Сенешаль. Поддайте жару! Вы только пыль из платья выколачиваете.

Появляется Симон.

Симон. Что это? Что тут такое?

Гайон. На помощь, Симон, дружище! Они убьют меня.

Появляется Моран.

Моран. Как! Истязать беднягу Гайона? Что же худого он сделал?

Гайон. Я ничего не сделал! Я ничего не сделал! На помощь! Убивают.

Появляется толпа крестьян.

Бартельми. Как! Бить человека в праздник святого Лёфруа?

Другой крестьянин. Нынче день свободы. Этого так оставить нельзя.

Третий крестьянин. Неужто мы позволим убивать его на наших глазах?

Сенешаль. Прочь отсюда, бездельники, не то я велю вам отрезать уши!

Гайон. Выручите меня, друзья! Я не виноват!

Толпа крестьян. Отпустите его! Давайте его освободим!

Бартельми. Берись за дубины! Ну же, хватай дубины! Лёфруа!

Крестьяне. Бери дубины! Эй, за дубины!

Сенешаль (латникам). Ребята! Мечи наголо! Атакуйте этих пьянчуг!

Крестьяне. Перебьем их камнями! — Их всего десяток! — Мы их прикончим! — Возьмем из кабака наши луки! — Сюда, апремонские стрелки!

Суматоха. Появляется брат Жан.

Брат Жан (в сторону). Что я вижу! Они нападают на сенешаля! Вино, значит, подняло в них дух. Пусть бы они побили камнями монахов! (Громко.) Дети мои! Какой позор! В день святого Лёфруа! Перестаньте, или я отлучу вас от церкви!

Крестьяне. Постойте, постойте! Это отец Жан; он лечит нас, когда мы больны. — Перестаньте бросать камни.

Сенешаль. Черт побери, отче, не суйтесь не в свое дело! Вы здесь не на земле аббатства, а если бы и так, то вы ведь не аббат. Знайте свой требник и уходите отсюда.

Брат Жан. Сенешаль! Вы забываете, что говорите со служителем бога.

Крестьяне. Вперед! Брат Жан за нас!

Брат Жан. Прежде в день святого Лёфруа запрещалось наказывать преступника. А вы так жестоко мучаете ни в чем не повинного мальчика.

Появляются Изабелла, де Монтрёйль, свита.

Сенешаль. Ко мне, сир шевалье! Помогите нам наказать этих наглецов! Смелей! Они от нас не уйдут!

Крестьяне обращаются в бегство.

Изабелла. Боже мой. Из-за чего такая сумятица? Ради бога, остановитесь! Сенешаль! Не преследуйте этих бедняг...

Де Монтрёйль. Что тут произошло?

Сенешаль. Я велел проучить одного из этих мужиков, а товарищи хотели отбить его у нас. Они забросали меня камнями, и вот, посмотрите: две стрелы упали подле меня. Уж я дознаюсь, кто их пустил!

Изабелла (указывая на Гайона). Бить этого бедного мальчика! У него такой кроткий вид. Господин сенешаль! Простите его, пожалуйста, сделайте это для меня.

Сенешаль. После этого с ними сладу не будет. (Гайону.) Удирай, бездельник! (Бьет его шпагой плашмя.)

Гайон убегает.

Де Монтрёйль. Прелестная кузина! Вы слишком добры к своим крепостным. Это собаки, готовые разорвать вас, выпусти вы только хлыст из рук.

Изабелла. Ну как вы можете называть христиан собаками?

Пьер (вполголоса). Да здравствует наша добрая госпожа!

Изабелла (де Монтрёйлю). Видите, отец Жан поговорил с ними, и они молча расходятся. Они опять стали кротки, как агнцы.

Де Монтрёйль. Плохо вы знаете это отродье! Они, подлецы, побежали, увидев, что я подхожу с моими латниками.

Сенешаль. Мы поощряем их нашей снисходительностью.

Появляется женщина и становится на колени перед Изабеллой.

Женщина. Добрая госпожа! Сжальтесь над несчастной вдовой, которой нечем кормить четверых детей!

Сенешаль. Прочь отсюда! Пошла вон, старуха!

Изабелла. Сенешаль! Не гоните бедняжку! Она обращается ко мне. Что тебе, матушка?

Женщина. Я вдова Жирара. Его повесили вчера по приказу барона. Он добывал детям хлеб; как я одна прокормлю их?

Сенешаль. Пряди коноплю, теперь самая пора.

Изабелла. Бедная женщина!

Женщина (сенешалю). Мне не на что купить конопли.

Изабелла. Вот вам, милая, четыре флорина. Жаль, что у меня нет больше с собой.

Женщина. Бог вам воздаст, моя добрая госпожа, благослови вас господь! (В сторону.) Да простит он ее отцу ради нее! (Громко). Окажите мне еще одну милость, добрая госпожа.

Изабелла. Говорите.

Женщина. Позвольте унести тело моего бедного мужа: оно брошено на землю, и господин сенешаль запретил хоронить его.

Появляется Броун.

Изабелла. Неужели это правда?

Сенешаль. Таков приказ барона.

Изабелла. Отец не мог отдать подобного приказания. (Своей свите.) Ступайте, заройте труп.

Пьер. Бегу.

Броун. Все уже сделано.

Сенешаль. Кто посмел?

Броун. Я. Мне, видите ли, не по нутру смотреть, как собаки пожирают человеческое мясо.

Сенешаль. Зачем ты суешься куда не следует? Что ты тут делаешь?

Броун. Стреляю из лука... Разве вам не известно, что я знаю в этом толк?

Изабелла (Броуну). Король стрелков! Вы храбрый малый и хороший христианин. Бог наградит вас за это.

Женщина (Броуну). О господин стрелок! Как я вам благодарна! Вы похоронили моего мужа.

Броун. Не стоит благодарности, матушка. Такие услуги люди обязаны оказывать друг другу. Вот вам флорин, выпейте за мое здоровье.

Появляется англичанин, переодетый крестьянином.

Англичанин (Броуну, тихо). Ну?

Броун (тихо). Я видел, как Жильбер выехал из замка. На нем только легкая кольчуга, и с ним всего пять человек. Вот его дочь. Беги к капитану Сиварду и скажи, что пора.

Англичанин и Броун уходят.

Сенешаль. По виду это настоящий разбойник.

Де Монтрёйль. Он назвался стрелком капитана Диллона.

Изабелла. Кто бы он ни был, он вел себя молодцом. Жаль, что у моего отца немного таких хороших слуг.

Де Монтрёйль. Скажите лучше, таких хороших стрелков.

Сенешаль. Он дал денег этой старой нищенке из чванства. Кто знает, не украл ли он вчера тот флорин, который подал сегодня?

Изабелла. Вы все видите в дурном свете.

Де Монтрёйль. Отойдем немного в сторону, мужики собираются играть в кинтану[33]. По-моему, нет забавнее зрелища, чем когда иной пентюх хватится со всего маха оземь, получив добрый удар по плечам.

Сенешаль. Что там за топот? Какие-то всадники мчатся по большой аллее.

Изабелла. Это не отец; я его вижу — вон он.

Де Монтрёйль. Никак боевой клич?

Изабелла. Вы пугаете меня! Перестаньте, этим не шутят!

Крестьяне. Англичане! Англичане! Тревога!

Изабелла. Боже! Англичане! Куда бежать! Где отец?

Де Монтрёйль. Теперь все зависит от быстроты. Постараемся раньше них добежать до подъемного моста. Назад! Назад! Сир сенешаль! Подайте руку моей кузине, а я буду прикрывать отступление.

Со всех сторон бегут мужчины, женщины и дети, угоняющие скот и прочее.

Моран (де Монтрёйлю). Ах, ваша милость! Помогите, не то нам конец!

Сенешаль. А, теперь-то ты вспомнил о нас! Беги за топором, плут, и возвращайся помогать нам.

Пьер (де Монтрёйлю). Ваша милость! Отступить к замку невозможно. Видите двадцать человек в зеленой одежде? Это их стрелки; они отрезали нам путь.

Сенешаль. Это верно, клянусь Бовезской божьей матерью! А вон впереди предатель, получивший приз.

Де Монтрёйль. Пресвятая дева! А на нас нет панцирей!

Свита Монтрёйля и часть крестьян, сплотившись в небольшой отряд, устраивают заслон из столов и скамей. В глубине появляются Сивард, Броун и англичанин; они угоняют скот и грабят.

Изабелла. Пресвятая дева! Что с нами будет?

Пьер (Изабелле). Войдите в хижину, сударыня. Вы будете там в безопасности, а тем временем подоспеет подмога. Я стану у дверей и, пока жив, никого не пущу.

Де Монтрёйль (Изабелле). Да, да, постарайтесь где-нибудь укрыться. (Своим.) Крепко держитесь, друзья!

Изабелла. Я умираю. Не знаю, хватит ли у меня сил дойти.

Пьер. Не погнушайтесь тем, что я возьму вас на руки. (Одному из товарищей.) Жофруа! Держи перед ней стол, чтобы разбойники не ранили ее стрелой. (Уносит Изабеллу в дом.)

Англичане. Сивард, вперед! Наша взяла!

Де Монтрёйль. Держитесь, молодцы! Мужики, за оружие!

Сражаются. Появляется брат Жан.

Брат Жан. Я ненавижу д'Апремона, но кровь во мне закипает при виде того, как англичане грабят французскую деревню. Так и разбирает охота снова взяться за прежнее ремесло. Вот и пика валяется соблазнительно! Ко мне, друзья! Святой Лёфруа да избавит нас от этих дурных христиан[34]!

Разбойники (за сценой). У-у-у! Оборотень!