Присаживаясь рядом за стол, спросил:

— Как обстановка?

Орлов, сделав несколько манипуляций на планшете, вывел пере домной ряд видео.

— Это бунтуют желающие улететь со станции, коих сразу стало в десятки раз больше. Это бастуют докеры на перерабатывающем заводе и шахтёры, требующие увеличения зарплаты и расценок на приём руды. Это осаждают офис агентства недвижимости в попытке продать недвижимость. Вот видео из шести мест станции, где столкнулись противоборствующие группировки, только они бьются за возможность взять под контроль транспорт. Оба блогера и ещё человек пять их братии исчезли, что сразу восприняли как подтверждение присутствия псиона имперцев. СБ забаррикадировалось на своём уровне и отказывается участвовать в этом беспорядке. Наёмники, нанятые нами накануне, размещены на соседних уровнях, а часть ведёт охрану транспорта станции. Стало известно о блокировке счетов большей части крупных владельцев станции, что вызвало панику среди населения, и перед Банком Содружества выстроилась огромная очередь в попытке снять свои деньги или перевести их в другой банк. Исходя из этого, сейчас самое благоприятное время назначить встречу с бывшими пиратами. Кстати, они подготовились к эвакуации заранее, поэтому с этим у них проблем нет.

— Хорошо, пока все отвлечены беспорядками и паникой, нужно провести встречу, а пока можете начать продавать билеты на рейсы с тридцати кратной наценкой, посмотрим, насколько много богатых людей на станции, желающих срочно её покинуть, — сказал я.

О встрече договорились очень быстро, поэтому затягивать с этим вопросом не стали. Встречаться решили в одном из казино, что меня не совсем устраивало, но других вариантов они не приняли. Навстречу я отправился только в окружении охраны, полковник оставался координировать действия бойцов и отрядов наёмников, которых стянули к казино.

На удивление, казино работало, и там было достаточно много народу, который спешил продуть свои деньги в слепой надежде на выигрыш, тем более, что в качестве нескольких призов выступали билеты на частный челнок.

Колонна наших машин подъехала к главному входу, и я смог оценить размах владельцев, строивших эти сооружения на года. Проходя по главному коридору, я с интересом рассматривал внутреннее устройство, и что меня поразило, так это наличие однорукого бандита и рулетки. После этого я уверился. Что это точно мой мир, только далёкое будущее.

На входе нас встретил солидного вида мужчина, который, видя мой интерес, предложил:

— Хотите испытать удачу перед разговором?

— Играть против казино может только безумец, рассчитывающий на удачу, которую держат под контролем владельцы казино. Как минимум шестой и девятый столы меняют скорость вращения, а значит, ими управляют, насчёт пятого я пока сомневаюсь, нужно присмотреться, — ответил я, не останавливаясь.

Пройдя весь зал, мы подошли к лифтам, но я заранее изучил план здания и сказал:

— Не люблю лифты, пройдёмте по лестнице.

Сопровождающий молча провёл нас к лестнице, и мы поднялись на три этажа, где было полно охраны и бандитского вида бойцов, вооружённых самым разным оружием.

При нашем появлении разговоры смолкли, и стоящие расслабленно до этого бандиты внезапно замолчали и подобрались.

Дальше нас проводили в отдельный зал с большим овальным столом, за которым сидело трое бывших пиратов. Весь их вид говорил о том, что они привыкли повелевать и хотя возраст уже давал о себе знать, было видно, что они ещё способны на многое. Я сразу понял, что переговоры с ними простыми не будут, но выбирать не приходилось.

Оставив охрану снаружи, я прошёл внутрь и, не дожидаясь приглашения, присел прямо напротив троицы вальяжно расположившись в кресле. Всем своим видом я показывал, что вся эта суета мне неинтересна. Тщательно подобранный наряд, манеру держать себя и надменный вид я отрепетировал с помощью Анны. Если бы не моя манера всё запоминать и возможность копировать действия собеседника, у меня бы ничего не получилось. Добившись первого впечатления о себе, я сразу перешёл в атаку, отбросив весь подготовленный мною план.

— Господа, у меня мало времени, поэтому давайте сразу перейдём к сути вопроса. Я здесь по просьбе своего поверенного в делах, который убеждает меня купить у вас недвижимость, при этом я не понимаю, почему я должен за неё переплачивать. Мне обещано, что я смогу получить вашу долю через пару недель, уплатив пятьдесят миллионов кредитов. Но мой поверенный заявил мне, что лучше договориться с вами и заплатить сто миллионов, но купить у вас лично. При этом я ещё должен дать вам гарантию, что вы сможете беспрепятственно покинуть станцию, и ни мои люди, ни люди из Содружества вам не будут мешать. Оснований для всего этого я не вижу, но готов дать вам шанс убедить меня в этом, — сказал я, высокомерно глядя на присутствующих. При этом говоря, я постарался надавить на моих собеседников, как это у меня получалось ранее.

Все трое бывших пиратов переглянулись между собой, после чего один из них, по молчаливому согласию остальных, взял разговор в свои руки.

— Позвольте узнать, с кем имеем честь разговаривать?

— Волков, первый в очереди на главенство Рода Машеньяк, но раз представился я, то прошу сделать это и вас, — сказал я, смерив троицу холодным взглядом аристократа.

— Можете называть нас Первый, Второй и Третий, — ответил собеседник, назвавший себя Первым и показавший, как зовут его друзей.

Анализируя нашу встречу на максимуме своих возможностей, я пришёл к выводу, что эти трое — члены одной команды, которая многие годы проработала вместе.

— Итак, я жду ответа на свой вопрос? — сказал я.

— Мы хотим продать свою часть секции за триста миллионов кредитов и уступать не собираемся, цена и так довольно низкая, ведь в ближайшем времени стоимость взлетит как минимум в два, а то и в три раза, поэтому это хорошее вложение, — ответил Первый.

— Во-первых, ждать полгода, когда вырастет стоимость недвижимости не в моих правилах. Во-вторых, вы слишком затянули с продажей, ещё три дня назад эта цена была актуальна, но сейчас это уже не так, — ответил я.

— И что же изменилось за эти три дня? — спросил Второй, вмешавшись в разговор.

— Очень многое. Имперская Безопасность, псион с учениками. Арест счетов и самое главное, решение о присоединении станции к Содружеству. Вы слишком затянули свою продажу, но я могу решить часть ваших проблем, если это будет в моих интересах, — ответил я.

— Псион на станции — это фейк, который не стоит и кредита. Кто поверит, что на нашу помойку заглянет имперский псион? — спросил Третий.

— Сутки назад, мы вели милую беседу с ним, он, видите ли, захотел вмешаться в мои планы. Не скажу, что наша встреча мне понравилась, да ещё эти не контролирующие своё поведение ученики. Но мы пришли к взаимному согласию не мешать друг другу, хотя после этого мне пришлось стереть память всем, кто был при этой встречи. Есть у них особенность — оставлять закладки в голове присутствующих. Для убедительности можете посмотреть этот ролик, надеюсь, он вас убедит, что вы — в огромной заднице, господа, — сказал я и активировал с помощью ручного интеркома голограмму записи, где я провожу встречу в кафе. Самого псиона и его ученика я, понятное дело, показывать не стал, замазав оба эти объекта, но и так представление вышло отменным. Замершие люди, я евший, как ни в чём не бывало, два размытых силуэта, один из которых, стоя за моей спиной, ведёт разговор.

Выключив запись, я заметил, что просмотр не оставил их неравнодушным. Переглянувшись между собой, они как будто о чём-то договорились, хотя, скорее всего, вели разговор по сети между собой.

— А вы можете повлиять на разблокировку наших счетов в банке? — спросил Первый.

— Если вы говорите о замороженных трёхсот двадцати пяти миллионах кредитов, то да, это можно. Но сумма комиссии составит четверть от всего. Там у вас двенадцать счетов, я готов продемонстрировать вам свои возможности, — сказал я, давая команду Чену, разблокировать счёт на три миллиона кредитов.

По лицу Первого я понял, что они получили уведомление о разблокировании счёта, а уведомление от директора подтвердило, что они перевели деньги в другой банк.

Задумавшись на минуту, а скорее всего переговариваясь между собой, Первый сказал, глядя на меня:

— А что мешает нам захватить тебя прямо сейчас, а потом потребовать выкуп и обеспечить себе свободный путь эвакуации?

— Во-первых, мешает псион, который не допустит похищение аристократа Великого Рода, ведь с него в любом случае спросят за это, раз он здесь находится, а во-вторых, огромное количество взрывчатки, которая может похоронить вас прямо здесь, — сказал я, активируя заряд, установленный сутками ранее. По вибрации и шуму стало понятно, что заряд очень мощный. Имея доступ к камерам наблюдения, все трое смогли убедиться в моих словах.

— Итак, объясните мне, почему я должен платить вам, а не имперцам. Да ещё сумму, в три, а то и в шесть раз большую, чем заявлено мне? — задал я снова этот вопрос.

Опять возникла пауза, во время которой они общались между собой по сети.

— Помимо недвижимости, вы получите весь наш нелегальный бизнес, который приносит почти десять миллионов кредитов в месяц. Управлять им будет достаточно просто, но только в том случае, если мы передадим все рычаги управления. К этому вы получите полный контроль над несколькими профсоюзами и над компанией, имеющей полную цепочку производства, начиная от добычи, обогащения и получения чистых металлов. Это принесёт вам ещё двенадцать миллионов кредитов, ну и все договоры с арендаторами и компромат на всех членов правления станции и крупный бизнес. Одним словом, мы передадим вам весь свой бизнес за возможность получить наши деньги с комиссией не более пятнадцати процентов, и за сто пятьдесят миллионов кредитов.

Я сделал вид, что задумался, после чего ответил:

— Хорошо, вы меня убедили, сто двадцать миллионов кредитов за третью часть станции и шестнадцать процентов за снятие ареста с ваших счетов, а также беспрепятственный выезд в течение трёх часов. Больше времени, к сожалению, дать вам не могу, тут уже вступают в игру совершенно другие силы, и если вы поторопитесь, то можете успеть сбежать отсюда, да ещё и с неплохой добычей на руках, — сделал я своё предложение.

— Хорошо, мы согласны, — сказал Первый, а Второй и Третий кивнули, подтверждая сделку.

Глава 12. Игра от обороны

«Неуязвимость — в обороне,

но возможность достичь победы

— только в нападении.»

Сунь Цзы

Следующие три часа прошли на нервах и во взаимных подозрениях. Обмен деньгами, недвижимостью и информацией шёл частями, мы проверяли друг друга многократно, но всё прошло совершенно спокойно и, похоже, что все были даже немного расстроены, что никто из нас не хотел обмануть своего оппонента. Уже находясь на борту своего корабля, после того как близкие люди и соратники отправились на зарезервированных мною кораблях, Первый связался со мной по сети:

— Я рад, что вся сделка прошла без эксцессов и вы выполнили свою часть договора. В знак нашей благодарности мы готовы продать за символическую цену в пять миллионов кредитов всю информацию на большую часть влиятельных людей этой станции. Это не компромат, но все данные о них за последние сто лет. Слабости этих людей, аналитика, совершённые ими операции. Одним словом, очень много информации, это, конечно, дубликат, но вам он точно пригодится, в своё время этот архив пытались выкрасть ваши наёмники, но у них ничего не получилось, можете уточнить у них ценность этого архива.

Я, взяв паузу, связался с Орловым:

— Пираты предлагают купить свой архив за последние сто лет, просят пять миллионов, нам это нужно?

— Сумма не маленькая, но там вся возможная информация за последние сто лет, включая архив СБ, диспетчерские сводки — всевозможные факты и данные. Если провести вдумчивый анализ, то можно накопать немало компромата на большую часть посетителей и жителей станции. Если вы планируете задержаться на этой станции, то информация очень ценная, — ответил полковник.

— Хорошо, я готов её выкупить, но в ответ попрошу небольшую услугу от вас, — ответил я, отправляя в банк Содружества заявку на перевод денег.

— Слушаю вас, — ответил Первый.

— Я попрошу вас отправить сообщение своим конкурентам, что вы продали свой бизнес аристократу за пятьдесят миллионов кредитов и выкупили арестованные деньги. Ну и пожелание своим бывшим соперникам встретиться с Имперским СБ, — сказал я.

— Я буду только рад, если вы растрясёте их по полной. Нечто подобное я и так собирался провернуть, но уверен, что ваше предложение, заставит их волноваться ещё больше. А теперь ловите шифр, от банковской ячейки, там спрятана вся накопленная нами информация, — сказал Первый и отключился. Так как все эти три час я работал под ускорением и с разделением сознания то выражение, как он сказал последние фразы, и его интонация, меня немного напрягли. Именно поэтому я ещё раз запросил информацию по этой троице и стал прогонять наши разговоры за эти три часа, анализируя их. Сделав предварительные выводы, я ещё раз начал разбираться с архивом наёмников по накопленной информацией на бывших пиратах. Меня обеспокоила информация о частых взрывах, которыми они уничтожали захваченные корабли, в случае, если переговоры заходили в тупик. То, что они догадались о попытке развести их, я уверен на все сто процентов, а значит, они должны были отреагировать на это. Я уже пробил номер ячейки и банк, где она располагалась. Этому филиалу более ста лет, и банк практически не ведёт деятельность, но уходить со станции не хочет. Попробовав поставить себя на их место, я бы взорвал станцию или её часть в качестве ответного шага, но сделать это нужно, когда корабли пиратов покинут систему. Банковская ячейка может быть спусковым механизмом, для заложенных бомб, уж очень это в их стиле. Информация, скорее всего, там есть, но и после взрыва или серии взрывов её важность будет утрачена.

— Полковник, нужно срочно проверить возможность установки зарядов в секциях, ранее принадлежащих пиратам. Учтите, что время подготовиться у них было очень много, и, помимо прочего, они могли установить заряды с таймером. Отдельное внимание уделите банковской ячейке, возможно, она является спусковым механизмом, для активации заложенных бомб, — отдал я распоряжение, скидывая коды доступа к ячейке, переданной пиратами. Возможно, это очередная моя паранойя, но проверить мои домыслы не помешает.

Нанятые мной наёмники и назначенные управляющие, уже заняли все ключевые посты новой моей империи, которую я начал строить только что. Самое сложное меня ожидает в ближайшие сутки. Нужно выдержать напор конкурентов, ну и заодно расширить свои владения. Сегодня как раз прибыл грузопассажирский борт, который привёз четыреста профессиональных наёмников, специализирующихся именно на охране разных объектов и сопровождении грузов. Причём нанял я их с большой скидкой, а с учётом того, что транспортник нанят и на обратный рейс, на который я уже продал билеты, то почти год работы этих наёмников оплатят пассажиры, стремящиеся любыми путями, покинуть станцию.

За время, пока я утрясал ситуацию с бывшими пиратами, пришла новая информация от одного похищенного управляющего. Оказывается, все трое учредителей фирмы «Монолит», на которых оформлено до тридцати процентов акций, работают в интересах одного человека, который и управляет этим бизнесом. По информации, собранной на него, это бывший имперский следователь, в своё время пойманный на взятке и покинувший Содружество. Это довольно серьёзный противник, и как пиратов его не развести, поэтому нужно готовиться к прямому противостоянию. Мой укреплённый сектор насытили ещё дополнительными наёмниками, которые должны будут в скором времени отправиться занимать сектор, принадлежащий криминальным авторитетам, номинально подчинявшимся пиратам. Уверен, что они захотят соскочить с крючка и стать независимыми, но, как известно, на этот пирог претендует и фирма «Монолит». Тут придётся задействовать все доступные силы, а это значит, придётся оголить мою базу, чего и добивается противник. Анну перевели к наёмникам, вывезя при перевозке оборудования, а вот мой ангар будет полем битвы, поэтому все ценные экземпляры моей коллекции развезли по ювелирным магазинам. Я сам открыто приехал в сопровождении охраны и закрылся в ангаре, частично укреплённом броневыми пластинами, доставшимися мне вместе с грузом моего грузовоза. Работа штаба наёмников, которым командовал полковник Орлов, дублировалась у меня в жилом модуле. Со мной было всего десять охранников, которые спрятались за специальными баррикадами в самых мощных скафандрах, которые удалось раздобыть на станции. Я облачился в скафандр с более слабой защитой, но с усилителями в виде экзоскелета, которые добавят мне скорости, что я посчитал более важным, чем мощная броня. Экзоскелеты сейчас использовались редко, так как это сказывалось на теле носителя. Слишком сильные рывки вели к разрыву сухожилий и травмам костей. Их использовали армейские части, где проходили специальное усиление скелета и мышечной массы.

Начало захвата развлекательного сектора, ранее принадлежащего пиратам, происходило по специально разработанному плану, поэтому управление перехватывалось очень быстро, и противостоять такому напору никто не мог. Как только весь сектор был захвачен, а к управляющим приставлены смотрящие, на границе моего сектора были замечены первые группы вооружённых боевиков. Уже сейчас их скопилось около трёхсот человек, и они представляли собой группы по двадцать — тридцать человек, имеющие в основном лёгкое стрелковое вооружение, а это говорит о том, что основная часть нападающих ещё не подошла.

Мы ждали провокации, которая должна вынудить наши резервы отправиться на помощь в развлекательный сектор, и она случилась через полчаса после начала стягивания сил к моей секции.

Три мощных взрыва в разных частях игорных зон и атака сотни наёмников вынудили меня отправить часть сил для отражения нападения. Резерв в триста наёмников я не трогал, они должны будут напасть на владения Монолита, а двадцать человек нападут на центральный офис. Сейчас на станции начнётся массовая перестрелка, и жильцы уже почувствовали неладное, начав прятаться по своим жилым секциям.

Обустройство обороны моей секции мы успели завершить несколько часов назад, помимо этого, уже были определены корректировщики и наблюдатели, засевшие в технических туннелях, поэтому для них демонстрировалась полная беспечность, хотя все нанятые мною люди были в напряжении, готовые применить оружие в любой момент. Как только в помощь готовившим нападение наёмникам подошли отряды с тяжёлым вооружением, взрывы на распределительных узлах обесточили мою секцию. Сразу за этим передовые блокпосты были атакованы из переносных ракетных комплексов, но охранявшие их наёмники успели отступить на вторую линию обороны, а отражать атаку принялись мои дроиды.

Их было немного, но они смогли охладить пыл нападавшим. Перестрелка длилась минут десять, пока укреплённые блокпосты не расстреляли дистанционно. Потери противника составили всего шестнадцать человек. Можно было и усилить оборону, но тогда противник мог отступить, а мне необходимо было показать свою силу, поэтому нужно заманить противника глубже в мой сектор. На пути ко второй линии обороны, располагавшейся за второй линией гермозатворов, были расположены спешно установленные мины и ловушки. После пары срабатываний противник начал осторожно продвигаться вперёд, пропустив вперёд сапёров, которые и разминировали их. Именно они и стали первой жертвой на втором уровне обороны. На это и был расчёт, мне было необходимо вывести из строя как можно больше сил противника, разбиравшихся в минировании, так как именно дальше шло глобальное покрытие, спрятанное за панелями и техническими туннелями. Тут же противника ожидали первые сюрпризы в виде автоматических пушек, спрятанных в самых неудобных для противника местах. Перестрелка длилась минут тридцать и потери противника существенно увеличились. Взять укрепления с наскока им не удавалось, а противоабордажные системы были дополнительно укреплены броневыми листами, способными выдержать достаточно сильные попадания метеоритов. Истратив весь запас ракет и не взяв с наскока укрепления, противник начал прорезать переборки и перекрытия в доступных местах, только и мы к этому готовились заранее, и там тоже стояли противоабордажные пушки, только попроще. Через полчаса, обойдя основные укрепления и уничтожив малые, противник вышел к третьему уровню обороны. Тут уже всё обстояло серьёзно, Орлов лично руководил возведением этой линии, поэтому всё было сделано по-настоящему профессионально.

Штурм начался, как только противник скопил большую часть сил перед выходом на новый рубеж, и именно здесь сработали первые закладки, уничтожившие треть всех сил противника. Их потери составили более двухсот человек, и по идее на этом противник должен был успокоиться, но, перегруппировавшись, тот всё же начал свою атаку, тут я не выдержал и связался со штабом наёмников:

— Полковник, у них есть ещё один план, а всё это нападение только для отвлечения внимания, — сказал я.

— Но, где они могут напасть, все соседние уровни под контролем, и там вообще нет передвижения противников, посты дистанционного наблюдения ничего нового не сообщают, значит, подменить картинку они не могли, — ответил он.

— Значит, они нападут снаружи. Приготовьтесь к отражению нападения с нашего тыла, — ответил я, и мы начали передвигать укрепления и сделали это вовремя. Вначале пришёл доклад наружных постов о приближении двух рудовозов, после этого связь с ними пропала. Точнее говоря, связь пропала вообще, как минимум во всей моей секции. Глушилась вся связь на всех частотах, а в работе проводной телеметрии были постоянные помехи. Я засел за пультом управления обороны, собранном как раз на этот случай. Противник задействовал военный комплекс Радио Электронной Борьбы, в простонародье РЭБ. Хотя это и была явно старая модель, но для гражданской станции и сетей этого было достаточно. Моя паранойя и в этом случае помогла мне, так как я требовал установку систем обороны именно с учётом применения подобных комплексов. Рассмотрев сквозь помехи шесть приближающихся рудовозов, направил на них ракетный комплекс обороны и произвёл пробный пуск, как и ожидалось, ракеты не нашли цель в связи с помехами и подорвались далеко за пределами целей. Тогда я использовал системы орудий, снятых со старого корвета. С учётом мизерности расстояний, помехи от РЭБ не смогли серьёзно сбить прицел, поэтому до момента приземления, удалось уничтожить два борта. Четыре переделанных рудовоза прикрепились в поверхности в районе пустующих ангаров, это позволяло противнику обойти основные рубежи обороны. Тот, кто планировал эту операцию, явно понимал в этом толк. Выведя на экран места стыковки, стало понятно, что ангар наёмников и ангар мастерской Анны будут атаковать команды одного десанта, а против моего ангара выйдет десант сразу две группы. Атака противника не заставила себя долго ждать, противник был великолепно вооружён и имел в каждом отряде порядка сотни наёмников и до десяти дроидов, расчищавших путь перед нападавшими. Помимо них, на внешнюю поверхность станции вышел отряд порядка сотни человек, которые нацелились на часть станции, где располагался мой ангар.

В это же время противник начал скапливаться рядом с моим ангаром и уже через минуту пошёл на штурм, отправив первые двадцать человек, которые увязли в перестрелке с расположенными по периметру блокпостами, сооружёнными из массивных бронелистов. Видя, что других сил обороны на этом участке нет, противник бросил вперёд все силы, при этом к некоторых отрядах были мобильные энергетические щиты с переносными реакторами. Моей охраной занимались непосредственно наёмники полковника, которые успешно уничтожили реакторы, используя прорехи в обороне и специальные снаряды для гранатомёта, которые перелетали щиты, рикошетя от стен и взрываясь уже за ними. Когда плотность огня выросла, я активировал скрытые до этого момента системы противоабордажной обороны, массово установленные по периметру. От большой плотности огня противник сгруппировался за небольшими укрытиями, надеясь оттуда вывести из строя автоматические пушки и пулемёты. Но это была специально подготовленная мною ловушка. Десяток пушек малого, по военным понятиям, калибра, снятых со старого корвета, с лёгкостью уничтожили укрытия, разбрасывая их обломки в разные стороны и сжигая плазмой прятавшихся за ними нападавших. Насладиться радостью победы мне не дали. Серия взрывов и поток воздуха, вытягиваемого в открытый космос, сообщили о проникновении в мой ангар десанта. Помимо десяти охранников, со мной была Мия, которая отказалась покидать меня, невзирая на прямой приказ. С самого начала боя мы уже были в скафандрах и ожидали возможной декомпрессии, поэтому возникшим хаосом нас было не напугать. А вот нападавшие смогли меня неприятно удивить, судя по слаженным движениям и вооружению, это были не простые наёмники, а бывшие десантники, специализирующиеся на подобных битвах.

После того, как они слаженно разделались с двумя моими охранниками, мне пришлось раскрыть часть своих козырей и дать команду для активации боевых дроидов, скрывавшихся в специальных нишах. Около пятидесяти дроидов, повинуясь приказу, напали на противника со всех сторон, и будь на их месте обычные наёмники, битву можно было бы считать выигранной. Но десантники не растерялись, и хотя потери их были достаточно значительны, они, разбившись на группы, уничтожали одного противника за другим. Я пока не вмешивался, скрываясь за небольшим укрытием вместе с Мией, отслеживая положение дел на других участках обороны. База наёмников держалась уверенно, а вот мастерскую Анны захватили очень быстро, взяв в заложники двух раненых наёмников, которых начали интенсивно допрашивать, ломая кости и втыкая ножи в разные участки тел. Шансов выжить у них не было, а вот рассказать некоторые нюансы обороны они могли, поэтому я без сожаления активировал расположенную по периметру ангара взрывчатку. Все находившиеся внутри превратились в кровавые куски мяса, от такого обилия поражающих элементов. Но не все из нападавших вошли внутрь ангара, и как только сработала взрывчатка, они, перегруппировавшись, направились в мою сторону.

Тем временем, когда практически всех нападавших дроидов уничтожили, я вынул свой последний козырь. Десяток старых дроидов со щитами высшей защиты начали выходить из расположенных в разных углах ангара контейнеров.

Тут и сказалось превосходство в броне и вооружении. Практически сразу, противник начал нести серьёзные потери, из оставшихся к тому времени шести десятков десантников один за другим стали гаснуть их маркеры, которые распознавала система свой-чужой, расположенная во всей моей секции станции. Но противник не собирался сдаваться на этом и оказывал ожесточённое сопротивление. Через пять минут боя все мои дроиды были уничтожены, но и моих противников осталось одиннадцать человек, двое из которых были ранены. В этот момент вмешались мы с Мией и моими выжившими охранниками и перешли в наступление. К моему удивлению, два из трёх попаданий броня десантников выдерживала, а сделать третий подряд выстрел, они не давали, но и моя охрана была укомплектована не хуже. Всё тяжёлое вооружение, они использовали на первом этапе нападения против моих дроидов, в итоге началась настоящая свалка и рукопашная. Мы с Мией оказались в центре этого сражения, и хотя она просила не вмешиваться в схватку до последнего, я видел, что в таком случае мы проиграем. Выпустив из плазменной винтовки все двадцать патронов, я, выхватив десантный нож, выпрыгнул под ноги бегущему десантнику. Именно тут я понял, насколько отстаю в своём владении боевыми искусствами. Мой противник с лёгкостью избежал удара по опорной ноге, просто подпрыгнув, и в ответном движении ногой провёл удар в район пояса. Даже видя направление удара и выставив блок, от его силы я улетел обратно в своё укрытие, меня спасла Мия, каким-то немыслимым пируэтом сделав кувырок прямо в воздухе, рубанула по шее противнику непонятно откуда появившимся мечом. К моему удивлению, хлипкий на вид клинок с лёгкостью взрезал защиту скафандра и практически отсёк ему голову. Времени разлёживаться у меня не было, и я, максимально сконцентрировавшись, бросился помогать моей спасительнице, вступившей врукопашную схватку сразу с двумя противниками. Владение рукопашным боем у них было примерно на одном уровне, но они немного проигрывали во владении холодным оружием. Свой пистолет я, к сожалению, где-то потерял, поэтому приходилось рассчитывать только на нож, который, к своему стыду, даже ещё не активировал. Сделав кувырок вперёд, я, выпрямляясь, постарался нанести укол ножом в руку одного из нападавших на Мию, рассчитывая отвлечь противника. Но, к моему удивлению, меня как угрозу не восприняли, просто отмахнувшись, блокируя атаку моего ножа, но я уже понял ошибку противника, принявшего моё оружие за обычный нож. Сделав небольшой доворот кистью, я срезал вместе с гардой ножа и пальцы противника. Именно это заставило его отвлечься от схватки и перенести внимание на меня, за что он сразу же получил удар клинком в забрало. Ещё через две секунды Мия расправилась и со вторым своим противником. Осмотрев поле битвы, я не нашёл живых десантников, а из моих охранников в живых остались только пятеро раненых.

Расслабляться ещё было рано, поэтому, я, бросившись к пульту управления, активировал мощные заряды на пути подходящей со стороны мастерской группы. Осмотрев экран боевых действий, я понял, что это сражение осталось за нами. Остатки выживших противников, стремились покинуть поле битвы.

Глава 13. Последний рывок

Дайте человеку цель,

ради которой стоит жить,

и он сможет выжить в любой ситуации.

Иоганн Гёте

Если битва в моём секторе станции заканчивалась, то вот в остальных секторах сражения только начинались. Контроль над развлекательным центром мои наёмники получили и даже успели отбить слабую атаку со стороны конкурентов. Я успел провести переговоры со всеми главами подконтрольных группировок и обещал, что вместо пяти процентов они будут получать шесть процентов от оборота, по сути, увеличив их доход на двадцать процентов. Именно поэтому особо в их лояльности я не сомневался, но присмотр за ними осуществлялся в любом случае.

После того как противник бросил все свои силы на расправу со мной, мои отряды наёмников, нанятые заранее, уже подбирались к логову основного противника, скрытого кукловода, бывшего имперского следователя. Сейчас он и его доверенные лица, на которых была оформлена недвижимость, собрались в их штаб-квартире — офисе компании «Монолит».

Охранялось здание по высшему уровню и имело ряд рубежей, но мы не пошли стандартным путём, а решили пройти с самой неожиданной стороны. Как и моя секция станции, секция с офисом фирмы имела выход наружу станции, но по сравнению с моим ангаром находилась на удалении от внешней стены. Протащить незаметно по станции мощные орудия, конечно, не удастся, поэтому было решено провести атаку извне. Мои люди под видом ремонтников обследовали толщину наружных броневых плит, а технический отдел провёл сложнейшие расчёты.

В назначенное время буксир, транспортирующий со старого корвета главные орудия, внезапно сменил траекторию и произвёл выстрел прямо сквозь обшивку станции. Два мощных пучка плазмы без проблем взрезали старую броню, которая по всем отчётам была усилена в два раза, и, пройдя небольшое количество перегородок, ударил прямо в первый этаж офиса «Монолит», где была собрана вся охрана и располагалась бронированная серверная, по управлению всей обороной здания. Внезапная декомпрессия вызвала сильный выброс воздуха с уровня.

В это же время мимо проезжали два контейнеровоза, в которых находились наёмники и последний мощный дроид с силовым щитом с питанием от небольшого реактора. Когда спрятанные наёмники выбрались из контейнера под прикрытием созданного вихря, то дроид уже активировал свой силовой щит.

Он шёл впереди, а сзади на гравитационной платформе передвигали аварийный реактор. Со стороны офиса началась интенсивная стрельба, но шит пока справлялся. К тому времени, как группа наёмников под прикрытием щита приблизилась к зданию, перезарядка орудий, закреплённых на буксире, завершилась, и, сделав корректировку, он произвёл ещё один сдвоенный выстрел, только в этот раз стрельба велась не дуплетом, а с задержкой и по разным целям. Один выстрел разнёс спрятанный внутри здания резервный реактор, а второй ударил в небольшой ангар, где размещались боевые дроиды, которые руководство планировало использовать для обороны. Почти сотня дроидов в один миг превратилась в груду оплавленных обломков. Такая точная атака не получилась, если бы нам не помог родственник Руфа, чиновника из управления имуществом станции. С его помощью удалось достать все чертежи офисного здания и даже материалы, которые использовались при строительстве. Но уничтожить оборону — это только начало очередной комбинации, которую я разыгрывал. Пытаться переиграть бывшего имперского следователя на его поле, я даже не пытался, поэтому рассчитывал на совершенно другие силы. Подготовка и взятки мне стоили миллион кредитов, которые ушли Громову старшему, ну и ещё гарантия, что в случае его ареста, я сделаю всё возможное, чтобы его вытащить. Через пятнадцать минут, пока шёл обстрел здания через одинаковые промежутки времени, рядом со зданием появляется большой отряд Службы Безопасности станции, которая берёт под контроль разрушенное здание офиса «Монолит».

— Всем прекратить стрельбу, иначе Служба Безопасности станции откроет огонь на поражение, — раздался по всем каналам голос главы.

Мои люди, повинуясь команде, отходят от здания ещё дальше, продолжая контролировать периметр.

— Господин Волков, я, как руководитель СБ станции, призываю решить все ваши разногласия, путём переговоров. Господин Шелдон и руководители из Совета станции готовы сесть за стол переговоров и уладить все разногласия миром. Безопасность я гарантирую, — озвучил мне Громов старший по видеосвязи.

— Хорошо, но переговоры пройдут на моих условиях, рядом со зданием есть отдельно стоящее кафе, где мы их и проведём. Даю слово, что, если мы не придём к компромиссу, я дам возможность этим людям вернуться в офис, и мы продолжим всё с самого начал.

Через пять минут я вошёл в кафе, где меня уже дожидались четыре человека в затемнённых шлемах, поэтому понять, где находится сам Шелдон, а где его марионетки, было сложно.

— Присаживайтесь, я взял на себя роль арбитра, но все свои разногласия вы должны решить сами. Поэтому можете высказать свои позиции, разговор будет вестись через общий ретранслятор и записываться, — сказал он и жестом пригласил всех к переговорам.

— Претензия у меня к этим господам очень простая. Своим нападением на мой сектор и попыткой убить меня и мою супругу, вы вынудили меня провести ответные действия. Понимая обеспокоенность директора СБ, я предлагаю переписать на меня всю недвижимость и тогда, я разрешу данным людям покинуть эту станцию, — огласил я свою позицию.

— Ты никогда не получишь эту станцию, мы просто защищали нашу собственность, которую ты незаконно прибрал к рукам, — ответил один из четвёрки гостей.

— Простите за банальный вопрос, а вы собственно кто? — спросил я, ткнув пальцем в сторону говорившего, убрав при этом затемнение шлема.

— Можете называть меня Шелдоном, я владею фирмой «Монолит», которой данные люди передали в управление три участка станции, фактически имеющим в собственности, тридцать пять процентов данной станции.

— И на каком основании вы решили, что я приобрёл недвижимость незаконно? — спросил я.

— Продажа такого объёма недвижимости должна проводиться только на торгах, а они не проводились, поэтому ваши действия незаконны, я готов буду уплатить большую стоимость, чем заплатили вы. И только не говорите мне про имперцев и имперского псиона, который посетил станцию, уж я-то знаю, как они работают, вы бы и не заметили его присутствия. Вся эта паника создана искусственно, чтобы сбить цену на недвижимость, но со мной такой фокус не пройдёт, — ответил Шелдон.

— То есть вы хотите заплатить за тридцать процентов станции шестьсот восемьдесят миллионов кредитов? Вы уверены, что у вас есть такие средства? И не забудьте при этом, что перед тем как вас допустят до торгов, вы должны возместить ущерб, причинённый вашими действиями, включая разрушения этого уровня. Уже сейчас оценочный ущерб составляет более пятнадцати миллионов кредитов, и это только поверхностная оценка.

— Вы врёте, у меня есть информация, что вы купили недвижимость за сто двадцать миллионов кредитов.

— Вас ввели в заблуждение ваши бывшие коллеги, вот вам справка по операциям и договор, в котором указана вся сумма. Если вы готовы участвовать в торгах и у вас есть более семисот миллионов кредитов, то я готов накинуть ещё сотню — другую, доведя сумму до миллиона. Но, судя по моей информации, у вас не более трети этой суммы, поэтому смысла вести разговоры на данную тему нет, — сказал я, скидывая подтверждающую информацию Громову, а он переправил её моему оппоненту.

Изучив в течение пары минут и сверившись с банком Содружества, он поражённый спросил:

— Но для чего вы уплатили такую сумму?