Помоги проекту - поделись книгой:
– Поэтому не имеет смысла его называть.
– …но, по крайней мере, я буду знать имя.
Валакар вздохнул.
– Хорошо, – медленно, взвешивая каждое слово, произнес он. – Мы думаем, это слуги Хаоса.
– Кого?
– Я назвал «имя». И лучше тебе держаться от него подальше, как ты и собирался. Если надумаешь сражаться, тогда можешь спросить меня снова, я расскажу больше, хотя мы стараемся не вмешиваться в дела людей и магов.
Правитель эльфов смотрел твердо, и Финеас понял, что не дождется других объяснений.
– А что с этой Перворожденной, Исилвен? Она в Алдеоне?
Воин покачал головой.
– К сожалению, я не смогу тебе помочь в поисках, мастер Юрато. Женщины с лунным именем нет в наших краях. Нет ее и в Иберии, где живет часть наших братьев. Вероятно, она – одна из тех эльфов-странников, которые бродят по свету, нигде надолго не задерживаясь. Отыскать ее будет трудно.
Финеас беззвучно выругался.
Ну нет, рыскать по всему миру за какой-то безвестной эльфийкой он не станет. Ты уж прости, Диар.
– Приглашаю тебя разделить с нами трапезу, мастер Юрато, также предлагаю кров и отдых. Можешь остаться в Алдеоне на несколько дней, чтобы набраться сил для обратной дороги.
– Благодарю, лорд Валакар, – поклонился Финеас.
Разочарование, видимо, сквозило во всем его облике, и эльфийский воин неожиданно улыбнулся магу в попытке приободрить.
– Поужинай с нами, мастер. И быть может, хорошие кушанья отвлекут тебя от забот, а завтрашний день принесет новую мудрость.
Надо признать, кушанья и в самом деле отвлекли темного мага. Не каждый день удается отведать эльфийской пищи. При всей легкости – никаких истекающих жиром свиных ребер или масляных гусиных лапок – она отменно насыщала и обладала изумительным вкусом. Во всяком случае, запеченная в травах рыба и тонкие хрустящие лепешки показались Финеасу настоящей амброзией. (Если, конечно, ахейцы рассказывают о своих небожителях правду.)
Его разместили в гостевых комнатах, и он отлично выспался. Мягкое полотно эльфийских простыней не шло ни в какое сравнение с гнилым соломенным тюфяком и покрывалом из грубой шерсти, которые магу предложили в последней попавшейся на дороге рыбацкой деревушке. Но задерживаться в Алдеоне Финеас не стал. Слова Валакара задели его гораздо сильнее, чем он мог представить.
Салика и благодатное Лигурийское побережье стали настоящей отдушиной. Там залечили его раны, там он обрел хрупкий покой, там его дни скрашивала Мара, по крайней мере до тех пор, пока Финеас не узнал, что она натворила. Но дом ли это? Готов ли он пролить кровь, а то и умереть ради очередного селения, встретившегося на его пути? Готов ли разбираться, что за неведомый враг объявился в тех землях, или ему все равно, лишь бы не трогали? Ответа Финеас не знал. Так же как не знал, куда ему теперь отправиться. Мысль не простиралась дальше плана «выбраться с островов на материк».
– Остановись, мастер Юрато, подожди!
Возглас догнал мага, когда он уже перебрался на другой берег реки. Оглянулся – к нему спешил золотоволосый эльф. Финеас задержал шаг.
Малдор в пару прыжков (позавидуешь тут!) преодолел разделявшую их воду.
– Мастер Финеас, мне жаль, что правитель Валакар не сумел тебе помочь. Но вдруг помогу я. За морем, на Эрине, живет одна наша сестра. Живет отшельницей, не общаясь ни с кем: ни с Перворожденными, ни с людьми. Я узнал о ней случайно, путешествуя по местам обитания сидов. Возможно, она – та, кого ты ищешь.
– А говорил, что понятия не имеешь, о чем речь! – в сердцах воскликнул Финеас.
– Я не лгал тебе, – в словах эльфа прозвучала укоризна. – Я не знаю ее имени и ни разу не видел. Но сиды упоминали о деве из народа эльфов, и я предположил, что, может быть, это и есть разыскиваемая тобой Исилвен?
Финеас задумался, кивнул.
– Благодарю, Малдор. И где она живет?
– Когда прибудешь на благословенный Эрин, найди любого из обитателей холмов и спроси его, он подскажет.
Темный маг сомневался, что сиды – если все, что он о них знал, верно – станут так запросто ему помогать. Однако ничего другого Малдор предложить не мог.
– Может, ты и о Хаосе мне расскажешь? – попробовал Финеас. – А то твой правитель был излишне скрытен.
Эльф опустил глаза:
– Прости, мастер Юрато, если лорд Валакар не счел нужным открыть тебе это, то и я не имею права.
– Ну нет так нет. Спасибо тебе еще раз, Малдор. До свидания.
– Тэнна энто лай омента! До встречи, темный маг.
Перворожденный поднял ладонь в прощальном жесте. Финеас закинул на плечо сумку и зашагал своей дорогой.
Эрин… Нет, положительно, эти острова сговорились его преследовать!
Крошечный порт встретил неласково. У сходней отчетливо пахло тухлой рыбой. Рыбаки не утруждали себя уборкой – горы чешуи и оставшихся после разделки потрохов валялись прямо на берегу. Финеас поморщился. Запахи он всегда чувствовал хорошо, еще со времен работы в алхимической лаборатории; по-другому там было невозможно – а ну как перепутаешь два одинаковых по виду состава и приготовишь вместо полезного эликсира яд.
– Чего тебе?
Бородатый пузан смотрел мрачно, изо рта несло вчерашним ромом. Сегодняшним, впрочем, тоже.
– Возьмете на борт до Эрина?
– Тебе туда зачем?
– Нужно.
– Нужно, да натужно, – проворчал пузан.
Маг начал злиться. Проделать путь в полторы тысячи миль и теперь препираться с надравшимся поутру капитаном… Зачем он вообще позволил себя втравить в эту историю? Ни денег, ни стоящей выгоды. Лишь холод, грязь, усталость и проблемы на каждом шагу. Не мог пересидеть в тихом месте и отправиться потом с любым отрядом наемников куда-нибудь в теплые края?
Не мог. И знал почему.
– Ты колдун, что ль? – спросил бородач, оглядывая притороченные к поясу мешочки и посох за спиной – в чехле, но с характерным утолщением наверху. – Ладно, залазь на посудину, разберемся.
– Спасибо, – буркнул маг.
Морское путешествие выдалось тяжелым. Дожди заливали палубу суденышка, которое отправилось в плавание от скоттишских берегов. Управление погодой к числу умений Финеаса не принадлежало, поэтому пришлось мокнуть вместе со всей командой. В Уладе, куда сначала прибыл их кнорр, Финеас не нашел никаких следов Перворожденной. Область была полностью занята людьми, сиды давно покинули ее, так что и спрашивать оказалось не у кого. Поболтавшись пару дней в порту, темный маг вновь взошел на палубу того же судна – на сей раз оно собиралось в Лейнстер.
И вот тут ему повезло.
Земли Лейнстера, гораздо более пустынные, являлись давним пристанищем обитателей холмов. Сойдя на берег, Финеас понял, из-за чего. Холмы врастали в местный пейзаж неотъемлемой частью. Волнистым ковром они покрывали этот край, превращаясь во внушительные горы на горизонте.
Переночевав в крошечном постоялом дворе, следующее утро маг посвятил расспросам, а днем отправился в путь. До наступления сумерек ему предстояло пройти немалое расстояние.
С каждой полумилей домишек и возделанных полей становилось все меньше, наконец они исчезли совсем. Безлюдные равнины и взгорья, устеленные кустарником и начавшей жухнуть травой, густые рощи… Но безлюдные не означало «необитаемые». И Финеас шел вперед, надеясь, что с наступлением вечера загадочные жители Эрина выйдут на поверхность.
Луна взошла, расчертив холмы молочными дорожками, и где-то вдалеке послышался звонкий, певучий смех – будто зазвенели бубенцы на браслетах юных пейзанских танцовщиц. Маг остановился. Смех не приближался и не отдалялся, лишь временами становился приглушенней. Он зашагал на звук.
Высокий пригорок – определенно это должно быть тут. Но «бубенцы» внезапно смолкли, напуганные вторжением чужака. Постояв на вершине и ничего не дождавшись, Финеас задействовал магию. Есть! Кто-то есть рядом. Он открыл рот, чтобы позвать спрятавшихся обладательниц звенящих голосов, и… еле успел пригнуться, пропуская меч, свистнувший над головой.
Эсток вылетел из ножен мгновенно, на ходу столкнулся с длинным зазубренным кинжалом. Прежде чем маг успел хотя бы увидеть, кто перед ним, они уже обменялись с соперником несколькими ударами. Ш-ш-шах! Вш-шир-р! Нападение справа, замах слева… Затем на Финеаса вдруг навалилась жуткая дремота, веки падали, не желая оставаться открытыми, руки с трудом удерживали оружие. Волшба! Сверхусилием он отогнал сон прочь и задействовал один из амулетов – теперь усыпительные чары были не страшны.
– Стой! – крикнул маг, отбивая очередной удар противника. – Да погоди же! Ты кто такой вообще?!
Неясная фигура сбоку прекратила движение, замерла. И Финеас впервые смог разглядеть нападавшего. Мужчина с гривой огненно-лисьих волос и золотым ожерельем на шее; таким же пламенем сверкали его глаза – ярким и ослепляющим. На ногах в свете месяца отблескивали сандалии из светлой бронзы. Сид.
– Я Беленус! Великий воин фейри. И ты стоишь на моем холме!
Точно сид. По слухам, лишь они отличались еще большим высокомерием, нежели Перворожденные. О заносчивости и чванливости обитателей холмов рассказывали все встречавшиеся с ними люди. Как, впрочем, и об их добродушии и приветливости по отношению к тем, кто пришелся этому народу по душе.
– Я знаю, – продолжал восклицать сид, – Ты пришел, чтобы похитить мою прекрасную Тристу, но я не дам свершиться сему злу!
При этих словах за его спиной вновь послышался журчащий смех.
– Нет же! – возопил Финеас – Я пришел не за твоей Тристой! Не сомневаюсь, что она прекрасна, но она мне не нужна.
– Да? Не за ней?
В тоне сида отчетливо слышалось разочарование. Еще бы, срывалась такая драка.
– А чего ж ты тогда здесь делаешь? – спросил он с неожиданной деревенской сварливостью, упирая руки в бока.
– Мне нужна помощь.
Финеас опустил меч, показывая, что намерения его мирны и чисты.
– Моя?
– А хоть бы и твоя. Меня зовут Финеас Юрато, и я ищу Перворожденную по имени Исилвен. Говорили, в ваших краях живет одна эльфийка. Вроде как отшельница.
Лицо огнегривого сида просветлело.
– Лунная дева? Есть такая. Да только… – Он прищурился, блеск его глаз немного приутих. – Зачем мне о ней тебе рассказывать? Вдруг ты со злобой пришел или с бедой какой, а, темный маг Финеас?
Стоп! Как он сказал? Лунная дева… Сердце мастера Юрато дрогнуло.
– Беленус, поверь…
– Беленус, великий воин, – поправил сид.
Финеас вздохнул.
– Беленус, великий воин, поверь, никакого злого умысла я не несу. Ты умеешь читать прошлое?
Огнегривый кивнул.
– Тогда прочитай его, я откроюсь.
Темный маг убрал меч в ножны и шагнул вперед. Сид, помешкав, все-таки последовал его примеру. Он встал спереди, коснулся головы Финеаса двумя пальцами и посмотрел магу прямо в глаза. Финеас почувствовал, что проваливается в забытье, и в последнее мгновение ясного рассудка успел закрыть все уголки памяти, оставив только битву в Салике.
Прошла минута или две, а может, целый час – Финеас не знал. Просто вспыхнуло вновь сознание, и вот он опять стоит на холме возле сверкающего фейри.
– Ты сказал правду, – в раздумье протянул Беленус. – Что ж, тогда, если у тебя есть какой-нибудь дар для нас, я помогу.
Дар? Финеас мысленно хлопнул себя по лбу. Сиды обожают подарки, как же он об этом забыл.
Видя его сконфуженную физиономию, Беленус хитро подмигнул.
– Однако ты неплохо сражался и этим доставил мне радость. Зачтем в качестве дара, пожалуй.
Маг перевел дух. Рассчитывать на подобную щедрость со стороны сида он не мог. Этот парень определенно ему нравился.
– А ты точно не за Тристой? – Огнегривый взглянул на мага с подозрительной обидой. – Она у меня красавица. Неужели никогда о ней не слышал?
Финеас испугался, что сейчас сид придумает новый повод для драки, и поспешил заверить, что красота великолепной Тристы наверняка может угробить любого смертного, но так уж получилось, ему, Финеасу, судьбой предназначена другая девушка. Какая именно, уточнять не стал, но Беленус успокоился – сид явно любил романтические истории.
– Лох Тей, – промолвил он.
– Что?
– Лох Тей, озеро меж гор. Там живет твоя эльфийка.
– И как туда попасть?
– Сейчас никак. Ты переломаешь себе ноги, попытавшись добраться. Все проходы завалены огромными камнями, это в свое время сделали мы по просьбе Лунной девы. Отправляйся, когда рассветет, я подскажу дорогу.
– А пока переночуй в нашем сиде, храбрый маг, – послышался звенящий голосок откуда-то из темноты и снова рассыпался разноцветными хрусталиками смеха.
– Благодарю, прекрасная фейри, с твоего позволения я проведу ночь снаружи, как подобает настоящему воину, – отозвался Финеас, силясь, но так и не сумев разглядеть смешливую девицу.
Еще не хватало попасть внутрь холмов-сидов, в честь которых и назвали целый народ. Очутишься в таком и застрянешь на десятки лет – а покажется, что прошел всего один день. Или зайдешь в одном месте, а выйдешь совсем в ином, и дай небеса, чтобы это место было в нашем мире.
Беленус посерьезнел, нахмурился.
– Наверное, ты захочешь узнать, – проговорил он. – Город, который ты показал мне в своей памяти, известная в девяти морях Генуя и весь тот край… захвачены. Войско крылатых созданий и солдат с отнятой душой заняло все побережье. И вряд ли они остановятся на этом.
Внутри все прихватило льдом. Салика… мэтр Лидио…
Поделиться книгой: