Помоги проекту - поделись книгой:
Численность РККА, достигшая прошлым летом 4 миллионов, сократилась зимой до 3 300 000, однако теперь снова увеличивалась. Промышленность прекратила выпуск устаревших систем оружия и осваивала самые современные образцы: танки КВ и Т-34, самолеты МиГ-1, Як-3, Ил-2, Ту-2 и Пе-8, новые дивизионные и корпусные орудия. Пока этой техники производилось немного, но заводы получили на 41-й год жесткое задание: изготовить тысячу КВ (из них сотню сверхмощных КВ-2 и 900 новейших КВ-3 с длинноствольной 107-мм пушкой в башне улучшенной конструкции) и 2800 средних танков Т-34. Самолеты и танки Германии были несравненно слабее новых советских.
На стапелях Ленинграда, Николаева, Молотовска строились корпуса гигантских линкоров «Советский Союз», «Советская Россия», «Советская Украина» и «Советская Белоруссия», тяжелых крейсеров «Кронштадт» и «Севастополь» — все шесть должны были вступить в строй летом сорок третьего. Ведутся переговоры с Германией о поставке для «Кронштадта» двухорудийных башен с орудиями в 15 дюймов, в связи с этим проект корабля полностью переработан. Примерно через полгода будут готовы закупленный у Германии крейсер «Петропавловск» (бывший «Лютцов»), два легких крейсера проекта № 26 «Калинин» и «Каганович» — на Тихом океане, а через год на Балтике и Черном море начнут ходовые испытания средние крейсера проекта № 68: «Чапаев», «Чкалов», «Ушаков», «Нахимов» и другие. По завершении этой программы Красный Флот становился сильнейшим в Европе.
Адмирал Галлер, ухмыляясь, напомнил о кораблях, закупленных у итальянцев и немцев. Изучив устройство этих крейсеров и эсминцев, советские конструкторы многому научились, так что теперь готовятся новые проекты, которые превзойдут по мощи, защите и скорости однотипные корабли ведущих морских держав.
Доклады Сталин слушал не слишком внимательно, ибо все эти цифры были известны ему и прежде. Да, вооружений изготовлено много, войск у нас тоже хватает, но достаточно ли этого для победы над столь страшным врагом? Со времен Гражданской войны он твердо усвоил: успех не достигается одним лишь количеством, хотя без количества успеха быть не может вовсе… Исход величайших классовых битв определялся неизменно факторами не столько чисто военными, сколько политическими и психологическими.
Он вновь — который уж раз за последние недели — подумал, что для завоевания психологического перевеса над Гитлером необходимо добиться решительного результата в той части континента, куда за последние месяцы неуклонно перемещался центр событий — на Ближнем и Среднем Востоке. Итальянцы, подкрепленные немецким корпусом «Африка», развоевались и теперь медленно, но верно продвигались к Каиру. Уже разгорались антианглийские и прогерманские мятежи арабских племен в Ираке, Сирии, Палестине. А в Иране и Турции все громче звучали голоса, ратующие за присоединение к фашистскому блоку. На южной границе Союза сжимался ударный кулак, который следовало бы поскорее обезвредить.
— Что нового на английском фронте? — спросил Сталин.
Тимошенко, Жуков, Шапошников и Меркулов по очереди доложили обстановку. Всю зиму на Британских островах продолжались бои местного значения, но в небе над Англией не прекращались ожесточенные схватки авиации. Мобилизовав весь флот, англичане подвезли до ста тысяч штыков, набранных в Канаде, Индии, Австралии, Бирме и африканских колониях. Соединенные Штаты передали англичанам 50 старых эсминцев, до тысячи самолетов, наладили производство танков, артиллерии, боеприпасов. Не менее 10–15 тысяч добровольцев из США отправились в Англию — воевать против нацистов.
Подводные лодки Кригсмарине, применяя тактику «волчьих стай», свирепствовали на атлантических коммуникациях, отправив в гости к Нептуну не меньше семи сотен транспортных кораблей общим водоизмещением до четырех миллионов регистровых тонн. В свою очередь, силы охранения конвоев потопили полсотни субмарин. Теперь, когда часть английского флота вынуждена вернуться в Средиземное море, в Атлантике установилось примерное равенство сил, то есть потери британцев неизбежно возрастут.
За время зимней передышки Вермахт сумел переправить через Ла-Манш свежие дивизии, пополнил технику, доведя общее количество соединений до 32 дивизий, из них — 6 танковых и 4 моторизованные. Не вызывало сомнений, что в ближайшие дни германская армия нанесет удары силами двух танковых групп с целью окружить и уничтожить главные силы англичан.
Когда умолк очередной оратор, Сталин негромко произнес:
— Мы неплохо поработали над материальным обеспечением Красной Армии. К сожалению, наша Красная Армия остается частично деморализованной в результате не вполне удачной войны с Финляндией. Думаем, сегодня желательна еще одна малая война, которая вернет бойцам и командирам уверенность в своих силах.
Молотов, всегда понимавший Хозяина с полуслова, моментально подхватил, заикаясь совсем чуть-чуть:
— Да, бо-боюсь, войны не из-избежать. Турки откро-откровенно переметнулись на сторону Гитлера, постоянно устраивают про-провокации на нашей границе. Мы не мо-можем терпеть такую наглость по-по отношению к великой державе!
— На севере Турции действуют партизанские отряды, — поддержал его Берия. — Повстанцы просят помощи.
А Климент Ефремович с конармейской прямотой напомнил, как в двадцать первом году Владимир Ильич — от чрезмерной широты душевной, не иначе — подарил Кемалю Ататюрку немало исконно русской земли вроде Эрзерума и Карса, а тот самый Мустафа Кемаль-паша предал дело революции, снюхавшись с империалистами. Если уж мы смогли воротить утраченные в ходе Гражданской войны куски Украины, Белоруссии, Бессарабии, сказал первый красный маршал, то подавно следовало бы вернуть в лоно России кавказские области. Тут Микоян оживленно поддержал Ворошилова, заявив, что пора наконец отобрать у турков Западную Армению.
— Какая Армения?! — взвился Берия. — Район Артвина, примыкающий к Батуми, должен принадлежать Грузии!
Не дожидаясь окончания застарелых кавказских склок, нарком обороны Тимошенко и начальник Генштаба Жуков сообщили, что план операции «Эльбрус» разработан еще зимой.
— Ну, в добрый час, — одобрил Сталин. — Разворачивайте фронтовую группировку, и… — Он усмехнулся. — Очередная провокация обнаглевших янычар станет сигналом к началу войны.
Затем он задумался и, ни к кому конкретно не обращаясь, спросил, кого будем назначать командующим Закавказским фронтом.
Тимошенко торопливо доложил:
— Бывший командующий ЗакВО генерал-лейтенант Ефремов назначен в феврале заместителем генерального инспектора пехоты. Сейчас округом командует генерал-майор Козлов Дмитрий Тимофеевич…
— Генерал-майор на такой ответственной должности? — строгим голосом переспросил Сталин. — Тут маршал нужен… Погодите, какой еще Козлов, какой Ефремов? Помнится, Закавказским военным округом командовал маршал Егоров!
Тимошенко просветил вождя, что маршал Егоров ждет расстрела в подвале у Лаврентия Павловича.
— А, шени деда могитхан… — снова удивился Сталин тактично переходя на родной язык — И давно ждет?
— Третий месяц…
— Приговор пересматривается, — быстро сориентировался Берия. — Появились сомнения в виновности товарища Егорова. Похоже, что его дело было состряпано провокаторами из банды врага народа Ежова. Мы разберемся.
— Быстрее шевелитесь, — посоветовал Сталин. — Чтоб через неделю Александр Ильич принял фронт.
— Ему ж после кутузки подлечиться надо, — сказал сердобольный Ворошилов. — Вот Рокоссовскому и другим мы ажно по два месяца дали, чтоб на курорте оклемались.
— На Кавказе подлечится, — пошутил Сталин. — Там места курортные.
Все посмеялись. Потом аккуратист Маленков заметил, что нужно разработать четкий план агитационно-пропагандистских мероприятий — в частности, подошел бы тезис, что мы освобождаем от чужеземного владычества историческую родину братского армянского народа. Его поддержали, только Калинин сказал, сокрушенно покачивая бородкой:
— Мало там армян осталось, перебили всех в пятнадцатом… Придется их откуда-нибудь привезти. Как евреев в Биробиджан.
— Сами приедут, — уверенно сказал Сталин. — Как услышат, что мы, русские, освободили их древнюю прародину — со всего света слетятся. Как мухи на г…
2
НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ОБОРОНЫ СССР
Совершенно секретно
«16» марта 1941 г.
Снятие копий запрещено
Комментарии к стратегическому плану «Эльбрус»
1. Целью операций является разгром турецких войск и освобождение провинций (илов) Северной Турции…
3. Театр военных действий представляет сильно пересеченную гористую местность, затрудняющую применение крупных механизированных и стрелковых соединений. На советско-турецкой границе имеется всего 4 направления, по которым можно проводить войска: Чорохский, Ахалцихский, Ленинаканский и Куринский проходы…
4. Турецкие войска численностью 12 дивизий и 8 отдельных бригад располагаются преимущественно в крупных населенных пунктах. Дислокация вражеской армии по данным на 14/III-41 показана на карте № 1.
5. Для проведения операции «Эльбрус» разворачиваются 45, 46, 47 и 44-я армии в ЗакВО, а также выдвигаются 19-я и 21-я армии Северокавказского ВО. Общая численность фронтовой группировки составит 2 мехкорпуса, 2 тд, 11 сд, 5 кавдивизий, 8 горнострелковых дивизий. Из Московского, Уральского, Приволжского и Туркестанского военных округов перебрасываются дополнительно 10 танковых, кав., стрелк. и горнострелк. дивизий, а также авиационные части. Всего к 25 марта будет сосредоточено 480 тыс. штыков и сабель, до 1400 танков, 630 самолетов, 2100 стволов полевой артиллерии…
8. Ближайшей задачей Закфронта является стремительный разгром сил прикрытия в составе 4 дивизий и 2 бригад, освобождение городов Артвин, Ардаган, Карс, Игдыр, Каракесе, Сарыкамыш.
9. Последующая задача — удар силами 46-й и 47-й армий в направлении Эрзерума, прорыв мехкорпусов при поддержке 19-й и 21-й армий вдоль черноморского побережья к Трабзону, в то время как 44-я и 45-я армии очищают от противника район озера Ван.
10. Рубеж завершения фронтовой операции: Трабзон — Эрзерум — Муш-Битлис — Джизре. При необходимости допустимо дальнейшее продвижение.
12. Задачи Черноморского флота…
15. Срок готовности — 27 марта 1941 г.
Нарком обороны С. К. Тимошенко
Начальник ГШ Г. К. Жуков
НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ СССР
Совершенно секретно
«19» марта 1941 г.
В последнее время правительство Турции занимает откровенно прогерманскую ориентацию. Если зимой германское командование всерьез опасалось вторжения турецких войск силами до 15 дивизий в Болгарию и планировало упреждающий удар на Босфор, то теперь в Берлине и Анкаре ведутся интенсивные переговоры и к лету ожидается подписание договора о военном сотрудничестве между Турцией и Германией. Турция поставляет Германии стратегическое сырье, в частности, хромовую руду. Реакционная правительственная верхушка жестоко подавляет массовые народные выступления антифашистов.
Наиболее активными сторонниками сближения с германским фашизмом являются: президент Исмет Иненю, премьер-министр Шюкрю Сараджоглу, министр иностранных дел Нуман Менеменджоглу, военный министр маршал Февзи Чакмак.
Турецкое правительство развязало неприкрытую подготовку войны против СССР, генеральным штабом разработан план вторжения в республики Советского Закавказья. За 1940–1941 гг. в результате мобилизации численность турецкой армии увеличилась на 1 миллион, т. е. в 5 раз.
3
Из материалов газеты «Красная звезда»
Ирландия объявила войну Англии, провозгласив своей целью полное освобождение ирландского народа от англо-саксонского колониализма. В Дублине опубликовано заявление премьер-министра республики Имона де Валера, где, в частности, говорится: «Мы намерены возродить на Британских островах кельтское государство, уничтоженное вторжениями континентальных варваров под водительством Хенгеста и Вильгельма». Части ирландской армии, оснащенные немецким оружием, развернули наступление на Ольстер.
Таким образом, правители Турции не скрывают своих злобных замыслов против СССР и продолжают готовить агрессию. Все усилия Советского правительства мирно урегулировать назревающий конфликт не увенчались успехом по вине турецкой стороны. Ввиду этого ТАСС уполномочен заявить, что с 0 часов 30 марта между СССР и Турцией имеет место состояние войны.
Позавчера Карс, старинная русская крепость на Кавказе, освобождена войсками генерала Баронова. Сломив в ходе двухдневных боев сопротивление турецкого корпуса и захватив 14 тысяч пленных, в том числе трех генералов, красноармейцы вступили в Карс. Узкие улочки восточного города были заполнены густыми толпами бедняков, восторженно встречавших бойцов Н-ской горнострелковой дивизии. Вся городская знать, богатые купцы, помещики, прочие буржуазные элементы в панике бежали за несколько часов до прихода Красной Армии. В тот же день освобожденные из тюрьмы коммунисты приступили к управлению Карсом. Командование советского гарнизона выпустило прокламацию, в которой призвало турецких аскеров (т. е. солдат), скрывающихся в горах вокруг города, безбоязненно возвращаться в свои дома.
Сегодня в Эрзеруме объявлено о создании временного революционного правительства Турецкой Народно-Демократической Республики, в состав которого вошли представители левых партий. Президентом ТНДР стал коммунист Гасым Язган, премьер-министром — либерал-демократ Махмуд Теричи, а военным министром — известный вождь повстанческих отрядов Мустафа Кюндуз-паша. Революционное правительство провозгласило свою цель — бороться за полное освобождение турецкого народа от гнета помещиков и капиталистов.
4
— Это я понимаю — война. Не то что проклятая «линия Маннергейма», — благодушно выговорил капитан Ладейкин. — Помяните мое слово, мужики, первомайский парад устроим в Стамбуле.
Его вразнобой поддержали два-три голоса. Остальные молча нежились, развалясь на травке. Отсюда, с вершины холма, хорошо просматривались позиции — как свои, так и вражеские. Красная артиллерия методично стегала турецкие траншеи фугасно-осколочными залпами, а со стороны моря маячили сквозь дымку два приземистых силуэта с башнями и мачтами.
— Линкоры подходят! — крякнул кто-то.
Часов меланхолично глянул в бинокль и сказал:
— Крейсера это. «Коминтерн» и «Красный Крым».
— И все-то ты знаешь, — насмешливо присвистнул Ладейкин. — Вроде не служил наш Леха на флоте, а все корабли с закрытыми глазами назвать могет.
— Семья у нас морская, — степенно пояснил старший лейтенант. — Дед на флоте в японскую служил, да и сам я год матросил на сухогрузе. А папаня в мировую ходил на этом самом «Коминтерне», еще когда тот «Память „Меркурия“ назывался. И сейчас они с брательником старшим в Северном пароходстве состоят.
Крейсера растянулись кильватером и принялись громить беглым огнем вражескую оборону, Затем из-за линии окопов поползли в атаку коробочки легких танков, за ними поднялись пехотные цепи. Приблизительно через полчаса деморализованные артподготовкой турки уже бежали нестройной колонной по единственной ведущей в тыл дороге, над которой то и дело набухали белесые облачка шрапнельных разрывов. Обгоняя стрелков, устремились в прорыв эскадроны конного корпуса.
— Вроде без нас обошлись, — разочарованно протянул капитан Сорокин. — Обижает танкистов Верховное командование.
— а чего тут делать тяжелым танкам? — резонно проворчал Часов. — Узлов сопротивления приличных нет, танковых частей — отродясь не было, а с пулеметными гнездами и „бэ-тэ седьмые“ управятся. Нас, братцы, держат для какого-то серьезного дела…
Прибежавший ординарец позвал всех в штаб. Полковник Щебетнев ждал их в палатке, где зверски чадила чугунная печурка. На столе была расстелена карта незнакомого побережья.
— Заскучали, соколики? — весело осведомился комбриг. — Здесь мы не понадобились. Враг драпает и до самого Трабзона навряд ли остановится. Комфронта поставил нашей бригаде другую задачу…
Полковник показал на карте: 29-я танковая бригада, развернутая на базе 143-го дивизиона, совершает 100-километровый марш к порту Ризе, где грузится на корабли, которые перевезут десант на южный берег Черного моря. Цель операции — разгром неприятельских войск в районе Босфора и захват всей проливной зоны.
На следующий день старший лейтенант Часов стоял на задней палубе крейсера „Ворошилов“, опасливо поглядывая, не сорвутся ли с креплений танки его взвода. Море было отнюдь не безветренным, корабль плавно переваливался с борта на борт, отчего многие танкисты и пехотинцы чувствовали себя очень неважно и проводили большую часть времени, перегнувшись через леера ограждения. Вперемешку с матерными посылами слышались нетерпеливые пожелания: скорее бы, мол, добраться до вражьего берега и ощутить под ногами твердую землю.
Часов, как потомственный моряк, переносил качку спокойнее. Забравшись на крышу кормовой башни, он осматривал в бинокль панораму. Следом за „Ворошиловым“ шел однотипный „Молотов“, в кильватере которого двигался „Красный Кавказ“ — вся тройка новейших крейсеров имела на вооружении дальнобойные пушки калибром в 180 миллиметров. Правее колонны крейсеров резал волну форштевнем линкор „Парижская Коммуна“, а по левому борту обильно коптили небо неуклюжие транспорты с главными силами десанта. Между тем далеко впереди показались из-за горизонта слабые дымки неизвестных кораблей.
Над палубой ударила оглушительная сирена, мелодично звякнули колокольные дроби, забегали краснофлотцы. Башня под ногами Лехи вздрогнула, чуть не сбросив старшего лейтенанта, и развернулась. Длинные орудийные стволы медленно поползли вверх, застыв под углом к палубе градусов примерно в сорок — сорок пять.
— Эй, танкист, так твою расперетак! — изобретательно заорал снизу лейтенант-артиллерист. — Дуй в трюм, здесь сейчас шумно станет.
В укрытие Часов, естественно, не пошел, а поднялся на задний мостик, где собрались младшие командиры крейсера и стрелкового батальона. Молодой моряк снисходительно втолковывал армейцам:
Поделиться книгой: