Красавица Миррил, чудовище Миррил

Свет прожекторов машины жадно вгрызался в ночь. Траса была практически пуста; лишь изредка навстречу проносились красноватые огни паровых машин. Воздух был чист – ни одного летательного аппарата.

А чёрной клиноподобной машины всё не было. Не было и несущего смерть демона во плоти.

И это не могло не радовать… Но кому не знать про вред такой радости, как не Миррил, и, уж конечно, Дироку? Радость расслабляет, делает слабым, не способным устоять перед чёрствым ликом смерти.

Миррил боялась засыпать. Боялась вновь пережить страшное видение возможного будущего. Но усталость и мерное покачивание машины взяли своё. Девушка провалилась в сон. И проспала она до самого утра.

Без снов.

– Проснулась? – первое, что услышала она. Конечно же, это был голос Дирока. Спросонья его некрасивое лицо казалось отталкивающим, как никогда.

– Ты бы не мог остановиться? Я хочу в туалет, а ещё у меня всё затекло… – сонно промурчала красавица.

– Хочешь размять свою аппетитную задницу? – сухо спросил Дирок.

– Ты с самого утра меня доставать повадился? – фыркнула Миррил.

– Мы не можем так рисковать, сладкозадая, придётся тебе сделать свои дела в бутыль – я его специально для этого взял, – Дирок кивнул на трёхлитровую плексигласовую банку у себя под ногами. В банке бултыхалась в такт машине желтоватая жидкость.

– Фу-у-у! – Миррил скривилась от отвращения. – Ты что, туда отливал ночью?

Дирок довольно ухмыльнулся.

– А ты думала, я буду каждый раз останавливаться, как приспичит? Ты знаешь, что даже полуминутная остановка может стоить нам жизни? Нет, конечно же, ты этого не можешь знать, ведь в твоей светловолосой башке только наряды и духи, пузатые придурки с толстыми кошельками и… – воображение Дирока на этом выдохлось. Он был явно раздражён – ещё бы, за рулём провести почти целые сутки: – И… ветер там! – не совсем удачно закончил он тираду.

– Да какие на фиг духи? – Миррил не то, чтобы разозлилась, но для порядку ответить надо было. – Тебе самому не смешно? Меня лишили магического дара, на меня охотятся крылатый ублюдок и все наёмники округи! Скажи, стал бы ты думать о… ну, скажем, о чистоте своей сорочки, когда её, вместе с твоим сухощавым боком проткнули ножом? Ты бы думал о том, как остановить кровотечение ради своей жизни, а не ради дебильной и безвкусной сорочки. И вообще, как ты думаешь мне делать дела в этот бутыль? У меня немного по-другому органы устроены…

Дирок метнул гневный взгляд на девушку. Но больше в нём было не гнева, а усталости.

– Слушай, аппетитная задница, ты ведь умеешь водить машину?

– Ну… Я водила её… В будущем, то есть уже прошлом, то есть… – Миррил защёлкала пальцами, она явно не могла подобрать подходящих слов.

– Короче, навыки у тебя остались? – оборвал её раздумья наёмник.

– Думаю, да, – неуверенно сказала Миррил.

– Ну и прекрасно, – выдохнул Дирок. – У меня выдались весьма напряжённые сутки: драка с профанами на станции, утомительная езда… кстати, споры с тобой сил тоже не добавляют. В общем, уговор – я сейчас сделаю остановку и ты быстренько, что кролик во время траха, метнёшься в ближайшие кусты и сделаешь там свои грязные делишки. А после – сядешь за штурвал и повезёшь нас в ДГР. Ошибиться с дорогой сложно – просто езжай прямо по Западному Тракту и всё. Договор?

– Да пошёл ты, – вяло отмахнулась Миррил.

– Я принимаю это как «да», – устало кивнул Дирок.

Миррил ничего не ответила.

Вскоре Дирок свернул на обочину и остановил машину.

Когда Миррил вернулась из ближайших кустов, он уже храпел, умостившись на задних пассажирских сидениях. Девушка села в водительское кресло и тронула машину с места. Получилось у неё с первого раза. Так, словно она уже водила её до этого…

Обе ручки выставить вперёд – машина едет прямо. Потянуть левую – машина уйдёт влево. Потянуть правую – машина уйдёт вправо. Обе ручки на себя – нейтральное положение, двигатель работает вхолостую. Скорости можно менять лишь в нейтральном положении. На стандартных машинах коробка передач в три скорости. Бывают и другие коробки – на две или четыре, но особой популярностью у монополистов машиностроения они не пользуются. Выставив скорость, необходимо медленно передвинуть оба рычага вперёд до упора. Нужно быть внимательным и не перемещать рычаги слишком быстро. Если это случится, сработает блокировка, и избыточный пар из котла подастся на выхлопную трубу. А при дальних поездках любая потеря воды к добру не приведёт, особенно если рядом нет источника, из которого можно пополнить её запасы.

К вечеру Дирок проснулся и сменил Миррил. Девушка изрядно устала, но спать не ложилась. Поужинав сушёными спрутами и баночкой соевых консервов, она попыталась завязать разговор со своим телохранителем. Ей хотелось узнать про Демократическое Государство Римбаран больше, чем общеизвестные сведения и полуправдивые слухи. Но Дирок на разговор явно не был настроен. Вначале он просто молчал, а потом потерял терпение и, как это он умеет, объяснил девушке, что разговаривать не собирается, что незачем ей своей пустой болтовнёй спугивать его мысли и в том же духе…

Миррил демонстративно повернулась к нему спиной (умостившись поудобней на задних пассажирских сиденьях) и закрыла глаза. На Дирока это не произвело и малейшего впечатления.

– Ты спишь? – спустя час после не получившегося разговора спросил он.

– Тебе какое дело? – надуто спросила Миррил. Сон не лез ей в голову, хотя всё тело так и ныло от усталости.

– Мы до сих пор живы… – сказал Дирок, вглядываясь в выхваченную прожекторами дорогу.

Миррил ничего не ответила.

– К обеду, если твои боги будут к тебе благосклонны, мы достигнем границы ДГР. Проблем перевалить через блокпост не должно возникнуть, хотя сейчас точно утверждать ничего нельзя. Поживём – увидим. Если доживём, конечно… У меня предчувствие дурное. По идее, тот «летающий урод» давно уже нас должен был настигнуть. Индивидуальное средство полёта, которым он по твоим словам пользуется, способно набирать скорость в десятки раз большую, чем наша машина. По сравнению с ним – мы черепаха с переломанными лапами…

Дирок был явно доволен удачно подвернувшимся сравнением. А вот Миррил прошиб ледяной пот.

– Может быть, твоё видение было не совсем точным, – тем временем продолжал Дирок. – Может быть, ты что-то напутала…

– Я ничего не напутала, – разозлившаяся Миррил вскочила с «лежанки» и прошипела эти слова Дироку прямо в обрубок уха. – Все образы отбились в моей голове кровавым клеймом. Всё, что я видела – я пережила своей «аппетитной задницей». Эта тварь отрубила мне голову… А тебе, если не помнишь, продырявила череп метательной звездой…

– В ДГР их называют сюрикены… – сказал Дирок.

– Чего? – не поняла Миррил.

– Звёзды метательные. В Римбаране их называют сюрикены, – пояснил Дирок.

Некоторое время Миррил непонимающе глядела в лысый, покрытый пигментными пятнами затылок телохранителя. Потом разразилась ругательствами. Она ему про серьёзное, а он про какие-то «сюрекины» или как там их!..

– Скажи, почему каждый раз, как мы с тобой о чём-то пытаемся говорить, всё заканчивается скандалом? – спросил Дирок.

Миррил злобно сопела.

– Нет, ну серьёзно, разве так трудно нам говорить… – Дирок замолчал и резко повёл машину вправо (влево манёвр совершить нельзя было, так как на встречу ехала грузовая машина), объехав громадную выбоину в дороге. Попади в неё колесо машины – там бы и осталось. Но самое неприятное, правое зеркало заднего вида с треском отлетело, бок паровой машины прошёл в нескольких миллиметрах от телеграфного столба, слившегося с темнотой ночи. – Вот заболтаешь, блондинка недоделанная, и машину разобьём!

Рука Миррил, почему-то вцепившаяся в плечо Дирока, дрожала. И эта дрожь растекалась по плечу Дирока, словно электрический заряд по проводнику.

– Да не бойся ты, машина цела, а зеркало – не такая уж и страшная потеря, – попытался успокоить девушку Дирок.

– Дурак! – она расцепила пальцы и хлопнула по плечу, которое мгновением ранее было для неё защитой. – Мой сон... вернее, видение будущего… оно сбывается, – её голос был сдавлен, казалось, каждое слово вырывалось изо рта с болью. – Сбывается не так, как во сне, но сбывается. Тогда мы с тобой спорили… и из-за меня ты отбил зеркальце о телеграфный столб…

– Фатум… – только и смог выдохнуть Дирок.

Миррил нервно рассмеялась. Этот смех поверг бы в уныние и самого бога смерти Ярука…

Дирок поборол мысль остановить машину. А вместе с этой мыслью он поборол и охватившее его чувство обречённости:

– Но ведь отбил я зеркальце не из-за тебя. Это всё выбоина в дороге!

Миррил не переставала нервно смеяться.

Глава 8: Разбитые планы

Извивающаяся лента дороги, окаймлённая рапсовыми полями. Мерный гул колёс и шум влетающего в открытые окна ветра.

– В общем, паниковать нам нечего, – размышлял Дирок. – Ну, отлетело зеркальце. Ну, подозрительно это похоже на твой дикий сон. Дальше что? Не бывает в этой жизни совпадений? Даже если не бывает… По крайней мере мы готовы к тому, что нас может ожидать. А заранее знать ухаб на дороге – вовремя его объехать…

Миррил внимательно слушала Дирока, не пропуская ни одного слова, смотря на него с надеждой, что на девушку-истеричку совсем не было похоже.

– Я вот что скажу, аппетитная задница, мы выберемся из этой передряги, – твёрдым, как калёная сталь из островов Каори, голосом заявил телохранитель. – Во-первых, у меня контракт – а контракты я всегда… ну, почти всегда выполняю. Во-вторых, мне самому подыхать-то и не хочется, даже за такую кралю как ты. Да, демона во плоти практически невозможно уничтожить. Но кто говорит, что его нужно уничтожать? Когда в воздухе парит орёл – кролик тихонечко себе отсиживается в норе… Первичный план с ДГР придётся отбросить. Там мы способны укрыться от легальных охотников за головами, но уж точно не от того урода. Ты спросишь, что нам остаётся делать? – Дирок сделал паузу, словно ждал чего-то от Миррил, но девушка молчала, глядя на него широко распахнутыми глазами, в которых плескались аквамариновые волны надежды. – Ты, должно быть, слышала о некоторых мелких подземных поселениях? Бытует мнение, что в них живут изгои, психи, ненормальные и всё в таком духе. И знаешь что? Это мнение не такое уж далёкое от истины…

Миррил захлопала ресницами.

– Так вот, к ним мы не пойдём ни в коем слу… – Дирок осёкся и всмотрелся в левое зеркало заднего вида. – Клиноподобная чёрная машина, говоришь?

Девушка впала в оцепенение. Цепкие когти страха впились ей в горло – позади действительно ехала клиноподобная чёрная машина. Именно та, из вещего сна. И скорее не ехала, а догоняла…

– Ты слышишь меня? – не дождавшись ответа, Дирок влепил Миррил отрезвляющую пощёчину. – Садись за рычаги и гони во всю! Прямо гони, не мотыляй ей без надобности, поняла?!

Миррил дрожала, словно осиновый листок. Дирок отвесил ей ещё одну пощёчину, на этот раз повнушительней. Злость, хлынувшая в душу девушки вместе с кровью, прильнувшей к месту удара – вернули Миррил в чувства. Она вцепилась в рычаги управления – и как раз вовремя, так как Дирок их попросту отпустил и полез на заднее сиденье.

Звон стекла – это он разбил заднее окно. Несколько хлопков болтострела. Ругань Дирока. Опять хлопки. Миррил глядит вперёд. Что происходит за спиной – страшно думать. Хлопки смертоносного болтострела. Показалось, или о корпус машины что-то бумкнуло, словно вонзился болт? Хлопки. Остервенелая ругань. Пот заливает глаза. Взмокшие ладони сжимают рычаги управления. Кровь стучит в висках. Этот стук нарастает, заглушая собой всё остальное. Внешние звуки сейчас кажутся чем-то хлипким и отдалённым. Словно шелест травы или тихий щебет птиц сквозь сон. Бам, бам, бам – отбивает тревожный ритм кровь в висках. И в этой тревоге есть что-то умиротворяющее, спасительное – ведь кроме него, не слышно ничего больше…

Рука больно сжимает плечо, трясёт. Завеса адреналинового возбуждения с треском рвётся, начинают проскальзывать звуки из внешнего мира. Эти звуки сливаются в слово «останови»!

Миррил потянула обе ручки на себя, выставив нейтральное положение. Плавно завела рычаг тормоза.

Машина остановилась.

– Сиди здесь, – приказал Дирок, перезарядил болтострел и выскочил на дорогу.

«Сиди здесь» – пронеслись его слова в голове Миррил. Смешно даже… Она бы в любом случае не вышла из машины… Страх намертво сковал её…

Дирок осторожно приближался к чёрной клиноподобной машине. Вернее, к тому, что осталось после её столкновения с телеграфным столбом. Осторожностью никогда не следует пренебрегать, но после такой аварии вряд ли кто-нибудь смог бы выжить… Столб прошёл свой смертоносный путь от переда машины (зашёл аккурат посередине клина) до бампера. Разумеется, пройдя вдоль всего салона. Сжатые и покорёженные части когда-то ровного корпуса, охватывали телеграфный столб объятьями смерти. Машину буквально разрезало столбом пополам – такой быстрой была скорость преследователей. Преследователей? Вряд ли среди того кровавого месива мяса и костей можно было что-то разобрать. Разве что забрызганный кровью и мозгами обрывок детской игрушки – голова, часть туловища и лапка плюшевого зайчика…

«Будь всё проклято, – с ужасом подумал Дирок. – Они ведь не отстреливались в ответ…»

Подавленный, он вернулся к машине, на водительском сидении которой по-прежнему сидела перепуганная Миррил.

– Ну ты и кобка, – прошипел Дирок Мистафилиус и заехал девушке кулаком в висок. Он не рассчитал сил: Миррил повалилась, как подкошенная. Из виска потекла кровь.

– И я тоже кобка, пришпахток недоделанный, – всё больше злился Дирок, глядя на потерявшую сознание девушку.

Он похлопал по карману, где держал сигаротты и разозлился до предела – свою пачку сигаротт он вчера выкинул. И всё из-за этой паршивки Миррил. Что она с ним сделала? Столько лет Дирок жил своей жизнью, следовал своим идеалам… И тут появилась она – это чудовище в обличии голубоглазой красавицы блондинки. За столь короткое время она изменила его. Заставила разуверится в покойном отце. Из-за её тупого сна умерли невиновные люди. Дирок попытался утешить себя надеждой, что в машине могли быть и наёмники, а детская игрушка лежала у них в салоне вроде талисмана. Но от этой попытки оправдать своё чудовищное преступление – становилось ещё гаже на душе: какой душевнобольной наёмник будет использовать в качестве талисмана плюшевого зайца?..

Это всё она! Это порождение зла! Она сгубила десятки, а то и сотни невиновных людей, когда была способна творить магию. А сейчас? Её жажда убийства ищет новый выход. И она нашла его – совершать злодеяния руками простачка Дирока! Как же он всё-таки ненавидит эту блакню!

Подобные мысли сверлили мозг Дирока, когда он перетаскивал Миррил на заднее сиденье. Был даже момент, когда он решился задушить девушку, но вовремя опомнился. В глубине души Одноухий знал, что Миррил не виновата во всех человеческих грехах. Она капризная и избалованная, взбалмошная девица, но уж совсем не такое чудовище, каким в эти мгновенья представил её Дирок. Вернее, чудовище – не её главная сущность. Лишь небольшая часть. И если держать эту часть под замком, то девушка вполне даже заслуживает право на жизнь…

Дирок, конечно же, рад бы был бросить Миррил здесь, пока она без сознания. А контракт? В задницу этот контракт! Дирок уже как-то раз отказался выполнить до конца один контракт. И ничего в этом ужасного он не видит. Всегда найдутся новые наниматели, готовые заплатить хорошие деньги за менее рискованные услуги. Но… Если Дирок сейчас уйдёт, то Миррил… без него она не протянет и до вечера…

Неужели у черство-сердечного наёмника проклюнулось что-то вроде сострадания к этой девушке? Нет, на Дирока это уж совсем не похоже!

Мысленно выругавшись и пожалев, что так сильно заехал Миррил в висок (она до сих пор не пришла в сознание), Дирок тронул машину с места.

Задуманный им путь так или иначе шёл через ДГР; мудрить и сворачивать с дороги не пришлось. Ехал себе и ехал.

Что-то на Дирока это совсем не похоже: совесть просто бурила его, выедала изнутри. И этот импульсивный удар в висок… Куда подевался хладнокровный и лишённый совести наёмник Одноухий? Тот, кто без лишних мыслей обрывал жизнь любого – виновного или нет – лишь бы хорошо за это платили! Тот, чьё имя повергало в ужас того, кто волей несчастливой судьбы оказался в списке неприятелей и заказанных! Ведь, по большому счёту, убийство людей в чёрной клиноподобной машине – лишь часть задания. Работа, которую нужно выполнять – свести к нулю любую угрозу жизни Миррил. А что Одноухий сделал? Свёл этот риск на нет, а потом сам причинил девушке увечье – тем самым грубо нарушив условия контракта с графом Марконием! И вообще, после такого удара она просто могла не выжить…

Дирок остановил машину и повернулся к Миррил.

Девушка еле дышала. Из виска тонкой струйкой текла кровь.

– Приехали… – отчаянно выдохнул Дирок.

Съестные припасы на станции они купили, а вот про медикаменты как-то не подумали… Дирок перерыл всё в машине, но аптечки не нашёл. Благо, среди снеди живительной росой поблескивала бутылка крепкой настойки. Сперва смачно хлебнув из горлышка для успокоения расшатавшихся нервов, Дирок обработал пятидесяти пяти градусной настойкой и обмотал куском сорочки рану Миррил. Но этого недостаточно. Девушке нужен настоящий врач. После такого удара вполне может быть сотрясение мозга…

«Ну не родас фарлиный ли я?» – в который раз подумал Дирок. До пограничного пункта ДГР оставалось совсем немного. Вот-вот и вынырнут его красно-белые столбы за очередным поворотом. Дорога становилась всё оживлённей. Группа юнцов на мотоциклах улюлюкая и кичась обогнала с разных сторон их машину. Гонщикам есть чем выпендриваться – мотоциклы каждого имели магониевые двигатели. От этого и феноменальная скорость. Вздумай кто-нибудь из юнцов приделать к своему железному коню крылья – непременно бы воспарил в воздух…

Почему Дирок ударил Миррил? Был ли он действительно так расстроен смертью невинных людей (а может и наёмников)? Или просто это накопившаяся к Миррил злость выплеснулась наружу? Увы, Дирок не мог сам понять, что двигало им в тот злосчастный момент…

Но что бы это ни было, а результат оказался плачевный!

Вереница машин медленно вползала в распахнутый зёв пропускного пункта. Мимо столбов и колючей проволоки, мимо вооружённых болтострелами и огнемётами охранников, мимо служебных псов и бержимотов, натасканных в считанные секунды улавливать запах наркотиков. Медленно, но верно, машины проезжали без остановок на осмотр. Дирок прекрасно знал, что плановые проверки на пропускных пунктах проводятся приблизительно раз в пятнадцать минут. Конечно же, на неё попасть ему уж очень не хотелось. Лишние разговоры и выяснения не сулят ничего доброго…

Стоит ли удивляться тому, что произошло дальше? Ну не может никогда идти всё гладко! А учитывая то, что стоило Дироку вступить в обязанности телохранителя Миррил, как вообще всё пошло через одно место (в котором никогда не светит солнце), это уже не злосчастное совпадение, а жестокая закономерность…

Невероятно высокий и ещё более невероятно тощий брин, любовно поглаживая цевьё огнемёта, остановил машину Дирока.

– Цьель вашьего визьита, – на ужасном для северян южном наречии спросил таможенник, просовывая вытянутую голову в раскрытое окно и косясь на бессознательную Миррил с перевязанной куском сорочки головой.

– Едем навестить могилу усопшей бабушки, – сухим, как полежавшее под палящим солнцем яблоко, голосом ответил Дирок.

– Чтьо сь дьевкай твьоей? – задал логичный вопрос брин.