Фантастика № 2.2011 Приложение к журналу "Знание-сила"

— Частично.

— Рядом должны были лежать и вы.

— Должен?!

— Должны БЫЛИ!.. Но сумели перехитрить… убийц. К вам обращался инструктор с просьбой?

— Да.

— И передал дискету?

— Да. Вы ее уже, думаю, просмотрели.

— Конечно. Ей нет цены!.. Кроме того, нам удалось поймать волну, на которой шло подслушивание всего, что говорил этот человек с другими.

— Кто подслушивал?

— Ортодоксы — зомби.

— Ничего себе! Я заметил, как меня пасли. Пасли, значит… и вы! Вернее, спасли. Благодарю.

— Не за что. Вас мы под предлогом нарушения режима из санатория отправим. Под охраной. И позаботимся, чтобы вас сразу отправили в дальний рейс. Для вашей же безопасности.

— Неужели все так серьезно?

— Больше, чем вы предполагаете.

Дайджест 2 из поздних записей в дневнике Элюара:

«…Время Концов и Начал совпало с выходом человека в космос и освоением планет Солнечной системы…

…Увлеченное ложными представлениями о более грандиозных, чем Земля, объектах познания, охваченное лихорадкой научно-технических революций, ослепленное достижениями в генной и компьютерной инженерии, человечество окончательно пренебрегло продолжающимися робкими пророчествами о грядущем Судном дне, стало самонадеянно глядеть в будущее. В сознании, а следом в книгах и кино человечество вылепило для себя некий, похожий на сказку, на фэнтези, на сюрреализм, фантастический мир, очень далекий от реальной, земной жизни…

…Человечество все еще не понимало, что Земля — живая субстанция, и потому не заметило, как Земля, ощутив человеческую цивилизацию на себе раковой опухолью, начала борьбу с ней. В местах массовых этнических, расовых или религиозных конфликтов участились землетрясения. Годовая температура окружающей среды во многих уголках Земного шара стала непредсказуемо колебаться. Это нарушало цепочку сезонных примет, важных при выращивании продуктов питания. Как из помойного ведра на человечество выплеснулись эпидемии новых коварных болезней. Первой был СПИД. Но самым страшным стало растущее число маньяков, одержимых навязчивой идеей мирового господства на разного рода почвах: религиозных, этнических, националистических или милитаристских. С бешеной энергией вовлекали они государства в гибельный водоворот тотального террора против инакомыслия. Здравый смысл заставил эти же государства начать борьбу с ними. Ивсе едва не закончилось экологической катастрофой из-за применения в ряде случаев атомного и биологического оружия…

…Чтобы избежать гибели, человечество стерло границы, создало Единую Цивилизацию и все силы бросило на свершение Всеобщей Космоэкологической революции, призванной исправить допущенные ошибки. Но при этом о Земле, как живой субстанции, так и не задумалось…

…В космосе появились орбитальные станции второго поколения, которые обладали огромной энергетической силой. Их главное назначение было стать мощным орудием в глобальном изменении климата Земли, а заодно и других планет Солнечной системы. Человечество в связи с этим стало массово переселяться в колонии на другие планеты…

…И тогда Земля нанесла человечеству упреждающий удар. Появились ЗОМБИ — люди с тонкой психической и мутагенной системами, превращавшими их организм в совершеннейший механизм с любой точки зрения: физической, умственной и т. д., кроме одной — нравственной. ЗОМБИ патологически ненавидели людей, считая их виновниками нарушения гармонии всяк сущего на Земле…»

3. Телекамеры внешнего обзора выдали на экран всю видимую с борта модуля панораму орбитальной станции. Диксон подумал и выпустил еще телезонд на длинном управляемом фале. Теперь стала видна и обратная сторона станции. Ничего угрожающего не наблюдалось, но от этого становилось еще тревожнее.

В пилотном отсеке модуля наступила гнетущая тишина.

Влад первым не выдержал ее и громко забарабанил пальцами по панели стены.

Диксон поморщился.

Элюар ткнул Влада в бок. Тот понимающе кивнул и виновато потер пальцем переносицу.

— Ну-жно идти на ста-нцию и прове-рить, кто та-ам есть, — заметно волнуясь, сказал Олаф.

— На станции разумное, но враждебное нам существо, — Диксону было трудно поворачивать голову и он только скосил в сторону Олафа глаза.

— Я пони-маю! И по-отому…

— Не перебивай! Станция теперь запечатана. Шлюзовой камерой не воспользоваться. Вскрывать лазером — значит погубить все там живое, или, не исключено, подвергнуться нападению. Нужен контакт, легальный, через люк.

— Я зна-ю, как открыть ста-нцию извне.

Взгляды всех, кроме Элюара, который понимающе щурился, удивленно воззрились на Олафа.

— Я ро-одился, — пояснил Олаф, — на та-кой станции второго поколения, на op-бите Ю-питера. Мои мать и отец ра-ботали на ней. Я жил в ко-смосе до девяти лет, ко-чуя с ними с одной станции на дру-гую. Потом мать отвезла меня на Зе-млю, год была со мной до сво-ей… смерти. — Олаф перевел дыхание. — Потом слу-чилось несчастье. С отцом. Ста-нция с бортовым номером ИС-8, с ко-о-торой я улетел на Землю и на которой оставался мой отец, вне-запно ушла в глубокий космос. И исчезла.

Влад невольно присвистнул. На одном из мониторов большого экрана четко выделялся бортовой номер станции — ИС-8.

Диксон снова поморщился, то ли от боли, то ли от несдержанности Влада. Тот заметил это, покраснел и изо всех сил стал тереть переносицу. Сколько можно… вляпываться?..

— Право Олафа идти на станцию — бесспорное. Он знает тех, кто на ней есть. Его, надеюсь, помнят тоже. Нужен второй. Для страховки. Стыдно, но я не смогу, — щеки Диксона порозовели, взгляд беспомощно скользнул по лицам окружавших. — Кто пойдет?

Элюар, опережая подпрыгнувшего было в кресле Влада, мягко прижал его руку к подлокотнику.

— Пойду — я. Влад, как эколог, конечно, знает лучше, что нужно делать. Но он первый раз в космосе, а я — уже третий. И потом…

Элюар не договорил. Но командир в знак понимания и согласия прикрыл глаза. Влад засопел как обиженный ребенок, но возражать не стал. Командир и врач-психоаналитик знали больше, чем он, и не стоило по-глупому протестовать.

Одетые в жесткие скафандры, предназначенные для открытого космоса, Элюар и Олаф через двадцать минут выплыли из причального шлюза на двухместном космоглиссере. Постреливая огоньками дюз, понеслись в сторону антенн станции. Там находился, по словам Олафа, аварийный люк с внешним запорным замком. Такие люки были установлены на двух-трех станциях второго поколения, в том числе на ИС-8, которая работала одно время в поясе астероидов между Марсом и Юпитером.

Люк действительно оказался у антенн. Олаф открыл крышку замка и набрал шифр.

Элюар подумал, что Центр Спасательных Служб не зря послал Олафа с ними. Он знает станцию, как родной дом… Хотя же, черт возьми, это и есть его родной дом!

Люк стронулся с места и медленно отъехал в сторону. Внутри вспыхнул свет, и стал виден небольшой тоннель со следующим люком. Элюар потрепал Олафа по плечу и показал большой палец.

— Перехо-одной шлюз ис-правен, — невозмутимо отметил Олаф вслух и вплыл в тоннель.

Элюар защелкнул карабин фала, закрепившего космоглиссер за антенну, и поплыл в тоннель следом за Олафом.

Плавая вокруг настенной коммуникационной платы, Олаф одной рукой держался за скобу, другой манипулировал разноцветными кнопками. Входной люк закрылся. Но гравитор не включился.

— Нет гравитации?!

— Нет. И не знаю, по-очему. Придется вклю-чать магни-ты на подошвах.

Олаф надавил на кнопки по обеим сторонам ботинок и прилип к полу.

Его примеру последовал и Элюар.

— Хоть плавать не будем тюленями, а ходить, — проворчал он. — Значит, и атмосферы нет дальше в отсеках?

Олф взглянул на плату и покачал головой.

— Нет. Но почему-то есть в ру-бке упра-авления.

— Ты говорил, что в рубке зажигался свет. Значит Надо идти туда. Люк этот входной можно открыть?

Олаф ткнул пальцем в плату, и второй люк переходного шлюза также медленно стронулся с места, отплыл в сторону. Открылся длинный коридор, тускло освещенный люминесцирующими стенами. Конец его прятался где-то за поворотом.

Олаф, угловато ступая, быстро зашагал вглубь. Элюар улыбнулся про себя. Родной дом, ничего не скажешь! Ишь, как резво бежит!

Коридор казался бесконечным. Идти на магнитах было трудно. Пот сразу стал заливать глаза. А Олаф все ускорял и ускорял шаги.

Наконец коридор закончился, и пред ними открылось высокое сферическое помещение, скорее всего, кают-компания. Оно было заставлено мебелью, имело балконы с переходами, множество дверей и иллюминаторов.

Но не это сразу приковало их внимание.

Спиной к ним, тесной группой, стояло неподвижно шесть фигур в скафандрах.

Первым из оцепенения вышел Олаф. Он осторожно шагнул в сторону фигур, обходя их стороной. За ним — Элюар.

Открывшаяся картина была ужасна. За прозрачным пластиком скафандров виднелись желтые лица людей с закрытыми глазами.

Они не спали.

Они были мертвы.

Элюар перевел взгляд на Олафа. Глаза его были широко открыты и неподвижны.

— Ты их всех знал?

— Да!

— Отца среди них нет?

— Нет!

— Об этом нужно доложить командиру.

И Элюар включил кнопку вызова модуля на кейсе космосвязи.

Каузальные диалоги:

1

— Вир! Ты не можешь так поступить!

— Сона! Я не могу уже ЭТОМУ противиться. И ты ничего не сможешь сделать.

— Вир! А что ЭТО даст тебе? Лично?

— Мне — ничего.

— А что даст нам?

— Разлуку. Но…

— А что даст Земле?

— Сона! Не смей… Прости… не знаю.

— Вир! ЧЕМ же ты будешь жить?!

— Надеждой! Сона! Не мучай меня!.. Я тебя прошу! Очень! Пожалуйста! Я не виноват! Наверно, это судьба, иметь ЭТО и… любить тебя! Сона! Я боюсь за тебя и Олафа! И потому вам нужно уехать со станции.

— С ней что-то случится?

— Нет! И со мной нет! Но… я прошу тебя! Вам нужно уехать! Не бойся! Вам не будет грозить опасность. И я не умру. Я вернусь!

— К ЧЕМУ?

— К ЖИЗНИ!

— Я не увижу тебя больше.

— Мы увидимся. Обязательно. Береги сына…

2

— Вир отправил семью на Землю?

— Да, шеф! Пришло телесообщение. Завтра утром едем встречать ее в космопорт.

— Наконец-то! Проследить, чтобы Сона и ребенок встречались как можно реже. Найти ей соответствующую работу недалеко от нашей штаб-квартиры в Гималаях. Связь ее с Виром по космосвязи тоже свести до минимума.

— Слушаюсь, шеф.

— И еще. После акции на ИС-8 Сона должна быть… ликвидирована.

— С-слушаюсь, шеф!

— Не делай таких глаз, идиот! Она — единственная сейчас, кто на Земле обладает способностью реабилитировать имеющих драгоценную для нашего дела зомбированность! Понимаешь?

— Но наше обещание Виру, шеф?