Помоги проекту - поделись книгой:
Гражданин Октябрьский-Иванов, будучи командующим, полностью игнорировал эту задачу флота. - вождь повернулся в сторону Берии, - да, Лаврентий, что там была история с обороной мостов у Павлограда? - И кто там ходил в контратаки с пулеметом наперевес? - Сталин взял со стола листок бумаги, - Цитирую: "Когда командующий обороной мостов майор Петров был тяжело ранен, занял его место и успешно руководил отражением вражеских атак. В критический момент поднял бойцов в контратаку против противника, просочившегося в мертвую для огня тяжелых пулеметов зону. На ходу вел по вражеской цепи огонь из пулемета "Печенег" с примкнутой патронной коробкой. Сумел продержаться для подхода передовых частей Красной Армии, сохранив в целости мост через реку Самара, и станцию Павлоград". За этот подвиг представлен генерал-лейтенантом Василевским к ордену Боевого Красного Знамени. Ну, товарищ майор госбезопасности, что скажете? - Может вас в пехоту перевести, или в десант, уж вы там погеройствуете.
Санаев покраснел, а Берия философски заметил, - Геройство - это в нашем деле для персонального употребления, ночью, под одеялом. Для наших сотрудников вообще-то ум нужен... Мне кажется, товарищ майор просто погорячился, неправильно оценил ситуацию.
- Все он правильно оценил! - Сталин бросил трубку в пепельницу, - Если бы их смяли... Немцы могли бы уничтожить мост, и наши войска оказались бы в весьма сложном положении. Короче, Лаврентий, этому герою - Героя. И майору Петрову, тоже - заслужил.
Санаев опустил голову, - Умер Петров, до санбата не довезли. Пуля рядом с сердцем была, пулю из "Маузера" в упор их бронежилет не держит.
- Дать Героя посмертно, - отрубил вождь, - достоин. Значит так, товарищ майор госбезопасности, возвращайтесь обратно, можете сказать товарищам Василевскому и Бережному об отводе бригады с линии фронта и передислокации в Кубинку. Но никому больше. Проработайте операции прикрытия, в которых пунктом назначения эшелонов будут Куйбышев, Сталинград, Магнитогорск и, возможно даже Омск. Надо немного дать работы шпионам, пусть побегают. Все, товарищ Санаев, можете идти.
В приемной майор нос к носу столкнулся с человеком, которого знала вся страна. Шапошников Борис Михайлович, Маршал Советского Союза, Начальник Генерального Штаба, и прочая, прочая, прочая... Внешний вид прославленного советского военачальника был далек от идеального, серая кожа и мешки под глазами показывали, что маршал болен, и болен тяжело. Машинально откозыряв Шапошникову, Санаев вдруг подумал, что получается маршал пришел уже после него, и ждал, пока Верховный поговорит с майором госбезопасности, пусть и не простым. Да, все чудесатее и чудесатее.
Но мы отпустим товарища Санаева по его делам, и вместе с маршалом Шапошниковым вернемся в кабинет главы Страны Советов.
Хозяин по кавказскому обычаю пожал руку гостю, и первым поздоровался, - Добрый вечер, Борис Михайлович. Как ваше здоровье?
- Здравия желаю, товарищ Сталин, - ответил маршал Шапошников, - пока без особых изменений.
- Очень плохо, что без особых изменений, - вздохнул товарищ Сталин, - вы не передумали?
- Никак нет, товарищ Сталин, - упрямо сказал маршал, - в сложившихся условиях, когда мне было выказано такое недоверие, я считаю невозможным свое дальнейшее нахождение на посту Начальника Генерального штаба.
- Это ви зря так, Борис Михайлович, - вождь прищурил свои желтые тигриные глаза, - конечно, я понимаю, что вы возмущены, что вас нэ поставили в известность по операции "Полынь"... Но у нас било вполне обоснованное мнение, что число причастных к этой операции необходимо максимально ограничить. И тем более ми не забывали о состоянии вашего здоровья. Товарищ Василевский, как говорится, вник в эту историю с самого первого дня. Вот ми и решили дать ему возможность полностью проявить себя. Погодите, не возражайте. Сказать честно, товарищ Сталин тоже предпочел бы остаться неосведомленным, ибо многие знания - это многие печали. Но у товарища Сталина нет такого права. Вот и товарищ Берия, к примеру, считает, что настало время, когда и начальник Генерального Штаба должен быть посвящен в причины всего происходящего... Но прежде чем мы начнем... Лаврентий?
Берия сверкнув стеклами пенсне, взял со стола толстую папку в коленкоровой обложке, и кивнул на стул стоящий у края стола, - Присядьте товарищ Шапошников. Как гласит русская пословица: "В ногах правды нет". Такие документы положено читать, не вынося их из этого кабинета, и только сидя.
Маршал взял в руки папку, но тут Сталин остановил его, - Погодите, Борис Михайлович... Я попрошу вас отнестись к этой информации предельно серьезно. Это не бэллетристика и не вражеская дезинформация - ЭТО ЕСТЬ!
Маршал Шапошников удивленно кивнул, и открыл наконец папку, на лицевой стороне которой был наклеен квадратик белой плотной бумаги с надписью: "Боевой путь Частей Особого Назначения: Отдельной Тяжелой Механизированной Бригады, Отдельной Истребительно-Бомбардировочной Авиагруппы, Отдельного Корабельного Соединения".
Листы в папке были прошиты, пронумерованы и скреплены двумя сургучными печатями. На одной из них, к огромному удивлению Шапошникова, красовался двуглавый орел, правда, в несколько мутированном виде, а на другой был нормальный герб СССР. В углу каждого листа, как и положено, стоял бледно-фиолетовый штамп "ОВ" - особой важности..
После некоторых первых прочитанных строк глаза маршала округлились, но он, сделав над собой усилие, не выказал удивления, видно помня предупреждения вождя. На листах отличной финской бумаги, четким шрифтом лазерного принтера была изложена крайне фантастическая история. Но, Шапошников все же был Начальником Генерального Штаба, и имел достаточно полную информацию обо всем, происходящем на фронтах. Но ему были известны только конкретные результаты, но никак не средства которыми они были достигнуты. Убывший в Крым генерал-лейтенант Василевский отчитывался обо всем лично Верховному. В Генштаб шли сухие сводки без разъяснения подробностей: Достигли... Разбомбили... Уничтожили... Разгромили... Пленили...
Сейчас маршал читал полную историю этих событий. Это не была рутинная для РККА того времени история массового героизма и самопожертвования. Это была история повседневной, даже рутинной боевой работы, когда противника подавляли оперативным искусством, четкой организацией, техническим превосходством и огневой мощью. Героизм и личное самопожертвование бойцов и командиров, конечно, тоже были, но они присутствовали на заднем плане, и ключевого значения не имели.
"Особая авиагруппа"... Краснозвездные самолеты, внезапно засыпающие спящие немецкие аэродромы ковром из тысяч мелких осколочных бомб, и оставляющие за собой пожарища и кучи искореженного дюраля, некогда бывших боевыми самолетами люфтваффе. Делая свое дело, пришедшие из будущего пилоты истребляли асов Геринга и надежно защищали бойцов РККА. Тут же были рекомендации по применению существующей и разрабатываемой техники, подготовке летного состава, тактике ведения воздушных боев и нанесения бомбоштурмовых ударов. Все четко и ясно, видна рука профессионала. И подпись: полковник Хмелев С.П.
"Отдельное корабельное соединение", было не его епархией, но инстинктом профессионального военного, маршал понимал, что такие силы в Черном море избыточны, тем более, что задача на захват Босфора и Дарданелл пока не поставлена, не до них сейчас. Значит, в ближайшее время следует ожидать операции по переводу части сил на более важные ТВД. Но об этом пусть болит голова у адмирала Кузнецова, тем более что он сам там, в гуще событий, и все должен сам понимать. Нашло свое объяснение и удивительный разгром итальянского флота при попытке прорыва в Черное море. Гибель двух линкоров и тяжелое повреждение крейсера вне видимости противника было вызвано применением оружия особой корабельной группы. И теперь сия великая тайна покоится на дне, на глубине почти два километра.
"Особая тяжелая механизированная бригада"... Путь отмеченный победами удивившими мир. И еще, личный состав этой части после переформирования только на одну треть состоял из "инструкторского состава", а остальные две трети - краснофлотцы и командиры Черноморского флота. И уже после этого та самая операция "Полынь", сломавшая хребет группе армий "Юг". Значит, можно и нужно перенимать опыт и тактику пришельцев из будущего, совершенствовать технику, обучать личный состав.
Из анализа итогов операции маршалу стали понятны, правда не до конца, аресты и переводы некоторых военачальников. А ведь ему казалось, что снова вернулись беспощадные репрессии тридцать седьмого года. Но ничего, обошлось, кого-то, как Тимошенко и Власова неожиданно перевели в тыловые округа, кого-то, как Козлова и Октябрьского, сняли с должности и отдали под суд за противодействие решениям Ставки. Получив сообщение об отстранении от должности и о немедленном вызове в Москву, застрелился ЧВС Юго-Западного направления Хрущев. Все, последний лист.
Закрыв папку, маршал Шапошников поднялся со стула. Сталин и Берия, которые о чем-то в полголоса говорили по-грузински, замолчали и одновременно посмотрели на маршала, - Товарищ Сталин, какими будут ваши распоряжения?
- Все-таки передумали, Борис Михайлович?! - Молодец! - Сталин еще раз переглянулся с Берией. Верховный помнил, что Борис Михайлович в той истории должен был умереть от тяжелой болезни, не дожив всего 44 дня до Победы. У Вождя сжалось сердце. Нет, в этой реальности такого не должно произойти. И Победа наступит раньше, и Шапошников проживет много дольше, до Парада Победы и не только.
- Есть мнение, - сказал Сталин, - что товарищу Шапошникову необходимо предоставить отпуск для поправки здоровья. Сдадите Генштаб своему второму заму. Генерал-лейтенант Василевский будет у нас в ближайшее время заниматься Юго-Западным направлением и, персонально, фон Клейстом. Завтра утром вам необходимо будет вылететь в Крым, в Евпаторию. Там вы пройдете полное медицинское обследование у ИХ врачей. Мы знаем, что с ранеными они творят настоящие чудеса, чуть ли не мертвых воскрешают, так что надэемся, что и вам они смогут помочь.
А пока вы будете находиться на обследовании и лечении, вам будет предоставлена возможность изучить дальнейший ход этой войны, так как она протекала в их истории. Также вам будет поручено систематизировать и наш и их боевой опыт, и составить свои рекомендации по внесению изменений в наши боевые уставы и наставления. Мы должны знать - какие виды боевой техники необходимо разработать и производить для того, чтобы парировать вероятные угрозы, как со стороны немцев, так и со стороны англо-американцев.
Маршал Шапошников нахмурился, - Товарищ Сталин, скорее всего наша промышленность пока не в состоянии обеспечить всю Красную Армию техникой, какая стоит на вооружении отдельной мехбригады. У нас нехватка даже обычных грузовиков, а для механизированных частей необходимо еще и большое количество колесной и гусеничной техники... Заводы просто не справятся с их производством в нужном количестве.
Сталин с Берией опять переглянулись, - Видите ли, Борис Михайлович, часть необходимой нам техники мы сможем получить у американцев по ленд-лизу. Но и это не главное. Нам предлагается разделить Красную армию на три неравные части....
Первая и самая малочисленная из них, это мобильные рейдовые механизированные и конно-механизированные бригады и, возможно, отдельные корпуса, предназначенные для решения действительно особых стратегических задач. Например, разгром вражеских армий на всю глубину стратегического построения с выходом в глубокий тыл.
Вторая часть нашей армии должна состоять из механизированных штурмовых бригад, предназначенных для прорыва эшелонированной вражеской обороны и ведения боевых действий в густо застроенных населенных пунктах. Тут предполагается сделать упор не на мобильность, а на выучку личного состава и огневую мощь... Не забывайте, нам в любом случае еще Берлин штурмовать.
- В старой армии такие части называли гренадерскими, - заметил Шапошников, - но не суть важно.
- Есть мнение, - Сталин огладил усы, - назвать их отдельными штурмовыми бригадами. По моему, так будет лучше.
- Можно и так, - кивнул маршал, - Тоже звучит очень грозно. А как быть с обычной пехотой?
- Как вы сказали, обычная пехота, это самый многочисленный род войск в любой армии мира. Поэтому, линейные пехотные части, предназначены для ведения оборонительных боев в чистом поле и занятия территории уже оставленной противником. Для таких частей, рекомендуется усилить огневую мощь за счет производства носимых единых пулеметов типа немецкого МГ-34, или пулемета из будущего "Печенег". Два пулемета на отделение, это огневая мощь способная остановить наступательный порыв вражеской пехоты. В качестве ручного противотанкового предлагается производить одноразовые и многоразовые ручные гранатометы с кумулятивными и осколочно-фугасными боевыми частями.
Шапошников задумался, - То есть, мобильность обычной пехотной части не изменится, а только увеличится огневая мощь...
- Ви правильно поняли товарища Берию, - кивнул Верховный, - только надо будет составить для командиров такие наставления, чтобы все свободное от наступления время, пехота совершенствовала бы свою оборону. А-то вопиющие вещи выясняются. Стоят, понимаешь, в обороне неделю, а окопы только по пояс, сектора стрельбы не размечены, НП и КП не замаскированы - послезавтра все равно наступать. А когда завтра немец наносит упреждающий удар - имеем разгром и повальное бегство. Такое больше не должно повториться!
- Товарищ Сталин, - кивнул маршал, - я обратил внимание, что особая бригада на каждом промежуточном рубеже вкапывалась в землю, как немцы и французы в ту войну под Верденом. Потому-то и их потери в людях были минимальные, а противнику наносился существенный урон...
- Кроме того, - Берия сверкнул стеклами пенсне, - вам необходимо определить потребность в чисто танковых частях и соединениях которые могут быть применены для встречного удара по вражеским моторизованным частям уже прорвавшим наш фронт. В ТОЙ истории, знаете ли, были прецеденты, когда недооценка этого момента привела к большим потерям. Мы не имеем права наступить на эти грабли еще раз.
Шапошников кивнул, и Сталин с довольной улыбкой подвел итог всему сказанному, - Вот, видите, Борис Михайлович, ви все правильно поняли, поезжайте в Крым, лечитесь и, заодно, займитесь этим вопросом вплотную. Мы с нетерпением ждем от вас серьезных результатов. Чем быстрее и с меньшими потерями мы разгромим фашистов, тем лучше будет наше положение в послевоенном мире. Товарищ Берия позаботится, чтобы вы, как начальник Генштаба, даже там получали всю оперативную информацию по фронтам, на этот раз полностью и без купюр. Все товарищ Шапошников, идите и готовьтесь к отъезду. А ваш рапорт я рву, как написанный в момент резкого ухудшения самочувствия.
Когда маршал Шапошников вышел, Сталин посмотрел на Берию и удовлетворенно кивнул. Была решена судьба еще одного хорошего человека.
Часть 6 - Бросок на Север
Палуба крейсера подрагивала под ногами. Свежий морской ветер, пополам с мелким, как пыль дождем хлестал в лицо. Берега прикрывали бухту от крутой волны, но море впереди все было покрыто белопенными барашками. Позади был внезапный вызов в Москву и многочасовой перелет на пилотируемом прославленным полярным летчиком майором Энделем Пусэпом четырехмоторным бомбардировщиком Пе-8 по маршруту Вашингтон - Галифакс - Рейкявик - Лондон - Москва. Заунывный гул моторов, белый облачный ковер далеко внизу. Избегая капризов погоды, майор Пусэп забрался на звенящую двенадцатикилометровую высоту. Самолет не был оборудован герметичной кабиной, поэтому от перелета на всю жизнь осталось ощущение сушащей глотку кислородной маски. Но все равно утомляет, вместе с посадками для дозаправки 48 часов в воздухе.
В конце перелета Андрей Андреевич, шатаясь как пьяный, сошел на московскую землю, точнее снег. Последний участок перелета проходил над захваченной фашистами Европой, но двенадцатикилометровая высота и ночь - достаточная гарантия того, что самолет даже не будет обнаружен. Гарантия гарантией, но все равно как-то не по себе.
Но на аэродроме приключения не кончились, прямо на аэродроме его уже ждала эмка на которой он был немедленно доставлен в Кремль, Засыпанная снегом Москва, синеватая в бледном предутреннем свете. В приемной известного всей стране кабинета Андрей Андреевича уже дожидался Нарком иностранных дел Вячеслав Михайлович Молотов. В кабинет Верховного Главнокомандующего они вошли вместе.
Громыко был потрясен тем, что несмотря на столь ранний час, Верховный был на рабочем месте. Андрей Андреевич уже встречался со Сталиным осенью 1939 года перед своим отъездом в Соединенные Штаты в качестве советника при постпредстве в Вашингтоне. Сейчас же было видно, как устал этот уже немолодой человек, несущий на своих плечах ответственность за самую тяжелую войну в истории России.
Сталин внимательно посмотрел сначала на Молотова, потом на Громыко,
- Товарищи, буду краток, ибо времени нет совершенно. Ситуация на фронтах требует, чтобы Турция пропустила отряд наших боевых кораблей через Босфор и Дарданеллы в Средиземное море. Они уже впустили в Черное море итальянскую эскадру, и знают, чем это закончилось для итальянцев. Есть мнение поручить эти переговоры нашему молодому, но очень перспективному дипломату товарищу Громыко. Кстати, о товарище Громыко, заслуживающие доверия люди мне говорили много хорошего. Товарищ Громыко - будущее нашей дипломатии. Так что, товарищ Громыко должен передать президенту Иненю, что мы готовы забыть об их необдуманном поступке в случае пропуска через Проливы наших кораблей. В противном случае мы будем считать Турцию враждебным государством со всеми вытекающими из этого последствиями. Пойдете к Стамбулу на крейсере "Молотов". Очень символично. Можно сказать, что Вячеслав Михайлович в своем стальном воплощении тоже будет с вами.
Корабли, которые должны выйти в Средиземное море, будут сопровождать вас в качестве почетного эскорта. Всю дополнительную информацию для переговоров, находящуюся в настоящий момент под грифом ОВ вы получите в запечатанном пакете уже на борту самолета. - Сталин посмотрел на Наркома иностранных дел, - Товарищ Молотов, вы должны были подготовить для товарища Громыко все необходимые документы. Приготовили?
В ответ на слова главы государства нарком иностранных дел передал Андрею Андреевичу толстую картонную папку перевязанную белыми тесемками. На этом прием у главы государства был закончен и сотрудники НКВД, разлучив Андрея Андреевича с наркомом, повезли его уже на другой машине на другой аэродром. Он не знал, что когда они с Молотовым вышли, Сталин прошептал, откладывая в сторону так и не раскуренную трубку, - Посмотрим, каков ты в деле, "Мистер НЕТ"!
В последнее время люди, встречавшиеся с Иосифом Виссарионовичем, заметили, что вождь начал меньше курить. То есть, он вертел трубку в руках, набивал ее табаком, но почти никогда не закуривал, в последний момент откладывая ее в пепельницу.
Уже когда самолет поднялся в воздух, командир экипажа подполковник Ольшанский с улыбкой передал Андрей Андреевичу большой пакет из плотной бумаги запечатанный большими сургучными печатями. Этому экипажу уже не раз и не два доводилось отвозить в Крым самых разных людей. Вот и сейчас попутчиком Андрей Андреевича был Борис Михайлович Шапошников. И у него был свой секретный пакет, содержимым которого оказалась толстая книга, обернутая газетой "Правда" от 14 января 1942 года. То ли книгу обернули чтобы не попортить ценный экземпляр, то ли для того чтобы никто не мог прочесть название и автора на обложке.
Вздохнув, товарищ Громыко разорвал плотную бумагу пакета. Внутри оказалась толстая кожаная папка, набитая документами. Первые же лист в папке привел Андрея Андреевича в шок. Это была его биография закачивающаяся смертью в январе 1989 года и полый послужной список. Андрей Андреевич с удивлением узнал, что целых двадцать восемь лет с 1957 по 1985 годы он возглавлял Советский МИД и вел его от победы к победе. И тут же приписка на полях сделанная рукой Сталина, - "Проверить в деле".
Продолжая недоумевать, Андрей Андреевич, вытащил на белый свет еще один листок, который оказался картой южного участка советско-германского фронта с этапами развертывания некоей операции "Полынь". На самой карте красовалась надпись красным карандашом, опять же сделанная сталинской рукой, - "Отдать Иненю, пусть ему по ночам не спится, разбойнику". А еще к карте были приложены несколько листков бумаги с описанием того, что предшествовало столь грандиозным событиям. В начале операции у 17-й полевой армии Гота и 1-й танковой армии Клеста присутствовало около семисот тысяч боеспособных солдат. Через девять дней от 17-армии ничего не осталось, а у Клейста в окопах вокруг Сталино осталось не более 130-150 тысяч солдат, почти без боеприпасов и продовольствия. Вся левобережная прибрежная полоса Днепра была занята советскими войсками и контролировалась конными разъездами. Бегло пролистав описание операции "Полынь", Андрей Андреевич решил, что самые душераздирающие моменты, особенно разгром Гудериана, он обязательно доведет до турок. Чтобы были помягче, и слушали повнимательнее.
А вот следующие несколько фотографий повергли Андрей Андреевича в шок. Корабли, пропуска которых надо добиться у турок, несли на своих стеньгах андреевские флаги. По решению Ставки в Средиземное море должен был перейти отряд, состоящий из ракетного крейсера "Москва", Большого противолодочного корабля "Североморск" и двух ракетных фрегатов: "Ярослава Мудрого" и "Сметливого". Кроме того, в состав конвоя входил большой танкер снабжения "Иван Бубнов", и несколько пароходов ЧМП, которые должны были усилить транспортную группировку советских кораблей на линии американских поставок через северные моря. Откинувшись на жесткую спинку сиденья, Андрей Андреевич прислонился к борту, и начал раздумывать, как побыстрее и в полном объеме выполнить поручение товарища Сталина.
Товарищ Громыко сам участвовал в подготовке документов, согласно которым, вскоре США начнут массовые поставки по лендлизу. Пока фашистская Германия почти не обращала внимания на транспорты, везущие из Северной Америки все необходимое для сражающейся страны. Он понимал, что, спохватившись, немцы всеми силами попытаются пресечь поставки, потопить и захватить транспортные суда. Так что было совершенно ясно, что корабли и их команды идут не на курорт, а на войну.
Во время посадки в Воронеже для дозаправки, поступило известие о взятии войсками Крымского фронта города Мелитополь, причем немецкие части отступили в сторону Сталино, что позволяло установить прямое железнодорожное сообщение между Большой Землей и Крымским Оборонительным Районом.
И вот, сутки спустя, Андрей Андреевич стоит в боевой рубке крейсера "Молотов", готовящегося к выходу к Босфору. Их сопровождает почти весь объединенный Черноморский флот, за вычетом линкора "Парижская коммуна" и первого советского авианосца. Андрей Андреевич надеется, что султан... Да нет, тьфу, президент Иненю, впечатлится и положением на фронтах и видом флота, и не будет особо упираться в решении столь важного для нас вопроса.
Вчера вечером нам был зачитан приказ командования. Наша бригада выводится в тыл для пополнения личным составом и проведения капитального ремонта техники. А ведь действительно, "устали" даже наши новенькие БМП и сверхнадежные трофейные вездеходы. В танковом батальоне, так там, вообще, говорят, полный кошмар, ходовая на "тридцать четверках" и "кавэшках" изношена настолько, что техника держится в строю только чудом и неустанной заботой спецов из рембата. Даже надежнейшие Т-72БА2, то есть машины прямо перед нашим приключением прошедшие глубокую модернизацию до уровня Т-90, требуют вдумчивой совместной заботы механика-водителя, и уже упомянутых спецов из рембата. Патроны к АКСУшкам почти закончились, и почти каждый из нас обзавелся, кто трофейным МП-38/40, а кто и советскими ППД или ППШ. На ближней дистанции сгодится, ну, а на дальней и средней работают в основном пулеметы. Этого добра, включая трофеи, у нас навалом. Но, простите товарищи, пистолеты-пулеметы после "лучшего автомата всех времен и народов" - это просто каменный век. Но погуляли мы лихо, интересно, в Рейхе теперь объявят траур как ТОГДА из-за Сталинграда или нет?
Железнодорожная станция Краматорск во время погрузки - просто филиал ада. Начать с того, что технику надо загрузить на платформы, закрепить и замаскировать. В это же самое время на станции разгружается танковая бригада, прибывшая из резерва Ставки. Десять Т-34, тридцать Т-60. Они освобождают платформы и вагоны, мы их занимаем. При этом, нам не надо забывать об опасности авианалетов. Люфтваффе наши летуны раздраконили в хвост и в гриву, но не везде. Геринг перебрасывает потихоньку сюда своих асов, частично из-под Москвы и Ленинграда, а в основном, из Европы.
Сегодня рано утром, прямо на рассвете, к станции сунулась девятка Не-111. "Птенцы Толстого Германа" видимо были не местные, а потому поперли, как похмельный алкаш на прилавок винного отдела. Те немецкие асы, которые уже знают, что почем, предпочитают в нашу сторону вообще не соваться, ибо можно угодить в Валгаллу. Эти же зашли на станцию с севера, и вели себя, как дома. Наглость не осталась без возмездия. Еще за пять минут до этого налета, "хейнкели" были обнаружены радаром дежурного "Панциря". Пять минут, прорва времени для тех, кто знает и умеет.
Завыли сирены, воздух разорвали пронзительный рев паровозных гудков. По протоптанным в снегу дорожкам к своим зенитным орудиям побежали девчонки-зенитчицы из состава прикрывающего станцию ЗенАПа. Кстати, нас сочли настолько ценными, что приказом Верховного этот ЗенАП прикомандирован к нам, вплоть до нашего прибытия в конечный пункт назначения. Каждый эшелон, не считая трех "Пацирей", будут сопровождать по две платформы с 25-мм и 37-мм автоматическими зенитными пушками. Да, как я уже говорил, контингент в этом полку почти чисто женский, и на бойцов во внеслужебное время, зенитчицы действуют убойно. Не знаю, как они стреляют из пушек, но глазками стреляют вполне прицельно - эти Маши, Даши и Наташи уже имеют на своем счету немало "подбитых" сердец наших парней. А ведь в пути представится еще немало поводов для знакомств...
Пока же все развивалось по совершенно фантастическому сценарию -девочки еще бежали к своим орудиям, а пять "Панцирей" из батареи непосредственно прикрывающей станцию, уже выдвинулись на огневую. Лязгая гусеницами, они выбрались на заранее намеченные позиции на возвышенных точках в окрестностях станции. Началась показательная экзекуция немецких бомберов под названием "Зенитно-ракетно-артиллерийские комплексы при противовоздушной обороне стационарного объекта". Мои парни тоже не остались в стороне от веселья и вытащили на свет божий несколько "Игл". Береженого и Бог бережет. Это на тот случай, если операторы на "Панцирях" облажаются, и немцы сумеют прорваться к станции...
К постановке заградительного огня по маловысотной цели изготовились пулеметчики и операторы-наводчики БМП. Это на тот случай если какие-нибудь нахалы, например, на "мессерах", зайдя на цель на низкой высоте попытаются нас проштурмовать. Ну, заградительный огонь по маловысотной цели, это мы могём, или могем, не знаю как сказать. Хорошо, что даже местные бойцы, за наше недолгое знакомство усвоили, что если "батя Слон" что-то сказал, то надо метнуться исполнять, а не спрашивать - зачем. Батя знает.
Мы все успели. Когда на фоне горизонта наблюдатели разглядели серые черточки идущих на бреющем "мессеров", башни БМП были развернуты веером по горизонту, пулеметчики достали свое оружие и приготовились к стрельбе по низколетящей цели. Нас навестили три пары с трех разных сторон. Но помощь зенитчикам не понадобилась. Два крайних "Панциря" переключились с приближающихся бомберов на непосредственную угрозу, и встретили "мессеров" "хлебом-солью", то есть короткими пушечными очередями. Похоже, им это "понравилось", "мессера" один за другим вспыхивали, и клубками огня врезались в землю. Один истребитель задымил, и полез вверх, набирая высоту. Наверное, немецкий ас хотел выброситься с парашютом... Но не судьба... Его оприходовали тут же, что называется, не отходя от кассы, срезав еще одной пушечной очередью. Крылышко влево, крылышко вправо, а посреди - дырка от бублика.
Пока зенитчики двух установок развлекались стрельбой по низколетящим "мессерам", четыре других "Панциря" выпустили по приближающейся группе "хейнкелей" по две ракеты земля-воздух. Как говаривал мой дед: - Серега, запомни - сала много не бывает.
Ракеты, разматывая за собой белые дымные нити, похожие на пучок спагетти и, словно притягиваемые магнитом, приближалась к строю немецких бомберов. Вот, дымные хвосты внезапно оборвались... Непосвященным показалось, что у ракет закончилось топливо, и сейчас они упадут на землю. Томительные секунды радиокомандная система наведения вела к цели отделившиеся от ракет боевые части. Внезапно в воздухе среди черных точек немецких бомбардировщиков стали распускаться багрово-черные цветки взрывов. Вниз посыпались горящие обломки, и сбитые самолеты. Все попадания были практически прямыми, скорость целей была невелика, и они практически не маневрировали.
Несколько секунд спустя докатился протяжный низкий грохот. На станции весело загалдели бойцы и железнодорожники, наблюдавшие за воздушным налетом. С начала войны, люфтваффе чаще всего оказывалось безнаказанным убийцей. Зенитчики скорее отпугивали вражеские самолеты, чем сбивали их. По статистике этих лет, для того чтобы сбить один самолет, ПВО должно было выпустить по врагу 35 тысяч зенитных снарядов. Истребители были в этом смысле куда эффективней, но после 22 июня в советских ВВС осталось очень мало современных истребителей, да и те повсюду, как правило, не успевали.
Но, сейчас в воздухе и не могло быть советских истребителей. Для облегчения работы "Панцирям" любая воздушная цель должна считаться по умолчанию вражеской. Ибо Яки и МиГи никаких приборов "свой-чужой" не имеют, а посему могут за милую душу угодить под "дружеский огонь".
Примерно через полминуты над местом побоища в воздухе один за другим начали распускаться купола парашютов - на местном жаргоне - "одуванчики". За сбитыми фрицами пришлось посылать своих орлов на БМП, а то местным бойцам все едино: что люфтваффе, что СС - до штаба не доведут. А не фиг развлекаться стрельбой по беженцам и госпиталям, господа юберменьши!
Примерно через полчаса привели пленных, один летчик - обер-лейтенант, и два унтера - воздушные стрелки. Остальные, говорят, оказали вооруженное сопротивление и были уничтожены на месте... Ну, и ладно, уничтожены, так уничтожены, я им что, мамка что ли? А этих, говорю, героев люфтваффе, проведите через всю станцию, как есть с битыми мордами. Для поднятия боевого духа прибывшей на фронт части.
Ой, что там было, кинокомедия про индейцев, простите немцев - "Юберменш битый", он же пленный. Руками не трогать - обгадится. Так и повели их к станционному особисту сдавать под расписку. Аншлаг был полный, куда там Петросяну. Народ пришел в такой восторг, что чуть было этих гадов не линчевал. Но вроде все обошлось. На шум из того, что осталось от вокзала, выскочил особист, сделал страшное лицо - даже нагана доставать не потребовалось - и уволок бедных фрицев в свое логово, аки дракон, наверное, для употребления в пищу...
Но, хорошо то, что хорошо кончается, и пришла наша очередь ставить технику на платформы. У выходной стрелки на Славянск уже нетерпеливо орет паровоз. Танковый батальон Деревянко убыл еще ночью, так что теперь наша очередь. После рейда даже теплушка с буржуйкой кажется номером в пятизвездочном люксе.
Кстати, по приколу, то что у нас в бригаде называется усиленным танковым батальном, у местных это и есть танковая бригада полного состава. А все вместе мы по технике на корпус тянем, и только по личному составу на бригаду. Вот так, мы маленькие, но ужасно зубастые!
Свистнул паровоз и, лязгнув сцепками, состав дернулся - поехали! Куда лежит наш путь нам не сообщают - секретно, но слухи ходят совершенно разные. Называют города от Сталинграда и Челябинска, до Ташкента и Новосибирска. В деле явно видна чекистская рука - никто другой так не умеет играть в "наперстки". Мы люди военные, приедем на место, там все и узнаем.
Вот тебе бабушка, и Юрьев день! Всю прошедшую неделю проверяли механизмы, перебирали, чистили, налаживали. Полностью перекрасили корпус и надстройки. Получился не лидер "Ташкент" - или, как его называли немцы - "Голубой крейсер", а какой-то пятнистый, бело-серо-голубой "леопард". То же самое проделали с лидером "Харьков", и частью кораблей из тех, что пришли к нам из будущего. Было видно, как на якорных стоянках красились ракетный крейсер "Москва", большой противолодочный корабль "Североморск" и сторожевики "Сметливый" и "Ярослав Мудрый". Также к походу готовился большой морской танкер "Иван Бубнов".
Вчера матросы с утра до вечера таскали с берега продукты. Забили все провизионки, под пробку заполнили танки для питьевой и технической воды. И вот, когда мы уже вышли в море, то узнали новость - нас, сводную корабельную группу ОСНАЗ, переводят в Арктику для усиления Северного флота. Солидное я вам скажу усиление, особенно если знать, что даже там у себя в будущем "Североморск", "Сметливый" и "Ярослав Мудрый" были предназначены для борьбы с американскими подводными лодками, куда более совершенными, чем современные немецкие тип VII и тип IX. Да и крейсер "Москва имеет полный комплект противолодочного вооружения. Полярное обмундирование для команд наши доблестные чекисты скрытно привезли и заскладировали на "Иване Бубнове". По кораблям оно будет роздано уже после Гибралтара. Прощайте, ласковые Одесса, суровый Севастополь, пляжное Туапсе и фруктовый Батум. Здравствуй, ледяной Мурманск.
Только вот интересно, примерно неделю назад куда-то делись обе подлодки из будущего. Вечером тихо мирно стояли на бочках, а утром пропали, как будто их никогда и не было. И, что интересно, за сутки до того, у стенки тоже принимали продукты и воду, на ту, которая поменьше даже соляр завезли, а на большую, почему-то нет. Непонятно, на чем она тогда ходит, неужели как "Пионер" из книжки Адамова, на подводном электричестве. Вот я сейчас и думаю, может эти лодки и через Проливы могут скрытно проходить? Не знаю, не знаю...
Во время перехода командование над эскадрой принял сам нарком военно-морского флота, адмирал Кузнецов. Флаг свой он держит у нас, на "Ташкенте". В связи с его отбытием из Севастополя, ВРИО командующего Черноморским флотом назначен контр-адмирал Ларионов. Не думаю, что те мои товарищи, что остаются в Черном море будут при нем скучать. Черта с два! Для "Парижской Коммуны" в Сталинграде заказано аж два комплекта новых стволов к орудиям, один на замену нынешнему изношенному, а другой в резерв.
Для нее также заказано несколько десятков боекомплектов фугасных двенадцатидюймовых снарядов, а это значит, что работать ей придется в поте лица, "радовать" румын и немцев своими увесистыми подарками. К ней присоединится крейсер "Молотов" ,и после выхода из ремонта, его собрат "Ворошилов". Если огонь этой троицы будут корректировать с "Ушакова", а это, скорее всего так и будет, ибо "Ушаков" остается, то всем немцам в пределах досягаемости их орудий можно будет заказывать себе гробы.
Как это оно бывает, мы собственными глазами наблюдали в деле под Ялтой. Кроме того, в Севастополе много разговоров о том, что на базе переформированного после завершения обороны полка морской пехоты, сформированы в четырех батальонный механизированный полк морской пехоты, состоящий из 1200 штыков и 40 танков БТ-7М с дизельными двигателями. Сразу после формирования полк был приписан к четырем большим десантным кораблям из будущего, и приступил к боевому слаживанию, и тренировкам с высадкой десанта на берег и обратной амбаркацией.
У Ларионова это серьезно. Необученную часть в бой не пошлет, да и товарищ Сталин не торопит, есть определенный срок. Но тренируется полк без дураков, по шестнадцать часов в сутки. И вот еще что. Раз все об этом знают и говорят, а бдительные органы даже не почесываются, то мой комиссар сделал вывод, что имеет место специальная операция, когда один единственный полк, даже не сделав ни единого выстрела, сумеет сковать на охране побережья черт знает сколько румынских и немецких дивизий. А также заставит задуматься руководство Турции и Болгарии, стоит ли так прислушиваться к голосу из Берлина.
Вот и задумайся тут, когда секретность нужна, а когда не очень. И ведь до самого последнего момента никто точно не сможет сказать, где и когда Черноморский флот нанесет удар. Конечно, кроме командующего Ларионова и самого товарища Сталина. Эту манеру сообщать о конечной цели операции уже в море мы уже поняли: чего не знаешь, то и не сможешь выболтать.
И что самое интересное, на всех кораблях из будущего товарищ Сталин приказал оставить на своих местах андреевские флаги. Пусть немцы, итальянцы и англичане с американцами в недоумении чешут в затылке и думают, что бы это значило. Много думать - полезно для здоровья. Мы уже с этой целью ходили к берегам Румынии, Болгарии и Турции, теперь пойдем вокруг всей Европы.
До Босфора еще несколько часов хода, но расслабляться нельзя, а посему бдим. Могут быть разные провокации вроде подводных лодок и авиации, хотя это больше забота наших потомков. У них есть техника, которая щелкает немецкие подлодки, как семечки, вот им и карты в руки.
Вот и закончилась наша дальняя дорога. Этот институт станет нашим домом не на год и не на два. Ой, не зря нас не вывезли из Крыма самолетами, а послали по немецким тылам вместе с бригадой генерал-майора Бережного. Умен товарищ Сталин и мудр, аки Муаддиб из книги про планету Дюна... Посмотрели мы на научное воплощение европейских ценностей, и затошнило даже тех из нас, кто при ТОЙ ЖИЗНИ исповедовал демократические убеждения. Такие уроды "Снегурочка" с двойным гражданством или Баба Лера, в общем-то рождаются один раз на два-три миллиона.
Ну, в общем, я отвлекся, товарищи. Перед поездкой со всеми нами собственнолично побеседовал сам "кровавый палач (ТМ)" Лаврентий Палыч Берия. Инженерные вопросы, кстати, понимает очень хорошо. Чувствуется, что не зря механико-строительное училище в Баку, и несколько курсов Архитектурно-строительного института. Вообще, я считаю, от инженерного образования хуже не будет. Точные науки они, знаете ли, приучают сознание к порядку, когда дважды два равно четырем, а не пяти и не трем с половиной. И совсем не удивительно, что именно он стал тем самым лучшим менеджером всех времен и народов.
Каждому из нас, в соответствии со специальностью были розданы отпечатанные на машинке списки вопросов, какая именно помощь нужна от нас СССР. А ведь мы первоначально выходили в испытательный учебно-боевой поход, и было нас на "Северодвинске" как у Ноя, буквально каждой твари по паре. И "Малахитовцы" разрабатывавшие собственно лодку, и представители с МКБ "Рудуга" разработавшие стратегическую крылатую ракету Х-101/102, и инженеры, из ОКР "Бирюза" чей ракетный комплекс "Калибр" среднего радиуса действия, впервые должен был быть запущен с подводной лодки из подводного положения.
Вообще же наша группа с "Малахита" была самой многочисленной, ибо впервые в условиях дальнего похода предстояло проверить всю головную лодку проекта целиком, чтобы потом вносить изменения в следующие строящиеся АПЛ. Можно сказать, что проверили. Теперь лодка пошла в одну сторону - по некоторым сведениям обратно на Север - делать кирдык гитлеровскому кригсмарине, и топить "Тирпицы" и "Шарнгорсты". А мы поехали в другую сторону, передавать местным товарищам технические секреты.
Поделиться книгой: