Дьявольская игра

— Ее судьба в ваших руках, дорогой доктор. Я должен идти и сообщить все Джеральду Хатчинсону в Чикаго. Он работает редактором религиозных материалов «Стар ньюз» в чикагском регионе, и они с Жанет собирались пожениться в следующем месяце.

4

В конце дня специальный курьер доставил обещанные Джорджем Стенфилдом фотографии в кабинет Майка, расположенный в двух кварталах от университетской больницы. Как и говорил ее дядя, до катастрофы Жанет Берк была весьма симпатичной, если не сказать красивой, девушкой. Вместе с тем, изучая фотографии, Майк заметил, что в руках опытного специалиста по пластической хирургии ее черты могут стать действительно прекрасными. И чем дольше он всматривался в них, тем больше верил в свою способность принять этот вызов.

Когда Майк остановился у университетской больницы, чтобы провести вечерний обход перед тем, как отправиться домой, он узнал, что Жанет Берк начала дышать самостоятельно примерно через час после того, как ее перевели из отделения неотложной помощи. Ее сердце функционировало нормально, а кровяное давление после нескольких переливаний достигло обычного уровня.

Майк снял размеры с лица и головы все еще не пришедшей в сознание девушки и сделал несколько фотографий своей поляроидной камерой. Доктор Фогарти еще не приходил, но в его нейрохирургической приемной Майка заверили, что он осмотрит Жанет Берк часов в шесть, после вечернего обхода своих больных.

Через некоторое время после того, как Майк добрался до своей квартиры в Джорджтауне, у него зазвонил телефон. Звонил доктор Фогарти из нейрохирургического отделения.

— Я думал, тебе, Майк, будет интересно узнать мое мнение о мисс Берк, — сказал он. — Я только что закончил ее осмотр и взял пункцию спинного мозга.

— Что-нибудь важное?

— Она все еще находится в бессознательном состоянии, но давление в стволе спинного мозга в пределах нормы и следов крови не обнаружено.

Оба результата обнадеживали. Если бы травма головы была серьезной, давление должно было бы хоть немного повыситься. Отсутствие крови в жидкости, окружающей головной мозг, также означало, что сеть сосудов, покрывающих поверхность мозга, не пострадала от удара черепа.

— Единственное, что меня беспокоит, — добавил Фогарти, — это то, что ее сердце, по-видимому, останавливалось минут на пять. Конечно, все может закончиться хорошо, но не исключена возможность потери рассудка.

— Будем надеяться, что пройдет первый вариант. Спасибо, что ты ее осмотрел, Джон. Надеюсь, ты не оставишь ее без своего внимания в дальнейшем?

— Не беспокойся. До свидания.

Майк вошел в маленькую спальню — он использовал ее как кабинет и студию — и стал готовить каркас, или, точнее сказать, скелет, для модели головы Жанет Берк, которую он намеревался тщательно проработать перед тем, как провести хирургическую реконструкцию.

В центр доски размером десять на двенадцать дюймов Майк вертикально прибил деревянный квадрат высотой в шесть дюймов. Затем взял кусок свинцовой трубки и согнул ее в форме контура электрической лампочки с закругленным верхом и двумя вертикальными концами, которые он прикрепил по обе стороны вертикальной доски, создав таким образом прочную центральную основу, вокруг которой он мог теперь лепить форму головы.

Для лепки Майк предпочитал использовать пластилин, поскольку он не высыхал так быстро, как глина, и хорошо держал форму в течение нескольких вечеров, необходимых для создания модели. Открыв несколько упаковок, Майк скатал из пластилина заготовку длиной в шесть дюймов и укрепил ее на арматуре в том месте, где должна быть шея. Поверх он водрузил грубой формы шар, который вскоре должен был принять форму головы.

Перед тем как приступить к созданию самой модели, Майк взял две фотографии Жанет Берк из отдела кадров «Стар ньюз», одну в анфас, другую в профиль, и поставил их в рамках на небольшой стол, где они были хорошо освещены. Возле них он поместил цветную фотографию, которую ему дал Стенфилд. Фото было сделано, по-видимому, на каком-то приеме, потому что девушка была в вечернем платье. Будучи здоровой, умной и привлекательной, она никогда не могла бы стать королевой красоты в школе или колледже, но, несомненно, была заводилой.

Пока его гибкие пальцы разминали пластилин, Майк все больше и больше убеждался в правоте своего первого впечатления: если к Жанет вернется сознание, то появится замечательная возможность восстановить черты лица девушки в соответствии с классическими канонами подлинной красоты. Захваченный этой идеей, он отложил кусок пластилина и инструмент, которым разравнивал форму, и раскрыл энциклопедию, чтобы посмотреть фотографии классических греческих статуй. Он искал именно Афродиту, копию которой видел в Британском музее, для этого ему потребовалось не менее получаса. Это был созданный Праксителем бюст Афродиты — один из прекраснейших образцов греческой скульптуры.

Чем дольше Майк изучал красивую голову богини и сравнивал ее с фотографиями Жанет Берк, тем больше убеждался в том, что память ему не изменила и лицо девушки действительно соответствовало своими пропорциями лицу статуи, хотя и не было столь совершенно.

Положив книгу на стол, где стояла модель, Майк погрузился в работу, время от времени прерываясь, чтобы сравнить фотографии, свою модель и изображение бюста в энциклопедии. К десяти часам он страшно устал, но был удовлетворен тем, что его модель начинала принимать форму лица девушки, одновременно отражая уникальную классическую красоту богини любви.

Наконец, отложив инструменты для лепки, он остался вполне доволен результатами своей вечерней работы и, налив себе хорошую порцию бурбона, своего любимого виски, включил телевизор и стал смотреть одиннадцатичасовые новости, перед тем как отправиться спать.

5

— Ваша пациентка в порядке, доктор Кернз, — сказала миссис Шефтал, старшая медсестра отделения интенсивной терапии, приветствуя Майка, когда он появился на их этаже на следующее утро. — Как вы думаете, когда она придет в сознание?

— Доктор Фогарти не рискнул делать предсказания. Нуждалась ли она в помощи кардиостимулятора в течение ночи?

— Ни разу. У нее пульс такой же регулярный, как и у меня.

— Тогда я, пожалуй, выну катетер с электродом сегодня после обеда, — сказал Майк. — Приготовьте все необходимое для операции.

— Я с удовольствием отключу от нее этот монитор, — сказала сестра, — мы никогда не знаем, когда они могут понадобиться для коронарных больных. А как насчет энцефалографа?

— Я хочу контролировать биотоки мозга, пока она не придет в сознание.

В палате отделения интенсивной терапии, которую занимала Жанет Берк, Майк провел краткое обследование ее состояния и не нашел ничего настораживающего, кроме того, что девушка все еще была без сознания. Это было нехорошим признаком, и опасность возрастала с каждым часом.

Проводя обследование, он испытывал странное чувство, что, даже находясь в бессознательном состоянии, девушка понимала все, что он говорил и делал. Он даже вздрогнул, когда старшая медсестра спросила:

— У вас нет ощущения, что она уже пришла в сознание, но хочет скрыть от нас это, доктор Кернз?

— Почему вы так думаете?

— Я давно здесь работаю, и меня трудно обмануть, я уже начала сомневаться, действительно ли она та, за кого себя выдает.

— У меня только что было такое же ощущение, — признался Майк. — Я не могу понять почему. Мы, должно быть, оба ошибаемся. Есть ли какие-нибудь изменения в электроэнцефалограмме?

— Кривые биотоков мозга окрепли, но пару раз я заметила какие-то непонятные очертания.

— Я, конечно, не специалист по биотокам мозга, но только что пришел доктор Фогарти. Может быть, он нам подскажет.

— О чем это вы тут совещаетесь? — спросил Фогарти.

— Мисс Берк все еще без сознания, но миссис Шефтал и мне кажется, что она притворяется, — сказал Майк.

— Это все из-за этих волн, — объяснила старшая медсестра. — Работая здесь, на станции, я обычно слежу одним глазом за мониторами. Это уже вошло в привычку.

— Что же странного в этих волнах?

— Они отличаются от обычных биотоков мозга, но я не могу точно объяснить чем. — Вдруг голос медсестры задрожал от возбуждения. — Смотрите — их целая серия.

Оба доктора быстро обернулись и увидели кривую, двигавшуюся по экрану монитора и отражавшую токи мозга Жанет Берк. Майк сразу понял, что имела в виду миссис Шефтал: в течение примерно пяти секунд регулярный медленный ритм нормальных альфа-волн, характерных для состояния полного расслабления или дремоты, изменился, и на экране появились более частые волны меньшего размера.

— Это называется тета-ритм! — воскликнул Фогарти. — Но это особенно странно при бессознательном состоянии больной.

— Почему, Джон?

— Я не знаю. Такие явления чаще связаны с парапсихологией.

— Внечувственное восприятие?

— Это один аспект, но это очень сложный предмет, и многие врачи стараются держаться подальше от паранормальных явлений. Но нельзя отрицать, что некоторые люди более чувствительны к ментальному восприятию образов, чем другие.

— Я могу понять это на основе своего собственного скромного опыта в сфере скульптуры, — заметил Майк.

— Ты знаешь что-нибудь о биологической обратной связи? — спросил Фогарти.

— Я слышал о возможности экспериментального обучения студентов самоконтролю за такими автономными функциями, как ритм сердца, ток крови, которые, как мы привыкли считать, независимы от сознания.

— Хорошо, — сказал Фогарти. — Поскольку эмоциональное состояние в определенной степени контролирует физиологическое, многие исследователи приходят к мысли, что последнее можно изменить, или улучшить, если хочешь, контролируя первое.

— Согласен, — кивнул Майк. — Прошлым летом я провел несколько недель в Индии на семинаре по пластическим операциям, проводившимся за пять — семь столетий до Рождества Христова. Там факиры делают некоторые вещи, которые никак нельзя объяснить.

— В результате проведения одной или двух программ по парапсихологии было обнаружено, что методы биологической обратной связи приводили к резкому увеличению ментальной образности, впечатлительности, если хочешь, у наблюдаемых объектов, — сказал Фогарти, — и более того, это сопровождалось увеличением тета-ритмов на их энцефалограммах.

— Значит, Жанет Берк может испытывать появление образов или, как их еще можно назвать, сновидений на подсознательном уровне? Эти видения достаточно сильны, чтобы изменить волны электроэнцефалограммы и проявиться, как ты говоришь, в виде тета-ритма, но еще не дают ей возможности вернуться в сознание?

— Ты правильно понял урок.

— Если клетки ее мозга достаточно здоровы, чтобы воссоздать видение, почему они не могут вернуть сознание?

— Я уже говорил — это трудно объяснить.

— Ну и что мы можем предпринять?

— Если бы она обучалась биологической обратной связи, мы сумели бы это использовать, хотя я и не могу сейчас сказать каким образом. Да и она этим все равно не занималась.

— Это настолько, насколько мы знаем.

Нейрохирург посмотрел на него вопросительно:

— Что ты хочешь этим сказать, Майк?

— Судя по всему, девушка была так близка Лин Толман, что та настояла, чтобы Жанет летела на том же самолета. Она явно доверяла Жанет и предоставила ей столько информации, сколько не давала никому другому.

— Помнится, я читал в «Стар ньюз» заметку, может быть, даже написанную самой Берк, — сказал Фогарти. — Лин Толман рассказывала о проведении ритуалов поклонения Сатане с членами ее секты в Чикаго. Думаете, мисс Берк могла к ним присоединиться?

— Если судить по рассказам ее дядюшки, то конечно же нет. Хотя, будучи смышленым репортером, она могла притвориться… Нет, я в это тоже не верю. Но она должна была понимать Лин Толман, разделять ее мировоззрение, чтобы настолько приблизиться к ней.

— Это тот тип мышления, который стимулирует взрывы бомб и убийства неповинных людей? — удивленно поднял брови Фогарти. — Когда наша пациентка придет в сознание, она, вероятно, сможет рассказать много интересного.

— Скорее всего, она будет все держать в себе и изложит только в книге о Толман. И еще одно: Джордж Стенфилд думает, что это Жанет Берк убедила Лин Толман сдаться властям и свидетельствовать против членов секты. Если это так и она действительно находится в сознании, достаточном, чтобы осознать случившееся, то она, наверное, обвиняет себя в смерти Толман и испытывает при этом страшные душевные муки.

— Это может объяснить появление тета-ритма на экране энцефалографа и ее нежелание приходить в сознание, — сказал Фогарти задумчиво. — Эти парапсихологические теории, должно быть, весьма заразительны. Твои философствования заходят гораздо дальше, чем мои.

— Я не стал бы называть эту теорию моей, — признал Майк. — Около двух тысяч лет назад Платон сказал: «Чтобы голова и тело были в порядке, вы должны сначала вылечить душу». Но как снять грех с души человека, если он не хочет приходить в сознание и не дает вам возможность общаться с ним?

— Я не могу ответить, но я знаю человека, который способен тебе помочь, — сказал Фогарти. — Это профессор Рандал Маккарти из отделения хирургии. Он прошел курс парапсихологии, ему нравится возиться с паранормальными явлениями, и я знаю, он занимался какими-то таинственными вещами в этой области.

— Его, наверное, взяли на факультет, когда я был на стажировке в Нью-Йорке в прошлом году, — сказал Майк. — Я его не знаю.

— Маккарти перешел сюда около шести месяцев назад из Станфордского научно-исследовательского института, и, мне кажется, он работал в дюкской лаборатории по парапсихологии. Как я слышал, он хорошо разбирается в психотерапии, но некоторые из его методов выглядят немного странно.

— Например?

— Гипноз, слабые галлюциногены и так далее, но, думается, многое рассказываемое про него — просто слухи.

— Я попрошу Маккарти осмотреть мисс Берк, но все же хочу, чтобы ты тоже понаблюдал за ней, Джон. Мы так и будем блуждать в потемках, пока она не придет в сознание.

— А можешь ты исправить ее лицо, пока она еще находится в состоянии комы?

— Мне не хотелось бы этого делать, хотя Джордж Стенфилд, наверное, даст мне разрешение. Я почти закончил подготовку модели для операции по восстановлению ее лица, но не хочу вносить какие-либо изменения в ее облик, пока не заручусь письменным согласием.

— Даже в этом случае она должна знать абсолютно все о том, что ты собираешься сделать, — предупредил нейрохирург. — Доктрина об информированном согласии служит плохим оправданием в суде в случае иска по поводу врачебной ошибки. Пациенты всегда жалуются, что плохо представляли себе суть операции, а поскольку судьи тоже плохо в этом разбираются, то даже при наличии такого документа их симпатии остаются на стороне истца.

6

Майк позвонил доктору Рандалу Маккарти в его приемную при медицинской школе и, узнав, что тот уехал из города для участия в семинаре, попросил передать ему просьбу проконсультировать Жанет Берк на следующий день после возвращения. Около одиннадцати часов Майку позвонил Джордж Стенфилд.

— Мой дежурный репортер в университетской больнице сообщил, что, по слухам, Жанет никогда не придет в сознание, — сказал он. — Это правда?

— Больницы всегда полны слухов, мистер Стенфилд Я подозреваю, репортеры сами начали их распространять, чтобы было о чем писать.

— Может быть, вы и правы. Тема «благородной смерти» уже широко обсуждается. В воздухе запахло сенсацией. Ну а как Жанет?

— Я не отрицаю, что летальный исход возможен. Я вас уже предупреждал.

— А в остальном все в порядке?

— Я никогда не видел, чтобы столь искалеченный человек держался так хорошо.

— Но если она не придет в сознание…

— Мы обсудим это, когда это станет очевидным, — твердо сказал Майк.

— Я только что разговаривал с редактором газеты «Пост». Они намерены опубликовать завтра утром статью, где говорится, что Жанет все еще жива лишь благодаря искусственному стимулированию, и высказывается предположение, что она пожизненно может остаться неполноценным человеком.

— Вы можете положить конец некоторым слухам и даже опередить «Пост», — успокоил Стенфилда Майк. — Напечатайте мои слова о том, что я собираюсь извлечь катетер и электрод сегодня после обеда, поскольку сердце Жанет уже нормально функционирует самостоятельно и ее дыхание больше не нуждается в стимулировании. Я ожидаю, что она придет в сознание в ближайшие двадцать четыре часа.

— Мы это опубликуем. У нас еще есть время до выхода последних новостей «Уолл-Стрита», но не идете ли вы на риск, доктор Кернз?

— Я уже пошел на риск, когда решил, что у нее есть шанс выжить, мистер Стенфилд. Еще одна попытка мне не навредит.

— ФБР уже связывалось с вами?

— Нет. А зачем?

— После катастрофы они нашли чемоданчик Жанет, который был с ней в самолете. Его выбросило из переднего салона, где она сидела, и его содержимое осталось нетронутым огнем.

— Вы видели, что в нем было?

— Еще нет. ФБР его не выдает как важную улику, но из частных источников я узнал, что там записи Жанет для будущей статьи о Лин Толман и несколько кассет с записями ее интервью. В настоящий момент мой адвокат в федеральном районном суде подает прошение о передаче всего этого мне как ближайшему родственнику, и мы ожидаем, что положительное решение в нашу пользу будет принято уже сегодня вечером.

— А кто-нибудь уже востребовал тело Толман?

— Я ничего об этом не слышал. По-видимому, никто даже не хочет признать себя родственником женщины-дьявола. Пожалуйста, информируйте меня о состоянии Жанет.

— Конечно, при каждом удобном случае.