Под мрачные симфонические подвывания, из колодца на центре поляны высунулась девочка с длинными, скрывающими лицо, черными волосами, и Игорь похолодел. Какой-то миг он вспоминал, где видел нечто похожее. А как вспомнил, то почувствовал, что по спине прошелся зимний ураган, и началась эпоха Большого Позвоночного Оледенения. Сердце сдавила холодная когтистая рука, и прошло две длиннющих секунды, пока он не очнулся и не выдернул шнур из розетки. Девочка успела подойти к экрану настолько близко, что еще секунда, и она выбралась бы в реальный мир!!!
Его затрясло от ужаса, когда он схватил программу и вгляделся в прыгающий текст.
Так и есть. Знаменитый фильм ужасов «Звонок».
Кажется, идея прежних владельцев телевизора послать его к черту была далеко не глупой. Имея в наличии технику такого рода, надо быть неимоверно осторожным с выбором телепрограмм. Риск, в общем-то, благородное дело, но не настолько, чтобы выводить из телевизора девочку-убийцу в настоящий мир. Ей-то без разницы, куда именно выкарабкиваться, а тут вместо веселья получишь такое, что даже думать страшно. И без того ужасов хватает.
Пронзительно зазвенел телефон.
— А-а-а-а!!! — Игоря передернуло от нахлынувших эмоций, программа выпала из его ослабевших рук. Звонок повторился. — Господи, за что?!!!
«Через семь дней ты умрешь!» — вспомнилась ему фраза из фильма.
Дзынь!!!
Игорь встал и на ватных ногах подошел к телефону.
Дзынь!!! — надрывался телефон. — Дзынь!!! Дзынь!!!
Он дотронулся до трубки.
Дзынь!!!!
«Неделя жизни — это так мало… А ведь я… я… я еще столько не успел, не увидел… Я… кстати-кстати!!!» — вынырнувшая из подсознания мысль заставила его возликовать. Он схватил трубку и прокричал:
— Я не смотрел кассету!!! Ты не имеешь права меня убивать!!!
В трубке раздалось испуганное «глунк!».
— А что, за это уже убивают?! — не на шутку перепугался невидимый собеседник, и обратился к кому-то у себя. — Катюша, вырубай видик, на хрен, в городе видеоманьяки! Вот, дожили, а, нормальное кино нельзя посмотреть! Ладно, я на DVD перейду!
— Кто это? — понизил голос Игорь. Внутренний голос облегченно вздохнул за обоих.
— Свои!
— В два часа ночи? «Свои в такую погоду дома сидят, телевизор смотрят!»
— А я что делал??? — возмутился собеседник. — Это Петр. «Чероки» на лестнице вспомни. Не узнал, что ли?!
— Что случилось?
Петр прокашлялся и, немного смущаясь, что вообще-то новым русским не свойственно, сказал:
— Да, понимаешь, никак не могу понять одну вещь. Сделай милость, скажи мне, как другу, в честь чего ты решил отправить чертям посылку? Тебе на Земле ее отправить некому? Или у тебя там дальние родственники со стороны жены?
— Нет у меня там родственников! — отрезал Игорь. — Прости, но я хочу спать. Давай завтра обо всем поговорим!
— Договорились! Я перезвоню!
Игорь положил трубку и еще раз выдохнул. Киношные кошмары так и остались киношными. Но от телевизора лучше всего избавиться, пока не стало слишком поздно.
Только тут он обратил внимание, что куда-то подевались оставшиеся фрукты и вода. Да и буковок на полу больше нет.
«Все-таки, сумасшедший… — подумал он. Но доска лежала перед телевизором, и срез с той стороны был гладким и ровным. И в квартире стало заметно чище. — Или нет?»
— Ну тебя к чер… — Игорь осекся на полуслове. Сработал свежий условный рефлекс, и адрес остался недоговоренным.
Желтый лист бумаги нашелся быстро, как и старый, но еще не высохший маркер. Игорь написал большими буквами: «Супертелевизор!!! Бесплатно!!!», вышел в коридор, поставил телевизор перед дверьми соседа, с которым постоянно ругался по разным пустякам, позвонил, быстро юркнул в родную квартиру, тихо-тихо захлопнул дверь и прильнул к глазку, чтобы увидеть развитие событий.
Сосед с гневно-убийственной руганью и мухобойкой (со сна не разобрал и схватил, что попалось под руку) выскочил в коридор и чуть не споткнулся о телевизор. Ругань не прекратилась, но, после изумленного вздоха, плавно перешла с гневно-убийственной интонации на восторженно-ликующую. Приманка сработала. Сосед захапал телевизор и захлопнул за собой дверь.
Игорь довольно потер руки, устало зевнул и пошел спать. С утра на свежую голову будет легче разобраться, что было правдой, а что привиделось после пережитого.
Половину ночи не давал заснуть неуловимый комар-извращенец, редкий представитель энергетического вампиризма: вместо того, чтобы сесть и укусить, он пискляво, нудно и попеременно зудел то над правым, то над левым ухом. Затих он ближе к утру, очевидно, выполнив ночную норму по зудению, но в тот момент, когда он, наконец-то, затих, раздался оглушительный звонок в дверь.
Игорь с трудом разлепил не желавшие открываться веки, подхватил какую-то палку и вышел в коридор, угрожая не менее жутким карами, чем сосед несколько часов назад. А когда споткнулся об знакомый до боли телевизор, просто потерял дар речи. Текст, отпечатанный соседом с помощью струйного принтера на новеньком, белоснежном листе бумаги разноцветными буквами, гласил: «Наша компания провела конкурс среди жильцов вашего дома, и Вы оказались его победителем! Вот ваш приз — этот дивный чудо-телевизор с прекрасными изображением и звуком, практически не отличающимися от реальных!!! И еще пятьсот рублей, как бонус-приз!!!».
Деньги оказались отпечатаны на том же принтере в размере четыре к одному. Видимо, для большей убедительности в том, какие соседи не жадные.
— Фальшивомонетчик! — зевнул Игорь. Гадая, какая телепередача сподвигла соседа на «роскошный подарок», он на автопилоте внес злосчастный телевизор домой и оставил его в прихожей на полу. Захлопнул дверь и услышал приглушенный радостный визг счастливого соседа. — Ладно-ладно…
С полусонья напялив на себя джинсы, он сунул ноги в кроссовки, подхватил телевизор и понес его в мусорку: избавляться, так избавляться. Желательно, прямиком на свалку, пока из телемира с малодружественным визитом не выкарабкался американский потрошитель, часть восьмая.
До баков было около ста метров. Недалеко, по обычным меркам, и Игорь почти добрался до точки, когда вдруг его осветили фарами, и он услышал за спиной скрип тормозов.
— Далеко ли держим путь-дорожку? — раздался почти ласковый голос со стороны затормозившей машины.
— Не особенно, — отозвался Игорь, поворачиваясь, чтобы посмотреть на ночного собеседника. Вряд ли это было что-то страшное: что может быть хуже чертей из преисподней? Бандиты? Да бросьте вы! Отдать им телевизор — так они еще и до дома подвезут, со всеми вытекающими, так сказать. В смысле — зайдут за видеомагнитофоном, чтоб в комплекте было. И кто помешает подарить им до кучи кассету с жестоко кровожадным фильмом ужасов? Мол, смотрите и наслаждайтесь, господа хорошие, аминь, спасайте ваши души…
Но оказалось, что бывает и похуже.
А все потому, что с неподдельным интересом взиравшие на него омоновцы, машина которых и остановилась за его спиной, ни за что в жизни не поверят в его объяснения о том, куда он несет новенький и дорогой телевизор в такую рань.
— Заходи, дорогой товарищ! Документики проверим! — омоновец гостеприимно распахнул задние, зарешеченные дверцы. Автомат приветливо покачнулся и устремил на Игоря единственный «глаз».
— Может, потом? — поинтересовался Игорь, медленно отступая. Вот уж кого нелегкая носит, так это их. Ну, что спрашивается, они захотели найти в стандартном захудалом дворе под утро глядя? Нет, вот, чтобы по всяким там олигархическим компаниям шастать, заехали в глубинку, понимаешь! Или это халтурка, вроде новогодних утренников для актеров?
— Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?! — возразил омоновец.
— А, может, вы сами пойдете? — предложил Игорь.
— Куда? — полюбопытствовал омоновец. Миролюбиво так спросил, по-доброму, но мурашки по спине все-таки протопали. Группа поддержки стала выходить из салона в ожидании ответа. Игорь догадался, что реакция на подразумеваемый им адрес окажется более, чем бурной, и он сам вскоре окажется, если не по подразумеваемому адресу, то уж точно там, куда хотел отнести телевизор.
— Прямо туда! — уверенно воскликнул он, предусмотрительно отступая. Омоновцы окружали его, стараясь сберечь дорогостоящую технику от падения и превращения в куда менее ценную кучу разбитого хлама.
— Признавайся, где украл?
Игорь отрицательно покачал головой.
— Оно само ко мне попало.
Омоновец призадумался. И это пугало больше всего: не вписывается подобное поведение в их суровый стиль работы. Какие-то подозрительные омоновцы. По дворам катаются, разговаривают вежливо, того и гляди, еще и извинятся за причиненное неудобство после того, как основательно пройдутся по организму отработанными в спортзале приемами рукопашной борьбы.
— А как?! — спросил омоновец. Видимо, собственные версии показались ему малоубедительными.
— Внезапно, — лаконично ответил Игорь, но такой ответ устроил только его самого. Омоновцы ждали более подробных разъяснений.
— Короче, приятель, — встрял другой омоновец, — а пошли-ка к его хозяевам! Прямо сейчас! Там все сами и проверим!
Игорь обреченно вздохнул, но неунывающее подсознание со всего маху влепило ему по уху воображаемой кувалдой, и он воссиял: омоновец только что подсказал гениальнейшее решение, и оно, как всегда, оказалось простым и практичным. А все потому, что русский язык велик и разнообразен, и одно слово можно истолковать двояко, в свою пользу.
— Да сколько угодно! — воскликнул он. — Но учтите, вы сами этого хотели!
Мысленно попросив прощения у давешнего черта, он также мысленно перекрестился и гаркнул:
— А пошли вы ко всем чертям!!!
Омоновец вздохнул…
…и исчез. Вместе с коллегами и машиной. Игорь облегченно выдохнул, но внезапно по воздуху прокатилась не то волна, не то марево, и неожиданно резко потеплело.
Запахло жареным. Но не курицей и не шашлыком.
Неприятностями.
Игорь сглотнул. Оперативно сработало подсознание, и, прежде чем он понял, что делает, ноги сами собой понесли его в заросли кустов перед подъездом.
Стремительно нарастающий невнятный гул разорвал утреннюю тишину дикими криками. Ухнуло, и примерно с того же места, где пропали омоновцы, сломя голову, огромной толпой стали выбегать дико орущие черти, разбегаясь по микрорайону, куда глаза глядят, не разбирая дороги.
Минут пять разномастная толпа представителей антихристианского течения заполняла собой улицы города, пока не рассеялась по микрорайонам. А под конец, из того же ниоткуда с приятным ревом неторопливо выехала машина с уставшими, со сломанными дубинками в руках, измазанными в саже, но жутко довольными омоновцами. Похоже, они давно так не отдыхали.
— Твою мать… — восхищенно пробормотал Игорь. Молясь Богу, чтобы ни залетные черти, ни вернувшиеся омоновцы не наткнулись на его коварную светлость и не устроили ему объединенными силами персональное утро стрелецкой казни, он подождал, пока ОМОН уедет за угол, и перебежками бросился домой. Вбежал в родной подъезд, взлетел по ступенькам, и уже хотел открыть дверь, как вдруг сообразил, что все это время, как полный идиот, не выпускал телевизор из натруженных рук.
Ясное дело, это диаг… в смысле, судьба.
Он обреченно махнул рукой (телевизором не решился) и завалился спать. Проблемы удобнее решать на свежую голову, к примеру, завтра утром (точнее, сразу после сна. В смысле, что как проснемся, так и утро), а пока что лучше всего высыпаться. На что еще дается отпуск?.. Ну, в принципе, на многое дается, но выспаться все-таки не помешает. Не всегда же на работе спать, надо и дома попробовать, для разнообразия.
Утро началось с того, что в подъезд с миссией ликвидации мусорного разлива явилась много повидавшая на своем веку и закаленная в многочисленных советских субботниках уборщица. Сметаемая шелуха ссыпалась на нижние этажи, и под ее тихое шуршание, смешанное с негромким ворчанием мусороликвидационного персонала Игорь и проснулся.
Несколько минут он спросонья никак не мог понять, почему в его комнате столько хлама, и почему жена до сих пор не вбила в потолок массивный крюк, на котором соберется его повесить за такой разгром? До сих пор спит? Он повернул голову и увидел вместо спящей супруги еще одну кучу хлама.
Странно.
Бывало, что она уходила на работу до того, как он проснется, но ни разу не оставляла вместо себя даже накрытые одеялом муляжи. Он помотал головой, резко сел, увидел телевизор, и только тут все вспомнил: жена с сыном уехала на месяц к морю на его отпускные, а он прозябает в родной квартире, развлекаясь тем, что ненароком доводит чертей до белого каления, подкармливает соседа ниспосланными питонами, подрабатывая живцом за процент от добычи, и устраивает бесплатные бои без правил с не совсем обычным контингентом.
ТЕЛЕВИЗОР.
С хорошо оформленной дарственной надписью от заботливого соседа. Что ни говори, а умеет он впарить всякую гадость так, что люди долгое время будут уверены в ее полезности. Но кое-что хорошее в этом есть: возвращение телевизора доказывает, что Игорь не сошел с ума, и происходящее прошлым вечером было на самом деле.
И, значит, очень скоро в желтой прессе можно будет прочитать, сколько человек на съемках некоей скандальной программы попало в больницу, и как скоро восстановят разрушенную до основания студию. А еще — сообщение об утреннем побоище отряда омоновцев с силами Ада. Потянет на сенсацию, особенно, если взять интервью у представителей потерпевшей стороны, и напечатать с большой цветной фотографией на развороте.
— К черту чертей! — пробормотал он, вставая и подходя к свалившемуся с неба (или, точнее сказать, выброшенного из-под земли?) неожиданному подарку. Вопрос в том, все-таки хорошему, или плохому?
Пока он умывался, его голову посетила странная мысль: зачем он забрал телевизор обратно? Оставил бы на площадке, и дело с концом — в подъезде живет немало любителей взять вещи безвозмездно, тем более, если эта вещь — импортный цветной телевизор. С другой стороны, они люди неплохие, и дарить им такое свинство — большая подлость. Это не сосед, который из-за копейки удавится. Жалко ему было настоящие деньги положить!
После завтрака (что ни говори, а питонье мясо вкусное, если знаешь, как его готовить), стрелка весов относительно качеств телевизора перевесила в сторону хорошего: как-никак, а мусор можно выбрасывать, не сходя с места. Вот только найти подходящую «мусорную корзину», и порядок!
Пульта среди любезно предоставленного чертом мусора он так и не нашел, пришлось воспользоваться старинным дедовским приемом, оставшимся со времен телевизоров третьего поколения: в стародавние времена, как теперь можно говорить, прошлого века (видимо, язык не поворачивается назвать то безобразие, в котором мы живем, двадцать первым веком, слишком другим его себе представляли) требовалось лично подойти к телевизору и собственноручно переключить каналы грохочущей ручкой. Оно, конечно, было здорово неудобно, но, учитывая, что рекламы в те далекие годы было гораздо меньше, чем телеканалов, а кое-где и вовсе был всего один канал — первый, наличие пульта посчиталось бы форменным издевательством.
Щелк. Телеспектакль по каналу «Культура»:
«…Старик, по амбарам помети, по сусекам поскреби, полы помой и вынеси мусор! А я к соседке на пять минут, колобка поем…».
Щелк. Какой-то молодежный канал:
Щелк. Телеканал «Рамблер»:
«Колумб открыл Америку, но индейцы часом раньше открыли Европу. И когда он вернулся домой, то обнаружил такое…».
Щелк. Первый канал о малом бизнесе:
«Отрезал Папа Карло длинный нос у Буратино, но нос снова вырос. Понравилось это Папе Карло, и он открыл предприятие по производству лучин».
Щелк.
«…Предлагаем вашему вниманию односерийный короткометражный фильм «Она написала самоубийство»…»
Щелк. Реклама. Одинаковая почти по всем каналам. Частота повторов такая, что попугаи выучили ее наизусть вместе с комментариями телезрителей, (комментарии, такие же однообразные, не приводятся по этическим соображениям):
«Хотите побывать в Солнечной Индии? Соберите пять пачек чая со слоном и идите!». «Жили-были в одном городке бедные люди-икс, которые про радость отродясь не слыхали. Но тут приехал к ним мужичок один. А чего привез? Людей-игрек! …И началась с тех пор в городке совсем другая жизнь!»
Щелк. Новости но РТР:
«Отдельные представители американского конгресса после просмотра фильма «Терминатор-3» громогласно обвинили в возможном начале Третьей Мировой войны Россию. Основанием послужил тот факт, что терминаторы четко выполняют приказы своего начальства, а то, что они «мочили» друг друга в сортире, доказывает, КТО стоит за их металлическими спинами»…
Щелк. Канал с нерасшифровываемым логотипом:
«И стала старуха столбовою дворянкой, но наслала на нее замученная золотая рыбка большевиков. Большевики пришли, и… И прожил старик со старухой у самого Белого моря тридцать лет и три года. А сети у него отобрали — браконьерство».
Щелк.
Поделиться книгой: