Седьмое правило дворянина

Когда до пирамиды оставалось примерно пара тысяч шагов, решили сделать небольшой привал. Мы шли уже почти четыре часа, и я чувствовал, что все порядком устали — нужно было немного отдохнуть.

— Привал! — крикнул я и сбросил Рюкзак на песок.

Мы сели так, чтобы получился большой круг и все могли видеть друг друга.

— Кто-нибудь хочет есть? — спросил Минин и вытащил из своего Рюкзака пакет с сухим пайком.

Ему никто не ответил. Все истекали потом и пили воду.

— Ну как хотите, — прокомментировал он, затем достал из пакета кусок бастурмы и сунул его в рот.

— Интересно, что там такое? — спросил Бахрам, глядя на пирамиду.

Разумеется, его вопрос остался без ответа — откуда мы могли знать, если видели что-то подобное впервые? Единственное, в чем я был уверен, эта штуковина побольше тех храмов, в которых водились паучихи с женским телом.

Немного отдохнув и набравшись сил, мы продолжили свой путь.

Все-таки жара давала о себе знать, и я поймал себя на мысли, что сейчас дорого заплатил бы хоть за самую слабенькую тень. От постоянного движения под солнцем у меня уже начинала трещать голова.

Легче всего приходилось Бахраму с его командой. Глядя на их лица вообще нельзя было сказать, что это путешествие через горячий песок доставляло им хоть какие-нибудь неудобства.

Чем ближе становилась пирамида, тем тревожнее было у меня на душе. Было такое ощущение, что сейчас произойдет какая-нибудь хреновина — слишком долго мы идем без приключений, а в последнее время уже лишь это обстоятельство начинало настораживать.

Все так и вышло, когда до пирамиды оставалась пара сотен шагов — безмятежная картинка вокруг нас начала стремительно меняться.

Сфинксы, которые до этого неподвижно сидели на своих пьедесталах, начали оживать.

Они одновременно встали на свои лапы и тишину вокруг нас разорвал одновременный рев шести глоток. Затем они отряхнулись и будто сбросили с себя желтую вековую песочную пыль, которая покрыла тварей за долгие годы.

Их тела заиграли красками и мне удалось рассмотреть, что они из себя представляли. Мощные, фиолетовые туловища были похожи на человеческие, хотя лапы у них все же звериные. Не могу сказать точно какому животному они могли бы принадлежать, но скорее какой-нибудь огромной кошке.

Головы сфинксов венчали мощные рога, которые больше подошли бы волам. На их могучих спинах красовались кожистые черные крылья. Если бы я не был уверен в том, что сейчас нам придется драться с этими тварями, то я бы сказал — зрелище их возрождения было очень впечатляющим. Мне понравилось.

Вот только все оказалось даже хуже, чем мне казалось. Песок перед сфинксами начал проваливаться в некоторых местах и из появившихся дыр наружу полезли какие-то странные твари, которые чем-то были похожи на бледных наг. Однако эти отличались тем, что их тела будто переливались огнем, а в руках они сжимали пламенные трезубцы.

— Это саламандры! — громко сказала Василиса, которая стояла рядом со мной. — Осторожнее, Володя, не знаю, как со сфинксами, а вот против этих созданий огонь тебе точно не поможет.

Об этом мне было известно и без некромантки — я бестиарий читал внимательно. Правда, про сфинксов там никакой информации не было, а вот с этими тварями наши Мироходцы уже встречались и в Модуле их описание имелось. Хотя должен сказать, что вживую они очень сильно отличались от своих трехмерных изображений. Причем эти были гораздо больше и выглядели намного опаснее.

Против них отлично работал лед, так что думаю Алексею будет чем заняться. Жалко, что и у Бахрама в команде со стихией воды никого нет, так было бы чуть легче…

— Минин, саламандры за тобой! — крикнул я. — Ну а всем остальным следить за сфинксами и дать Лешке возможность спокойно работать.

Правда никто из нас не знал дадут ли нам сфинксы «следить» за ними, но нужно же было как-то поддержать ребят.

Тем временем, пока мы рассредотачивались, наши враги пришли в движение. Сфинксы взлетели в небо, а саламандры огненными ручейками поползли в нашу сторону.

Крылатые твари подлетали все ближе и вскоре над нами появились их тени. Вблизи они оказались намного больше и еще опаснее. Мы начали работать практически одновременно.

Воздух прорезало сразу несколько заклинаний, по одному из сфинксов шарахнуло молнией и от пронзительного крика у меня заложило уши. Сазонов оказался точен.

Еще одного сфинкса закрутило в огромной воздушной воронке, и он, сложив крылья, рухнул в песок, подняв вокруг себя тучу песочной пыли.

Я выбрал себе цель и один за другим пустил в зависшего надо мной сфинкса сразу парочку Огненных шаров, которые с характерным шипением полетели в тварь. От первого шара сфинксу удалось увернуться, а вот второй врезался в него, окутав огненным облаком.

Не глядя, что с ним произойдет дальше, я напустил на четвертого сфинкса огромного Феникса, который с пронзительным клекотом вцепился в него своими когтями.

Тем временем саламандры подбирались все ближе и пришел черед вступить в бой Минину, который не жалея магической энергии начал расстреливать их ледяными стрелами. Они, будто гигантские стеклянные копья, летели в огненных змей и со звоном пробивали их тела. Одно было плохо — несмотря на все старания Алексея их было слишком много, чтобы у парня получилось пустить заклинание хотя бы в каждую из них.

Пара оставшихся сфинксов к этому моменту уже спустились на землю и вступили в яростную схватку с Мироходцами. Как же быстро они двигались! Вот один из них стремительным прыжком приблизился к Подариной и на нее посыпался град ударов.

На лапах сфинкса появились длинные когти, которые напоминали металлические косы. Я бросился ей на помощь, но даже с учетом того, что немного замедлил его, все равно не успел помешать ему нанести нашей защитнице несколько ударов.

От первого она уклонилась, второй отбила своим мечом, а вот третий пришелся ей прямо в бедро. Она вскрикнула, на песок фонтаном брызнула кровь, окрасив его в бордовый цвет, и девушка упала.

Сфинкс занес над ней лапу для последнего удара, но я уже был рядом. Совершив отчаянный прыжок, я оказался над ней и принял его удар. Звякнула сталь. Я почувствовал всю мощь этой твари, но Рассвет с достоинством выдержал этот удар.

Не ожидав, что между раненной девушкой и желанием сфинкса прикончить ее возникнет какая-то преграда, он зарычал. Я увидел, как на меня несется его вторая лапа, наклонился и почувствовал, как его когти разрезали воздух прямо надо мной.

Я оказался прямо под сфинксом и не собирался упускать такой шанс. Со всей злостью воткнул Рассвет прямо в его фиолетовое пузо, которое оказалось совершенно незащищенным. Он заревел и меня окатило горячей волной его внутренностей, вывалившихся прямо на меня.

Ну и мерзость! Воняло так, будто меня посадили в бочку с тухлой рыбой. У меня даже голова закружилась от жутких миазмов.

Я откатился в сторону и сфинкс упал. Еще мгновение, и он бы придавил меня своей тушей. Перед тем, как окончательно испустить дух, он еще попытался было меня боднуть своими рогами, но это было слишком медленно для того, чтобы могло представлять для меня хоть какую-то угрозу.

Вокруг происходил полный кавардак. Я увидел троих мертвых сфинксов и еще больше дохлых саламандр, переливающихся всеми оттенками красно-оранжевого. Жаль только, что кроме монстров на песке было и несколько человеческих тел.

Зараза! Было бы хорошо посмотреть что с ними, но пока явно не до того — сражение еще не закончилось.

Где Василиса? Я поискал ее взглядом, не нашел с первого раза и разозлился. Тоже мне герой — не хватало еще, чтобы я проворонил тот момент, когда ей угрожала опасность.

— Володя! — услышал я жалобный женский крик за своей спиной.

Резко повернулся и увидел еще одного сфинкса, рядом с которым лежал кто-то из людей Бахрама. Всего в нескольких шагах от него была Василиса.

Воспользовавшись Кольцом Телепортации я словно ветер за долю секунды перенесся вперед и оказался между Соловьевой и этой тварью. Надо ли говорить, что сфинкс никак не ожидал увидеть меня перед собой? Ну а еще больше он не ожидал, что я рубану его Рассветом прямо промеж рогов.

— Держи, бычара! — прорычал я, вложив в удар всю свою злость, которая кипела во мне от одной только мысли о том, что еще несколько секунд и этот урод мог прихлопнуть Василису.

Его череп лопнул как переспевший арбуз и буквально раскололся на две половины. Нет, все-таки классный у меня меч! Не зря я за него отдал девять тысяч с хвостиком!

Я повернулся, чтобы помочь Соловьевой встать, но она уже и сама справилась. Более того, судя по ее полуприкрытым глазам, уже что-то колдовала.

— Они снова оживают! — услышал я дикий крик Бахрама.

Что там еще такое? Я быстро окинул поле боя взглядом и понял, о чем он беспокоится — мертвые сфинксы вновь поднимались на лапы. Вот только брели они в сторону своего последнего оставшегося в живых собрата, который наседал на жарящего его молниями Сазонова.

— Твоя работа? — крикнул я Василисе.

— Ты мне мешаешь! — недовольно ответила она, но это меня успокоило.

Она не смогла оживить только последнего сфинкса, которому я разрубил череп на две ровные половины. Все остальные вскоре вцепились в последнего собрата, не оставив ему никакого шанса.

— Они теперь за нас! — прокричал я брату султана и помахал ему рукой привлекая внимание.

Когда он посмотрел на меня, я указал ему на Соловьеву, и он понимающе кивнул — видимо знал, каким Даром она обладала.

Ну а мы тем временем заканчивали с саламандрами, которых осталось совсем немного — всего около десятка. Точнее сказать, что ими занимались практически все кроме меня — заклинания огня на них не действовали, а попытка разрубить саламандру Рассветом, тоже закончилась неудачей. Меч просто проходил сквозь них, как ни в чем ни бывало.

Воронов со своей стихией земли тоже оказался не у дел. Хорошо хоть Минин и аэромаги своими заклинаниями очень быстро с ними расправлялись.

Пока ребята заканчивали сражение, я подбежал к Подариной, чтобы проверить как там у нее дела. Но к счастью Анна оказалась толковой девчонкой и к этому моменту успела сама о себе позаботиться.

Рядом с девушкой валялось несколько пустых шприц-тюбиков, кровь она уже смогла остановить и даже нашла в себе силы улыбнуться:

— Со мной все будет в порядке, Владимир, лучше посмотри, что там с остальными.

Убедившись, что она не врет и не пытается строить из себя бессмертную героиню, я пошел к остальным. В данный момент это мне казалось важнее, чем присматривать за Бахрамом. Тем более, что дело шло к концу, а рядом с ним отиралась парочка Мироходцев из его команды.

Еще двое ребят из Бухарского Султаната признаков жизни не подавали и помочь им было никак нельзя. У одного из них была отрублена правая рука и он просто умер от потери крови, а у второго на груди были сразу три опаленные раны. Судя по всему, одна из саламандр проткнула его своим огненным трезубцем.

К сожалению и среди наших были потери… Еще один парень из команды Сазонова распрощался с жизнью. Этот, видимо, попал под удар сфинкса — верхняя половина черепа была срезана будто огромной косой и на песке лежало розово-серое вещество. Такие раны не лечат даже самые лучшие целители.

Глядя на него я и не заметил, как шум сражения затих.

— Бывает и так… — услышал я голос Мирона, который снял с себя рубашку и положил на лицо убитого парня, чтобы не было видно его жуткой раны.

В этот момент я почувствовал, как мою шею обвила женская рука и я услышал знакомы шепот:

— Мы выиграли этот бой, Володенька.

Ага, этот выиграли и уже потеряли четверых. Еще неизвестно, что ждет нас дальше. Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения.

Я посмотрел по сторонам. Ребята сидели на песке и отдыхали после сражения. Кто-то пил воду, кто-то просто лежал…

— Моим нужно вырыть могилы, — сказал подошедший ко мне Бахрам. — Нужно похоронить их с почестями, как воинов.

— Похороним, — пообещал я ему. — Вот закончим наши дела и похороним. Мы пока еще не сделали самого главного.

Он кивнул и отошел в сторону.

— Отдыхаем полчаса! Колите препараты! — громко крикнул я и плюхнулся на песок.

Тридцать минут пролетели незаметно. Казалось, что прошло не больше пяти — только я успел вколоть себе «Оптимум» и закрыл глаза, как меня уже пихала в бок Василиса:

— Пойдем, Володя. Время.

Я нехотя встал, скомандовал общий сбор, и мы все пошли к пирамиде. Все, за исключением Подариной. Она хоть и порывалась идти с нами, но неизвестно что нас ждет впереди, а в таком состоянии она будет скорее мешать, чем помогать.

Пирамида величественно возвышалась посреди песка каменной громадиной. Мы осмотрели ее с той стороны, где стояли уже опустевшие пьедесталы, но входа внутрь не обнаружили и это было странно. Даже никакого намека на него, лишь ровные каменные плиты.

Нам потребовался почти час, чтобы обойти пирамиду по кругу и обнаружить один неприятный факт — входа внутрь не было.

— Ну и что это значит? — спросил Минин и уставился на Василису.

Вскоре его примеру последовали и остальные, которые смотрели на некромантку так, будто она должна знать ответы на все вопросы этого мира.

— Откуда я знаю? — огрызнулась она. — Почему ты именно у меня об этом спрашиваешь?

— А у кого я должен спрашивать, у Тосика? — удивился Лешка. — Ты же у нас здесь соображаешь в этих всех некромантских штуках!

— Карамба, барон Димир? — услышал я удивленный голос плюшевого. Как только прозвучало его имя, он мигом выбрался из Рюкзака выяснить в чем, собственно, дело.

Василиса окинула нас взглядом, устало вздохнула, села на песок и оперлась спиной на каменную плиту.

— Присаживайтесь, господа, — сказала она и сложила руки на груди. — И закройте пожалуйста рты — мне нужно спокойно подумать.

Глава 5

Британская империя.

Виндзор.

Джентельменский клуб «Виктория».

Элитный джентельменский клуб «Виктория» открывался раньше положенных десяти часов утра крайне редко. Лишь только в тех случаях, когда посетители могли заплатить за это. Вот как сегодня, например.

Более того, этот день вовсе можно считать исключением из правил, так как клуб не только открылся в восемь часов утра, но и распахнул свои двери лишь для четверых гостей. Для всех остальных он будет закрыт до того момента, пока эти четверо не соизволят его покинуть.

Что поделать, они могли себе позволить заплатить за то, чтобы их никто не беспокоил. По крайней мере, это правило работало здесь, в Британской империи.

Все четверо были русскими и являлись членами тайной организации, которую сами же и создали. Она носила гордое название «Лига горноцвета».

Вообще-то совсем раньше в эту организацию входило шесть человек, но недавно произошли некоторые изменения, которые сократили это число до четверых.

Сначала арестовали князя Юрьевского, а спустя сутки компанию ему составил и князь Федор Игнатьевич Юсупов, который не захотел покидать Российскую империю в надежде, что его арестовать не посмеют. Однако же, посмели. Арестовали и отправили в Бутырку.

За большим деревянным столом сидели четыре совершенно разных по внешнему виду человека, которых объединяло лишь две вещи.

Первое — все они были князьями. Второе — до колик хотели, чтобы вместо Юрьевского и Юсупова, в Бутырке оказался Николай Александрович Романов. А лучше даже, чтобы последний миновал тюрьму и сразу очутился на плахе.

Вот только пока не складывалось, хотя они прилагали для этого все возможные старания и вкладывали очень много средств, которые смогли заработать их предки.

Лишь один из них жил в Британской империи — толстый рыжий усач, Савва Андреевич Ахматов. Все остальные прилетели на эту встречу с разных уголков Земли.

Например, высокий хмурый брюнет Магнус Христофорович Рейтер прикатил из Пруссии.

Огромный, похожий на медведя, Петр Алексеевич Лопухин, в последнее время в основном проживал в Египетском корлевстве.