Медвемаг

Молчание стало прекрасным ответом на мою догадку.

– Тогда я совершенно не понимаю, почему ты сопротивляешься. Мне нужны точки, у тебя есть возможность отомстить предателям. Давай поможем друг другу.

Стоит отдать должное Ландо – он сумел совладать с эмоциями. Во всяком случае, нападать на меня не стал. Понял, что это бесполезно.

– Внутренние разногласия нашего клана тебя не касаются. То, что ты требуешь, расценивается как предательство. Тотем этого не допустит.

– Только не говори, что ты ещё не понял. Да твоему тотему вообще на тебя наплевать! Он спокойно смотрел на то, как тебя уничтожают!

– Спишу непонимание очевидных вещей на твой возраст, Медвемаг. Духу-хранителю не нужны бездари. Если я не в состоянии постоять за себя, то и в клане мне нечего делать. Императорская семья не терпит слабость.

– Вот только сказки мне рассказывать не нужно. Пару часов назад у меня состоялся спарринг с витязем из заштатного клана. Бой проходил под управлением преподавателей, на арене, по всем правилам. Так несмотря на это, ко мне явилась сущность и предупредила – витязя нельзя убивать, так как их на планете слишком мало. А тут целый Ландо Слик, четвёртый наследник, новоявленный витязь. И тотем, что должен следить за каждым твоим движением, спокойно позволял красному ассасину делать его работу. Так что не нужно рассказывать мне о слабости и внутренних разногласиях. Повторяю ещё раз – мне нужны все точки с загрязнителями. Хочешь избавиться от клейма на руке – ты мне их дашь. Либо так и ходи.

– Ты закончил свою пламенную речь? – Ландо окончательно пришёл в себя. – Я благодарен за помощь, но хочу напомнить – тебя о ней никто не просил. Ты должен был доставить меня к Эйро. Именно за это я должен был стать твоим должником. От своих слов я не оказываюсь, но не понимаю – каким образом у меня на руке появилось клеймо Медведей, если я всё ещё стою в канализации? Тотем, мне нужны объяснения – по какой причине меня записали в должники?

Взгляд четвёртого наследника остекленел – у него начался диалог с Гадюкой. Вот только желаемого результата он не достиг – клеймо никуда не девалось. Мало того, рядом появилось ещё одно. Гадюка и имя «Дарс Слик». Первый наследник, старший брат Ландо. Признаться, этот момент меня озадачил – я понятия не имел, что внутри клана можно кому-то что-то задолжать настолько, что тебя запишут в кровные должники. Видимо, не только меня шокировала такая новость. Когда Ландо вернулся в наш мир, он совершенно не походил на себя. Впервые за всё время знакомства с этим человеком я видел искреннюю растерянность и непонимание того, что делать дальше. Даже во время битвы с ассасином Слик так не выглядел.

– Мне нужно возвращаться во дворец, – пробурчал Ландо, обращаясь, скорее, к пространству, чем ко мне. Затуманенный взгляд не сходил с нового клейма. Почему-то мне показалось важным узнать причину такого поведения и, практически против воли, я спросил:

– Чем же витязь умудрился насолить своему духу-хранителю?

Взгляд переместился на меня, обрёл осмысленность, и я даже готов поклясться, что увидел в нём ненависть. Каким чудом Ландо остался на месте, а не ринулся в мою сторону, в очередной бессмысленной попытке уничтожить, не смог бы ответить никто. Даже он сам. Какое-то время четвёртый наследник пытался прожечь во мне дырку, однако соизволил ответить:

– Императорская семья в упадке. Император и его старшие сыновья, да и я в том числе, стали заложниками мифрила. Решения больше не принимаются, они диктуются извне. Теми, кто готов поставить нам очередную порцию голубого металла. Я хотел исправить эту ситуацию. Вновь сделать Северную империю великой. Готовил Эльрина к роли руководителя. Выбрал Бурых Медведей в качестве клана поддержки. Всё складывалось идеально – вы заняли Лестар, обрели независимость, начали поднимать голову и становились сильнее, племянник начал обучаться управлению. Это мало кому нравилось, но Гадюка сдерживала братьев, понимая, что нужна свежая кровь. Однако после того, что сотворил твой тотем… Медведь зарвался. Он потребовал от моего клана слишком много и отказать дух-хранитель не мог. Медведь получил желаемое, чем облёк своих подданых на вымирание. План по обновлению признан неверным. Его не просто отложили – разорвали и выкинули в корзину. Бурые Медведи определены как опасные соперники и их надлежит уничтожить. Я, как автор и главный воплотитель плана, признан виновным и должен явиться на суд брата. Учитывая, что красного ассасина отправил за мной именно он, результат предугадать несложно. Как ты правильно выразился: «клан меня слил».

– На твоём месте я бы не стал сейчас никуда уходить.

– На моём месте? Мальчик, ты и на своём-то ничего поделать не можешь. Столица окружена красными ассасинами. Не сегодня-завтра придут уже за тобой. Ты для них как бельмо на глазу, особенно с этой дурацкой короной, званием и правом сильного. Я не знаю, на что рассчитывал твой тотем, но он явно перегнул палку, не думая о последствиях. Когда прогибаешь весь мир, ты должен быть уверен в своих силах. Одних твоих глайдеров на это не хватит. Моё время пришло, но вскоре придёт и ваше.

– С чего ты взял, что твоё время пришло? – удивился я. Решение о том, как поступить, пришло мгновенно. Красный туман прав – витязей на планете слишком мало, чтобы ими просто так разбрасываться, а то, что наш Медведь слегка перестарался – факт неоспоримый. Одно то, как на меня смотрят другие студенты и преподаватели, тому подтверждение. Убедившись, что мне удалось захватить внимание Ландо, я продолжил:

– Ты мне ещё список точек не выдал, так что поживёшь немного. Стой спокойно и не заставляй меня применять силу.

У меня не было ничего острого, так что пришлось использовать трофейный меч, что только что добыл с ассасина. Сделав глубокий надрез на ладони и не позволив ему зарасти, я подошёл к мужчине.

– Руку.

– Это так не работает, – второй раз за последние несколько минут опешил Ландо. – Если ты не заметил, мне слегка больше шестнадцати. Тотем даже слушать тебя не станет.

– Внутренние дела клана тебя не касаются. Твои слова, кажется. Руку мне дай.

Сделав надрез на ладони Слика и смешав нашу кровь, я твёрдо произнёс:

– Великий тотем! Я, Лег Ондо, твой верный сын, требую принять эту кровь. Ландо станет одним из Бурых Медведей и будет с честью нести имя Ондо. Слово произнесено!

Никаких «прошу», «проверь», «рекомендация» или «наказание». Я не просил. Требовал.

Пространство поплыло, воплотив меня и Ландо на небольшой поляне. После смены вотчины, наш дух-хранитель переехал из гор в шикарный лес. В иной другой ситуации я бы порадовался за тотем, но не сейчас. Потому что на меня смотрело вся верхушка клана во главе с Медведем. Хад, Эльрин, Арин, отец и Баркс. Дух-хранитель собрал нас всех вместе, чтобы вернуть разум зарвавшемуся юнцу.

– Ты что удумал? – холодный голос Ингара припечатал меня к месту.

– Ландо переходит в наш клан. Я здесь для того, чтобы оповестить вас о своём решении.

– То есть нас ты спрашивать не собираешься? – подал голос Эльрин. – Или ты успел стать вождём, пока мы ужинали? Что-то не припомню момента, когда тотем меня уволил.

– Ты меня правильно услышал, брат. Спрашивать я не собираюсь. Витязи нужны этому миру и позволять одному из сильнейших из них погибать я не собираюсь. Он должен войти в наш клан. Таково моё решение.

– Ты забываешься, Лег, – всё также мягко произнёс Эльрин. – Только тотем вправе решать, достоин человек права иметь фамилию Ондо, или нет. Не ты.

– Принятие в клан проходит через инициацию, во время которой тотем выдаёт свое заключение, передавать избраннику способности, или нет. Только это работает с обычными людьми, не витязями. Им не нужна инициация – они уже способны получить всё, чем мы обладаем. Я не требую передавать Ландо все наши тайны. Но хочу предоставить ему защиту от влияния других тотемов. Это будет сделано. С вами, или без вас. Мне без разницы.

– Ты сейчас о чем? – нахмурился Хад. Он, как и всегда, оценивал происходящее с позиции выгоды для себя и своих кланов.

– Я считаю, что после того, что произошло с демонами и драконами, клан мне сильно задолжал. Настолько, что у меня есть полное право требовать, а не просить. Требовать, чтобы Ландо вошёл в состав нашей семьи. Пусть даже как младший родственник, которого никто не допускает до тайн. И у меня созрел ультиматум. Если Медведь откажется выполнять моё требование, то с текущего момента я перестаю носить фамилию Ондо. Я выйду из клана. Создам свой. С нуля. Инициированный чародей клана появится через год. Это Лиара. Ландо станет витязем. Я магом и шаманом. Заодно уйду из-под удара врагов. Вы вообще в курсе, что происходит в мире? Или пребываете в сладостном неведенье и наслаждаетесь результатами жадности нашего духа-хранителя? Да на нас весь мир ополчился! Вместо героев и спасителей мы превратились в тех, кого нужно вернуть на своё место. И не нужно на меня так смотреть! У меня есть полное право говорить об этом! Я не отсиживался за стенами и не убегал на остров, а зубами выгрызал вам право здесь сидеть живыми и здоровыми!

– Ульма Релойт мертва, – подал голос Ландо. – Гадюка заключила союз с красными ассасинами. Все договорённости, что были между нашими кланами, ушли, как только Медведь потребовал от Гадюки карту. Реликвию, что охранялась моей семьёй веками, со времён основания. Не стоило этого делать. Война против Медведей уже началась, хотите вы этого, или нет. Я не просил Лега о том, чтобы он встал на мою защиту, но признаю – со мной, моим опытом, связями и знаниями у Медведей появится шанс пережить надвигающийся катаклизм. И не забывайте о верной лишь мне гвардии. Две тысячи отборных бойцов пойдут за мной куда угодно, даже в другой клан.

– Да не может он его сейчас принять, бестолочи вы этакие! Хочет, но не может! – воскликнул Баркс. – Ресурсов на это нет!

Прежде, чем я успел хоть что-то произнести, мир вокруг меня закружился, чтобы воплотиться в насыщенную красным туманом поляну.

– Лег! – послышался радостный возглас Лиары и две нежные и такие родные руки заключили меня в объятия. Я ответил тем же, но неожиданно девушку оторвало от меня и переместило на другой край поляны. Вместо любимой рядом со мной встал угрюмый косматый полупрозрачный мужик. Медведь в его человеческом воплощении. Но начал говорить не он. Заговорила сущность, что управляет нашим миром.

– Времени мало, поэтому слушай внимательно. Тотемы были созданы не для того, чтобы влиять на реальность. Они нужны для битвы за планету, что ведётся в других измерениях. Тяжёлой битвы, отнимающей все наши силы. Если они проиграют сражение, то планета будет уничтожена. Сильнейшие из тотемов стоят на передовой, закрывая грудью бреши в обороне, а все остальные, такие, как Медведь, Гадюка и прочие, обязаны питать сражающихся специальной сущностью. Энергией мира. После того, как Медведь поглотил Слона, он принял на себя обязательства по выплате долга и за него. В нашем мире всё подчиняется балансу. Чем сильнее дух-хранитель и его люди, чем больше его территория, тем дороже ему обходится существование. Поэтому не существует крупных кланов – они просто не выживают. В какой-то момент люди начали поглощать мифрил – нагрузка ушла не на их тотемы, а на Зверя. Но это нарушало баланс, и в наш мир начали проникать демоны. Поэтому гоблины контролируют портал, и поэтому он не уничтожается – чтобы точно знать место, где появится нечисть Башорга. Витязи – существа нашего мира. Каждый из них значительно усиливает клан, но одновременно с этим и увеличивает плату за величие. У Медведя уже есть четыре витязя. Если он примет ещё и Ландо, то количество добываемой сущности станет меньше, чем плата. Через тридцать два года Медведю придётся отказаться от права владения кланом и уйти в историю. Таковы правила. И менять их нет возможности ни у кого на этой планете.

– Добычу можно повысить?

– Нет. Территория добычи распределена и жестко закреплена за каждым тотемом. Даже теми, что уже ушли в историю. Вариант с поглощением другого духа-хранителя, как это произошло со Слоном, я не рассматриваю. Действующих тотемов слишком мало, чтобы ради одного витязя рисковать благополучием планеты.

– Есть способ повысить добычу даже без поглощения, – вмешался Медведь. – Можно вернуть второй континент. Те земли не принадлежат никому. Отдай их мне.

– Как только Дочь Зверя узнает, что в этом мире есть другая территория и люди на ней, она явится за нами. И тогда эвакуацией не отделаться. Тварь начнёт рыскать по всему миру, выискивая добычу. Не забывай – она голодает больше двух тысяч лет.

– А у нас выбора нет! – горячо произнёс Медведь. – Башорг с каждым годом становится всё сильнее, требуется дополнительная энергия, а плантации не могут давать больше, чем дают сейчас. Либо мы вернём второй континент, либо лет через сто демон вырвется из плена. И тогда нам всем конец! Вопрос нужно решать уже сейчас.

– Это не суть текущего собрания, – парировал красный туман. – Сейчас задача донести до Лега общую картину мира. Решение о том, как поступать, принимать ему. Ещё одно – даже если Ландо войдёт в состав клана сателлита, нагрузка всё равно ляжет на Медведя. Такова плата за величие.

– Однако если он не войдёт в наш клан, его уничтожат. Не ты ли говорил, что витязи важны для нашего мира и их нужно оберегать?

– Важны. Но я не могу приказать Гадюке не уничтожать Ландо. Земные дела касаются только тотемов, у меня нет права ни приказывать, ни влиять на происходящие события. Единственный, кто мог быть моими руками – герой или чемпион. Но ты отказался от этой роли и теперь мне остаётся лишь со стороны наблюдать за тем, что происходит, не имея права вмешаться. Тотемы делают большое дело, защищая наш мир в других сферах, за что получили полную независимость в делах земных. Такова награда за выполнение своего долга.

– Тридцать два года? – я посмотрел на Медведя и выдержал его взгляд. – Принимай Ландо. Когда я пройду обучение, займусь вторым континентом. У меня слишком много планов на этот мир, чтобы позволять ему исчезнуть через сто лет.

– Время нахождения в изнанке вышло. Решение принято.

– Двадцать дней! – успел прокричать я Лиаре, прежде чем пространство в очередной раз замерцало, возвращая меня в новую вотчину Медведя.

– Мы принимаем его, – ошарашено произнёс Баркс, получив распоряжение тотема. Все с удивлением посмотрели на шамана, затем на меня, но я умудрился сохранить каменное выражение лица. Надоели!

– Медвежонок решил проверить когти и неожиданно осознал, что он больше не медвежонок? – в повисшей тишине реплика Ландо прозвучала как гром. – Настало время считаться с моим племянником.

Впервые Ландо Сик назвал меня своим родственником. Всего-то и стоило, что пойти против всего клана. Делов-то!

– Ландо входит в совет клана, принеся клятву на крови, – продолжил озвучивать решения тотема Баркс. – Ему будет поставлена задача – перетащить под наши знамёна как можно больше обученных гвардейцев и с нуля создать разведку. Мы должны постоянно иметь информацию о том, кто желает клану зла, чтобы вовремя предотвратить неприятности. Ландо пройдёт инициацию и будет очищен от всех обязательств перед другими духами-хранителями. В рамках своей компетенции Ландо принимает решения самостоятельно, без согласования с кланом. Подчинение только главе клана. Ему же и отчёт о выполненных работах. Все остальные считаются равными по статусу. Таково решение духа-хранителя.

Ингар в сердцах выругался и с силой обрушил топор на землю. Решение тотема отцу откровенно не понравилось, но ничего поделать с этим он не мог. Баркс какое-то время смотрел на меня, после чего покачал головой:

– Не понимаю, как тебе удалось его уговорить, но надеюсь ты знаешь, что делаешь. Ландо, подойди ко мне. Обучу тебя способности «возвращение». Как только закончится наша встреча, сразу прыгай к нам. У тебя будет от силы десять минут, прежде чем Гадюка начнёт предъявлять свои права. За это время ты должен попасть в вотчину и пройти инициацию. У меня всё.

– Зато у меня есть пара вопросов, – в голосе Эльрина не было даже намёка на насмешку. Он смотрел на меня в упор, словно видел впервые. – Лег продавил совет клана, заставив нас принять Ландо. Ссылаясь на то, что мы ему должны. Признаю, долг действительно имеется. Полагаю, что теперь он выплачен сполна. Однако мне нужны гарантии, что такого как сегодня не повторится. Лично я не хочу зависеть от сиюминутных желаний брата. Сегодня он хочет Ландо, завтра ему вздумается притащить нам ещё кого-нибудь, либо вожжа под хвост ударит, и он решит, что, например, Баркс недостоин должности шамана. Вариантов сумасбродства можно придумать много и каждый раз выслушивать сказку о том, что кто-то что-то ему должен и что он собирается уходить из клана – такое себе удовольствие. Мне нужны гарантии того, что такого больше не произойдёт и впредь Лег будет действовать в интересах клана и принимать решения совета.

– Даже если я с ними в корне не согласен? – удивился я.

– Даже если ты с ними в корне не согласен, – подтвердил Эльрин. – Клан – это не ты. Не я. Не Баркс. Не Ингар. Это мы все. И если действия одного нарушают планы других, если они идут в разрез с политикой клана, такие действия должны искореняться. Только на таких условиях я согласен принять Ландо в свой клан. Только на таких условиях я согласен оставить в нём Лега. Если ты не согласен – лучше выходи и основывай то, что будет кланом в твоём понимании.

– Ты готов пойти против воли тотема? – уточнил я. – Баркс озвучил его решение.

– Медведь на стороне главы, – шаман посмотрел на Эльрина с уважением. – Дух-хранитель подтверждает каждое его слово. Он готов рискнуть всем, даруя Ландо жизнь, но требует взамен почтительного уважения к клану. Его слово специально для тебя: «баланс».

Раздался громогласный рык Медведя, показывающий, что Баркс произнёс всё верно. Здесь, в вотчине, тотем разговаривал только с шаманом. Для остальных он оставался лишь могучим животным.

– Что от меня требуется?

– Клятва на крови в верности клану, – припечатал Эльрин. – Все мы её давали. Даст и Ландо. Настала твоя очередь. Только так ты сможешь вступить в совет клана.

Повисла пауза. То, что предлагал Эльрин, в корне расходилось с тем, что хотел я. Свободы и независимости. Однако её не получить, будучи кровно связанным с кланом. С другой стороны – эти люди дали вальгу Ишар-Мор второй шанс. Достаточная ли это причина для того, чтобы быть с ними вместе и, став членом совета, отстаивать свои права на ровне с остальными? Ответ очевиден – да. Эфемерная свобода того не стоит.

– Хорошо, сделаем это прямо сейчас…

Десять минут спустя пространство замерцало и мы с Ландо очутились в канализации Миракса. Все клятвы были произнесены, все обучения пройдены, все должности получены.

– Я не привык отказываться от своих слов, племянник, – бывший Слик протянул мне руку, и я крепко её пожал. – Я должен тебе жизнь. Даже то, что мы теперь в одном клане, не избавляет меня от долга. Когда я разберусь с текущими делами, мы ещё поговорим. У меня есть чем тебя удивить. Так, Гадюка уже отреагировала, времени в обрез. Запомни – если Миракс неожиданно тебе задолжает, требуй у них книгу Альвира. Поверь – тебе это будет полезно. Книга Альвира! Запомни!

Ландо превратился в туман и испарился, прыгнув в вотчину Бурого Медведя. Эмоции переполняли, угрожая захлестнуть с головой, так что я что есть мочи заорал, пытаясь остыть. Эльрин гад! Продуманная сволочь, что заставила меня плясать под свою дудку! И дядю в клан заполучил, и меня на кровь подсадил! Причём сделал всё так грамотно, что и подкопаться нельзя – он дал мне право выбора. Я мог выйти из клана, но теперь, раз остался в Бурых Медведях, обязан чётко и без вопросов выполнять решения совета.

Тотем с ними! Отступать от своего решения я не намерен. Я всё ещё терпеть не мог Ландо, но понимал – он должен жить. Слишком знаковая личность для нашего времени. Остальное мелочи, с которыми мы справимся. Правда, теперь у меня появилась новая забота, о которой нельзя забывать. Дочь Зверя на втором материке. Лет через пять-семь Медведь мне о ней обязательно напомнит.

– Лег-один-десять, наконец-то! – у выхода из канализации меня уже ждали. – Тебя требует ректор! Немедленно!

Глава 8

– Магистр Кальвар, то, о чём вы говорите, безусловно интересно, вот только до меня категорически не доходит, для чего это нужно мне?

– Вы невнимательно нас слушали, Лег. Право представлять Миракс на международных соревнованиях не нагрузка – привилегия. Она даётся не каждому.

– Простите, ректор, но вы сами прекрасно знаете, какая у меня сейчас ситуация. Сегодняшний опрос, что устроили мне преподаватели, спарринг, постоянное давление со стороны других студентов. Всё это слишком много для одного простого человека… Проклятье, как же надоело подбирать слова! Ректор, я могу говорить напрямую?

– Лег, я бы просил не выражаться в моём кабинете, – магистр Кальвар не упустил возможности поправить меня. – Да, ты можешь говорить прямо.

– Как я понял – вам нужен боец. Не буду лукавить – я не знаю результаты предыдущих соревнований. Никогда этим не интересовался. Но, раз вы обратились ко мне только после устроенного спарринга, дела у вас действительно хуже некуда. Только не нужно отнекиваться – и слепому понятно, что у клана Чёрного Ворона появилась интересная задачка под названием «выкини Лега из Миракса». Если бы не новый способ поглощения информации, да, магистр Вирано, я нашёл способ запоминания для инициированных, то уже сегодня я здесь бы не стоял. Но теперь вы позвали меня и предлагаете защищать цвета Миракса. Это говорит об одном – впервые за долгое время вы увидели возможность уделать западников. Полагаю, что представители академии Дерон доминируют в мире. Значит, я вам нужен. По всем правилам мне следовало продолжить набивать себе цену, делая невинные глазки и не понимая, о чём речь, но делать этого не хочется. Потому что мне точно известно, что хочется получить от Академии. Я готов представлять Миракс на предстоящих соревнованиях в одиночном соревновании, двойке и даже в пятёрке, если потребуется, но взамен хочу две вещи. Первая – доступ к странному существу, что обитает в подвалах Академии. К нему стекаются все провода прослушки и меня очень заинтересовало, как существо производит обработку данных такого объема. Для меня это важно. Не нужно делать таких страшных лиц, вы ещё о втором условии не знаете. Мне необходим доступ, желательно безвременный, к артефакту под названием «Книга Альвира». Хочу его изучить. Готов заключить всевозможные соглашения о неразглашении, чтобы тайны вашего клана остались именно тайнами, но я должен увидеть существо и книгу. Таковы мои условия.

– Ты даже словом не обмолвился о том, что желаешь снизить планку учебной нагрузки или каким-то образом изменить к себе отношения преподавателей и студентов, чтобы остаться в Мираксе до конца пятого курса, – произнёс ректор, чем косвенно подтвердил мою догадку. В Академии действительно решили от меня избавиться.

– Если я не смогу удержаться здесь сам, то грош мне цена. Учёбой и тренировками меня не запугать, законы я знаю, что до студентов… Даже хорошо, что мне предстоит общаться с ними сейчас. Смогу привыкнуть к большой жизни, когда против меня выступят кланы, лишённые всяких правил и ограничений.

– Не слишком ли самонадеянно для юноши шестнадцати лет ставить себя против всего мира? – спросила магистр Вирано.

– Магистр, а у меня есть хоть какой-то выбор? Я не просил звания, что мне вручили. Не я общался с тотемами, выбивая бонусы для Бурых Медведей. Вот только если вся моя семья благополучно закрылась в Лестаре, то я стою перед вами здесь, в центре Северной империи. И получается, что для кланов я являюсь главным воплощением всех их бед, лишений и позора. Нужно ли говорить, что делают с такими людьми? Даже Чёрные Вороны делают всё, чтобы исключить меня из Миракса. Одно хорошо – вы действуете по своим же законам. Во всяком случае сейчас. Но никто не гарантирует того, что уже завтра эти законы изменяться и, скажем, студенты с именем Лег не будут иметь права учиться в Мираксе. Так что нет у меня никакой самонадеянности. Жесткая реальность и чёткое осознание того, что произойдёт в любом случае. Вряд ли мир воспылает любовью к Бурым Медведям. Повторюсь – если вы хотите, чтобы я не только представлял Миракс на грядущих соревнованиях, но ещё и выиграл их, как минимум в одиночке и двойке, вам придётся дать мне доступ к небольшой части своих тайн. Либо мы забываем текущий разговор, и я пошёл готовиться к завтрашним урокам. Полагаю, магистры вновь начнут гонять меня по всему учебнику, несмотря на то что класс прошёл лишь две трети.

– Ступай в свою комнату, Лег. О своём решении мы тебя вскоре известим, – ректор Кальвар умудрился сохранить невозмутимость, чего нельзя сказать о магистре Болоре. Он с трудом сдерживался, чтобы не броситься на меня и не придушить на месте. Учитывая тот факт, что магистр являлся витязем, пробить мою броню ему не составит никакого труда. Мне приходилось держать между собой и куратором целую сеть магических нитей, а также внимательно следить за его именным оружием. Если магистр решит бросить в меня меч, то ни одна блокировка не сможет этому помешать. Однако обошлось – куратор справился с эмоциями. Лишь после того, как за моей спиной закрылась дверь приёмной, я с облегчением выдохнул и с удивлением уставился на дрожащие пальцы. Оказывается, эмоции переполняли не только наставников, но и меня.

* * *

– Магистр, поясните, откуда простой студент знает о гоблине и книге Альвира?

– Не гоблине, – невозмутимо поправил ректора магистр Эйро. – Лег говорил о существе, что обрабатывает информацию. Сделать такой вывод достаточно просто – юноша знает о прослушке в каждой комнате, а также у него есть глаза и мозги. Сопоставить количество комнат и необходимость обработки всей информации – дело нехитрое. Что касается книги – вопрос не для широкого совета. Однако, коллеги, прошу отложить обсуждение студента – к нам нагрянул незваный гость.

– Вы обнаружили нарушителя? – забеспокоился ректор.

– То, что от него осталось. В Миракс проникнул красный ассасин. Судя по тому, что нам удалось выяснить, он за кем-то гнался. Мои люди прямо сейчас выясняют подробности.

– Эйро, что за чушь вы несёте? Вы утверждали, что пройти сквозь защиту внешнего периметра невозможно! – вспылил магистр Болор. – Каким образом живой ассасин проник в канализацию?

– Это можно сделать только в одном случае – если он гнался за представителем императорской семьи и прошёл в образовавшуюся брешь, – ректор не сводил с главы безопасности взгляда. – Магистр, нам нужны пояснения. У вас же есть догадки?

– По имеющимся у меня данным, Ландо Слик признан виновным в понесённых Гадюками потерях. Первый наследник заключил союз с южными кланами и в столицу прибыло от двадцати до тридцати красных ассасинов. Точного количества мне неизвестно, как и их градация. Известно лишь то, что как минимум один из явившихся является магистром, трое – рыцарями. Много новообращённых. Я не привык оперировать непроверенной информацией, но, если вы требуете именно догадку… Полагаю, красный убийца преследовал Ландо, но тому удалось оторваться и исчезнуть, использовав способность возвращения во дворец. Затем ассасин наткнулся на Лега и поплатился за свою глупость. Мальчишка наглядно продемонстрировал, за что получил звание «спаситель мира». Он действительно силён.

– Красные ассасины в Альрусе и они на службе у Гадюк? – нахмурился ректор. – Почему об этом нам становится известно только сейчас?

– Информация пришла непосредственно перед совещанием, – спокойно ответил Эйро. – Гадюки тщательно скрывали этот факт. Полагаю, об этом не осведомлён даже император. После того, как Ландо Слик не смог выбраться из города, я гарантировал ему безопасность в стенах Миракса. Собственно, поэтому и могу сделать предположения, что ассасин преследовал именно четвёртого наследника.

– Господа, прошу остаться в моём кабинете только представителей высшего совета Миракса, – произнёс магистр Кальвар. Оспаривать решение главы никто не посмел и спустя всего пару минут в кабинете осталось лишь четыре человека. Ректор, магистры Эйро, Болор и Вирано. Четверо самых влиятельных представителей клана Чёрного Ворона.

– Эйро, давай начистоту. Что происходит?

– Происходят не самые приятные вещи, ректор. Клан Гадюк решил продемонстрировать свою силу и вернуть былое величие. Прошла большая волна арестов, несколько домов признаны ненадёжными, их выселяют из Альруса. За последние два дня не было ни единого часа, чтобы защитный периметр не подвергся атаке. К нам пытаются проникнуть со всех сторон. По поверхности, по воздуху, теперь вот под землёй. До сих пор защита справлялась. Однако, если кто-то из императорской семьи проведёт красного ассасина через периметр, предсказать последствия не возьмусь. Мы можем потерять Миракс.

– Они не посмеют нарушить закон! Тотем им не позволит! – ахнула магистр Вирано.

– Представители клана Гадюк вольны находиться в любой точке империи, где им заблагорассудится. Таков закон. И Чёрный Ворон не сможет этому помешать. Когда у императорской семьи появится время, они явятся к нам. Причём явятся в обязательном порядке. Мы для них как бельмо на глазу.

– Заблокировать доступ! – в сердцах выпалил магистр Болор. – Пусть обломают зубы о защиту Миракса!

– Мы не можем этого сделать, – задумчиво произнёс ректор. – Законы древних никто не отменял. Миракс не может существовать без покровителя.

– Перейдём к Пантерам! Давно следовало это сделать, – предложила магистр Вирано, но Эйро вновь взял слово:

– Ульма Релойт убита. На её место встал Дэран Релойт, внук. Он заключил союз с Гадюками, едва ли не объединившись кланами. Пантеры стали полноправными вассалами императорской семьи. Ни о какой оппозиции больше речи не идёт.