Великан опять задумался, видимо, вспоминая всё, что он «знал или слышал» о короле-рыцаре. Затем произнёс:
– Мы, отпрыски Древних, устроены не как вы.
– Это я уже слышал!..
– Подожди, – поднял Крон громадную ладонь. – Речь не о внешнем различии – тут-то хватает общего. Однако твой приятель прав: в нас нет души.
– Ну-у, – протянул Светлан, – здесь мы ступаем на зыбкую почву…
– Но это не значит, что мы – пустые, – продолжал исполин, уже набрав инерцию. – Да, никто нам не дарует жизнь, точно милостыню, и не приглядывает за нами, как за недоумками, и не забирает потом в райские кущи, если за отпущенный срок раб не сорвётся с поводка, наплевав на заветы Бога. Мы не опутаны сетью, в которой бьётесь вы, люди.
– Можно назвать это сетью, – проворчал Светлан. – А можно – совестью. Что стало бы с людьми, если б не их сплочённость? Конечно, зачастую наше взаимное притяжение принимает болезненные формы…
– Над нами нет Отца-деспота, больше похожего на тюремщика. Зато эта планета – родная нам, и благодаря ей каждый Древний обладает живым духом.
– Ого! – опять не утерпел Светлан. – Кажется, наконец добрались до истока. Выходит, «мать-Земля» – это не метафора? Вы что, действительно наделяете старушку сознанием? А заодно одухотворяете стихии?
– Если на то пошло, это она наделила всех нас. А Великие – её дети.
– А Уран-Небо – ейный муж, – прибавил Светлан. – Слышали – знаем!..
– Вы – чужаки здесь, – молвил великан. – Как и сам Скиталец. Оттого у него всё идёт наперекосяк – хотя он силён, этого не отнять. Вас не принимает здешнее естество – насылает бедствия, болезни. Ну и вы… не отстаёте. Пытаетесь заслониться от мира – своими хибарками, одеждой – а толку?
– Надо быть ближе к природе, да? Вернуться, образно говоря, в лоно.
– Вы ж точно слепые: смотрите на предмет и не видите суть, вещество заслонило вам дух. Своим враньём вы чаще обманываете себя, чем других.
– А вы? – тотчас спросил богатырь и сам же усмехнулся: аргумент из разряда «сам дурак».
– А мы – древний народ, вольный и правдолюбивый. Как эльфы, гномы…
– …как феаки, лапиды, кентавры, – подхватил Светлан. – Да и амазонки, говорят, сродни нимфам.
Наконец отложив испорченный меч, Артур застыл, уставясь в костёр прищуренными глазами. Ни звука, ни шевеления. То ли в грёзы погрузился, то ли в дрёму. Вроде его и нет здесь – так, деталь интерьера. Хотя наверняка прекрасно слышит каждое слово.
– Это присказка, да? – спросил Светлан. – Конечно, сведения занятные, но не пора ли переходить к сути?
Помолчав, Крон выдавил:
– Суть – в девушке… великанше. Знаю её с детства. Зовут Сола.
– Я не понял: она что, твоя кузина? Или племянница?
– Мы все родичи, раз у нас общая Праматерь. Но Сола мне, как вам… душа. Без неё я наполовину мёртв. Если бы не она…
– Видимо, незаурядная особа, если чуть не сотворила из тебя человека. Но ты не мог бы уточнить ваши отношения?
– Не знаю, как сказать, – заговорил великан снова, будто глыбы ворочал. – Сам плохо понимаю. То ли Сола сестра мне, то ли дочь. Может быть… друг?
Не сдержавшись, Светлан фыркнул:
– Дружба дружбой, но как же быть с либидо?
– Чего?
– Ладно, это я спошлил, извини. Просто у самого не раз вставала такая дилемма. Или не дилемма?.. Ну, и что произошло с вами дальше?
– Её забили топорами люди, – сказал Крон нехотя. – Потом сожгли, со всех сторон обложив дровами, – даже костей не осталось. А за что? Она и на мышь-то ни разу не наступила.
– Дьявольщина, – пробормотал Светлан сокрушённо. – Чтоб им повылазило, идиотам!
– Идиоты? – вскинул брови великан. – И только?
– Если скажу, что они ничуть не лучше братцев Грэгов, – тебя это утешит? И что, окажись я там, дрался бы за твою Солу, как ты – за тех глупышек-купальщиц… А может, и зашиб бы кого, если б вынудили, – теперь я на такое способен. Или, по-твоему, Артур повёл бы себя иначе?
– Чёрт меня раздери, – негромко, но от сердца произнёс король. – Я бы порубил этот сброд в капусту!.. А заодно всех, кто способен на такое.
– Ну-ну, величество, не увлекайся – эдак от человечества и половины не уцелеет. А если сюда приплюсовать сочувствующих…
– Видишь? – сказал Крон. – Ты сам признаёшь.
– Я-то признаю – а ты? Ну-ка сосчитай своих. Конечно, трудно держать голову в холоде, когда болит, – но чёрт возьми, ты же великан!
Угрюмо насупившись, огр молчал.
– Думаешь, только у вас гибнут невинные? – прибавил Светлан. – Беда в том, что во время дрязг чаще страдают как раз добрые.
– Пожалуй, – вздохнул Крон.
Удивительно: этот громила умел слышать собеседника… в отличие от большинства людей. Те-то в лучшем случае не перебивают, а все доводы ухают в пустоту. И разве я далеко ушёл? – подумал Светлан с усмешкой. Только и разницы, что я это понимаю.
– Но худшее стряслось после, – произнёс великан угрюмо.
– Даже так? – удивился Светлан. – Задачка делается всё занятней!..
– Хоть вы и кичитесь сплочённостью, но по-настоящему чувствуете друг друга редко. А если у одного из вас гибнет плоть, связь обрывается.
– Ну, не всегда, – пробормотал Светлан. – Хотя это – правило, согласен.
– У нас – иначе. Мы уходим надолго, но недалеко.
– В Волшебную Страну?
На это Крон отвечать не стал.
– Нас не забирает Бог, мы не принадлежим никому, – произнёс он. – Мы не растворяемся в Нём, чтобы возродиться затем в ином теле, и не забываем ничего из прежних жизней, мы – бессмертны. А Сола и вовсе осталась близ меня, зацепившись за мою плоть.
– Ещё бы, – пробурчал Светлан совсем тихо. – Такой якорёк!..
Хотя лучше бы промолчал – дипломатичнее. Раз великан разговорился наконец… Впрочем, того уже было не сбить:
– Мы сделались неразлучны, понимаешь? И так длилось бы десятилетия или даже века, пока её дух не нарастил бы новое тело, – если бы странности, творившиеся с моим народом в последний год, не накрыли и нас с Солой.
– Последний год, говоришь? – не пропустил Светлан. – Надо ж, какое совпадение.
Вот теперь Крон умолк, снова впав в задумчивость. Подождав с минуту, Светлан подстегнул:
– Ну давай, верзила, не тяни. И что же приключилось с вами?
– Она сгинула, – ответил тот. – Раз – и нет её. Оборвали на полуслове, будто вихрем унесло. С тех пор я не слышу свою Солу.
– Как понимаю, это типичный случай? И сколько уже набралось их?
– Десятки. А то и поболе.
– А каковы тенденции, ты сумел проследить? Процесс убыстряется или наоборот? И кого «уносит» раньше, свеже… э-э…
– Тут мне трудно судить, – сказал Крон. – Других-то я не чувствовал, как Солу. А некоторые… метисы, да?.. и вовсе ощущались едва-едва. Но этих мог и Скиталец прибрать, в них половина – от него.
– Ладно, и что ты выяснил?
– Умерших затягивает в Шахты. Это – наверняка. Но вот куда, с какой радости, кто балует тут… До сих пор мне не удавалось погрузиться в потребную глубь. Лишь сейчас наконец подфартило, и здесь я снова чую Солу – хотя далеко, смутно. А сведений про эти времена у меня мало. Как и про здешние пещеры. Да они и не дошли до нас в прежнем виде – даже тут, под землёй, всё поменялось намного.
– Точно, – поддакнул Светлан. – Напрасно, старичок, ты напускал туман – здесь и без того полно загадок. И раз прихватил нас с собой, следовало использовать на всю катушку. Или, думаешь, наши мозги стоят меньше наших мечей?
– Так меч-то сразу видать, – возразил Крон. – Вжик, хрясть – и полетели куски. А ум пока углядишь!..
– Соображать надо шибче. Хотя без Солы тебе, наверно, трудней ориентироваться… Кстати, когда начались ваши пропажи?
– Прошлым летом, ближе к серёдке. Раньше-то не упомню случаев.
– Как раз тогда меня и закинуло в ваши края, причём по такой же Шахте… правда, мы зовём это Каналом. Возможно, заигравшись со своими цацками, Паук нарушил что-то в здешнем мироздании. Ну, и поехало…
– Про Паука слышал, – кивнул огр. – Так ведь он уже год как дохлый!.. Нет, тут пакостит другой стервец.
– Вот теперь наша прогулка обретает смысл, – сказал Светлан, потирая руки. – Живой и конкретный. Выручить хорошего человека… тем более женщину… это вам, судари, не крестовый поход – за такое можно навалить горы трупов. Верно, король?
– Человека? – пробурчал великан.
– Тебя это, что ли, дёргает? А по мне, твоя Сола куда ближе к людям, чем те, кто её убивал. И уж друзей я выбираю не по степени родства.
– Значит, вы идёте со мной?
– Даже бежим… Хотя я не разделяю твоего нетерпения.
– Время, время! – молвил Крон гулко. – Думаешь, его много у нас? Шахты редко живут дольше суток.
– Конечно, будем спешить, раз такое дело, – кивнул Светлан. – Но без суеты, вдумчиво и планомерно. А сейчас нам пора заняться экипировкой.
– Это ещё зачем?
– Не видишь, что ли: детки растут – им нужны новые штанишки. Или хотя бы панамки – в смысле, шлемы. Не говоря уж об игрушках поострей, без которых, сам понимаешь, не жизнь.
– Тогда не тяните, да?
– Будь покоен.
Поднявшись с камня, богатырь кивнул Артуру и вместе с ним снова направился в подвал.
– Что ж ты, мой король, не поддерживаешь меня? – спросил Светлан, спускаясь по лестнице. – Думаешь, легко обламывать этот утёс в одиночку? Вставил бы и свои пять копеек. Или хотя бы грошик.
– А по-моему, мне не стоит соваться, – возразил Артур. – К тебе великан больше расположен, и твои доводы доходят до него быстрей. К тому же на тебе нет крови огров, как на мне. Я уж не поминаю любопытство, которое Крон к тебе испытывает.
– Психолог, надо же!..
– И потом, он чувствует себя твоим должником. За последние часы ты выручал Крона не единожды.
– В конце концов, кто его спас? Если б не ты, наш громила остался бы без потомства – и это при лучшем раскладе.
– Я лишь довершил начатое тобой, – пожал король плечами. – И не притворяйся, будто не понимаешь это.
Вступив в угрюмый коридор, озарённый чадящими лампами, они разыскали подходящую дверь, сколоченную из толстенных досок, обитую железом и, конечно же, запертую.
– Ключ скорее всего у кого-то из охранников, – предположил король.
– Собираешься обыскивать трупы? Я – нет.
Взрывным тычком ступни Светлан сокрушил массивный замок, и дверь отворилась с протяжным скрипом. Запалив факел от ближнего светильника, он вступил в проём.
Это и впрямь оказался арсенал – или оружейная комната, что точнее. Лат и оружия тут хранилось в достатке, но уж никак не в обилии. То есть оркам наверняка хватало, чем заменить поломанные доспехи, а вот касательно предметов роскоши…
– Что нам требуется, рыцарь? – спросил Светлан. – Тяжёлые латы вроде ни к чему, да и нет смысла их напяливать – всё равно через пару часов перерастём. Вот наплечники не помешают… наручи, поножи… Нагрудник тоже сгодится, да? Шлемы, само собой. Ну, с обувью пока терпимо – наверно, ступни разбухают не так быстро. Штанцы и впрямь стали коротки, но это переживём – лишь бы не лопнули до срока. А уж молотилки каждый выбирает на свой вкус.
– Ещё пригодились бы щиты, – напомнил Артур.
– Щиты – это твоя специализация. А я так и не научился ими пользоваться, больше полагаюсь на проворство.
Перевернув едва не всё, они подобрали-таки себе самое нужное, сработанное, правда, не из металла, но из материала сродни хитину – хотя такой чудовищной прочности, что и в современном Светлану мире вряд ли бы нашлись аналоги. Взамен своего прославленного меча, годного теперь разве для музея, Артур вооружился здоровенным секачом, не особо изящным, зато тяжёлым и на диво острым. Вдобавок к нему взял короткое копьё с широченным, как у ассегая, наконечником, двулезвийный топор страшенного размера и округлый выпуклый щит с вырезом наверху, очень удобно крепившийся к спине (хотя король при этом делался похож на черепаху). Хотел прихватить и булаву, утыканную шипами, однако Светлан отговорил: явный перебор. Сам же он ограничился вторым мечом, причудливо изогнутым, точно рог исполинского лося. А к отобранным латам прибавил боевое ожерелье, широкое и роскошное, как у древних египтян.
Нашлись тут и луки – сделанные бог знает из чего и короткие, точно у монголов, но страшно тугие. Ничего странного, если учесть, что орки намного превосходят силой среднего человека и вполне способны разорвать того голыми руками. А стрелы к этим лукам больше походили на арбалетные «болты», толстые и не слишком длинные. Недолго повозившись, Светлан соорудил две спарки, скрепив луки в трёх местах и связав тетивы, – просто на всякий случай: а вдруг потребуется оружие дальнего боя? Если по здешним стенам развешены луки, значит и стрельба не за горами.
Выбравшись из подвала по другой лестнице, рыцари внезапно уткнулись в зеркало на полстены. Выглядели они… устрашающе. Особенно, если рядом поставить нормального человека. Экзотические доспехи ещё прибавляли им своеобразия, а раздавшиеся тяжёлые плечи, накрытые словно бы черепицей из воронёной стали, смотрелись и вовсе чудовищно. И выросли оба уже футов до восьми.
– Стали руки мои, как ноги, – пробурчал Светлан нараспев, будто читал стих. И прибавил уже без всякого речитатива: – А ноги и сравнить-то не с чем – не бывает такого в обычной жизни!..
Глава 4. На штурм!
К радости Крона они покинули злосчастную, омытую голубой кровью заставу, не задержавшись ни на одну лишнюю минуту. Прежние свои латы рыцари спрятали в сторожке возле крепостных ворот, чтобы забрать на обратном пути, если повезёт вернуться. По примеру Светлана, король укрепил новые «игрушки» за спиной, оставив руки свободными.
Поделиться книгой: