Околдованные

— Это означает не больше и не меньше, чем все остальное, — сказал он.

— Что?

— Это. — Он взял ее лицо в ладони, наклонился и накрыл ее губы своими.

Нежно, как шелк, и осторожно, как дождь, который все еще капал сквозь жемчужный солнечный свет. Он постарается сохранить все таким для них обоих, и надежно запереть все жесткие и острые желания, которые становились небезопасными.

Лиам говорил себе, что лишь дотронется до этой чистоты, до нежного сердца, которое она не знает как защитить. Он сделает все, чтобы не дать этому зайти слишком далеко, иначе он просто может разбить ее сердце.

Но когда ее рука легла на его плечо, а губы стали податливыми, он почувствовал, как наружу продираются все темные желания.

Она не могла удержаться, не могла ничего скрыть от такой нежности. Даже когда пальцы на ее лице напряглись, губы оставались мягкими, легкими, будто обучая ее тому, что было, и что может быть.

Она инстинктивно провела руками по его напряженным плечам, позволив себе раствориться в нем.

Он отстранился, прежде чем желание смогло взять верх. Когда она лишь посмотрела на него своими большими затуманенными глазами, он ее отпустил.

— Наверно это просто, ох, химия. — Ее сердце пустилось вскачь огромными прыжками.

— Химия, — сказал он в ответ, — может быть опасна.

— Любое исследование включает в себя риск. — Ее должен был шокировать подобный комментарий, вылетевший из ее собственного рта и призывающий продолжить, закончить начатое. Но он казался настолько естественным и правильным.

— В любом случае лучше заранее знать все элементы, с которыми имеешь дело. Позволь поинтересоваться, насколько далеко ты готова зайти в своих исследованиях?

— Я приехала сюда для того, чтобы узнать все, что только могу. — Она тихо вздохнула. — Никак не рассчитывала найти здесь тебя.

— Нет. В первую очередь, ты искала Роуэн. — Он сунул большие пальцы в карманы и качнулся на каблуках. — Если я сейчас затащу тебя внутрь и овладею тобой, ты найдешь какую-то ее часть, и довольно быстро. Ты этого хочешь?

— Нет. — Для нее это было еще одним сюрпризом — услышать из собственных уст слово «нет», когда каждый нерв в теле был похож на оголенный провод. — Потому что тогда это будет именно так, как ты говорил раньше. Просто. Я не хочу простоты.

— И все же, я поцелую тебя снова, когда мне этого захочется.

Она наклонила голову, проигнорировав быстрый трепет в животе.

— А я позволю тебе себя поцеловать, когда мне этого захочется.

Он озарился улыбкой, полной силы и уважения.

— В тебе есть что-то от ирландки, Роуэн из рода О’Мира.

— Вполне возможно. — Ей очень нравилась подобная мысль. — Может мне нужно найти больше.

— Значит найдешь. — Улыбка померкла. — И когда это произойдет, надеюсь, ты будешь знать, что делать. Выбери любой день на следующей неделе и приходи. Захвати альбом с собой.

— Зачем?

— У меня есть кое-какая идея. Посмотрим, подойдет ли она для нас обоих.

Роуэн решила, что это ей не повредит. У нее будет достаточно времени подумать о том, что произошло этим утром.

— Хорошо, но один день у меня похож на другой. Расписание всегда свободно.

— Ты поймешь, когда настанет нужный день. — Он начал играть с кончиками ее волос. — Так же как и я.

— Полагаю, это часть ирландского мистицизма.

— Ты даже и половины всего этого не знаешь, — пробормотал он. — Хорошего дня тебе, кузина Роуэн.

Он тихонько дернул ее за волосы, развернулся и пошел прочь.

Подводя итоги дня, Роуэн решила, что он прошел не так уж плохо.

Когда Лиам снова пришел к ней во сне, она ждала его. Когда его разум касался ее разума, соблазняя и возбуждая, она вздыхала, уступая ему.

Она дрожала от наслаждения, выдыхала его имя, чувствуя, что он так же раним как и она сама. Тогда, лишь на одно мгновение он был связан с ней, готовый дать ответ на вопрос, который она задаст.

Если бы только она знала вопрос.

И даже когда ее тело пылало, а мысли витали где-то в облаках, какая-то ее часть оставалась настороже.

О чем она должна была его спросить? Что ей нужно знать?

Роуэн проснулась в одиночестве в темноте, если не считать месяца, льющего свой слабый свет сквозь не зашторенное окно. Она зарылась в подушки и с тревожным сердцем слушала вой волка, взывающего к ночи.

Глава 6

Роуэн наблюдала за тем, как приходит весна, и ей казалось, что вместе с этим у нее внутри тоже что-то оживает. Бурно цвели нарциссы и лютики. Маленькое грушевое дерево у кухонного окна распустило нежные белые цветы и танцевало на ветру.

Глубоко в лесу начали распускаться белые и розовые дикие азалии, набрала толстые бутоны наперстянка. Смотря на обилие цветов вокруг, Роуэн пообещала себе, что во время следующий поездки в город купит книгу о местных растениях. Ей хотелось знать все их названия и характер произрастания.

В то же время, она чувствовала, что сама расцветает. Неужели лицо стало розовее? И глаза блестят еще больше? Она знала, что улыбается чаще и получает удовольствие, когда губы просто так изгибаются в улыбке во время прогулки, или рисования, или во время чтения, сидя на веранде в теплые часы.

Ночи больше не казались одинокими. Когда приходил волк, она разговаривала с ним о чем только вздумается. В его отсутствие она спокойно проводила вечера в одиночестве.

Определенно что-то изменилось, хотя она не была до конца уверена что именно. И впереди ждут другие, еще большие перемены.

Возможно, причиной всему было решение не возвращаться в Сан-Франциско, к преподаванию, в практичную квартиру всего в минуте ходьбы от родительского дома.

Она всегда была осторожна с деньгами. У нее никогда не было особой тяги коллекционировать вещи или заполнять шкаф одеждой, или спонтанно отправляться путешествовать. К тому же она получила небольшое наследство от родственников со стороны матери. Последние несколько лет она осторожно вкладывала эти деньги и получала прибыль.

Их должно быть достаточно для первого взноса за какой-нибудь маленький домик, где-нибудь.

Там, где тихо и красиво, думала она, стоя на веранде с чашкой утреннего кофе в руках. Она знала, что это обязательно должен быть дом. Больше никаких квартир. И это должен быть пригород. Она больше никогда не будет счастлива среди городской суеты. У нее будет сад, в котором она все вырастит сама — конечно, когда научится — и может быть даже маленький ручей или пруд.

Рядом должно быть море, чтобы она могла гулять по берегу и засыпать ночью под его звуки.

Возможно — лишь возможно — при следующем визите в город она посетит риэлтора. Просто посмотрит, что есть в наличии.

Для нее это был огромный шаг — выбрать направление, купить дом, обставить его, управлять. Роуэн поймала себя на том, что накручивает на палец кончик косы, и медленно отпустила руку. Она готова была сделать этот шаг. Значит, она его сделает.

И еще она найдет работу, которая ей понравится. Ей не нужно было много денег. Она будет довольна своим маленьким домиком, будет рисовать и смотреть, как растет ее сад.

Если удастся найти что-то неподалеку, ей не придется оставлять волка. Или Лиама.

При этой мысли она покачала головой. Нет, нельзя делать Лиама одним из параметров выбора, или причиной оставаться где-то поблизости. Он сам по себе, приходит и уходит когда и куда ему угодно.

Прямо как волк, поняла она и вздохнула. И ни один из них ей не принадлежал. Они оба были одиночками, оба были великолепными созданиями, оба ходили сами по себе. Оба внезапно вошли в ее жизнь, в какой-то степени помогая ее изменить. И все же, главный выбор оставался за ней.

Казалось, что после трех недель, проведенных в маленьком домике посреди леса, она готова его сделать. Хватит просто плыть по течению, хватит мечтать. Время предпринимать решительные шаги.

Непонятный звук, похожий на отдаленный шепот, заставил ее повернуть голову и нахмуриться. Она будто слышала, как кто-то тихо произнес ее имя.

Роуэн вспомнила, как Лиам сказал прийти к нему, и что она поймет, когда настанет нужный день. Как известно, нет лучшего времени, чем сейчас, особенно, когда у нее такое настроение. А после визита к нему она отправится в город и встретится с риэлтором.

Лиам знал, что она идет. Он старался ограничить контакт за последние несколько дней, но вероятно был не в силах оставаться совсем в стороне. Он немного беспокоился за нее, когда думал, что она там совсем одна, выдернутая из привычной среды.

Приглядывать за ней было достаточно легко, так как она всегда открывала ему дверь, стоило только подойти к дому. Он не мог отрицать того, что наслаждается ее приветствием, когда Роуэн гладит его по голове и спине или прижимается лицом к шее.

Он знал, что она совсем не боится волка. А вот его присутствие в качестве мужчины заставляло ее насторожиться.

И все же она идет к мужчине, и будет с ним работать. Он считал, что разработал хороший план для них обоих. У нее появится возможность раскрыть свои таланты, а тем временем они лучше узнают друг друга.

Лиам пообещал себе, что пока этого не произойдет, он до нее не дотронется. Будет трудно пробовать, но не глотать целиком. В те ночи, когда позволял себе мысленно овладеть ею, он оставлял ее сияющей и удовлетворенной, при этом ощущая в себе странную нереализованность.

Все же, это должно подготовить ее к нему, к той ночи, когда все полусны станут реальностью. Когда он будет дотрагиваться до нее руками, а не сознанием.

Мысль об этом заставляла живот скручиваться в узлы, мышцы становились каменными. Разозлившись на собственную реакцию, он приказал себе расслабиться, прочистить мысли. Но еще больше разъярился, когда даже его сила не смогла ослабить напряжение.

— Не настал еще тот день, когда я не смогу справится с собственной физической реакцией на какую-то симпатичную ведьму — полукровку, — пробормотал он, возвращаясь в дом.

Будь он проклят, если станет стоять на веранде и ждать ее прихода как безумный влюбленный.

Вместо этого он метался по комнате, бормоча гаэльские проклятья, пока не услышал стук.

Находясь в необъяснимо отвратительном настроении, Лиам открыл дверь. Она стояла там, в лучах солнечного света, с довольной улыбкой на лице и букетом фиолетовых цветов в руках.

— Доброе утро. Думаю, это древесные фиалки, но я не совсем уверена. Мне нужно будет купить книгу.

Она протянула ему букет, и Лиам почувствовал, как в груди дрогнуло сердце, которое он так тщательно защищал. В глазах невинность, на щеках румянец, а в руках полевые цветы. Единственное, что он мог — это смотреть на нее и сгорать от желания. Когда он ничего не ответил, Роуэн опустила руку.

— Ты не любишь цветы?

— Конечно, люблю. Прости, я отвлекся. — «Во имя богов, Донован, возьми себя в руки». Но, даже не смотря на приказ, его угрюмый вид оставался абсолютной противоположностью его словам. — Входи, Роуэн Мюррей. Здесь рады и тебе, и твоим цветам.

— Может, я выбрала неудачное время, — начала она, но Лиам уже отступил назад, широко распахивая дверь в качестве приглашения. — Просто подумала зайти к тебе перед поездкой в город.

— За книгами? — Он оставил дверь открытой, давая ей возможность отступить.

— Отчасти. Еще хочу поговорить с кем-нибудь по поводу недвижимости. Подумываю купить дом где-нибудь поблизости.

— Неужели? — Его брови взлетели вверх. — Значит, это место для тебя?

— Наверно. Вполне возможно. — Она пожала плечами. — Где-то же оно должно быть.

— И когда ты обоснуешься, решила ли ты, чем будешь зарабатывать себе на жизнь?

— Не совсем. — Свет ее в глазах немного померк от волнения. — Но я решу.

Он сожалел о том, что стал виною сомнения, появившегося у нее на лице.

— У меня есть кое-какая идея на этот счет. Пошли на кухню, найдем что-нибудь, куда можно поставить твои цветы.

— Ты был в лесу? Все цветет и распускается. Так красиво. Вокруг дома Белинды так много чудесных цветов. Я не знаю названий даже половины из них, или из тех, что растут здесь у тебя.

— Большинство из этих цветов просты и полезны для того или другого. — Он достал маленькую голубую вазу для фиалок, пока она выглядывала из кухонного окна.

— Ох, у тебя здесь еще больше. А травы есть?

— Да, есть и травы.

— Для готовки.

— И для этого тоже. — Улыбка тронула его губы, пока он ставил цветы в вазу. — И для всего остального. Теперь ты будешь искать книгу о травах?

— Возможно. — Она засмеялась. — Вокруг столько интересных вещей, которых я раньше не замечала. Теперь я не остановлюсь, пока все не узнаю.

— Включая саму себя.

Она замигала.

— Полагаю, что да.

— Итак. — Он не мог сопротивляться желанию поиграть с кончиком ее косы. — Что ты узнала о Роуэн?

— Что она не такая уж неумелая, как ей казалось.

Лиам внимательно посмотрел ей в глаза.

— И почему ты вообще так думала?

— Ох, я не имела в виду в целом. Я знаю, как учиться и как применять полученные знания. Я организована, практична и имею неплохие мозги. Но всегда существовали какие-то мелочи и реально важные решения, с которыми я никогда не знала что делать. Со всем, что между ними, я справлялась просто прекрасно, но мелочи я просто опускала, а на счет важных решений — мне всегда казалось, что я должна делать то, чего другие от меня ожидают.

— Я собираюсь сделать тебе предложение, которое ты назвала бы важным решением, и ожидаю, что ты сделаешь то, что захочешь.

— И что это?

— Имей терпение, — сказал он и сделал приглашающий жест рукой в сторону кабинета. — Зайди, посмотри, чем я здесь занимаюсь.