ὅμοιος κατὰ πάντα, μείζονα αὐτὸν φησιν ὡς ἅναρχον, ἔχων ἀρχὴν κατὰ μόνον τὸ ἐξ οὗ, εἰ καὶ σύνδρομον αὐτῶ τὴν ὕπαρξιν ἔχει». То же самое повторяется и на след. странице (р. 87. col. 144. D) λέγεται δὲ μείζων ὡς ἀρχή τοῦ συναϊδίου γεννήματος.
2) S. Gregorii Theol. orat. 40 in s. baptisma n. 43 p. 725 col. 420. Θέλω τὸν μείζω εἰπεῖν ἐξ οὗ καὶ τὸ ἴσοις εἶναι τοῖς ἴσοις ἑστί, καὶ τὸ εἶναι- τοῦτο γὰρ παρά πάντων δοθήσεται- καὶ δέδοικα τὴν ἀρχήν, μὴ ἐλαττόνων ἀρχὴν ποιήσω… οὐ γὰρ κατὰ φύσιν τὸ μείζον, τὴν αἰτίαν δέ. Cfr. s. Hilarii pictav. de Trinitate. 9, 54 (1. с. ap. Dorner. I, 1063). Major Pater Filio est, et plane major, cui tantum donat esse, quantus ipse est; cui innascibilitatis (ἀγεννησίας) esse imaginem sacramento nativitatis impertit.
45
или ипостасное подчинение Сына Отцу, останавливаться лишь на тех, в которых просвечивает субординационизм по существу.
В сочинениях св. Иустина отмечают довольно много мест оттенком субординационизма. Так, божественные Лица различаются между Собою по месту и чину; Сын представляется второю по Отцу силою, называется"служителем"воли Отца и этом смысле"подчиненным"Ему; Отец называется Господом Господа (Сына); принципом бытия Сына представляется иногда воля Отца. Но что касается первых двух мест, то сами по себе они не заключают даже и оттенка субординационизма: Отец, во всяком случае, логически предшествует Сыну. 1 Выражение"Сын есть служитель воли Отца"может принимать различные оттенки, определяемые только субъективным взглядом писателя, но само по себе оно"указывает лишь на то, что Сын есть орган откровения Отца", — мысль, в которой нет никакого подчинения Отцу Сына; а если Он является подчиненным Отцу как служитель, то ничто не препятствует видеть в этом выражение только случайного субординационизма. 2Отец есть Господь
1) Apol. 1. n. 13. (см. прим. 1 стр. 39) ibid, δευτέραν χώραν μετὰ τὸν ἄτρεπτον καὶ ἀεὶ ὄντα Θεόν… διδόναι (Христу), ibid. n. 60. ibid. n. 32. ἡ δὲ πρώτη δύναμις μετὰ τὸν Πατέρα πάντων καὶ δεσπότην Θεόν, καὶ Υἱὸς ὁ Λόγος ἐστίν. Относительно последнего выражения Дорнер (I, 425) замечает, что его нет нужды истолковывать в арианском смысле (ist desshalb nicht nothwendig arianisirend), weil jedenfalls logisch in der Trinität der Vater dem Sohne vorangeht. Субординационизм вышеприведенных цитат он (I, 426) оспаривает на том основании, что в контексте «речь идет о литургической последовательности» имен. Это объяснение можно признать излишним: выражение: «Сын имеет второе, а Св. Дух — третье место (τάξιν) по Отце» и в догматическом смысле настолько безукоризненно, что, напр., св. Василий В. не считал нужным отказываться от него даже в полемике с арианами, даже в виду тех злоупотреблений, каким оно подвергалось в арианской диалектике. Вышеприведенное место (стр. 45 пр. 1) направлено против слов Евномия: τρίτον αὐτὸ (τὸ Πνεῦμα τὸ ἅγιον) ἀξιώματι καὶ τάξει μαθόντες, τρίτον εἶναι καὶ τῆ φύσει πεπιστεύκαμεν, (η. 5) τρίτη χώρα τιμώμενον. Василий Β. отклоняет только вывод, что из различия порядка следует заключать к различию природы, но допускает, что и Сын — второй по чину и достоинству и Св. Дух подчинен Сыну (ὐποβέβηκε τὸν Υἱὸν) в этом отношении.
2) Dial. с. Tr. n. 57. οὗτος ὁ τῶ Ἀβραὰμ ὀφθεὶς Θεὸς καὶ ἱπηρέτης ὢν τοῦ ποιητοῦ τῶν ὅλων Θεοῦ. n. 126. δι' ὢν (речь о богоявлениях Моисею, Иакову и Аврааму) ἀποδέδεικται ὑπὸ τῶ Πατρὶ καὶ Κυρίω τεταγμένος, καὶ ὑπηρετῶν τῆ βουλῆ αὐτοῦ, οὗτος ὃς ὤφθη… τοῖς… πατριάρχαις… ἄγγελος παρά τοῦ Πατρὸς πεπεμμένος. n. 127. ἄγγελος ἐκ τοῦ ὑπηρετεῖν τῆ γνώμη αὐτοῦ (τοῦ Πατρὸς), n. 128.
46
Поделиться книгой: