Античная лоция Черного моря

– Я не понимаю, – сказала Мин, готовая заплакать.

– Позвольте мне объяснить вам по-другому, золотая моя. Вашего драгоценного Уильяма следует взять под арест за то, что он натворил, но я собираюсь помочь ему в этом деле. Не в моих интересах, не в ваших, и тем более не в интересах банка, чтобы все вышло наружу. Одно слово в вашей газете – и Гаджет сядет за решетку, это же ясно. – Он остановился для большего эффекта. – Итак, вы сведете меня с Гаджетом, и я все улажу. – Он взглянул на часы. – Сегодня понедельник, сейчас девять тридцать. В среду у меня очень важная встреча в четыре часа. Я должен распутать дела Гаджета в среду к полудню. К этому сроку вы мне поможете, а я потом позабочусь о нем. Если вы пропустите срок, то оба будете отвечать за последствия.

Особенно, впечатляло то, что в эту минуту Бертранд, против своего обыкновения, говорил совершенно открыто. По его поведению Мин заключила, что сейчас он был с ней предельно честен.

Он встал со словами:

– До свидания, Амброзия. Вы знаете, где меня найти.

Джем занимался пересмотром своей коллекции дисков в обратном алфавитном порядке, когда объявилась Мин с размазанной по щекам тушью. Возвращаясь домой в такси, она дала волю слезам. Подумав, что тот красивый молодой человек, который провожал девушку, разбил ей сердце, таксист проникся к ней таким сочувствием, что достал маленькую бутылочку бренди и чистые носовые платки, чтобы хоть немного утешить ее. «Не убивайся так, милая, – сказал он ей на прощание, – ты найдешь другого. Похоже, он не заслуживает тебя».

– Что стряслось? – спросил Джем, увидев расстроенную Мин, изменившуюся в лице почти до неузнаваемости.

– Ах, Джем, наверно, я сделала что-то непоправимое. – И она сбивчиво поведала ему о перипетиях этого ужасного вечера, о тридцатишестичасовом ультиматуме Берта, обещавшего, что по истечении этого срока Уилл, которого рано или поздно поймают, окажется в тюрьме. Она рассказала Джему о Йорене, лежавшем в больнице без сознания, об Альберте и его операциях с акциями, о том, как старик преувеличил склонность Уилла к алкоголю, чтобы предупредить друзей своего господина, не желая предавать его. – А теперь скажи, – обратилась Мин к Джему, который не мог скрыть своей тревоги, – скажи, что ты говорил мне, чтобы я не вмешивалась.

– Нет, дорогая моя, – ответил Джем. – Тут все слишком серьезно. Знаешь, я думаю, нам следует позвонить Маку. У него есть спутниковая связь, мы должны дозвониться до него.

Он набрал номер. «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети, – сообщил голос с африканским акцентом. – Пожалуйста, попытайтесь связаться позже».

– Черт! – сказал Джем. – Вот паршивец! Когда надо, до него никогда не доберешься.

– Может, нам обратиться к Деннису?

Но Джем покачал головой.

– Я не слишком доверяю ему. Мак – это другое дело, он – наш товарищ. А Деннис – я думаю, он быстро переметнется на другую сторону, если ему покажут чек на солидную сумму.

– Джем, что же нам делать? – спросила Мин. Ей уже было не до слез, когда мурашки побежали по телу от страха. – Ты веришь, что Уилл мог что-то украсть из банка?

– Надо все обдумать, – ответил Джем, пытаясь выстроить факты в логическую цепочку. – Он исчез, и одновременно пропали некие очень важные документы. Но от Мака мы знаем, что Уилл боялся кого-то, кто хотел от него получить что-то, чего у него не было. Однозначно здесь замешана эта компания, «Теллкат».

– Но в чем же тут загвоздка?

Джем задумался.

– Мы не должны встречаться с Уиллом, пока не узнаем больше, – сказал он, – Помнишь, Мак предупредил нас, что мы поставим Уилла под угрозу, если найдем его. У нас слишком мало времени, чтобы докопаться до сути. Думаю, нам надо…

– Поднять тревогу, – предложила Мин.

– Нет, – спокойно ответил Джем. – Полагаю, нам стоит нанести визит в «Теллкат». Учитывая ультиматум Бертранда, лучше отправиться туда завтра же. Я отложу съемки программы.

– А что мы скажем в «Теллкате»?

– Ничего. Явимся с камерой. А ты на этот раз представишься фотографом. Вообще-то ты не слишком похожа на журналистку.

Глава десятая

Штаб корпорации «Теллкат» в Кройдоне являл собой чудо современной архитектуры. Здание вполне отражало замысел его создателей. Его впечатляющие размеры, блеск, основательность и модернизм любого посетителя заставляли смириться с мыслью о величии компании, в чьи чертоги он попадал. Причудливые изгибы зеркального стекла создавали иллюзию, что полукруглые стены держались без всяких опор. Стоило только перейти порог этого здания, если только вам удавалось найти вход, – и за грандиозным фасадом угадывались масштабы корпорации, которая здесь обосновалась.

– Джем, – сказала Мин, входя в здание и расправляя свой жакет, – я не уверена, что у нас получится.

Он спокойно посмотрел на нее и, хотя сам в душе сомневался в успехе их дерзкого предприятия, ответил:

– Разумеется, получится. Следуй за мной и делай, что я говорю. – Он поправил манжеты рубашки и резко встряхнул головой. – Вот так. Теперь вперед.

Джем направился к стойке, за которой находились секретари приемной.

– Здравствуйте, – сказал он с приветливой улыбкой. – Мы к мистеру Андреасу Джордану. Он должен ждать нас. – И он протянул девушке карточку компании «Артишок Телевижн Компани».

– Я сейчас позвоню ему, – ответила секретарь. – А пока пройдите контроль безопасности, пожалуйста.

Детина впечатляющих габаритов в матросской рубахе взялся за их сумки. Он быстро отставил в сторону портфель Джема, содержавшийся в превосходном порядке, и с глубоким вздохом принялся за неопрятный рюкзак Мин.

– Придется вывалить его содержимое, – сказал он. – Никогда не знаешь, что там может быть на дне.

Он вытряхнул оттуда пухлый ежедневник, пачку тампаксов, две пары колготок, резиновые шлепанцы, две открытые пачки носовых платков, флакончик лака для ногтей и несколько фотопленок. Пошарив по дну рюкзака, он вдруг резко отдернул руку, испачканную в чем-то вязком и блестящем.

– Черт возьми! – воскликнул охранник, уставившись на свой палец.

– О, простите, – сказала Мин. – Это крем для лица, он нечаянно выдавился на коробочку с тенями для век.

Охранник спешно застегнул ее рюкзачок, и вскоре им выдали пару пропусков с надписью «ПОСЕТИТЕЛЬ "ТЕЛЛКАТА"».

Андреас, высокий и стройный молодой человек, уже ждал их с приветливой улыбкой.

– Мистер Хак, – сказал он. – Я так рад! Простите меня, но из-за недостатка времени я не успел организовать для вас никаких встреч. Я могу показать вам здание, но никого из тех, с кем вы хотели встретиться, сегодня нет на месте. Боюсь, что вам придется довольствоваться моим обществом.

Андреас очевидно относился к числу самых приятных людей на свете, и при прочих обстоятельствах Джем был бы рад иметь с ним дело. Одна мысль о том, что им предстояло разочаровать столь открытого и дружелюбно настроенного человека, повергала в уныние.

– Это моя помощница, – сказал Джем, указывая на Мин. – Вы позволите ей сделать несколько фотографий, чтобы мы могли поработать с некоторыми визуальными образами?

– Ах, – сказал Андреас, – я не получил разрешения на фотографирование. Вы не упомянули об этом по телефону.

– У кого нужно спрашивать разрешение? – спросил Джем.

– У начальника отдела связей с общественностью, – ответил Андреас. – Но он сейчас отправился на встречу, и с ним невозможно связаться.

– А каковы ваши полномочия? – спросил Джем.

– Корпоративные связи и контакты с прессой, – гордо заявил Андреас.

– А где вы работали до того?

– Нигде. Это моя первая работа. – Затем он добавил доверительным тоном: – Видите ли, доступ посетителей сюда официально запрещен, но раз уж мне никто из начальства не сказал «нет», я подумал, что для меня было бы здорово установить контакт с такой программой, как «Копай!». Это действительно может быть полезно для моей карьеры – создать небольшую сенсацию, о чем потом заговорят.

Джем про себя проклинал и Уилла, и Мин. Ведь перед ним был как раз такой мужчина, о каком он мог только мечтать втайне от всех. И теперь он даже не мог надеяться на новую встречу с ним из-за тех подвигов, на которые решился ради своих друзей.

– Может, мы начнем? – заинтересованно предложил Андреас. – Вам здесь есть на что посмотреть.

И он не преувеличивал. Офисы «Теллката» были просторны. Джем и Мин почувствовали усталость уже после того, как их провели по одному лишь пятнадцатому этажу, всюду их восхищали архитектурные изыски, комнатные растения и фонтаны. Речь шла о том, чтобы «Теллкат» появился в одной из передач «Копай!» в качестве примера создания превосходной производственной среды. Потом они зашли в лифт, чтобы подняться на шестнадцатый этаж. Хотя всюду было полно зелени, люди попадались на глаза удивительно редко.

– У вас всегда так безлюдно? – спросил Джем.

– В данный момент проходит очень много конференций, – пояснил Андреас, – так что основной персонал в разъездах. К тому же недавно у нас прошла реорганизация, кое-кого перевели, других уволили. Это нормально, все утрясется.

Наконец они попали на верхний этаж.

– Здесь находится конференц-зал, – шепотом сказал Андреас. – Не думаю, что там кто-нибудь есть, но нам лучше вести себя тихо.

– Хм-м, – произнес Джем. – Именно здесь-то нам и есть что проверить.

– О чем вы? – забеспокоился Андреас.

– В здании с кондиционерами, – объяснил Джем, – наиболее сухой воздух, как правило, собирается в верхней части. А у вас здесь я вижу растения, которые нуждаются в высокой влажности воздуха. – Он коснулся нескольких совершенно здоровых на вид зеленых листьев. – Пожалуй, тут вам лучше было бы разместить каланхоэ или же бугенвиллию. Гибискус тоже подошел бы. – Он открыл портфель. – Мне нужно измерить влажность и температуру воздуха в разных помещениях этого этажа.

– Не знаю, насколько это уместно…

– Это займет всего несколько секунд в каждой комнате, – продолжал Джем. – Потом мы можем реконструировать некоторые помещения в здании компании, чтобы еще выше поднять престиж «Теллката». «Копай!» смотрят больше десяти миллионов телезрителей, знаете ли.

Елейное лицо Андреаса засветилось воодушевлением.

– А я смогу принять участие в качестве консультанта?

– Мы будем держать вас в курсе на всех этапах, – ответил Джем. – И ваше имя тоже станет известным.

– О, это фантастика! – воскликнул Андреас. – Это так интересно.

Джем и Мин не посмели переглянуться. Подумав, что хуже уже вряд ли будет, Джем открыл дверь конференц-зала: Мин семенила следом. Он достал несколько гигрометров и принялся снимать показания в разных концах зала. На стене над столом он заметил большой транспарант, изображавший структуру «Теллката» с указанием всех дочерних компаний и их взаимосвязей.

– Мин, – сказал он, нарочно глядя мимо таблицы, – вы не могли бы сфотографировать комнату с различных ракурсов? – Андреас забеспокоился, но Джем тут же добавил: – Это обычная практика. Я думал, вы знали, что это – неотъемлемая часть нашего исследования?

– Конечно, – согласился Андреас, не желая выглядеть профаном.

– Обычно у нас с этим не возникает проблем, – продолжал Джем. – Мин, пожалуйста, с обеих сторон. – Он указал взглядом на таблицу. Она мгновенно поняла его намек. Делая вид, что фотографирует весь зал, она направила камеру на дальнюю стену. На самом деле она сосредоточилась только на таблице и, приблизив изображение, сделала несколько снимков, стараясь в деталях запечатлеть сложную схему организаций, входивших в телекоммуникационный гигант «Теллкат».

Джем немного нервничал. Захлопнув портфель, он сказал:

– Мин, если вы закончили, тогда мы можем двинуться дальше. У нас сегодня еще одна встреча в двенадцать, и я не хотел бы опаздывать.

– И куда же вы направляетесь? – простодушно поинтересовался Андреас.

– В «Бритиш Телеком», – соврал Джем. – Просто посмотрим, как дела у ваших конкурентов. Вы ведь не против, надеюсь?

– Вовсе нет. Но вы будете иметь нас в виду, не так ли?

– Думаю, вам вскоре об этом станет известно, – сказал Джем, направляясь к лифту, и его слова прозвучали немного зловеще.

Когда они спустились на первый этаж, Андреас достал свою карточку.

– Здесь мои телефоны, звоните в любое время, – почти упрашивал он. – Я был бы рад где-нибудь выпить с вами и поговорить о том, каково работать на телевидении. Это всегда меня так интересовало, а может быть, вы даже знаете, нет ли там каких-нибудь вакансий?

– Спасибо, Андреас, – сказал Джем. – Я вам обязательно позвоню.

Когда они покинули здание, Джемаль вздохнул и обратился к Мин:

– Боже мой, я чувствую себя таким дерьмом. Ну почему я должен все время врать? Я себя ненавижу.

– Ты сыграл блестяще, – заметила Мин. – Когда мы спасем Уилла, ты сможешь извиниться перед Андреасом и все ему объяснить.

– Хм-м, – произнес Джем. Сейчас он больше всего на свете желал разобраться с Уильямом Гаджетом раз и навсегда. Мин дала Джему время немного подумать в тишине, по мрачному выражению лица поняв, что в этот момент он еще меньше обычного был расположен к разговору.

Они подошли к железнодорожной станции Кройдона и узнали, что поезд на Лондон опаздывает. Мин решила возобновить разговор.

– Мы нашли что-нибудь полезное? – спросила она, пока они стояли на платформе в толпе раздраженных и унылых пассажиров.

– Ну, – сказал Джемаль, в очередной раз пришедший к выводу, что ему придется смириться с неизбежным, как это не раз бывало в его жизни, – у них очень большое и дорогое здание. Одно содержание чего стоит. В то же время у них почти нет персонала.

– Андреас сказал, что все разъехались на конференции.

– Если кто-то отправляется на конференцию, он не освобождает свой рабочий стол, – сказал Джем. – Большая часть рабочих мест пустует. Ни фото, ни бумаг, ни горшков с цветами. В конференц-зале пусто, запрет на посещения. Странно, компания получает такую прибыль, и без видимых усилий. И эта схема… Конечно, надо посмотреть фотографии, но, похоже, у компании необыкновенно много дочерних фирм. Учитывая, что они функционируют всего несколько лет, удивительно, как они успели создать эту гигантскую империю. Нужно изучить твои снимки, возможно, там мы найдем ключ к разгадке.

– У нас мало времени, – робко заметила Мин.

– У нас еще больше двадцати четырех часов, – решительно сказал Джем. – Мы многое можем успеть за это время.

Подошел грохочущий поезд, и толпа кинулась к дверям вагонов. Мужчина в костюме из ткани в елочку и священник принялись так толкаться, что сбили с ног женщину с коляской. Джем помог ей подняться, стряхнул пыль с одежды и внес коляску в вагон. Усадив ее на место, он подошел к мужчине в костюме и лицу духовного звания, теперь усевшимся рядом.

– Джентльмены, – учтиво обратился к ним Джем своим мелодичным голосом, – я, конечно, понимаю, что Бог и Мамона не могут ждать. – Оба удивленно смотрели на приблизившегося к ним великолепно одетого молодого человека. – Но оскорблять мать с ребенком даже из этих соображений совершенно недопустимо. Надеюсь, в дальнейшем вы будете тщательнее взвешивать свои приоритеты. – Он невозмутимо улыбнулся и вернулся к Мин, которая строила рожицы ребенку, сидевшему в коляске.

– Облегчил душу? – спросила она.

– Еще как, этого как раз мне не хватало.

Уилл был бы рад дать волю своему отчаянию, но возможности для этого не представлялось: среди йогов он пребывал во власти тишины и гармонии. Если он жаловался на что-то, ему говорили, что он должен избавиться от скрытых глубоко в душе страхов, возникновение которых приписывалось какому-либо неприятному событию в детстве. Напрасно он уверял, что его детство было счастливым, спокойным и исполненным любви. Ему сразу возражали, что воспоминание о психической травме могло уйти в подсознание, и теперь он сможет полностью освободиться от него.

Такие беседы лишь еще сильнее раздражали Уилла, а это, в свою очередь, убеждало его собеседника в том, что Уилл действительно утаивает какой-то страшный секрет. Во время сеанса Рейки Уилл лежал на кровати, а женщина с длинными светлыми волосами и широкими бедрами так сильно воздействовала на его ослабленный переживаниями биоэнергетический потенциал, что он резко вскочил и ударился головой о ее голову как раз в тот момент, когда она растирала ему грудь. Женщина упала на пол в обмороке, а Уилл с грустью подумал о том, что, похоже, любой член общины теряет сознание, стоит ему только вступить в контакт с ним.

Как ни странно, но он действительно терзался из-за какого-то неосознанного воспоминания, только оно никак не было связано с детством. Это ощущение относилось к тому провалу во времени, когда он покинул Лондон и отправился в Шотландию, где принял посвящение в ашраме. В моменты проблеска памяти образы из его прежней жизни по частям возвращались к нему, и теперь он уже вспомнил, что работал в банке, был очень занят, хотя от него пока еще ускользали подробности. Он мог обрисовать свой образ жизни, друзей, одежду, вещи, но ему никак не приходило в голову, что же заставило его бросить эту, очевидно, вполне благополучную жизнь. Удивительно, но никто в коммуне не был способен помочь ему в решении этой головоломки. Окружающие настаивали, что его беды коренятся в раннем детстве, и отказывались брать во внимание любые недавние события.

К счастью, Уиллу вот уже несколько дней после происшествия в башне удавалось избежать столкновений с наставником, что дало ему возможность хоть немного собраться с мыслями. Целыми днями он чистил овощи на кухне, беседовал с Мечтой, очень милой, но чересчур наивной и откровенной, и увиливал от знаков внимания заправлявшей на кухне женщины, похожей на постаревшую Брижит Бардо. Но причины и способ прибытия сюда так и оставались для него тайной, как и то, каким образом он сможет выбраться отсюда. Он знал лишь, что находится в Шотландии. Эти расплывчатые сведения, даже если бы их и удалось уточнить, были почти бесполезны, потому что у него не было ни денег, ни приличной одежды. Совершив небольшую экскурсию по замку, Уилл понял: здесь не было никакой связи с внешним миром, кроме разве что дымового сигнала, и уже подумывал о том, что он может оказаться его последней надеждой.

Уильям размышлял об этом, занятый морковкой причудливой формы, как вдруг дверь кухни отворилась и в комнату вошел какой-то старик. Уилл; немного испугался, когда старец присел рядом с ним и дружески взглянул на него. Уилл замечал, как тот бесцельно бродил по замку, скрежетал зубами или ворчал где-нибудь в углу. Он счел, что старика приняли в ашрам тоже из милости. В последние дни Уилла неприятно поразило, что старик повсюду следовал за ним. Во всяком случае, где бы ни появлялся Уилл, там как нарочно оказывался и он.

Уилл поделился этим с Мечтой, но она не слишком удивилась. Она относилась к старику весьма снисходительно и объяснила, что он – заблудшая душа и обращаться с ним надо со всей добротой. Уилл подумал, что она быстро изменит свое мнение, если старик вздумает преследовать ее. Он упрекнул ее в том, что она поощряет старого распутника, угощая его чем-нибудь на кухне, но, к огорчению Уилла, Мечта лишь твердила, что старику нужно оказывать внимание. В этот момент на кухню украдкой проникла «Брижит» и изъявила желание узнать, о чем здесь говорят.