Помоги проекту - поделись книгой:
1) 8 августа года 1347 наша добрая королева Жанна распорядилась учредить в Авиньоне публичный бордель, а также приказала, чтобы занятые там девицы не ходили по улицам, а оставались в борделе, а чтобы их можно было узнать, они должны носить на левом плече красный бант.
2) Если какая-либо девица нарушит это правило и будет упорствовать в своем нарушении, то тогда ключник или сторож проведут ее по городу с барабанным боем и с красным бантом на плече, а затем водворят ее обратно в бордель и прикажут не покидать его под страхом наказания: она будет высечена в борделе за первое нарушение и публично наказана кнутом и изгнана из борделя за второе.
3) Наша добрая королева распорядилась, чтобы этот бордель был построен на улице Сломанного Моста вблизи монастыря братьев августинцев, что у ворот Святого Петра. Выход должен быть на улицу, а дверь постоянно заперта, чтобы юноши не проникали в бордель без позволения настоятельницы или домоправительницы, ежегодно назначаемой директорами. В обязанность домоправительницы входит хранение ключей. Она также обязана говорить молодым людям, чтобы они не пугали девиц, каковым обязана дать знать, что в случае плохого поведения им не дадут выскользнуть из борделя, но передадут в руки сторожей.
4) Королева приказала также, чтобы каждую субботу настоятельница и хирург, назначенный директорами, по одной осматривали женщин борделя, и если какая-то из них заразилась болезнью из-за своего распутства (в тексте – блядства), то ей запретят впредь заниматься проституцией во избежание заражения недугом молодых людей.
5) Если какая-то из девиц борделя забеременеет, то пусть настоятельница не допустит выкидыша и даст знать директорам о том, что надо позаботиться о ребенке.
6) Пусть настоятельница прилежно следит за тем, чтобы ни один посетитель не входил в бордель в пятницу и воскресенье Страстной недели и на Пасху под страхом изгнания и публичной порки.
7) Королева приказала, чтобы допущенные в бордель девицы воздерживались от ссор, зависти, драк и воровства и жили между собой дружно, как сестры. В случае же каких-либо разногласий им следует обратиться к настоятельнице и слушаться ее указаний.
8) Если в борделе случится воровство, то пусть настоятельница полюбовно уговорит виновницу вернуть украденное или возместить его стоимость. Если же виновница откажется это сделать, то на первый случай сторож должен высечь ее в борделе; если же девица попадется на воровстве еще раз, то палач должен наказать ее кнутом публично.
9) Настоятельница не имеет права впускать в бордель евреев; если же какой-либо из них сумеет пробраться внутрь и лечь с девицей, то его следует заключить в тюрьму, предварительно кнутом прогнав его через весь город.
Дискриминация евреев, установленная в статье девятой статута, отражает господствовавшее в то время отношение к этому народу. По распоряжению Людовика Святого, обнародованному в 1269 году, евреи были обязаны носить «изображение колеса, вырезанное из пурпурной шерстяной ткани и нашитое на одежду на верхней части груди и между лопатками…». В 1498 году в Авиньоне еврея могли принародно выпороть за то, что он вошел в публичный дом. Несмотря на эти судебные запреты, высшие иерархи католической церкви и аристократы часто прибегали к услугам еврейских врачей, зная их высокую квалификацию и навыки. В свите Карла Великого было двое еврейских врачей.
Ношение опознавательных знаков профессиональными проститутками – либо по официальному распоряжению, либо по традиции – не ограничивалось Тулузой или Авиньоном. В ветхозаветной истории об Иуде упомянут костюм проститутки. Тамара, сноха Иуды, решила, несмотря на свое вдовство, забеременеть и родить детей. Она «сняла с себя вдовьи одежды и покрылась вуалью и завернулась в накидку и уселась на видном месте. Увидевший ее Иуда подумал, что она проститутка, ибо покрыто было лицо ее». Последовавший диалог Тамары и Иуды проливает свет на существовавшие в то время двойные стандарты полового поведения. Тамара, для того чтобы свекр не разуверился в ее маскараде, заявила ему, что в награду за услугу хочет получить деньги. В залог исполнения ее требования Иуда дал ей печатку, браслеты и посох. Очевидно, что в те времена общение с проституткой не наносило ущерба репутации мужчины, так как Иуда послал своего друга с платой к этой блуднице. Отказ от обещанной платы был бесчестьем, и Иуда не на шутку встревожился, узнав, что проститутка ушла, так как «будет бесчестьем, если мы не отдадим ей оговоренной платы». Двойной стандарт проявляется, когда Иуда узнает, что его сноха беременна. Он приказывает сжечь ее за безнравственность, но она предъявляет ему залоги.
Моисей боролся с проблемой венерического заболевания, гонореи, с помощью строгих законов против безнравственности. Наибольшее внимание он уделял нравственности еврейских женщин, хотя терпел присутствие чужеземных проституток – моавитянок и сириек. Этих «чужеземных женщин» не допускали в города до правления Соломона, но они тем не менее ставили свои палатки на оживленных дорогах. Проституцию они совмещали с мелочной торговлей. Эти женщины, несмотря на библейское происхождение, были такими же вздорными, такими же мерзкими и алчными, как любая современная проститутка. Во времена царствования Соломона Иерусалим был буквально наводнен проститутками. Самсон, прибыв в Газу, поселился в доме терпимости. Основа сюжета этой ветхозаветной истории – его роковое знакомство с одной из проституток – Далилой.
СРЕДНЕВЕКОВЫЙ ДОМ ТЕРПИМОСТИ
Театр на открытом воздухе занимает третий этаж «Сводов». Актрисы завлекают мужчин на улице перед дверями своих жилищ
У древних греков закон предписывал куртизанкам носить пестрые одежды, но запрещал алые и пурпурные тона, а также ношение драгоценностей. У греческих куртизанок было модно осветлять волосы или носить льняные парики. В поздний период греческой истории этой моде стали следовать и другие женщины, не бывшие куртизанками. Говорят, что в Риме проститутки отличались от добродетельных матрон изяществом одежды и толпами сопровождавших их поклонников. Только в XVI веке главный церковный совет Милана определил, какую одежду должны носить проститутки.
У греков конца классического периода проституция стала настоящим общественным институтом. Греческие жены жили дома, им не разрешалось появляться на играх и в театре, в общественных местах они были должны покрывать свои лица. Жены были необразованны и не могли интеллектуально удовлетворять мужей. Уделом греческих женщин было деторождение. Для того чтобы расслабиться и отдохнуть душой, греческие мужчины ходили к куртизанкам. Куртизанки высшего разряда были искушенными мастерицами, умевшими ублажить и развлечь мужчину. Куртизанки участвовали в публичных мероприятиях, и следовавшие за этим сцены распутства нельзя судить с точки зрения нашей сегодняшней морали. Сократ не испытывал ни малейших угрызений совести, посещая Аспазию, приехавшую из Милета и устроившую в Афинах дом терпимости. Сократ даже давал ей философские советы о том, как наилучшим образом управлять этим учреждением. Впоследствии Аспазия возымела такое влияние на Перикла, что вынудила его развестись с женой. Перикла обвинили в том, что он позволяет куртизанке править Афинами, используя свое влияние. Общество объединилось в своей ненависти к Аспазии. Перикл начал терять свой авторитет. Аспазию обвинили в нечестии и привлекли к суду. Перикл собирался выступить на суде в ее защиту, но перед судьями его красноречие иссякло. Он смог лишь прижать Аспазию к груди и расплакаться. Аспазия была по суду оправдана и вскоре вышла замуж за богатого торговца зерном.
Высокое положение, какое занимали в обществе некоторые греческие куртизанки, не прибавило престижа этой профессии. Обычные проститутки, как и во все времена, оставались злобными и мерзкими. Аспазия и другие куртизанки такого типа занимали по отношению к прочим проституткам такое же привилегированное положение, какое занимала любовница Людовика XV мадам дю Барри по отношению к проституткам более позднего периода.
АПЕЛЬСИНОВЫЕ ДЕВОЧКИ
Картина Хогарта «Веселая публика» не так откровенно демонстрирует связь между театром и проституцией, как это сделано на предыдущем рисунке. Апельсиновые девочки торгуют своими прелестями одновременно с апельсинами. Нелл Гвинн, содержанка Карла II, которой, не стесняясь, аплодировали за ее высказывания о своей профессии, была одно время апельсиновой девочкой, а затем актрисой театра Друри-Лейн
У греков не считалось зазорным иметь дело с проституткой; напротив, в Риме соитие с проституткой считалось супружеской изменой и наказывалось по закону. До самого упадка Римской империи ни один известный человек не заходил в публичный дом, не прикрыв лица. Так поступал даже дегенерат Калигула. Но, несмотря на законы и запреты, проституция в Риме процветала. Терпимость к проституции поощряла преступную супружескую неверность. Попрание законов самими императорами развращало простых граждан, приводило к упадку нравственности. Переставали действовать законы и обычаи, поддерживавшие хотя бы видимость целомудрия и уважения к брачным обязательствам. Половая распущенность в Греции поддерживалась традицией и касалась только мужчин; в Риме, с вырождением законов и обычаев, половая распущенность коснулась обоих полов. У греков проститутка могла подняться до высот верховной власти, как это произошло с Аспазией; в Риме же даже высокородная матрона могла деградировать до уровня уличной проститутки. Имя Мессалины, жены императора Клавдия, дошло до наших дней, став символом женского распутства.
В римской распущенности было нечто монументальное, нечто внушающее трепет. Пиры были обильными, роскошными, экстравагантными и чувственными. В общественных банях, отличавшихся великолепными архитектурными формами, в интимной близости мылись представители обоих полов. Но среди всего этого блистательного порока средние проститутки оставались такими, какими они были во все времена и эпохи. К тому же грязные девицы были переносчиками венерических болезней. Обычные римские проститутки работали под низкими арками, покрывавшими проходы вдоль общественных зданий и частных домов. Вонь, поднимавшаяся из этих проходов, вошла в пословицы. Арочные переходы, своды, по-латыни называются fornices, откуда английское слово fornication – «прелюбодеяние».
На болоте римской безнравственности выросла христианская религия. Первоначально ее возвышение не было искажено позднейшим богословием. Последователи раннего христианства являли образцы добродетели – милости и братства всех людей. Языческие философы учили добродетели и восхваляли красоту. Они убеждали людей следовать в своих поступках разуму; но для них добродетель, красота и разум были интеллектуальными качествами. Их надо было познавать, как познают науки в процессе школьного образования. Но очень немногие люди способны усвоить интеллектуальные качества; массы остаются к ним равнодушными. Христианская религия учила добродетели, основанной на любви. Это не только и не столько интеллектуальное качество; это эмоция, свойственная любому человеческому существу. Религия взрастала, но в течение первых двух с половиной столетий сохраняла свою первоначальную чистоту. Христиан преследовали, но эти преследования только укрепляли страстную веру и религиозный энтузиазм. К исходу III столетия христианство стало признанной в Риме религией, но, став признанной религией, оно переняло очень многое у самих римлян.
В христианстве целомудрие является религиозной добродетелью. В течение первых двух с половиной веков христианства среди последователей этой религии было много мужчин и женщин, которые, стремясь к религиозному совершенству, воздерживались от брака и жили не только в целомудрии, но и в половом воздержании, подвергая себя строгому суровому самоотречению. Эти ранние христиане на деле следовали заповедям своей религии; конфликты вначале были редки, они не погружали в отупение верующих, не побуждали их к отступничеству из-за иссушающих дебатов по поводу богословских тонкостей. Но концепция целомудрия оказалась слишком идеалистической; на практике люди не могли ей следовать. В своем энтузиазме великие религиозные пророки недооценили силу полового инстинкта.
Половой инстинкт невозможно искоренить. Он является таким же основополагающим, как инстинкт самосохранения. Возможно, он еще более фундаментален. Половой инстинкт вплетен в ткань человеческого характера. При попытке подавить инстинкт уродуется и искажается характер. Избавиться от него невозможно. С другой стороны, силу полового инстинкта можно направить в другое русло, в русло творческой работы, созидательного труда. Великие реформы и великие дела не совершают бесполые существа, лишенные мужественности. Великие дела являются результатом конверсии или сублимации мощного полового инстинкта. Святому нужна немалая толика воинственности для того, чтобы решиться на подвиг мученичества, и мужество он черпает в своем половом инстинкте. Ранние христиане сублимировали свой половой инстинкт в энтузиазм, с которым они распространяли свою новую религию. Но со временем это подвижничество начало терять первоначальный пыл. Половой инстинкт остался, осталось и понятие о религиозном целомудрии, которое начали путать с безбрачием. Давление вытесненного инстинкта заставило сосредоточить внимание на воздержании и безбрачии. Под уродующим влиянием богословской интерпретации главной добродетелью религии становится целомудрие. Вся нравственность сосредоточилась на сексе. Идеалом целомудрия стала не чистота супружеских отношений, но полное подавление половой стороны человеческой природы. Делом религии стало искоренение естественного влечения. Если для полового инстинкта не находится выхода – либо естественного, либо сублимированного, – то он приводит к странным изменениям в характере людей. Попытка искусственного подавления полового инстинкта напоминает воздействие пальца на капельку ртути. Нажатие не может разрушить шарик, но может сильно его деформировать.
Одним из самых странных проявлений подавленного полового инстинкта стало отшельничество святых. Мужчины и женщины оставляли свои дома, покидали жен и мужей и вели бессмысленную жизнь отшельников и пустынников. Многие ранние христиане жили, соблюдая истинное безбрачие, но они жили в общине, вносили свою лепту в ее единение и сохранение. Удалившиеся в пустынь святые, движимые аскетическим безумием, мучимые инстинктом, который они пытались подавить, отвергали мир и обрекали себя на одинокое существование. Прячась от мира, они вели борьбу со своим инстинктом.
Они подвергали себя безумным пыткам, чтобы ослабить соблазнительные видения, возникавшие перед их взором. От тщетности таких попыток у отшельников возникали видения; пустынники называли их искушениями. Эти несчастные создания, жертвы дразнивших их инстинктов, доходили в своем неприятии мира до того, что отказывались мыться и бриться. Чистота тела рассматривалась как вызов чистоте души. Это отношение лучше других выразил святой Иероним: «Разве кожа ваша грубеет от отсутствия мытья? Кто омылся кровью Христа, тому не нужна вода». Святой Антоний никогда не опускался до того, чтобы мыть ноги. Эти нелюдимые, смердящие и истощенные эгоисты, лишенные знаний, патриотизма и естественных привязанностей, проводившие свою жизнь в нескончаемой череде бессмысленных и отвратительных самоистязаний, стали святыми христианской религии. Они стали образцами ложного понимания целомудрия и извращения полового инстинкта. Эти мужчины и женщины, покрытые омерзительной пленкой засохшей грязи, загнанные в угол отчаянием перед владевшими их умами инстинктами, представляются нам церковью как примеры, коим следует подражать. Их целомудрие считалось предпочтительнее вступления в брак. В качестве компенсации за мучения они надеялись на спасение и вознаграждение в ином мире.
Святой Симеон Столпник являет собой примечательный пример пустынника-анахорета. Он так тесно обвязал тело веревками, что они впились в плоть, и она омертвела в местах сдавливания. В гниющих язвах на ногах поселились черви. В течение года, что святой Симеон простоял на одной ноге, рядом с ним находился помощник, который подбирал с земли упавших с язв червей и возвращал их на прежнее место, а святой говорил червям: «Ешьте пищу, данную вам Господом». По смерти Симеон был объявлен святым высочайшего ранга и примером для подражания другим отшельникам.
Жизнеописание одной из отшельниц, святой Марии Египетской, проливает свет на отношение ранних христиан к проституции. Проститутка могла искупить свой грех и стать христианской, ведь Христос простил Магдалину. Мария тоже была проституткой, но раскаялась. Зосиме она призналась, что семнадцать лет занималась проституцией в Александрии. Обратившись в истинную веру, она наняла судно до Иерусалима и оплатила проезд своим телом. Свой грех она искупила отшельнической жизнью в глухих лесах. Сорок семь лет она странствовала по лесной глуши, покрытая только черной грязью и седыми волосами. К таким вот актам благочестия приводит извращенный половой инстинкт.
Христианская концепция целомудрия, подчеркивавшая важность раннего непорочного брака, могла бы стать социальным заслоном на пути распространения венерических болезней. Она могла бы спасти римскую цивилизацию и уберечь мир от мрака Средневековья. Но искомая чистота была невозможна и противна человеческой природе, построенной на основании пола. Извращения, возникавшие из-за попыток подавить половое влечение, деморализовали общество. Богословы попытались найти выход из этого тупика. Богословская концепция морали и нравственности по-прежнему была сосредоточена вокруг половых отношений. Половое воздержание считалось предпочтительнее брака. Все половые отношение, за исключением тех, что непосредственно вели к деторождению, считались греховными. Но грех может быть прощен. Простительный грех был предпочтительнее, нежели деморализация, вызванная невыносимым для нормального человека подавлением инстинкта. Богословы начали искать доводы, оправдывавшие проституцию. Блаженный Августин пишет: «Искоренение проституции и подавление капризных вожделений опрокинет общество». Таким образом, по блаженному Августину, проституция является стражем нравственности.
В Средние века на хорошо подготовленную почву упали семена еще одного ложного убеждения, вероятно пришедшего от арабов. Согласно этому убеждению, от воздержания возникают болезни. Страх перед тем, что от воздержания может начаться «разложение плоти», был использован для обоснования и рационализации поведения многих средневековых клириков. При вере в то, что воздержание приводит к заболеванию, проститутки стали считаться профилактическим средством от «разложения плоти». Служанок в домах средневекового духовенства держали, как говорили тогда, не «ради удовольствия, но для того, чтобы обильная субстанция не пала жертвой разрушения, ибо дьявольские болезни в противном случае начнут множиться среди почтенного духовенства». Эта концепция о нездоровых последствиях воздержания в несколько модифицированном виде бытует и по сей день. Это мнение разделял и такой поборник умеренности, как Бенджамин Франклин. Современное знание показало всю ошибочность этого средневекового предрассудка, но оно изменило фундаментальный характер полового инстинкта не больше, чем христианская религия. Если ранний брак невозможен, то предупредить половой промискуитет или извращение полового инстинкта можно, только обеспечив его сублимацию. Наши школы и колледжи постепенно приходят к осознанию важности здорового соперничества в учебе и спорте для создания такого выхода.
В XI или XII веке проститутки сначала организовались в довольно рыхлые объединения «странствующих жен и девиц», промышлявших на ярмарках и при церковных советах, и только потом была создана более респектабельная система борделей. Самая первая такая система была создана знаменитым афинским законодателем Солоном в 594 году до н. э., но к VI веку н. э. пришла в полный упадок. Воссоздание борделей в Европе иногда происходило под контролем церкви, а публичные дома со своих доходов платили церковную десятину. Этот контроль не означал одобрения проституции, но был лишь попыткой контролировать и регулировать промысел, считавшийся неизбежным злом. В 1321 году один английский кардинал приобрел бордель, объявив это приобретение пастырским пожертвованием.
Со временем духовенство окончательно перестало каким-либо образом законодательно вмешиваться в проституцию, оставив всякие попытки ее регулировать. Со временем церковь потребовала, чтобы в отношении проституции вообще не было никаких установлений – законодательных или иных, и на деле перестала признавать проституцию как профессию. Но ни отказ регулировать деятельность проституток, ни отрицание их существования не могло положить конец этому явлению. Надо, однако, добавить, что ни законодательный контроль, ни изоляция, ни медицинские осмотры не смогли обуздать проституцию как источник венерических заболеваний. С проституцией боролись всеми мыслимыми и немыслимыми средствами, но так как она – неотъемлемая часть цивилизации, то, вероятно, проституция будет существовать и дальше до тех пор, пока цивилизация сохраняется в ее современном виде.
В христианских странах нападки на проституцию значительно варьировали в зависимости от нравственности правителей. Проституция уцелела во всех превратностях своей судьбы. В V веке император Юстиниан вознамерился упразднить публичную проституцию. На сводников и содержателей публичных домов были наложены строгие наказания, но к самим проституткам закон относился весьма снисходительно. Юстиниан допускал браки добропорядочных граждан с проститутками, поощряя подданных своим собственным примером. Жена императора, императрица Феодора, как говорят, была проституткой, и при этом блистательной и умной женщиной. В ее лице мы видим покончившую со своим ремеслом проститутку, которая пыталась реформировать проституцию. Эта реформация оказалась такой же неудачной, как и все прочие. Феодора приказала выстроить на южном берегу Босфора тюрьму, больше похожую на дворец, и в течение одной ночи распорядилась заключить туда пятьсот арестованных константинопольских проституток. С женщинами обращались очень хорошо, они ни в чем не знали отказа, но в это их убежище был закрыт доступ мужчинам. Многие женщины в отчаянии покончили с собой, а остальные вскоре умерли от скуки и раздражения.
УЛИЧНЫЕ ПРОСТИТУТКИ
В XIII веке французский король Людовик IX издал эдикт, согласно которому все проститутки и все лица, живущие за счет проституции, должны быть изгнаны из королевства. Многие женщины легкого поведения были схвачены и заключены в тюрьмы или высланы за границу. Завсегдатаев домов терпимости охватила паника, и поначалу казалось, что мера имела успех. Но через месяц на место изгнанных проституток явились новые, неведомо откуда явившиеся девицы. Декрет был отменен. Проституция была восстановлена в правах, но под полицейским надзором. Как это часто случается, когда регулировать грязное дело принимаются государственные учреждения, их сотрудники немедленно разлагаются. В 1635 году во Франции снова был принять закон о запрете проституции, на этот раз еще более жестокий. Всех мужчин, получающих доходы от проституции, закон осуждал на пожизненную каторгу на галерах, а всех проституток следовало высечь, обрить наголо и без суда и следствия выслать прочь из страны. Закон спровоцировал сведение личных счетов; мужчины, желавшие отомстить своим бывшим любовницам и содержанкам, могли теперь обвинить их в проституции. Но ряды проституток не поредели из-за строгости закона. Ордонанс, запрещавший проституцию, сохранял силу до XVIII века, когда по высочайшему распоряжению канадским колонистам были навязаны в жены парижские девки легкого поведения.
Нет никакого смысла перечислять здесь все тщетные потуги ликвидировать проституцию. Последствия таких попыток стереотипны: официальный надзор, медицинские осмотры и изоляция в домах терпимости оскорбляли моралистов и оказывались неэффективными. Недостаток кадров тотчас восполнялся притоком новых проституток. Ни одна из попыток обуздать проституцию не смогла надолго с нею покончить. Предлагалось великое множество «решений», но все они оказались несостоятельными. Сегодня проституция – такая же проблема, какой она была всегда. Проблемой проституции занимается целая секция Лиги Наций.
Не подлежит никакому сомнению роль, которую играет проституция в распространении венерических болезней. По различным оценкам можно считать, что около восьмидесяти пяти процентов проституток страдают сифилисом. Отсюда не следует, что все они повинны в распространении болезни, так как по прошествии трех или четырех лет опасность заражения становится меньше. Но все упирается в тот факт, что треть проституток – девицы молодого возраста – являются наиболее вероятным источником инфекции, а это не делает общую картину лучше. Роль проститутки в распространении венерических болезней можно уподобить роли домашних мух в распространении других инфекционных заболеваний. Сифилис возникает у проститутки не сам по себе, так же как бациллы брюшного тифа не сами по себе возникают на лапках мух. И проститутка, и муха получают инфекцию от контакта с источником болезни. То есть они являются ее переносчиками. К несчастью, намного легче истребить мух и уничтожить грязь, на которой к ним липнет инфекция, чем реформировать проституцию и ликвидировать ее социальную и экономическую базу. Проституток вполне справедливо обвиняют в распространении венерических болезней, но не одни они в этом виноваты. Один из самых омерзительных фактов, который заставляет проституток плакать и быть предельно циничными, заключается в том, что между проституткой с одной стороны и добропорядочной женой с другой стороны находится связующее звено – мужчина. Он переносит болезнь от первой ко второй и обратно. Это он создает проститутку, это он ее заражает, это он издает направленные против нее законы, и это он переносит сифилис от проститутки своей жене и детям.
По достаточно дорогой цене можно купить любой, самый запретный и незаконный товар, будь то проститутки или наркотики, если на них есть спрос. Было бы более логично – и мудро – нанести удар по спросу на проституток, нежели по их предложению. Это было бы полной противоположностью нынешним методам борьбы с проституцией. К человеческим вожделениям и слабостям можно и должно относиться снисходительно, но нельзя так относиться к холодным и расчетливым действиям, особенно если они направлены на получение прибыли. Поставщика наркотиков карают намного строже, чем покупателя или потребителя наркотиков. Вероятно, эта разница обусловлена тем, что поставщик создает и поддерживает спрос на наркотики. Закон в первую очередь наказывает проститутку, а не мужчину, каковой является ее сообщником в удовлетворении половой похоти, ибо, по аналогии, считается, что мужчина действует под влиянием вожделения, спровоцированного проституткой. Есть, конечно, разница между неестественной, искусственной тягой к наркотикам и естественной и спонтанной тягой к противоположному полу. Если выразиться мягко, то можно сказать, что мужчина возлагает вину на проститутку для того, чтобы прикрыть свое собственное лицемерие. Он делает это для того, чтобы выставить себя мучеником, жертвой в лапах коварной Цирцеи, которая превращает его в товарища по несчастью свинопаса Сифилоса.
БЕНДЖАМИН ФРАНКЛИН О ПЛАВАНИИ
Из рекламы книги советов, написанной Франклином
В качестве средства от проституции и сифилиса предлагались ранние браки. В большинстве случаев мужчины заболевают сифилисом в возрасте от двадцати до двадцати шести лет. Максимум заболеваемости приходится на двадцать три года. Мужчины страдают сифилисом в два-три раза чаще, чем женщины. Таким образом, сифилисом чаще всего заболевают молодые неженатые мужчины. Именно для них проститутки являются основным источником инфекции. В сообществах, где традиционно практикуют ранние браки, мало проституток и низка заболеваемость сифилисом. Однако по экономическим, образовательным и социальным причинам в большинстве развитых стран ранние браки становятся все большей редкостью. В результате удлиняется возрастной период, опасный в плане сифилитической инфекции.
Существует хорошо обоснованное убеждение в том, что в настоящее время искоренить проституцию невозможно. Неудачи социальных методов борьбы с венерическими болезнями не мешают решать их проблему независимо от проблемы проституции. Надо попытаться выделить медицинскую нить из запутанного клубка морали и нравственности. Первый и решающий шаг в этом направлении – увидеть, что это такое, – увидеть в венерических болезнях не проблему нравственности, а проблему санитарии и социальной гигиены. Дело в том, что для венерических болезней медицина сегодня может предложить то, что она редко может предложить, – одновременно и профилактику и излечение.
Часть пятая
ИСКУССТВО ВРАЧЕВАНИЯ
Глава 12
Хромой, расслабленный и слепой
На первый взгляд для лечения болезней используются весьма многочисленные и самые разнообразные методы, но если разобраться, то все они являются вариациями трех основных, базовых методов. Первое: лечение верой; второе: гигиеническое лечение; третье: лекарственная терапия.
В случае лечения верой врач пытается устранить болезненное состояние средствами воздействия на разум и сознание больного. Ранние и средневековые христиане практиковали лечение верой, когда изгоняли дьяволов и бесов, которые, по их мнению, были причиной болезни, и в практике этой христиане следовали принципам, известным еще первобытным народам. Тот же принцип взят сегодня на вооружение христианской наукой и другими школами религиозного исцеления. Тем же, по сути, занимаются психоаналитики и последователи первооткрывателя самовнушения Эмиля Куэ.
Второй метод, гигиеническое лечение, основан на признании того факта, что организм излечивает себя сам; если процесс идет успешно, то больной выздоравливает. При таком подходе задачей врача является создание условий, способствующих самоизлечению организма больного или облегчению его состояния. К таким методам относится отдых, солнечные ванны, купания, свежий воздух и диета; кроме того, сюда же можно отнести введение антитоксинов и сывороток.
Третье средство лечения, лекарства, является реликтом традиционных знаний о свойствах ядов. Как медикаменты лекарственные средства могут использоваться с несколькими разными целями. Врачи назначают лекарства как противоядия или как средства, специфически противодействующие развитию болезни. В наши дни, например, для лечения малярии применяют хинин, а для лечения сифилиса – сальварсан. Лекарства можно давать также для устранения симптомов. Например, опий используют для устранения боли. Лекарства можно применять также для стимуляции ослабленных функций – например, каломель, как слабительное, при запорах.
В разные времена, на различных стадиях цивилизации, по преимуществу использовался один из этих трех методов. На низших ступенях цивилизации, как правило, первостепенное значение имеет лечение верой, в то время как на высших ступенях развития цивилизации чаще прибегают к гигиеническому лечению, дополняя его лекарственной терапией. Лечение верой характерно для первобытных, пропитанных суевериями обществ, и за пять веков до наступления нашей эры это был основной способ лечения самых разнообразных недугов. В V веке до н. э. к гигиеническому лечению стали прибегать греки, сочетая его с назначением лекарств. Когда же стала влиятельной христианская религия с ее мистицизмом, преобладающим снова стало лечение верой. Оно обладало преимуществом перед другими способами лечения в течение тринадцати столетий. В тени лечения верой продолжала сохраняться и лекарственная терапия, которая получила толчок к дальнейшему развитию в эпоху Возрождения. Религиозные способы лечения верой постепенно уступили место лекарственной терапии, но приход гигиенических методов лечения запаздывал. При этом лекарственная терапия, появившаяся в эпоху Возрождения, не была рациональной. Применявшиеся в то время лекарства были по большей части бесполезными, а зачастую и просто вредными. Растущая вера в лекарственное лечение и, соответственно, угасание надежды на лечение верой шли рука об руку с падением уважения к религии. Однако не основанный на логике выбор лекарств и иррациональная вера в их эффективность соответствовали эпохе фанатизма, из которого очень медленно вырастала современная цивилизация с ее свободой личности.
Постепенно накапливались знания, позже организованные в систему, которую мы сегодня называем наукой. Снова возобладало гигиеническое лечение, а лекарственная терапия заняла по отношению к ней подчиненное положение. Такого состояния дел наша цивилизация достигла лишь к концу XIX века. Но, несмотря на прогресс науки, несмотря на ее успехи, лечение верой сохранялось и сохраняется до сих пор в некоторых немедицинских культах. Крупицы содержащейся в лечении верой истины постепенно включаются в современную медицину. Со временем все три метода лечения сольются, и возникнет рациональная практическая медицина, обладающая комбинированными средствами лечения человеческих недугов и страданий.
Первобытный человек видит в болезни проявление сверхъестественных сил. Для него причиной болезни является демон; в некоторых случаях враги рода человеческого насылают на людей болезни, пользуясь магией и колдовством. Болезнь может возникать под влиянием злых духов – иногда это духи мертвецов, иногда животных, а подчас и растений. Делом знахарей и шаманов было изгнание демонов, нейтрализация колдовства вражеских сил и умилостивление мертвых. Для достижения этой цели шаманы отвлекали внимание больного от страданий, внушали ему веру в выздоровление, а затем вручали ему амулет для того, чтобы он постоянно напоминал об эффективности исцеления. Для того чтобы поразить воображение больного и привлечь внимание к лечению, шаман часто наряжался в фантастические одеяния. Иногда шаман наряжался в шкуры животных. Например, целитель становился похож на огромного медведя, стоящего на задних лапах. Одетый в шкуру целитель или шаман неистово плясал, размахивал трещотками. После окончания сеанса шаман вручал больному амулет или талисман, отгонявший демонов. Шаман сообщал больному о каком-то фетише, о предмете, которого следовало избегать, о какой-то определенной пище, которую следовало исключить из диеты. Кроме того, шаман мог предписать исполнение каких-то ритуалов при входе или выходе из хижины. Амулеты, фетиши и гротескные формы поведения были призваны укреплять уверенность в эффективности лечения. Методы, использовавшиеся для лечения больных шаманами, знахарями и первобытными целителями, по сути ничем не отличаются от поведения любящего отца, увидевшего, что его дитя ударилось головой об стол. Отец может потрясти перед глазами малыша своими карманными часами, состроить уморительную гримасу или сделать какое-нибудь смешное движение, чтобы отвлечь ребенка и заставить его забыть о боли.
ВРАЧЕБНЫЙ КОСТЮМ 20 000 ГОДА ДО Н. Э.
Рисунок на стене пещеры Труа-Фрер в Арьеже (департамент Пиренеи, Франция), сделанный кроманьонским художником двести веков назад. Это первый, из известных, портрет врача
Лечение верой в том виде, в каком его практикуют в наши дни, отличается от лечения верой среди первобытных народов только своей формой. Воющий и пляшущий шаман далекого прошлого и тихий современный целитель из христианской науки используют в лечении одни и те же базовые принципы. Этот принцип заключается в привлечении внимания больного, завоевании его доверия и внушении ему веры в выздоровление или даже веры в отсутствие болезни. Надо честно признать, что таким способом действительно можно исцелить одни болезни или, по крайней мере, временно облегчить симптомы других. Больного побуждают к самоизлечению или избавлению от неприятных симптомов, как избавляется от боли, забывая о ней, ребенок, наблюдающий забавные выходки папы. Ключевой момент здесь – внушение уверенности больному, он должен искренне уверовать. Никакое лечение верой не может быть эффективным для больного, находящегося в бессознательном состоянии или страдающего умственной отсталостью. Только самые грубые формы лечения верой оказываются эффективными у детей. До какой степени может быть эффективной вера в таком исцелении, можно проиллюстрировать тем фактом, что, как говорят, святой Иларион в IV веке отважно исцелил взбесившегося верблюда, а епископ Лозанны однажды отлучил от церкви всех майских жуков своего прихода.
У лечения верой множество названий. Противники называют его суеверием; сторонники – психотерапией, наложением рук, хиропрактикой, психоанализом или христианской наукой. К этому списку можно добавить «веру во врача», внушавшуюся старыми семейными врачами два поколения назад. Большая часть их лекарств служила амулетами и фетишами, напоминавшими больным о вере в исцеление. Независимо от названия, все формы лечения верой схожи между собой по сути, и все они берут начало в медицине первобытных дикарей.
От лечения верой нельзя отмахнуться, как от пустяка. Оно может быть опасным, но оно же может оказаться и целительным. Опасность возникает в тех случаях, когда лечение верой начинают применять при тех болезнях, при которых оно не приносит никакой пользы, при которых опоздание с квалифицированным вмешательством может привести к инвалидности или к смерти. Если же лечение верой применяют разумно и в меру – что случается, к сожалению, очень редко, – то оно может принести несомненную пользу. Основа лечения верой – влияние психической деятельности на телесные функции. Психическая деятельность – функция головного мозга, и посредством его психическая деятельность сообщается со всеми частями тела посредством нервных путей, идущих от мозга к телу и от тела к мозгу. Деятельность каждого органа контролируется и направляется нервной системой. Она управляет движениями рук и ног, секрецией слюны, колебаниями органного кровотока, частотой дыхательных движений и сердечных сокращений, температурой тела и всеми прочими функциями. Болезни проявляются нарушениями тех или иных телесных функций. У больного поднимается температура; но это лишь симптом болезни. Температура повышается оттого, что определенный участок мозга заставляет сузиться кожные кровеносные сосуды. Тем самым уменьшается теплоотдача и в организме сохраняется больше тепла, что и приводит к лихорадке. Из-за сужения кожных сосудов кожа становится холодной; отсюда ощущение зябкости и озноб. Потом сосуды расширяются и озноб сменяется ощущением жара. Под воздействием токсинов болезни мозг и нервная система вызывают симптомы озноба и лихорадки так же, как они вызывают бледность лица у человека, испытывающего страх. Озноб при заболевании, по сути, ничем не отличается от дрожи и озноба, вызванных страхом. В обоих случаях «гусиная кожа» возникает вследствие сокращения мелких кожных мышц, поднимающих волосы на теле в попытке уменьшить потери тепла организмом. У человека подъем волос на теле не так заметен, как у животных; поэтому человек не ощетинивается, а покрывается гусиной кожей. При лихорадке происходит повышение частоты сердечных сокращений. Считая пульс, врач может оценить степень лихорадки. Сердце, кроме того, начинает биться чаще от сильных эмоций.
Паралич конечности может быть симптомом серьезного заболевания, но парализовать человека может страх; человек может онеметь или ослепнуть от ужаса. Понос – это тоже симптом заболевания, но и он может сопровождать сильные эмоции. Например, у английского короля Якова I понос возникал всякий раз, когда расстраивались государственные дела. Избыточное отделение слюны может быть симптомом болезни, в то время как при лихорадке возникает ощущение сухости во рту, а слизистая оболочка может потрескаться. Но избыточное выделение слюны может начаться, если человек просто подумал о вкусной пище, а пересохнуть во рту может и от страха. Об этом красноречиво говорит стакан воды, который обычно ставят перед человеком, выступающим с трибуны. Перед началом выступления он пьет, чтобы смочить рот, пересохший от страха, а потом пьет, чтобы смочить рот, пересохший от долгой речи. Сухость во рту, вызванная страхом, в прежние времена использовалась как тест на виновность. В рот подсудимому насыпали муку. Если он был невиновен и не испытывал страха, то слюна смачивала муку, она превращалась в комок и подсудимый легко ее глотал. Если же во рту было сухо от страха, то подсудимый давился мукой, которую не мог проглотить. Рвота может свидетельствовать о заболевании, но может возникать от страха или от отвратительного запаха. Давление крови может постепенно повышаться с возрастом из-за склероза почечных сосудов, но может повыситься и от волнения, когда врач накладывает на руку больного манжетку, чтобы его измерить. В крови больного диабетом содержится слишком много сахара, который из-за этого проникает и в мочу. Сильные эмоции при невозможности активного действия могут временно вызывать те же симптомы. Например, такое можно наблюдать у запасных игроков, сидящих за боковой линией во время матча, или у студентов во время трудного экзамена.
С симптомами многих болезней можно бороться с помощью влияния нервной системы на телесные функции. Раздражение или депрессия могут стать причиной нарушения пищеварения, желтухи или общего упадка. Испуг вызывает сердцебиение; деловые неприятности могут вызвать сердечную недостаточность. В разрушенных землетрясением городах находили трупы людей, не получивших никаких физических травм. Современные хирурги с большой осторожностью относятся к больным, которые уверены, что не смогут перенести операцию и умрут. Напротив, больной, страдающий неизлечимым раком, приходит в хорошее настроение и начинает набирать вес после назначения нового патентованного лекарства. Доходит до того, что такие люди выступают с сообщениями о своем исцелении, хотя вскоре снова худеют и умирают от рака. Известно множество случаев, когда люди, страдавшие одной лишь депрессией, точно предсказывали дату своей смерти. Так, например, доктор Джон Биллингс сообщает об одном офицере, получившем легкое ранение в сражении при Геттисберге. Этот сильный человек мощного телосложения впал в депрессию и с самого начала твердил, что умрет. Этот офицер действительно умер на четвертый день после ранения. На вскрытии обнаружилось, что все органы были в порядке, а рана была слишком легкой, чтобы причинить смерть.
ОДЕРЖИМОСТЬ БЕСАМИ
Миниатюра Ландсберга
Боль, являющаяся главным субъективным симптомом болезни, представляет собой всего лишь ментальное ощущение. Человек, впавший в неистовую ярость, не испытывает боли от ран и начинает чувствовать боль только после того, как утихает его гнев. Тот же человек может испытывать мучительный страх, сидя в приемной стоматолога. Ранние христиане, когда их жгли на кострах, спокойно показывали своим товарищам, ожидавшим своей очереди, обожженные руки, желая сказать, что не испытывают боли. Их анестетиком был религиозный экстаз, помогавший многим фанатикам безболезненно подвергать себя невероятным самоистязаниям.
Серьезнейшие расстройства телесных функций можно наблюдать при болезни, называемой истерией. «Гистерос» по-гречески значит «матка». Древние греки считали, что первопричина болезни гнездится именно там. Таким образом, греки на двадцать пять веков опередили Фрейда с его взглядами на подавление полового влечения и вызванные этим неврозы. Классические примеры истерии можно наблюдать у женщин-святых, подверженных демонической одержимости. В средневековой Франции разразилась настоящая эпидемия инкубов. Инкуб – это дьявол в образе мужчины, лишающий девственниц их целомудрия. Соответственно, суккуб – это дьявол в образе женщины, лишающий невинности мальчиков. Мужские демоны были более разнообразны и изобретательны, нежели демоны в женском обличье. На одного мальчика, сознававшегося в том, что на него напал суккуб, приходилось два десятка девочек, представлявших свидетельства изнасилования и довольствовавшихся объяснением, что это сделал дьявол. Папа Иннокентий VIII издал специальную буллу, в которой снабдил верующих эффективной молитвой, помогающей изгнать инкуба. Многие женщины, большинство которых – монахини, признавались в том, что были объектами скандального насилия со стороны дьявола, и от его прихода не помогали ни пост, ни молитва, ни духовные упражнения. В 1637 году в Париже состоялась публичная дискуссия на тему о том, могут ли инкубы оставлять по себе потомство. Главная причина такой дискуссии заключалась в том, что женщины, верившие в то, что на них напал дьявол (не считая тех случаев, когда женщина просто хотела скрыть более мирские отношения), демонстрировали зримые следы дьявольской бессердечности и жестокости. На грудях таких женщин появлялись синяки, напоминавшие формой копыта. Эти следы появлялись там, где дьявол наступал на тело. В то время эти следы считались бесспорным доказательством того, что женщины подвергались насилию, но дело в том, что такие же следы обнаруживаются и в наши дни на теле девочек, страдающих истерией. Больные истерией непроизвольно и непреднамеренно имитируют симптомы физических страданий, чтобы привлечь внимание, вызвать сочувствие или избежать неприятной ситуации.
Типичными симптомами истерии являются паралич конечности или хромота. Конечность может причудливо деформироваться вследствие непроизвольного сокращения мышц или, наоборот, безвольно повиснуть в вялом параличе. Истерики могут неметь и слепнуть, страдать извращением чувствительности. Часто таких больных преследует упорная рвота, они теряют аппетит и худеют. Истеричные женщины могут воображать себя беременными, и у них действительно появляются все признаки этого состояния. У них прекращаются менструации, появляется молозиво, по утрам их рвет, происходит увеличение живота. Все это продолжается до срока родов, а после этого психика больной переключается на какое-либо иное проявление основной болезни. Говорят, что такая ложная беременность была у Марии Кровавой, дочери короля Генриха VIII, сестры королевы Елизаветы. Даже у женщин, не страдающих истерией, страх беременности может на короткое время задержать наступление очередной менструации. У некоторых, обладающих излишне развитым воображением людей может развиться ложное бешенство. Истинная водобоязнь развивается от вируса, содержащегося в слюне бешеных животных. Водобоязнь неминуемо заканчивается смертью, и некоторые люди испытывают перед ней невероятно сильный страх. При укусе даже здоровым животным воображение жертвы разыгрывается настолько сильно, что появляются симптомы страшной болезни при отсутствии самой болезни. Такие больные могут преувеличивать симптомы, впадают в неистовство, начинают лаять и кусаться, как собаки, хотя такие симптомы никогда не встречаются при истинном бешенстве. Настоящее бешенство невозможно вылечить никакими современными средствами, но ложное бешенство легко поддается лечению верой. Больная совесть может иногда вызвать симптомы гонореи, причем зачастую только микроскопическое исследование позволяет сказать, нужно ли в данном случае вмешательство венеролога, или можно обойтись исповедью.
Истерия встречается очень часто. Среди истериков масса хромых, парализованных и слепых; они ходят по врачам, не получая никакой помощи, но зато часто становятся разительными примерами блистательных способностей целителей, практикующих лечение верой. Исцеленные затем начинают воспевать своих целителей, увеличивая их популярность. Лишь сравнительно недавно медицина занялась пристальным изучением этой группы больных, которым не помогают ни таблетки, ни эликсиры, ни диета, ни физкультура. Лечение солдат, страдающих военными неврозами, являет собой пример ментальной терапии, проведенной по строгим медицинским правилам. В результате психологических исследований лечение верой переходит из рук шарлатанов и фанатиков в руки врачей. Лечение верой постепенно приобретает научную основу.
КОСОЛАПОСТЬ В РЕЗУЛЬТАТЕ ИСТЕРИИ
Деформацию стопы исследовали пять хирургов, заявивших, что случай не поддается лечению (в XVIII веке такие деформации было невозможно исправлять хирургически). Стопа приняла нормальную форму после того, как женщина излечилась от истерии
Но не все больные, поддающиеся лечению верой, страдают истерией. Можно привести множество случаев, когда прикованные к постели больные ревматизмом, не способные сделать ни шагу, снова начинают ходить под влиянием сильных потрясений – например, если в доме случается пожар. Ревматизм, которым страдают эти калеки, поначалу был реальной болезнью, но, проведя в постели долгие годы, такие больные начинают искренне верить в свою инвалидность даже после улучшения состояния. Они потеряли веру в себя. Несколько лет назад незначительные аварии на железной дороге часто приводили к возникновению у жертв тугоподвижности в спине. Заболевание даже получило название «вагонной спины». Болезнь неизменно излечивалась, как только железнодорожная компания выплачивала ущерб. Никакие другие средства таким больным не помогали. В конце концов была выявлена чисто психологическая причина заболевания, компенсацию перестали выплачивать, и теперь эта болезнь больше не встречается. Люди, у которых от тревоги или неудовлетворенных желаний возникают нарушения пищеварения, застой желчи или меланхолия, немедленно излечиваются от этих телесных страданий, как только исчезает тревога или удовлетворяются желания. Ностальгия и любовные неврозы являются реальными заболеваниями, единственными средствами лечения которых является поездка домой в первом случае и женитьба – во втором.
Практически всякое воздействие на организм порождает ответную реакцию. Головной мозг влияет на телесную активность, а телесная активность, в свою очередь, оказывает влияние на головной мозг. Меланхолическое состояние души может привести к желчной колике, а желчная колика может привести к меланхолическому расположению духа. Болезнь может возникнуть в психике или в теле. Психика и тело связаны настолько тесно, что иногда трудно определить, где на самом деле гнездится болезнь. Целители, практикующие лечение верой, убеждены, что болезнь всегда начинается в психике, и часто доводят это убеждение до фанатизма. Врач обычно убежден в том, что любая болезнь имеет физическую природу, и с презрением смотрит на так называемые воображаемые болезни, которые тем не менее очень реальны для людей, страдающих ими.
Главная трудность возникает из факта произвольного различения телесных и психических функций. Но психика и тело – отнюдь не две отделенные друг от друга сущности. Головной мозг – это такой же телесный орган, как печень или сердце. Мозг, так же как и печень, зависит от слаженной работы всего организма, так же нуждается в тепле и питании. Печень после стимуляции вырабатывает желчь, сердце после стимуляции начинает сильнее качать кровь, а мозг после стимуляции секретирует мысли. Может показаться, что мозг и нервная система, поскольку они координируют функции всех частей тела, играют более важную роль, чем все остальные органы. Однако в действительности это не так. Функция головного мозга – сознание и разум – зависит от его внутренней работы, так же как функция любого другого органа зависит от происходящих в нем жизненно важных физико-химических процессов.
Издревле люди ложно приписывали определенным органам несвойственные им метафизические качества. У героев гомеровских поэм душа находилась в печени, героини романтической литературы прятали душу в сердцах, современные верующие христиане считают вместилищем души головной мозг. Даже в шекспировские времена источник половой страсти помещали в печени. Когда Форд спрашивает Пистоля: «Любишь мою жену?» – тот отвечает: «Люблю всей печенью, сгорающей огнем». В современной литературе вместилищем нежных чувств является сердце. Отсюда «разбитое сердце», «мое сердечко», «святое сердце» и вся символика Дня святого Валентина. Несмотря на это аллегорическое возвышение, сердце – это всего лишь полый мышечный орган, качающий кровь, – и ничего более.
В представлении многих людей кровь обладает особым значением для человека. Кровь – это реальное и окончательное связующее звено, объединяющее людей «одной крови». В обыденном сознании возникновение болезней ошибочно связывают с «дурной кровью». В действительности единственная особенность крови состоит в том, что это жидкая ткань, причем, если можно так выразиться, наименее живая из всех тканей. Это всего лишь среда, которая разносит газы и питательные вещества от одних частей тела к другим. Врачи, первыми занявшиеся переливанием крови, задавались вопросами, которые отчетливо показывают, какие особые свойства приписывали крови. Бейль, например, очень хотел знать, не изменится ли темперамент реципиента после переливания и не превратится ли собака в овцу, если перелить собаке овечью кровь. Один немецкий хирург предлагал переливание крови между супругами, чтобы примирить их в случае ссоры. Хирург предполагал, что если несовместимым супругам взаимно перелить кровь, то они приобретут общие личностные черты и общие интересы.
СВЯТОЙ ГВАЛБЕРТ ОСВОБОЖДАЕТ БОЛЬНОГО МОНАХА ОТ ВСЕЛИВШЕГОСЯ В НЕГО ДЬЯВОЛА
Даже телесным выделениям приписывали аллегорические свойства. Например, пот, выступающий на лбу, – благороден, а пот на ногах – омерзителен. По сути и слезы и слюна секретируются однотипно устроенными железами, но слезы проливают из нежных чувств, а слюной презрительно плюются.
Ни один орган тела не является исключительным или независимым; все они зависимы и работают в согласии друг с другом. При расстройствах функций тех или иных органов возникают характерные нарушения, и эти нарушения затрагивают все органы, которые зависят от функции пораженного органа. Если развивается сердечная недостаточность, то у больного возникает одышка и отеки ног, нарушается кровоснабжение мозга, что может привести к потере сознания. Ни один из этих симптомов прямо не указывает на болезнь сердца как на их причину. Утрата сознания, одышка и отеки могут возникнуть и при поражениях, затрагивающих только головной мозг. Разницу может уловить только опытный врач. Врач исследует функцию сердца, выслушивает тоны и шумы, определяет размеры и конфигурацию органа, оценивает правильность и регулярность пульса. Если врач обнаруживает отклонения в деятельности сердца, то он начинает лечить этот орган. Но может случиться и так, что больной уверен, что у него болит сердце, хотя на самом деле симптомы обусловлены заболеванием желудка. В таком случае воспаленное воображение может породить и дополнительные симптомы. Опытный врач после обследования может сказать больному, что с сердцем у него все в порядке. Если больной верит врачу, то все симптомы могут исчезнуть. В таком случае установление диагноза само по себе уже является излечением. Чаще, однако, пациент сохраняет уверенность в том, что у него болит именно сердце. Это убеждение лишь укрепляется после консультаций у многочисленных врачей, которые не хотят с ним соглашаться. Наконец, больной попадает в руки целителей верой или вступает в члены последователей какого-либо исцеляющего культа. После этого «болезнь сердца» проходит как по мановению волшебной палочки.
Все болезни можно разделить на три категории: первая – это болезни исключительно ментальные; вторая – болезни телесные, но склонные к самостоятельному излечению; и наконец, третья – это телесные болезни, которые не проходят самопроизвольно. От восьмидесяти до девяноста процентов всех болезней принадлежат к первой и второй категориям. Человек с истерическим параличом конечности, насморком, люмбаго или с болью в животе от переедания может вылечиться после визита к целителю верой, к хиропрактику или в результате приема какого-либо патентованного средства, состояние больного улучшится, если не считать его психической неустойчивости. С другой стороны, такие болезни, как дифтерия, малярия, сифилис, рак, диабет, туберкулез, пернициозная анемия, не поддаются ни исцелению верой, ни хиропрактике, ни психоанализу. Для их излечения необходимо вмешательство квалифицированного врача. Обычно у опытного врача из всех его больных насчитывается десять – двадцать процентов пациентов, которым он реально может спасти жизнь. Эти больные умрут, если обратятся к целителям верой. Но для остальных восьмидесяти – девяноста процентов исцеление верой будет эффективно. Более того, когда приверженцы исцеления верой серьезно заболевают, то они, как правило, забывают о своих убеждениях и обращаются к врачу.
Убежденность в возможность исцеления верой основана на свидетельствах. Нет ничего более ложного и ошибочного, нежели рассуждения, приводящие к выводам, которые делают несведущие в медицине наблюдатели. Они, как правило, впадают в логическую ошибку, которая в философии называется
Когда-то существовала ныне забытая форма исцеления верой, сеансам которой предшествовало некое подобие медицинского обследования. Это «королевское прикосновение» при золотухе и эпилепсии. Золотуха – это воспаление шейных лимфатических узлов туберкулезной этиологии. Со временем, однако, золотухой стали называть любую припухлость в области шеи, каковая считалась придворными врачами достойной лечения королевским прикосновением.
Согласно преданиям, практика лечения прикосновением восходит к английскому королю Эдуарду Исповеднику. О нем рассказывают следующее: «Одна молодая женщина вышла замуж за человека одного с нею возраста, но так как брак оставался бесплодным, то соки, накапливаясь, привели к отеку на шее, где появились язвы и ужасная припухлость желез. Во сне женщина увидела, как король омывает ей больное место. Она явилась во дворец, и король исполнил свое служение любви, прикоснувшись омытыми водой пальцами к шее больной женщины. Исцеляющая рука короля привела к радостному выздоровлению, припухлости вскрылись, из них истек гной и гнездившиеся в язвах черви. Но устье язвы осталось открытым и уродовало красоту женщины. Король велел женщине остаться во дворце на содержании королевской казны до полного выздоровления. Не прошло и недели, как язва заросла новой гладкой кожей, не оставив и следа изъязвления. В течение года женщина родила близнецов, преисполнившись восхищения перед святостью короля Эдуарда». Другими словами, женщина представила свидетельство своего исцеления.
Эта чудесная способность излечивать наложением рук, как полагали в то время, была унаследована потомками Эдуарда, но позже эти действа стали считать частью божественного права королей. Практика прикосновения к золотушным язвам превратилась в разработанную до мелочей церемонию. Собравшихся больных осматривали придворные врачи, отправляя прочь тех, кто не годился для августейшего лечения. Больных, отобранных для лечения, заставляли поклясться, что никогда прежде они не лечились прикосновениями, – очень важный факт для придания королевскому прикосновению уникального характера. Страдальцы, допущенные к королю, получали церковное благословение, король касался их язв, а потом на шею исцеленным вешали золотую монету. Эта монета была аналогом дикарского амулета и, вероятно, мощным фактором сохранения практики. Расходы на такие монеты временами доходили до 50 тысяч долларов в год, и при королеве Елизавете достоинство пожалованных больным монет был уменьшено.
КОРОЛЬ ЭДУАРД ИСПОВЕДНИК ЛЕЧИТ НАЛОЖЕНИЕМ РУК И МОЛИТВОЙ
С гравюры по рисунку Ганса Бургкаймера. Согласно преданиям, именно этот король начал лечить золотуху – язвы туберкулезной этиологии на шее – королевским прикосновением
Не все короли верили в эффективность своих прикосновений. Яков I хотел отменить эту практику, но его убедили не делать этого из политических соображений. Вильгельм III выразил свое отношение к действу словами, которые он произносил, накладывая руки на больного:
«Пусть Бог наградит тебя здоровьем и здравым смыслом». В конце концов он отказался от наложения рук, за что прослыл жестоким. Последней августейшей особой, занимавшейся прикосновениями, была королева Анна. После ее смерти практика эта была оставлена. Одним из последних больных, удостоившихся королевского прикосновения, был Сэмюель Джонсон; в то время ему было четыре года, и, по свидетельству Босуэлла, золотухой Джонсон страдал всю жизнь.
Королевские прикосновения практиковали не только в Англии; этим занимались и французские короли. Так, Людовик XIV однажды во время Пасхи прикоснулся к язвам 1600 больных. Правда, один честный комментатор утверждал, что ни один из этих больных не исцелился. Так же как и в Англии, каждый больной получал за королевское лечение плату. С практикой королевских прикосновений во Франции было покончено незадолго до французской революции.
Чем более распутным был король, тем большую исцеляющую силу приписывали его прикосновениям. Карл II был одним из самых занятых целителей. Даже в тот период, когда он находился в изгнании в Нидерландах, его постоянно осаждали больные. В один из дней 1684 года толпа жаждущих исцеления была так велика, что в толчее насмерть задавили шесть или семь человек. Стоит по этому поводу заметить, что в эпоху Карла II от золотухи умерло больше больных, чем когда-либо в английской истории.
Кроме того, английские короли раздавали «противосудорожные кольца», которые использовались как средства против судорог и припадков. Генрих VIII сохранил эту практику даже после своего отложения от католической церкви. Сохранилось письмо Анны Болейн, в котором говорится о раздаче колец: «Господин Стивенс, я посылаю противосудорожные кольца для Вас, господина Грегори и господина Питера. Молю вас раздать их так, как вы сочтете наилучшим.
В эпоху Средневековья лечение верой достигло такого размаха, какого оно не знало с первобытных времен. То была эпоха веры, период строительства грандиозных соборов, но одновременно период грязных домов, богословского фанатизма и опустошительных эпидемий. Христианские суеверия распространились по всей Европе. Во время и после упадка Римской империи искусство лечения болезней, разработанное греческими врачами, было забыто под влиянием христианства. Грекам удалось покончить с жреческими исцелениями и убедить римлян отвернуться от множества исцеляющих богов и домашних средств и обратиться к рациональной медицине. Однако под влиянием христианства рациональная терапия, основанная на наблюдениях у постели больного, сменилась лечением верой, столь же грубым и суеверным, как у первобытных народов.
Ранние и средневековые христиане приняли учение об участии демонов в жизни людей; сила демонов выражалась в том, что они могли причинять болезни. Люди верили в чудеса и в чудесные исцеления от недугов. Демонологические верования христиан были унаследованы от евреев, которые были твердо убеждены в существовании демонов и в возможности «одержимости» ими. Логическим следствием явилось лечение с помощью изгнания бесов. Такое лечение практиковал и сам Иисус. Следуя его примеру, христиане повсеместно изгоняли бесов. Иудейская демонология сохранилась среди евреев, принявших христианство, что способствовало широкому распространению веры во вмешательство сверхъестественных сил в человеческие дела. Ничто так не замедлило развитие научной медицины за последние две тысячи лет, как железная хватка богословия, которое поддерживало лечебную практику, основанную на вере в сверхъестественное происхождение болезней.
Поделиться книгой: