Помоги проекту - поделись книгой:
Трактир «У Огюста» был лучшим в городе. Лучшая кухня, лучшие комнаты, лучшая конюшня. Дорого, зато все действительно лучшее.
Войдя в зал, барон огляделся. Все знакомо, даже привычно. Несмотря на утро, все на своих местах. Хозяин – за стойкой, подавальщица, разбитная энергичная девушка, в зале. Четверо посетителей за столами – знакомый священник, кузнец с подмастерьем и седой путешественник в простой дорожной одежде.
Де Безье подошел к стойке.
– Здравствуй, Огюст, как твои дела? Много ли постояльцев?
– Нормально дела, ваша милость, народ любит провести вечерок в нашем заведении. Только для постояльцев сейчас не сезон, они будут ближе к осени, когда начнется торговля. Так что сейчас – увы.
– Что, вообще никого?
– Да можно и так сказать. Только вон тот, – он указал на седого мужчину, сидевшего к ним спиной.
А тот словно услышал, что речь о нем, и обернулся.
И де Безье взглянул на лицо своего сына.
Последний раз он видел это лицо два с половиной года назад. Тогда это был темноволосый, веселый юноше, едва начавший бриться. Сейчас перед ним сидел рано поседевший мужчина с лицом, изуродованным шрамом. И тем не менее это был он. Выходец из другого мира, занявший тело Жана де Безье по воле обряда замены. Долгое время этот человек был для барона немым укором, каждый взгляд на него разрывал отеческое сердце, но, в конце концов, он сумел занять в нем место, предназначенное для самых близких друзей.
– Ваша милость, – Жан обратился официально, – у меня к вам устное послание.
– Раз устное, – поддержал игру барон, – давайте поговорим на улице. Я еду по деревням, осматриваю хозяйство. Вы на лошади?
– Буду рад сопровождать вас, господин барон.
Разговор продолжился, когда де Безье и Жан выехали из города.
– Долго же ты не давал о себе знать.
– Знакомство со мной опасно, – Ажан пожал плечами, – герцог де ла Гер спокоен, пока считает, что я мертв. Если вдруг узнает правду – плохо будет не только мне. Если бы не обстоятельства, я бы ни за что не раскрылся.
– Обстоятельства, как я понимаю, зовут мадам де Ворг?
– Не только. Еще их зовут виконт Транкавель.
– А он здесь при чем?
– Когда мы виделись последний раз, виконт просил помочь решить одну опасную задачку. Только недавно, кстати, с помощью ваших гостей, я смог это сделать и даже остаться до сих пор в живых. Теперь, уже с вашей помощью, можно передать ему информацию без риска засветиться перед де ла Гером. Поверьте, это важно для страны. Да, надеюсь, вам удалось вчера напоить графиню?
– Как портовую шлюху, прости меня Господи. Бедная женщина сегодня вряд ли сможет выйти из комнаты.
– Что же, тогда вот письмо. Я прошу переписать его и от вашего имени с де Савьером направить Транкавелю. Оригинал обязательно сожгите – сохранить хотя бы кусок – легче в замке выводок гадюк завести.
– Понял, а почему через меня?
– Не хочу, чтобы он знал, что я жив, – грустно усмехнулся Жан, – там, конечно, только то, что графиня могла рассказать вчера, но виконт умница, при любом другом варианте правильные выводы сделает.
– Рад, что ты не забываешь свои обещания. Может быть, когда-нибудь выполнишь и данное мне.
– В смысле?
– Познакомишь меня с внуком.
– Выполню, клянусь, – улыбнувшись, ответил Жан, – если честно, сам по Лёне соскучился.
– По кому?!
– В моем мире это имя звучит Леонид, Лёня, так звали моего отца. Здесь он – Леон. Но сейчас пора прощаться – негоже простому гонцу долго болтать с бароном. У нас еще будет время поговорить, я не собираюсь прятаться всю жизнь.
– Еще какая помощь нужна?
– Проверить, не следует ли кто за нами. Мы избавились от одного отряда, ну, графиня об этом наверняка рассказала, но могут быть и другие. Если вчера и сегодня в Безье и соседние деревни никакие компании не въезжали – то все хорошо. Если кто-то был – хотелось бы знать.
– Договорились, проверю. Если что узнаю – вечером сообщу, все равно до завтра твоя графиня никуда не поедет. Что ж, до встречи. А знаешь, я никогда не верил в твое самоубийство. И каждый месяц переводил деньги на обезличенный счет в Военный банк. Не для тебя – вот еще, баловать, для внука. Вот документы, – де Безье передал запечатанный пакет, – распорядись деньгами, как сочтешь нужным.
– Спасибо. До встречи, барон! – негромко воскликнул Жан, разворачивая лошадь. – Поцелуйте баронессу, только не говорите, что за меня!
На следующее утро мадам де Ворг и сопровождающие ее лица выехали в Париж. Жан твердо знал, что ни один отряд их не преследует, а одиночными путниками он не поинтересовался. Что же, как говорили в его родном мире, и на старуху бывает проруха.
«Дорогой друг!
Скучая в своем поместье, мы с баронессой часто вспоминаем тебя и надеемся, что ты найдешь возможность вырваться из своей суматошной столицы и отдохнуть в нашем тихом замке.
Пока же спешу рассказать о недавно посетившей нас очаровательной женщине, некоей мадам де Ворг.
Бедняжка с двумя сопровождающими приехала к нам из Тулузы. Вообще-то ей надо было в Амьен, но по дороге на нее напали, так что она и двое ее спутников решили сделать крюк, так и оказались в наших краях.
Ты же знаешь, как мы с баронессой встречаем гостей. Почувствовав себя в безопасности, мадам де Ворг выпила немного больше, чем следовало, и рассказала интересную историю.
Она жила в Париже, муж служил у какого-то тамошнего вельможи с интересной фамилией де Шутт. И вдруг два года назад его буквально в течение нескольких дней перевели в Тулузу, и там все пошло наперекосяк.
Началось с того, что этот де Ворг в пограничном поселке Сен-Годенс, где находился с инспекцией при штабе Окситанского полка, заколол какого-то негодяя, вроде как спасая какого-то сержанта. Ну убил и ладно, бывает, но негодяй оказался не местным, вообще неизвестно откуда взявшимся, и шевалье де Ворг неделю отписывался своему начальству по этому пустяку. Было подозрение, что убитый – кастильский шпион.
Затем уже недавно, перед самой войной с Кастилией, он сообщил маршалу де Комону и графу Тулузскому, что противник будет наступать вдоль моря на Перпиньян. Только чудом наши узнали о готовящейся атаке через Пиренеи на Сен-Беа, иначе война была бы проиграна.
И уже после войны у де Ворга погиб арестованный пленник, которого также подозревали как кастильского шпиона.
В результате этих проблем муж мадам де Ворг стал нервным, постоянно устраивал бедняжке скандалы, а затем и вовсе отправил ее погостить у родителей. А по дороге на нее напали, только благодаря случайности она осталась жива. Причем напал не какой-то бандит, а целый боевой маг! Моя гостья клялась, что это правда. Да и спутники подтвердили – а ведь один из них сам выпускник Морле, представляешь?
Должен сказать, что этот рассказ потряс меня настолько, что я решился о нем написать. Быть может, это окажется тебе полезно в водовороте столичных интриг, из которого ты так не любишь выбираться.
А нам с баронессой остается надеяться, что ты все-таки решишься приехать в Безье, где тебе всегда рады.
Письмо передаю с добрым приятелем мадам де Ворг – шевалье де Савьером, лейтенантом крепости Сен-Беа, который сопровождал ее в этом тяжелом путешествии из Тулузы.
А мадам де Ворг – урожденная де Бомон, графиня Амьенская! Родная сестра Филиппа де Бомона, сослуживца нашего друга, в гибель которого до сих пор отказывается верить баронесса. Бывают же такие совпадения!»
Глава XV
Маленький отряд добирался до Парижа две недели. С погодой повезло – теплые, но уже не жаркие сентябрьские дни, солнце, спокойная дорога и, надо признать, неплохая компания.
Лейтенант – галантный молодой человек, готовый бесконечно рассказывать о магии и показывать удивительные чудеса.
Виконт – смотрит с обожанием и добровольно взвалил на себя обязанности пажа.
Да и этот Ажан особо не досаждает – старается держаться в стороне, в благородные разговоры не встревает. Только почему-то умудряется раздражать графиню самим фактом своего присутствия. Нет, это даже странно – у нее постоянно возникает желание уязвить, ужалить, лишний раз указать на его место. Никогда у нее не было такого! Подумаешь, простолюдин как простолюдин, еще и Жан, ну что может быть примитивнее. Только вот в нее, в благородную госпожу, при нем как бес вселяется. А тому хоть бы что, даже обижаться не изволит.
Но дело свое знает. Как он с теми нападавшими разделался! Однако больше всего мадам де Ворг поразило объяснение де Савьера, когда она съязвила по поводу ротозейства вояки, прошляпившего удар мага. Оказывается, тот хотел убедиться, что их хотят именно убить! Не цветы подарить, не конфетами угостить, а все-таки убить. Ну не лопух? Только как этот лопух жив остался, она так и не поняла. Хотя этого никто не понял и понять не пытался. Лейтенант, тот просто сказал, что после Сен-Беа уже ничему не удивляется. Мол, если Ажан что-то делает, значит так надо, и не приставайте, графиня, с пустяками.
Вот так, ну и где сословная солидарность?!
А еще неожиданно Ажан оказался интересным рассказчиком. После Безье они с виконтом выдвинулись вперед и до мадам де Ворг долетали обрывки его рассказа. Из любопытства подъехала ближе, да так и ехала рядом до Парижа. И в тавернах садилась за один стол, чтобы послушать историю королевских гвардейцев в выдуманной стране под странным названием Франция. Как живые представали перед ней глуповатый король, хитрый и жестокий кардинал и бесшабашные шалопаи со странными именами – Атос, Портос и Арамис.
Но больше других вниманием мадам де Ворг завладела таинственная Миледи. Пять лет прошло с тех пор, как юная графиня амьенская сбежала из родительского дома с безродным шевалье, который увлек ее рассказами о приключениях, своей таинственной и полной опасностей жизни. И, в общем, не обманул. Иногда она сопровождала мужа в поездках, где они представлялись то дворянской, то купеческой парой, а то де Ворг выступал в роли простого путешественника, купившего на время пути общество дамы с не слишком строгими взглядами на нравственность. Зачем это было надо, де Ворг не рассказывал, но ясно, что не для развлечения. Также, как, очевидно, служил он не самым мелким чиновникам. По крайней мере, от родительского гнева она оказалась прикрыта надежно.
А в рассказах Ажана Миледи твердо знала, кому служила и зачем делала, может быть, не очень благородные, но, несомненно, важные дела. Даже рассказ о ее смерти на пустынном острове не привел графиню в уныние. Она не раз слышала, как отец учил ее братьев: «Бойцов убивают, и это нормально, хотя и горько. Главное – сражаться до конца, а остальное – в руках Божьих».
Рассказ о гибели Миледи Жан закончил в придорожной таверне в поселке Этамп, что в пятидесяти километрах от Парижа. Мадам де Ворг вышла из-за общего стола и села в углу зала, сказав спутникам, что хочет побыть одна. Ее мысли еще продолжали крутиться вокруг приключений полюбившейся героини, когда в зал вошел незнакомый мужчина в пропыленной дорожной одежде. В другой ситуации графиня ни за что не обратила бы на него внимания. Но сейчас ей стало любопытно, как оценила бы его Миледи?
Итак, мужчина один, одет недорого, но при шпаге, скорее всего небогатый дворянин. Когда вошел – явно торопился, но, только взглянув на спутников мадам де Ворг, сразу успокоился, даже, казалось, расслабился. Сел в противоположном от нее углу, где достаточно темно. Оглядывает зал, но на компаньонах графини взгляд не задерживает. Вот он заметил ее, начал приглядываться. Старается делать это незаметно, но женщины такие вещи чувствуют, тут ошибки быть не может.
Подозвал трактирщика, катнул ему монету, чего-то сказал. Сделал заказ? Тогда почему заплатил до подачи? И почему трактирщик взглянул в ее сторону? Именно так делал де Ворг, когда хотел навести справки о ком-либо из посетителей таверны. Подозвать трактирщика, заплатить. И почему-то всегда трактирщики бросали взгляд на тех, о ком рассказывали.
И тут словно бес какой подтолкнул графиню. Она встала и, изображая пьяную, пошла к мужчине.
– Кого я вижу! Никак сам виконт де Шатильро! Какими судьбами?
Мужчина явно растерялся, но вколоченный намертво этикет взял свое – он встал, поклонился:
– Вы меня с кем-то перепутали, мадам де Ворг, я не виконт де Шатильро.
– Но мы знакомы? Вы же узнали меня?
Собеседник явно смутился, но быстро взял себя в руки.
– Да, я встречал вас в Тулузе, но мы не были представлены, – вновь смущение, но теперь явно наигранное, – кто я и кто вы.
В этот момент Ажан что-то быстро сказал де Савьеру и направился к графине.
– Встретили знакомого, ваше сиятельство?
– Не могу понять, господин Ажан, по крайней мере, этот господин меня знает, – пожав плечами, трезвым голосом ответила графиня.
Жан пристально посмотрел в глаза мужчине, и у того, видимо, не выдержали нервы. Откуда-то из-под полы он выхватил два шарика, мгновенно превратившихся в огненные шары. И свалился замертво – заклятье лейтенанта сработало безотказно.
– Ну, ваша милость, ну зачем же сразу так, – голос Жана был полон укоризны, – его же теперь и не спросить ни о чем.
– Как не спросить? А последний допрос зачем? А ну, давай его наверх. Эй, хозяин, быстро нам свободную комнату!
Обалдевший трактирщик даже не подумал возмущаться. Еще бы, когда по твоей таверне такая магия летает, надо быть очень покладистым, чтобы не спалили в азарте.
– Готовься, Жан, помнишь – только три вопроса.
Да, только три вопроса, и трупу безразлично, как воспримут его ответы. Можно спросить: «Кто тебя послал?», а он ответит «Человек», и все – один вопрос потерян. Не из вредности, конечно, – у мертвецов нет желаний и эмоций, просто разрушающийся мозг посчитает, что так правильно.
Тело положили на пол в комнате на втором этаже, де Савьер провел ритуал, и Ажан начал.
– Как звали человека, по приказу которого ты оказался в этой таверне?
– Идальго. – Вот так, ни имени, ни титула, но ведь и не соврал. Ладно, следующий вопрос:
– Как звучал приказ Идальго?
– Приказываю. Следовать за основной группой, убедиться в результатах их работы. В случае неудачи принять объекты под свое наблюдение. Не рисковать, кхе-кхе, – мертвец, по-видимому, сымитировал кашель собеседника, – но при благоприятной возможности ликвидировать. В любом случае о результатах доложить секретарю кастильского посольства дону Антонио де Лера, графу Нахера, – при этих словах Жан почему-то прыснул, но взял себя в руки, правда, с трудом, – представитесь ему посыльным из Севильи, вот это передадите как пароль.
В точку! Более информативного ответа нельзя было и ожидать! Теперь не облажаться бы с последним вопросом.
– Где находится вещь, которую надо передать как пароль?
– Во внутреннем кармане камзола.
Все, что могли, то узнали. Можно было бы спросить, что это за пароль, но где бы потом его искать? Тем более что пароль оказался куском простой серой ткани, не знали бы где искать – ни за что бы внимания не обратили.
Ну вот и хорошо, прямо-таки удачно, можно даже расслабиться… Ага, если бы не мадам де Ворг, вставшая перед друзьями как посланник самой судьбы.
– Кто. Такой. Идальго? – разделяя слова и глядя в глаза Жану, спросила графиня. Именно графиня – в этот момент за ее плечами чувствовались поколения ее грозных предков, мечами и кровью заслуживших этот высокий титул.
– О чем вы, ваша… – наивно попытался успокоить ситуацию шевалье, но был прерван даже не жестом – одним взглядом разгневанной женщины.
– Я тебя спрашиваю. – Мадам де Ворг вновь в упор посмотрела на Ажана.
Отвечать надо, но ведь не скажешь, мол, госпожа графиня, вы жена кастильского шпиона, по вине которого уже погибло множество ваших соотечественников, и который теперь решил стать вдовцом. Не заслужила она такого, так что надо выкручиваться.
– Ваше сиятельство, помилуйте, да откуда же мне знать? – Жан постарался выглядеть убедительно. – Вы же сами все слышали!
– Ты не спросил «кто это», значит, знал!
«Ого! Как в ее голосе уживаются лед и металл!» – удивился Ажан, но ответил, разыгрывая простодушное удивление:
– А если он не знал? Мне господин лейтенант объяснил, что при последнем допросе отвечают главное, стало быть для этого, – он указал на труп, – главным именем и было Идальго. Ну спросил бы я, он бы ответил «Не знаю» и все, один вопрос потерян. А так знаем, что это кастильцы, ваш батюшка найдет возможность прижать этого Нахера, – Жан опять усмехнулся, – и все вопросы решатся. И главное, ваше сиятельство, неужели вы можете подумать, что кто-то из нас может сделать хоть что-то вам во вред?!
Мадам де Ворг подозрительно посмотрела на внезапно ставшие предельно честными лица виконта и шевалье, не по-дворянски сплюнула и, хлопнув дверью, вышла из комнаты. Вот ведь спелись! Врут и не краснеют! Этот Ажан убедителен, но врет же, или она не женщина?! С другой стороны, в чем он действительно прав – эти трое ей точно зла не желают, а проблемы лучше решать в Амьене. И главная из них, о господи, помириться с отцом. Но это уже совсем другая история.
Глава XVI
Распростившись в Париже с де Савьером, Жан приступил к решению важнейшей для бодигарда задачи – как доставить охраняемое боди в конечную точку без повреждений. А учитывая, что целью путешествия был Амьен, в окрестностях которого кишели разбойничьи банды, дело представлялось и вовсе непростым.
Очевидным решением напрашивалось прибиться к крупному каравану, напасть на который бандиты не посмеют. А информация о таких караванах концентрируется на наемничьем рынке, а появляться там Жану нельзя – опознают влет – у этой публики глаз наметанный. И значит выход один – послать юного виконта. Пусть вспомнит цыганские навыки, потрется, поспрашивает – кто на мальчишку внимание обратит?
В общем, парижская расслабленность отрицательно сказалась на умственных способностях Ажана, и он, обрядив Шарля Сезара в одежку городского мальчишки, отправил его на рынок. Хорошо хоть проинструктировал на случай неприятностей.
Вот только неприятности себя ждать не заставили.
Пока мадам де Ворг, дорвавшись до столичной жизни, ездила по подругам в сопровождении, естественно, своего телохранителя, виконт ходил по рынку и исподволь, ненавязчиво наводил справки о крупном караване, готовящемся в ближайшее время отправиться в Амьен. Ну, это он думал, что исподволь и ненавязчиво, в чем его разубедила жесткая ладонь, схватившая за плечо.
– Так, щенок, идешь со мной. Попытаешься убежать – ноги вырву, – твердо сказал высокий мосластый мужчина, одетый во все черное, вид которого напрочь отбивал всякое желание спорить. Шарль-Сезар знал таких – этот может.
Мужчина привел его в невзрачное двухэтажное здание, расположенное прямо по соседству с Гильдией наемников, на входе которого висела неброская надпись: «Полиция». Там завел в небольшой кабинет, где имелись только стол и два стула. В углу ненавязчиво валялись старые мятые перчатки из грубой кожи, сразу же настраивавшие на грустные мысли – будут бить.
Умные инструкции Жана были сразу забыты, почему-то подумалось, что высокий титул сам собою защитит от неприятностей. В другой ситуации, возможно, так бы и случилось, но вот не здесь и не сейчас.
– Ну что, давай знакомиться, – заговорил, наконец, мужчина, сев за стол и усадив Шарля Сезара напротив, – я капрал парижской полиции Дюбуа. А ты кто такой?
– Виконт де Сент-Пуант! – выпятив грудь, гордо представился юный дворянин, начисто забыв, что одет как затрапезный уличный мальчишка.
– Да что ты говоришь?! Парень, я добр последний раз. Или ты говоришь правду, или мы прямо сейчас, вместе, терпеливо и вдумчиво, начинаем искать в этой уютной комнате пятый угол. Так как? Мне брать перо или вон те перчатки? Не люблю, видишь ли, юшку с обшлагов отмывать. – Капрал надел маску доброго дядюшки, отчего стало вдвойне страшно. – Меня матушка с детства аккуратности учила.
С трудом, но удалось собраться, вспомнить советы Ажана.
Поделиться книгой: