– Все вокруг тихо, ни одного японца поблизости. Сильного прибоя, как в прошлый раз, нет, подошли к берегу спокойно. Китаец нас уже ждал.

– Как он там?

– Приоделся, лошадью разжился. Дал вот эту сумку. На словах велел передать, что остается. В Цинампо стоит много английских "купцов", выгрузка идет медленно. Перевозят груз на корейских лодках вместо лихтеров. На берегу уже много разного груза лежит, японцы вывозить не успевают. "Купцов" прикрывают английские крейсера, миноносцев в Цинампо нет. Японцы сейчас пытаются расчистить фарватер в Чемульпо и убрать затонувшие пароходы в порту возле причала. Пытаются также "Варяг" поднять. Все.

Уточнив еще ряд вопросов, Михаил отпустил унтер-офицера и призадумался. Полученная информация была настолько важной, что требовалось доставить ее немедленно. И это не считая того, что находится в сумке. "Надувашка", тем временем, уже была поднята на палубу и "сдута". Матросы как раз занимались проталкиванием ее в рубочный люк, офицеры на мостике молча уставились на командира, а командир – на радиотелеграфиста.

– Мошкин, никого поблизости?

– Никого, Ваше высокоблагородие. Обычные шумы.

– Все, сворачивай свое хозяйство, уходим…

Запустив дизеля, "Косатка" развернулась и стала уходить. Теперь надо было быстро исчезнуть, причем так, чтобы не попасться никому на глаза. Отойдя на пару миль от берега, лодка погрузилась и дальше следовала в подводном положении, пока линия дозоров японских миноносцев не осталась за кормой. После этого Михаил приказал всплыть и уходить дальше в море. Нужно срочно устанавливать связь. Отряд Рейценштейна должен быть неподалеку. Быстро растянули антенну, и радист скрылся в радиорубке. Сразу же отозвался "Новик". Согласовав место встречи, "Косатка" помчалась на север, навстречу отряду крейсеров.

– Ну что, Василий Иванович, никого?

– Пока никого, Михаил Рудольфович. Да и по времени еще рановато. Договорились же после рассвета встретиться…

Михаил вместе со старшим офицером стояли на мостике и вглядывались в темноту ночи. "Косатка" уже прибыла в точку рандеву и легла в дрейф, поджидая отряд Рейценштейна. Ветра почти не было, и лодка мерно покачивалась на небольшой волне. Вокруг тишина, нарушаемая иногда только плеском воды возле борта. Дизеля остановлены и "Косатка" притаилась в ночи, как хищник, выслеживающий добычу. В целях безопасности решили не рисковать и встретиться, когда рассветет, чтобы не ошибиться в темноте. Все равно, лишняя пара часов уже ничего не решит.

Радиотелеграфист Мошкин снова настроил свою "поисковую аппаратуру", стараясь определить наличие посторонних поблизости. Какое-то время было тихо, но через полчаса он доложил.

– Что-то есть, Ваше высокоблагородие. Какие-то корабли прослушиваются, но не миноносцы, покрупнее. Может быть, наши крейсера.

– Слушай, братец, слушай. Интересно, как далеко мы их сможем обнаружить.

Радиотелеграфист продолжал прослушивать море, а вахтенные сигнальщики вглядывались в ночную тьму, но тщетно. Визуально ничего обнаружить так и не удалось, не смотря на то, что самодельный шумопеленгатор предупреждал о наличии целей. И только когда забрезжил рассвет, в сумерках, на фоне посветлевшей части горизонта, проступили характерные силуэты трех кораблей, в которых сразу же безошибочно определили "Аскольд", "Новик" и "Боярин". Крейсера следовали малым ходом и с них, очевидно, не видели "Косатку". И только когда на мостике лодки замигал переносной прожектор, запрашивая разрешение подойти к борту, крейсера изменили курс и пошли на сближение. На мостике "Новика" замигали вспышки ратьера. Сигнальщик принял сообщение и удивленно повернулся к Михаилу.

– Ваше высокоблагородие, сообщение с "Новика". "Прошу подойти к борту".

– Хм-м… А почему с "Новика", а не с "Аскольда"? Ведь Рейценштейн прикипел к "Аскольду" и уходить с него не хотел. Странно… Ладно, сейчас узнаем…

"Косатка" запустила дизеля и дала ход. Крейсера находились не далее, чем в пяти милях. Пока корабли шли на сближение друг с другом, уже достаточно рассвело и стало понятно такое поведение "Новика". Крейсер шел под адмиральским флагом. Значит, Макаров не устоял перед искушением узнать данные разведки как можно раньше и лично отправился навстречу "Косатке", перейдя на самый быстроходный крейсер эскадры. Такое он проделывал и раньше, в прежней жизни, не изменил своим привычкам и теперь. Убавив ход и развернувшись, "Косатка" подошла почти вплотную к правому борту "Новика", на крыле мостика которого уже стояли Макаров и командир крейсера Эссен. Михаил начал доклад по всей форме, но был прерван Макаровым на полуслове.

– Михаил Рудольфович, голубчик, не томите! С возвращением вас! Привезли? Как все прошло?

– Так точно, Ваше превосходительство, привезли! Все прошло тихо.

– Слава богу! Быстренько давайте сюда. Ох, и устроили вы переполох! Что возле Нагасаки, что в Токийском заливе! Англия и Япония в панике, долго рассказывать. Вернемся в Артур, прошу сразу ко мне. Как у вас с запасами, как состояние корабля?

– Корабль в полном порядке. По воде и продовольствию – хватит на три недели. По топливу – экономическим ходом дойдем до Сингапура и обратно. По боезапасу: мин Шварцкопфа осталось две штуки, мины заграждения Степанова – Налетова выставили все. Запас снарядов к орудию почти полный.

– Отлично! Все, Михаил Рудольфович, позже поговорим, давайте посылку. А сами отойдите на пару кабельтовых, следуйте параллельным курсом. Как понадобитесь, я вас позову.

Передав сумку с разведывательными материалами, "Косатка" отошла в сторону и следовала самым малым ходом параллельным курсом с "Новиком". Сзади дымили "Аскольд" и "Боярин". Все гадали, что же предпримет беспокойный адмирал. То, что он задумал какую-то каверзу, несомненно. И в ней определенная роль отводится "Косатке", иначе он бы уже дал ей какое-то задание и отпустил. Ведь не зря он примчался сюда лично, задействовав самые быстроходные крейсера Порт-Артурской эскадры. Даже "Баян" брать с собой не стал, чтобы иметь на пару-тройку узлов эскадренного хода больше. А сейчас, скорее всего, знакомится с результатами разведки и принимает окончательное решение. Все это обсуждалось на мостике и в отсеках лодки, пока через час не было получено очередное распоряжение с "Новика" подойти к борту.

Когда "Косатка" снова подошла под борт крейсера, Макаров уже стоял на крыле мостика. Погода благоприятствовала, и можно было спокойно поговорить. Михаил кратко описал обстоятельства похода. О визите к берегам Кореи и похождениях возле Нагасаки рассказывать не стал, уж очень много людей на палубе "Новика" это слышит, а сосредоточился на обстоятельствах встречи с Владивостокским отрядом и рейда к восточным берегам Японии, в чем никаких секретов не было. Сообщил также то, что агент передал на словах, не упоминая источника, откуда эти сведения получены. Макаров все прекрасно понимал, поэтому и не уточнял, а только слушал. Когда Михаил закончил, адмирал довольно усмехнулся в бороду.

– Михаил Рудольфович, а Вы знаете, как удачно три английских крейсера на минах подорвались? И еще двоих японские миноносцы утопили, приняв за противника? Об этом писали все газеты. А ваш рейд в Токийский залив – это выше всякого понимания. До сих пор японцы и англичане в себя прийти не могут. Вы сделали огромное дело. Позже подробно поговорим. Сейчас направляйтесь в район Цинампо, но близко к берегу не приближайтесь. Следите за ситуацией и за всеми перемещениями японцев и англичан, если таковые будут. Но ни в коем случае не дайте себя обнаружить. Какие бы привлекательные цели не появлялись, игнорируйте всех, и не выдавайте своего присутствия. Ваша задача – исключительно наблюдение. Если появится что-то важное и потребуется передать это по радио, всплывите и выходите на связь, но только подальше от берега, чтобы вас не обнаружили. Если ничего интересного после вашего прихода не произойдет и никакой активности японцы и англичане проявлять не будут, оставайтесь на месте и продолжайте наблюдать. Скоро мы нанесем визит в Цинампо, не перепутайте нас в темноте с японцами. После завершения нашего визита оставайтесь на позиции еще двое суток, проследите за обстановкой. Но, опять-таки, избегая обнаружения. После этого возвращайтесь в Артур, а по прибытию – сразу ко мне. Задача ясна?

– Так точно, Ваше превосходительство! Вопрос. После вашего ухода из Цинампо может кто-нибудь там подорваться н о ч ь ю на минах?

– Вот Вы право, Михаил Рудольфович… М о ж е т! Но только, если н о ч ь ю!

– Есть, Ваше превосходительство! Разрешите выполнять?

– С богом, Михаил Рудольфович! Давайте полный ход и идите быстрее к Цинампо. Мины на "Косатку" перегружать некогда…

Глядя вслед "Новику", быстро уходящему в сторону Порт-Артура, Михаил подумал, что война с Японией вступила в новую фазу. "Аскольд" и "Боярин" займут позиции в море между Порт-Артуром и Цинампо для обеспечения радиосвязи между "Косаткой" и главными силами, выполняя роль своеобразных ретрансляторов. А то, вдруг дальности действия радиостанции "Косатки" не хватит. В случае возникновения опасности, они легко уйдут от противника, воспользовавшись превосходством в скорости. Нет никаких сомнений, что Макаров задумал что-то нестандартное. Такое, чего еще не было. Впрочем, оно и не удивительно, так как ситуация все больше скатывалась к открытому противостоянию Англии и России. А Япония все больше и больше скатывается к роли статиста в этом кровавом спектакле, разыгранном Англией. Роли, которая по большому счету, ничего не решает. Если бы не помощь Англии, то японские войска уже воевали бы одними штыками и самурайскими мечами. Но к войне с Англией Россия не готова. И где же новоявленные "Гебен" и "Бреслау" в английском варианте? По логике событий, они бы уже должны появиться. Неизвестно, как они будут называться в этой истории, но то, что они об я з а т е л ь н о появятся, в этом нет никаких сомнений…

– Что, Михаил Рудольфович, гадаете, что командующий задумал?

Голос Кроуна оторвал Михаила от размышлений. Как оказалось, все офицеры, находившиеся на мостике, думали об одном и том же.

– Да, Николай Александрович. Думаю, что нам предстоит стать свидетелями такого, чего еще никогда не было. Англия заигралась. Ведь она открыто провоцирует нас и создается впечатление, что в Лондоне уверены – мы просто обязаны пойти на попятную. Так, как уже было не раз. Уж очень много англичане вложили в эту авантюру, а признавать свое поражение – это не в их правилах. Вот поэтому и ведут себя так нагло. Потому, что уверены в нашем нежелании с ними связываться.

– И как думаете, что будет?

– Не знаю… Давайте подождем дальнейшее развитие событий. Тем более, ждать осталось недолго. Через день, самое большее через два, что-то должно произойти. Иначе бы наш беспокойный адмирал так не торопился. Не зря же он лично на встречу с нами прибыл, да еще и "Баян" с собой брать не стал, чтобы побыстрее обернуться. А нам пока предстоит роль кошки возле мышиной норы. То есть, сидеть тихо, наблюдать и ждать…

Вокруг тихая ночь, ветра почти нет, и звездное небо раскинулось над головой. "Косатка" лежит в дрейфе, покачиваясь на поверхности, и только иногда небольшая волна с шипением накатывается на палубу. Дизеля остановлены и в отсеках царит тишина. Свободные от вахты спят, используя спокойный момент. Противника поблизости нет. На мостике радиотелеграфист Мошкин снова "прослушивает море", сунув в воду микрофон на длинной штанге. Но на вопросительный взгляд командира отрицательно качает головой.

– Нет, Ваше высокоблагородие, никого.

– Жаль, что не удалось днем конвой прослушать, всплывать было нельзя. Ничего, Мошкин, вернемся в Артур, так и быть, будем в прочном корпусе дырку сверлить, чтобы кабель наружу вывести. Главное мы узнали – твой шумопеленгатор работает. Цели обнаруживает на большом расстоянии, позволяет их в какой-то степени идентифицировать и даже пеленг определяет. Хоть и с точностью "два лаптя вправо", но определяет. Будешь теперь море на глубине прослушивать. И ты знаешь, что-то мне подсказывает, что на глубине двадцати – тридцати метров слышно будет еще лучше, чем с поверхности.

– Эх, скорей бы, Ваше высокоблагородие… Ведь тогда ни один япошка от нас не спрячется!

– Вот и я о том же. Ладно, сворачивай все свое хозяйство. А то, вдруг срочно нырять придется.

– Ваше высокоблагородие, разрешите доложить?

– Что, братец?

– Я тут посидел, покумекал… В общем, нарисовал схему подводной антенны, как ее лучше сделать, чтобы пеленг на звук точнее определять. И чтобы вода на глубине нигде не просочилась. Да и в самом аппарате тоже можно кое-что улучшить. Не изволите ли взглянуть?

– Ну-ка, ну-ка, пойдем! Показывай свое изобретение!

Когда они оба зашли в радиорубку и Михаил взял в руки несколько тетрадных листов с карандашными эскизами, то поначалу лишился дара речи. Перед ним был прообраз акустического пеленгатора немецкой подводной лодки конца тридцатых годов. Конечно, кое-что было нанесено схематично, но мысль никому не известного унтер-офицера российского флота работала в верном направлении!

– Мошкин, ты знаешь, а это очень интересно! Давай, пробуй! Напиши список всего, что необходимо. Вернемся в Артур, постараюсь достать. Что-то мне подсказывает, что у этого аппарата большое будущее. И надо тебе учиться, Мошкин. Не зарывай свой талант в землю.

– Да куда же мне учиться, Ваше высокоблагородие? Война ведь. Да и деньги где на учебу взять?

– Ничего, не будет же эта война бесконечной. Когда-нибудь да закончится. А насчет денег не волнуйся. Уж если я "Косатку" на свои деньги построил для русского флота, то одного толкового инженера для него как-нибудь выучу.

– Ваше…

– И не спорь! России мощный подводный флот нужен, братец. И его считай, что с нуля создавать надо. И нужны для этого грамотные инженеры, способные мыслить нестандартно. Так что, дерзай. Сразу могу сказать – ты мыслишь в верном направлении. Все, что непонятно, спрашивай. Говори, что требуется. Чем смогу – помогу. А пока давай вот этот узел рассмотрим. Как ты думаешь наружную антенну на корпусе расположить?

Когда много лет спустя, на церемонии награждения выдающегося конструктора гидроакустических систем, генерал-лейтенанта корпуса корабельных инженеров Мошкина спросили, с чего же началась его научная и конструкторская деятельность, то он ответил, что с пяти тетрадных листков бумаги с карандашными набросками. Но эти наброски, на его счастье, увидел сам Корф, бывший тогда командиром легендарной "Косатки". И под командой которого он имел честь служить…

Вернувшись в каюту и рухнув на койку, Михаил снова прокрутил в голове сложившуюся ситуацию. "Косатка" лежала в дрейфе на некотором удалении от берега, внимательно наблюдая за окружающей обстановкой. Сегодня днем пришел еще один английский конвой. Восемь крупных транспортов под охраной трех крейсеров. В перископ даже удалось прочитать названия – "Абукир", "Хог" и "Тезеус". Конвой проследовал в сторону Цинампо. Информация об этом вскоре ушла в эфир условными фразами и была принята ближайшим к "Косатке" "Боярином", который должен предать ее на "Аскольд", а тот еще дальше – на "Новик". А между "Новиком" и Порт-Артуром может быть еще кто-то. Цепочка из нескольких радиостанций, раскинувшаяся через половину Желтого моря, должна обеспечить быструю и надежную связь.

Пройдя между островами, издалека удалось разобрать, что на рейде, ближе к морю, стоят еще два крейсера, а в глубине рейда – большое количество грузовых судов. Что творилось в самой бухте, было не видно. Но из лоции Михаил знал, что много судов там и не поместится, да и технические возможности "порта" Цинампо, если его так можно назвать, оставляют желать лучшего. Поэтому неудивительно, что выгрузка идет прямо на рейде. Хоть и черепашьими темпами, но идет. После захода солнца всплыли и продолжили патрулирование в надводном положении, временами давая ход, а потом снова ложась в дрейф и останавливая дизеля, соблюдая режим полной тишины. Но больше, кроме японских миноносцев, никто так и не появился. Очевидно, японцы не успевали вывозить то, что доставлялось английскими конвоями, поэтому тут и было такое затишье. Решив, что до утра вряд ли появится что-то интересное, Михаил решил поспать. Вахта на мостике несется исправно, его присутствие не требуется. Японские миноносцы патрулируют ближе к берегу и сюда не суются. Тем более, после "Чемульпинского инцидента" русский флот в этих краях больше никакой активности не проявлял и на наглое поведение англичан никак не реагирует. Поэтому, тут снова царит самоуспокоенность. Война идет где-то далеко…

Перед рассветом "Косатка" погрузилась на перископную глубину и продолжила наблюдение, но вскоре в каюту Михаила постучал вахтенный матрос.

– Ваше высокоблагородие, дымы на горизонте с норд-веста. Очень много.

Когда Михаил появился в рубке, вахтенный офицер, прапорщик Емельянов, приник к перископу. Заметив командира, тут же доложил.

– Михаил Рудольфович, только что появились. Похоже, наша Артурская эскадра приближается. Но дымов очень много. Не пойму, откуда столько.

– Ну-ка, дайте взглянуть, Петр Ефимович. Интересно, что там наш адмирал задумал?

Едва глянув в перископ, Михаил понял, что матрос не соврал. Дымов действительно очень много. Создавалось впечатление, что прямо на лодку движется целая армада. Японские миноносцы, которые крутились поблизости, ушли вперед на разведку. Но очень скоро они вернулись, удирая полным ходом. По мере приближения стало ясно, что это идет Артурская эскадра. Причем, похоже, Макаров привел в с ю эскадру. Почти все из того, что оставалось на плаву, и было способно двигаться. Корабли шли несколько в стороне, и в перископ удалось хорошо их рассмотреть. Впереди снова шел строем фронта быстроходный крейсерский отряд Рейценштена – "Аскольд", "Баян", "Новик" и "Боярин". За ним, в строю кильватера на некотором удалении, три утюгообразных броненосца – "Петропавловск" под адмиральским флагом, "Полтава" и "Севастополь". На флангах больше двух десятков миноносцев. А вот за ними… Слово "армада" подошло бы в самый раз. Чего тут только не было. Пять канонерок, старые минные крейсеры "Всадник" и "Гайдамак", минный транспорт "Амур", а также… семь "трофейных" английских пароходов, захваченных во время предыдущего рейда к Чемульпо, и конфискованных по решению призового суда. Причем, носящих уже русские названия и идущих под Андреевскими флагами, как военные транспорты. Позади всех, в арьергарде, дымила "Диана" с двумя миноносцами. "Победы", "Пересвета" и "Паллады" не было. Значит, их еще не успели ввести в строй. Увиденное наводило на размышления. Канонерки – понятно. Значит, Макаров собрался нанести удар непосредственно по порту, поскольку они в состоянии это сделать благодаря малой осадке. "Амур" – тоже понятно. Хочет выставить минные заграждения возле порта. А "Всадник" и "Гайдамак"? Какой с них толк? И зачем здесь транспорты? Наличие такого "обоза" было совершенно неясно. Не собрался ли Макаров десант в тылу у японцев высаживать?

– Да, Петр Ефимович, это наши. Макаров почти всех привел. Даже канонерки с "Всадником" и "Гайдамаком". Но вот зачем здесь транспорты? Десант собрался высаживать? Взгляните.

Когда Емельянов глянул в перископ, то тоже удивился.

– Михаил Рудольфович, у меня тоже, кроме десанта, ничего в голову не приходит. Но зачем? Как мы его потом снабжать, и поддерживать будем через все море?

– Не знаю, Петр Ефимович. Давайте подождем. Дольше ждали, недолго осталось…

Между тем, вся эта дымящая разношерстная армада приблизилась и прошла мимо. Подходить очень близко и всплывать Михаил не стал, а только внимательно наблюдал в перископ. Незачем раскрывать свое присутствие. Берег молчал. Японские миноносцы уже удрали в сторону Чемульпо, скрывшись за островами. Русская эскадра тоже обогнула острова и направилась в сторону Цинампо, вскоре скрывшись из вида. Теперь оставалось только ждать. Больше от "Косатки" ничего не зависело.

Долгое время ничего не происходило. "Косатка" продолжала оставаться на перископной глубине, наблюдая за окружающей обстановкой, но вокруг все было спокойно. Наконец, из-за мыса показались первые русские корабли, и Михаил, не отходящий от перископа, понял, что операция завершена. Первыми вышли канонерки и "Новик" с "Боярином". Но потом… Большое количество грузовых судов под английскими флагами одно за другим выходили в море. Причем, было хорошо видно, что суда в грузу. Среди них были и русские военные транспорты, принявшие участие в операции. Вместе с ними вышли миноносцы и оба старых минных крейсера. Пароходы самостоятельно выстраивались в подобие трех кильватерных колонн и ложились на норд-вест, а миноносцы, "Новик", "Боярин", "Всадник" и "Гайдамак" бегали вокруг, как овчарки, наводящие порядок в стаде. Следующими вышли "Амур" с тремя миноносцами и бросились догонять ушедшие транспорты. И только после этого вышли "Баян", "Аскольд" и "Диана". А вскоре следом за ними "Петропавловск", "Полтава", "Севастополь" и три миноносца. По их внешнему виду нельзя было сказать, что они побывали в бою. Во всяком случае, никаких внешних повреждений Михаил не заметил. Пройдя мимо "Косатки", корабли устремились вдогонку ушедшему "обозу". Ни японцы, ни англичане за все время так и не появились.

За всем этим Михаил и офицеры, собравшиеся в рубке, по очереди наблюдали в перископ.

– Вот так, господа. Признаюсь, я подобного совершенно не ожидал. Непонятно, что там произошло, но из того, что мы видели, можно сделать вывод – нам удалось захватить английские торговые суда с грузами, предназначенными для японцев. Иначе, с чего бы они так дружно, организованной толпой, направились в сторону Порт-Артура в компании с нашими миноносцами и крейсерами, даже не делая попытки удрать?

– А не приведет ли это к войне между Россией и Англией?

– Нет, не приведет. Во всяком случае, к открытой войне. Англия никогда не станет воевать р а д и Японии. И вообще она предпочитает воевать чужими руками. Очевидно, в Лондоне все еще считали, что на дворе семьдесят восьмой год. И вели себя соответственно. И то, что произошло сегодня, это сильный удар по принципам их внешней политики. Посмотрим, как эти джентльмены отреагируют. Конечно, международный скандал неизбежен. Но он был бы неизбежен в любом случае, если бы мы сделали хоть что-то, не укладывающееся в рамки английского сценария развития событий. А сценарий этот предельно прост – спасти Японию от разгрома, навязав России невыгодные условия мира. Как это уже было в семьдесят восьмом году при войне с Турцией. И я уверен, что если такая ситуация продержалась бы еще месяц – другой, то в Петербурге обязательно бы появились посредники с английскими паспортами, предлагающие России мир на кабальных условиях. Теперь такой сценарий уже невозможен. А новый еще не написан. Поэтому, подождем, что будет дальше.

– А нам что дальше делать, Михаил Рудольфович?

– Ничего. Находиться еще двое суток на позиции и наблюдать за обстановкой, никак себя не обнаруживая. А потом – домой, в Артур. Думаю, какое-то время здесь будет тихо. И вообще, господа, во всем этом есть толика и нашей заслуги. Такое блестящее проведение операции было бы вряд ли возможно без нашей тайной миссии. Поэтому, наша задача состоит в следующем. Сделать так, чтобы то, что мы делали, осталось тайной для всех, кто не входит в команду "Косатки". От этого зависит время окончания войны. И жизни десятков тысяч русских солдат на фронте.

– А все же интересно, как там все прошло в Цинампо?

– Вернемся в Артур, все узнаем. А сейчас, что гадать…

Глава 4 Наведение порядка в борделе

Значительно лучше, как все прошло, знал коммодор Спенсер, командир отряда крейсеров, хотя он и понял это далеко не сразу. И теперь, глядя вслед уходящим русским кораблям, посылал проклятия на головы русских, японцев и своего собственного начальства…

Нехорошие предчувствия появились у коммодора Уильяма Спенсера сразу. Когда его вызвали в Сингапуре к командующему и озвучили приказ, то он сначала ничего не понял. В кабинете адмирала присутствовал какой-то хлыщ в штатском. То ли из Форин Офиса, то ли из разведки, то ли дьявол его разберет, откуда. Он очень долго говорил о необходимости защиты морской торговли Британии, о защите торгового судоходства вообще и необходимости наведения порядка в дальневосточных владениях Британской империи. В связи с чем, его отряду предстоит сложная и огромная по важности задача – защита судоходства в тех краях и защита британских интересов. Конкретно это выльется в сопровождение английских торговых судов к берегам Кореи, в настоящий момент оккупированной Японией, которая ведет войну с Россией. И его задача – обеспечить безопасность судов, доставляющих грузы в Корею. Коммодор был человек прямой и не привыкший к политическим выкрутасам, поэтому спросил прямо – они воюют с Россией, или нет? Если воюют, то он откроет огонь по русским в случае их появления, а если не воюют, то как с ними себя вести, если они начнут мешать этой самой доставке грузов? Причем, доставке грузов их противнику самым наглым образом – на нейтральных судах под охраной нейтральных боевых кораблей? Открывать огонь? Больше боевые корабли в своем распоряжении никаких аргументов воздействия не имеют. Для чего они, собственно, и предназначены. А это уже война между Россией и Британией. Хлыщ начал юлить и убеждать его, что ничего серьезного русские все равно не предпримут, так как не захотят испортить отношения с Британией. Все ограничится мерами демонстрационного характера и дипломатическими нотами протеста. И вообще Россия – это не та политическая величина, которая могла бы говорить с Британией на равных, что ярко показали события 1878 года. Коммодор уперся не на шутку и стал требовать конкретного разрешения применить силу в критической ситуации. Русские доказали, что умеют воевать на море, за несколько месяцев уничтожив практически весь флот Японии. Причем, не понеся при этом потерь в крупных кораблях, если не считать за таковые уничтоженные в результате диверсии два броненосца. И очень сомнительно, что они ограничатся полумерами. Что делать в случае, если они предпримут адекватные ответные действия? Стрелять? Или не стрелять? На что его снова заверили, что никаких "если" не будет. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Русские варвары способны воевать только с себе подобными варварами, то есть японцами, но никогда не посмеют пойти против Британии. А Британия сейчас имеет свои интересы в Корее и Японии, и то, что России это может не понравиться, то это исключительно проблемы России. И вообще, его дело, как офицера британского Королевского флота, не умничать, а выполнять полученные приказы.

Ушел коммодор от адмирала с тяжелым сердцем. Будучи человеком умным, он прекрасно понимал, что русские не будут спокойно взирать на эту наглую (по-другому и не скажешь) доставку грузов их противнику под охраной военных кораблей. Рано, или поздно, но это приведет к вооруженному конфликту. А его, в этом случае, сделают мальчиком для битья. Потому, что это именно он не обеспечил, допустил, не предпринял и далее по списку. Нужен же кто-то виноватый. Потому, что Лорды Адмиралтейства не бывают виноватыми никогда. Так же, как и члены парламента. Виноват всегда конкретный исполнитель. И его просто подставили. Пройдет – хорошо. Не пройдет – будет, кого сделать виновным. А может, вооруженный конфликт и является истинной целью, которую преследует вся эта возня вокруг Кореи? И просто нужен хороший повод? А что может быть поводом лучше, чем нападение русских на британский конвой? Однако, к удивлению коммодора, этого не случилось. Русские крейсера появились довольно быстро, но ограничились одним наблюдением, просто сопроводив конвой до корейских берегов, следуя параллельным курсом и соблюдая дистанцию. Во избежание вооруженного столкновения, он приказал в случае попытки приближения русских к грузовым судам огня не открывать, а угрожать тараном. На сигналы русских крейсеров не отвечать. Потому, что все равно отвечать нечего… Но русские не стали обострять ситуацию и у коммодора появилась надежда, что пронесет. Дальнейшие события это подтвердили. Конвои следовали один за другим, хотя выгрузку приходилось осуществлять на рейде, так как портом Цинампо можно было назвать только номинально. А больше и выгружаться негде, так как самый удобный порт Чемульпо был до сих пор заблокирован затопленными судами. Что ни говори, но это была смелая и дерзкая операция русских, которой не ожидал никто. И теперь в Корее Цинампо – единственный "порт", который находится более-менее близко от театра военных действий. Иначе, если идти еще дальше на юг, то грузы придется тащить через весь полуостров. Что при отсутствии нормальных дорог дело крайне сложное. Но такая выгрузка приводила к длительным простоям судов, и их постепенно накапливалось на рейде все больше и больше. Утешало только то, что русские повели себя вполне предсказуемо. Так, как и предупреждал этот хлыщ. Все ограничивалось гневными нотами протеста и появлением русских крейсеров, сопровождавших конвои, но не предпринимавших никаких враждебных действий. Что было странным, если вспомнить нашумевший "чемульпинский инцидент". Коммодор ждал какого-то подвоха и предупреждал об этом, но его не хотели слушать. На просьбу выделить несколько канонерок и миноносцев для патрулирования района ему ответили отказом. Японские канонерки и миноносцы патрулируют район подходов к Цинампо и гнать туда для этих целей еще и британские корабли – неразумная трата средств. Есть у него пять крейсеров, вот пусть ими и обходится. Тем более, русские вообще игнорируют этот район. Они оперируют в Корейском проливе, возле берегов Японии. Скрипя зубами, коммодор молчал. Факты действительно были против него. Видя полное бездействие русских, он разделил отряд и теперь оставлял два крейсера для охраны рейда, а тремя проводил конвои. Первое время он всегда отправлял двоих на разведку и патрулирование подходов к порту, но после того, как эти обезьяны (других слов нет) атаковали ночью и утопили "Гуд Хоуп" и "Дрейк", а "Левиафан" с трудом дотянул до Нагасаки, отказался от этой затеи. Не хватало, чтобы и с его отрядом приключилось то же самое. Все равно, русские миноносцы сюда не суются. А о крейсерах и говорить нечего. Японцы клятвенно заверяли, что береговые батареи отобьют любую попытку налета и высадки десанта. Во что коммодор, уже хорошо изучивший местные реалии, нисколько не верил. Но все было тихо. Война шла где-то далеко, русские возле Цинампо не появлялись и коммодор успокоился. Действительно, Россия – не та страна, которой надо опасаться. Очевидно, русские варвары поняли, что зарвались. И с Британией фокусы, подобные "чемульпинскому инциденту", не пройдут. На юге, возле Нагасаки, куда водил конвои отряд Нортона, дела обстояли гораздо хуже. Мало того, что японцы перепутали ночью его корабли с русскими и атаковали, так русские начали еще и минирование подходов к японским портам. Причем непонятно, как они это делают. И где уже подорвались два английских крейсера. И там по-прежнему корсарствует русская субмарина "Косатка". Вот уж действительно, творение дьявола… Хотя, ее успехи заставят задуматься самых убежденных скептиков. Поначалу коммодор Спенсер был в ярости, когда пришло сообщение о потоплении английского грузо-пассажирского судна "Астарта" "Косаткой". Правда, очень скоро выяснилось, что она этого сделать никак не могла, так как находилась в этот момент в другом месте. А именно – нанесла удар по главной базе японского флота в Сасебо. Что тоже привело всех в состояние шока. Об "Астарте" постарались поскорее забыть, так как всем, кто умел логически мыслить, стало ясно, что это неуклюжая провокация Адмиралтейства в попытках очернить Россию вообще и "Косатку" в частности. И которая с треском провалилась. Коммодору стало даже обидно за Лордов Адмиралтейства. Могли бы придумать что-нибудь и поумнее. Но он понимал, что время упущено. Джинн вырвался из бутылки. И какие бы титанические усилия ни прилагало Адмиралтейство, чтобы не дать развиться классу подводных лодок, реально угрожающих морским путям Британии, после таких феноменальных успехов "Косатки" это уже невозможно, как бы ни пытались ее опорочить. А когда пришло сообщение о рейде "Косатки" в Токийский залив и о ее "салюте нации" в двадцать один выстрел… Облить грязью можно конкретный корабль и его команду, но не весь класс боевых кораблей в целом. И теперь все бросятся строить подводные лодки. Появление которых невыгодно одной Британии…

Но это все дела несколько отдаленного будущего, сейчас бы разобраться с настоящим. А настоящее было таково, что утром его потревожил рассыльный матрос, доложив, что на горизонте обнаружены многочисленные дымы. На появление японского флота это было не похоже по той простой причине, что флота у японцев не осталось. Английскими приближающиеся корабли тоже не могли быть, так как его предупредили бы заранее. Следовательно, это могли быть только русские. Поднявшись на мостик и рассматривая в бинокль приближающуюся армаду, коммодор понял, что умники из Форин Офиса и Адмиралтейства в очередной раз сели в лужу со своими прогнозами. Корабли приближались, и вскоре стало ясно, что это идет русская эскадра. Коммодор хорошо знал состав флота русских на Дальнем Востоке и понял, что дело плохо. Это не обычный крейсерский набег, или разведка. Вслед за четырьмя крейсерами шли три русских броненосца. А броненосцы на разведку не ходят. И выйти победителем из боя с русскими он не сможет. Если бы стояла задача только прорваться в море и уйти, это одно. У русских всего один более-менее быстроходный броненосный крейсер "Баян", который может составить конкуренцию его кораблям. Остальные – легкие бронепалубные. Причем два из них, небольшие "Новик" и "Боярин", хоть и превосходят в скорости корабли его отряда, но имеют очень слабое вооружение и опасны только для миноносцев. И в открытом море у русских крейсеров не было бы никаких шансов, а от броненосцев он легко уйдет, если станет очень жарко. Но…

Но его корабли заперты между мелями и берегом, а единственный выход в море уже перекрыли русские. Да и прорываться мимо трех броненосцев, даже тихоходных… Встреча с этой троицей в море печально закончилась для "Адзумы" и "Асамы". Кстати, броненосных крейсеров английской постройки. Тут же придется сближаться чуть ли не до нескольких кабельтовых. А вокруг трех русских броненосцев идет еще и целая свора миноносцев… Впрочем, если бы речь шла о прорыве в море мимо превосходящих сил противника, то он бы даже не раздумывал. Конечно, прорвались бы не все. Но сейчас… Коммодор стиснул зубы. Сейчас они повязаны по рукам и ногам этой толпой "купцов", стоящих на рейде. И которых они должны всячески защищать от агрессивных поползновений русских. А как это сделать в создавшейся ситуации? Единственное, что они смогут, это подороже продать свою жизнь, не посрамив британского флага. Зажатые в узком пространстве, его "Абукир", "Хог" и "Кресси" не выстоят против трех русских броненосцев. За бронепалубные "Эдгар" и "Тезеус" и речи нет. Да броненосцы и не станут обращать на них внимания. Броненосный крейсер "Баян" с двумя бронепалубниками "Аскольдом" и "Дианой" сразу свяжут "Эдгар" и "Тезеус" боем, а под прикрытием этого могут выйти в атаку русские миноносцы. Конечно, какой-то ущерб русским они нанесут. Может быть, даже кого-то и потопят. Но весь его отряд неизбежно будет уничтожен, а после этого русские совершенно спокойно займутся избиением "купцов", как они уже это сделали один раз возле Чемульпо…

Однако, по мере приближения русской эскадры, он разглядел за броненосцами крупные транспорты и канонерки, и у него зародилась надежда. Что цель русских – не нападение на английский крейсерский отряд и его "подопечных", а высадка десанта в глубоком тылу противника. Потому, что иначе тащить сюда семь крупных транспортов с пятью канонерками просто незачем. Что и говорить, логика в действиях русских есть. Они могут разнести все на берегу в пух и прах, высадив после этого десант, не трогая стоящие на рейде английские суда. Все приличия будут соблюдены, не подкопаешься. А то, что будут уничтожены все грузы на берегу, которые японцы не успели вывезти, так это проблемы самих японцев. В конце концов, его задача – только обеспечение безопасности английских грузовых судов, а не обеспечение сохранности их грузов после выгрузки на берег. И пусть русские творят там, что хотят. Откровенно говоря, давно пора…

Коммодор приказал объявить боевую тревогу, развести пары и быть готовыми к выборке якоря. На всякий случай, быть готовыми отдать жвако-галсы, если выбирать якоря будет некогда. Провоцировать русских маневрами при таком большом неравенстве сил тоже не хотелось. Уже ясно, что они пойдут до конца, иначе бы не затевали эту операцию. И если у какого-нибудь наводчика не выдержат нервы… Тогда эту бойню уже не остановить. Поэтому, можно остаться на якорях, а в случае чего просто избавиться от якорных цепей вместе с якорями и сразу дать ход.

Дальнейшее развитие событий подтвердило догадки Спенсера. Крейсера, идущие впереди, уменьшили ход, и отошли назад. Три броненосца выдвинулись вперед, и вскоре головной из них дал залп по берегу. Причем, Спенсер понял, что русским известно местоположение береговых батарей. Два других броненосца молчали, и их орудия заговорили только тогда, когда японские батареи наконец-то открыли огонь. Сразу стало ясно, что японцы усиленно выдавали желаемое за действительное. Батареи были оборудованы, скорее всего, полевыми орудиями, больше подходящими для стрельбы по неподвижным целям, укрытым в складках местности. Но не по морским подвижным целям, находящимся на больших дистанциях. А может, комплектование артиллеристами этих батарей, находящихся в глубоком тылу, где уже давно ничего не происходит, тоже шло по "остаточному" принципу, как и комплектование японского флота, где лучшие комендоры отбирались в первый и второй броненосный отряды. Которых уже не было. Во всяком случае, стрельба батарей была из рук вон плохая. Выстрелы гремели часто, но снаряды ложились с огромным рассеиванием, и создавалось впечатление, что управление огнем отсутствует, а каждый наводчик орудия ведет стрельбу самостоятельно, определяя дистанцию на глаз. Поэтому, разобраться во многочисленных всплесках от падений снарядов, где свой, а где чужой выстрел, было просто невозможно. Очевидно, японцы собирались вести стрельбу только прямой наводкой на малых дистанциях и не озаботились наладить управление огнем. Как бы то ни было, за все время артиллерийской дуэли между броненосцами и батареями, коммодор не заметил ни одного попадания в русские корабли, хотя иногда японские снаряды ложились довольно близко. Броненосцы же продолжали молотить берег главным и средним калибром, перемешивая все с землей. В конце концов, все пришло к логическому завершению – огонь с берега ослаб, а вскоре вообще прекратился. Но броненосцы не прекратили стрельбу, а только подошли ближе, продолжая время от времени обстрел средним калибром. Вперед выдвинулись канонерки, транспорты и миноносцы, направившись в сторону фарватера, ведущего в бухту, что только укрепило коммодора в его догадках – русские собрались высадить десант в порту. Предварительно размолотив там все огнем канонерок. Правда, в порту стоит несколько английских судов… Но в данной ситуации он физически не в состоянии что-либо сделать, в порт его крейсера войти сейчас не смогут. Поэтому, остается надеяться, что суда в порту не пострадают… Хотя, надеяться на это глупо при возникновении ожесточенной перестрелки с обеих сторон. Но зачем русские еще и миноносцы туда погнали? С них-то какой толк при высадке десанта? Или думают, что в бухте могут быть японские военные корабли? Но зачем такое количество? Ведь они создадут толкучку на фарватере, и будут для японцев прекрасной групповой целью… Или, это обычная безграмотность русских? Выполнение задач боевыми кораблями, совершенно для этих целей не предназначенных? Как усиленно пытается сделать из них недалеких дикарей вся английская пресса? Да только факты событий последних месяцев говорят совсем о другом. Что же задумали русские?

Коммодор внимательно наблюдал в бинокль за происходящим с мостика "Абукира". Русские броненосцы, а также "Баян", "Аскольд" и "Диана" подошли еще ближе и полностью перекрыли выход в море. Броненосцы заняли позицию напротив английских крейсеров, стоящих на якорях, и маневрировали самым малым ходом, держа строй. Причем, по их поведению было ясно, что огонь они открывать не собираются, но могут это сделать в любой момент. И дистанция между возможными противниками велика для пуска торпед с английских крейсеров, но очень хороша для двенадцатидюймовок русских броненосцев. Которые, к тому же, будут стрелять по неподвижным мишеням. "Баян", "Аскольд" и "Диана" прошли вперед, и остановились напротив "Эдгара". Крейсера, стоявшего на якоре крайним в группе, оказавшись сразу вне сектора обстрела для остальных английских кораблей. И остались в такой позиции, маневрируя малыми ходами. Иными словами, весь английский отряд был взят под возможный перекрестный огонь, если только англичане надумают оказать сопротивление. Но благоразумие взяло верх. Русские ясно продемонстрировали свое желание обойтись без стрельбы, если только их к этому не вынудят. Поэтому, коммодор отдал приказ запросить русского флагмана о его намерениях. Ответ пришел довольно быстро, и сигнальщик даже попросил повторить его, так как не был уверен в точности приема. В конце концов, доложил.

– Сэр, русские прислали ответ. Дословно: "Мы наводим порядок в этом борделе".

– Что, так и передали?!

– Да, сэр. Так и передали.

Коммодор только усмехнулся. Да, с чувством юмора у адмирала Макарова все в порядке. Между тем, десантная группа русских уже прошла мимо английских крейсеров и двигалась параллельно рейду со стоявшими там английскими судами. Выгрузка, естественно, давно остановилась и все джонки и сампаны, используемые в качестве лихтеров, застыли у борта грузовых судов и двигаться к берегу не собирались. Канонерки ушли вперед, за ними шли транспорты и миноносцы. Но после прохода рейда группа неожиданно разделилась. Канонерки продолжили движение в сторону фарватера, а миноносцы и транспорты резко изменили курс, повернув на север, где ничего, представляющего для них хоть какой-то интерес, не было. Но, как оказалось, только на первый взгляд. Едва транспорты и миноносцы оказались за стоявшими английскими судами, как они тут же повернули назад, прикрывшись ими, как щитом. И очень скоро зашли на рейд, затерявшись между английских судов…

И только сейчас коммодор Спенсер понял, как его провели. Чисто с азиатской хитростью. Специально взяли с собой эти транспорты, чтобы создать видимость высадки десанта и усыпить его бдительность. Ведь сейчас русские миноносцы могут вести себя среди стоящих на якоре английских судов, как волки в стаде овец. И он н и ч е г о не может сделать, так как даже не видит целей, по которым надо стрелять! Да и стрелять, в этом случае, придется по своим судам! А тут еще и сам находишься под угрозой перекрестного огня трех броненосцев и трех крейсеров, стоя на якоре!

Между тем, издалека снова донеслась орудийная канонада. Это русские канонерки уже вошли на фарватер, ведущий в бухту, и стали обстреливать берег. Очевидно, они очень хорошо знали обстановку. Никаких береговых батарей в бухте не было и русским, похоже, это было хорошо известно, так как двигались они совершенно без опаски, сметая все с берега огнем своих орудий. Вскоре канонерки скрылись за мысом, и стрельба была слышна уже из бухты. Коммодор выругался и бросил сигнальщику.

– Запросите флагмана русских. Что все это значит?

Сигнальщик передал запрос и вскоре получил ответ.

– Наведение порядка в борделе. Сохраняйте свою позицию и не предпринимайте никаких действий. Ради вашей безопасности. Все, сэр.

Коммодору оставалось только скрипеть зубами и ругаться, посылая проклятья на головы этих азиатов. Что русских, что японцев. Русские броненосцы и крейсера продолжали держать его корабли на прицеле, сохраняя свое положение и нет никаких сомнений, что при малейшем поводе с его стороны они откроют огонь. Русские и так зашли уже слишком далеко. Со стороны рейда были иногда слышны одиночные винтовочные выстрелы и пулеметные очереди. Очевидно, не все там шло гладко. Было также видно, как миноносцы снуют между стоящими судами, подходят вплотную к борту и с них поднимаются на палубу большие группы людей. Значит, русские привели миноносцы совсем для других целей – в качестве средства доставки абордажных команд. Ведь небольшой миноносец без проблем может маневрировать среди стоящих на рейде судов и подходить вплотную к борту для высадки абордажной группы. А если только кто попробует оказать сопротивление… Хотя, похоже, кто-то пробует, иначе бы миноносцы не стреляли из пулеметов. Но исход такого сопротивления предсказать нетрудно. Чего же русские хотят этим добиться? Утопить пароходы они могли бы и без этих хитростей. Значит, они хотят их захватить? А зачем? Ведь увести их отсюда они все равно не смогут. С джонок и сампанов, стоящих возле борта судов, находящиеся на них корейцы стали сбрасывать груз за борт. Очевидно, получили такое распоряжение от русских. Вскоре редкая стрельба на рейде вообще прекратилась и на всех судах стали поднимать пары, что было ясно по усилившемуся дыму из труб. Какое-то время больше ничего не происходило. Доносилась канонада из бухты, дымили суда на рейде, русские миноносцы прекратили свою беготню и стали каждый под борт какого-то судна. Три русских броненосца и три крейсера продолжали сохранять свое положение, взяв в клещи пять английских крейсеров. Дальше всех к выходу, довольно далеко от места событий, маневрировали легкие русские крейсера "Новик" и "Боярин", а вместе с ними какой-то двухтрубный пароход с таранным форштевнем, совершенно не похожий ни на крейсер, ни на канонерку, ни на обычное грузовое судно. Приглядевшись повнимательнее, коммодор понял, что это один из двух минных заградителей русских. То ли "Енисей", то ли "Амур", издалека название было не разобрать. Значит, после этого погрома, или "наведения порядка в борделе", как они выразились (с формулировкой коммодор был полностью согласен), русские собираются еще и заблокировать Цинампо минными заграждениями. Что же, вполне логично. Здесь для русских порт противника и предъявлять к ним за это претензии глупо. А парни из Лондона, похоже, доигрались. Россия не пошла у них на поводу и к чему теперь это приведет, неизвестно. Как бы не получилось повторение Крымской войны. А Россия уже не та. И фактически полный разгром Японии за три месяца – яркий тому пример. На помощь Франции и Турции, как в той войне, рассчитывать нечего. За Германию же и речи нет. Там довольно потирают руки, что наконец-то появилась волшебная палочка под названием "Косатка", способная свести на нет всю мощь Ройял Нэви. И нет никаких сомнений, что сейчас немцы начнут строить копии "Косатки" в огромных количествах, а русские им в этом помогут. К чему это приведет, даже страшно подумать. Конфликт между Британией и Россией может вылиться в общеевропейскую войну, где все начнут добиваться своих интересов. И выйти победителем из этой войны, если Россию поддержит Германия, у Британии нет никаких шансов. Русские подводные лодки, которые сейчас строятся в Петербурге, могут совершенно безнаказанно пройти из Балтики в Северное море через Кильский канал и устроить настоящую бойню возле английских берегов. Уж если одна "Косатка" что смогла натворить, то что же могут натворить одиннадцать лодок?! Если русские, к тому времени, не наделают их еще больше? И базироваться они могут на немецкие порты. Даже если Германия и не выступит открыто, а просто будет сохранять дружественный для России нейтралитет, создавая ее подводным лодкам режим наибольшего благоприятствования, напрочь забыв о правиле двадцати четырех часов. А кроме этого, "Косатка" использует немецкие торпеды Шварцкопфа. И что мешает другим русским подводным лодкам делать то же самое? То есть, у них даже проблем с пополнением боезапаса не будет. Иными словами, Германия сможет вести себя по отношению к Британии точно так же, как Британия сейчас ведет себя по отношению к России, снабжая всем необходимым ее противника – Японию. Формально оставаясь нейтральной, но получая от такого "нейтралитета" ощутимые выгоды. Это будет катастрофа. Похоже, эти умники в Лондоне совершенно не предусмотрели такого варианта развития событий. Ведь они были твердо уверены (по крайней мере, так ему сказали) в том, что Россия н и к о г д а не посмеет пойти против Британии! Никогда и ни при каких обстоятельствах! И вот результат… И очень плохо то, что во всем этом крайним сделают его, коммодора британского флота Уильяма Спенсера. Потому, что это именно он допустил, не предпринял, не обеспечил, не предусмотрел…

Время шло и ситуация не менялась. Но вот, стрельба в бухте прекратилась. Какое-то время было тихо, потом она возобновилась вновь, а потом также внезапно утихла. Вскоре на фарватер из бухты стали выползать русские канонерки. Как ни старался коммодор рассмотреть в бинокль, насколько сильно пострадали русские в результате этого дерзкого налета, но так ничего существенного и не увидел. Во всяком случае, потерь в кораблях русские не понесли. Пройдя фарватер, они повернули в сторону рейда. Когда головная канонерка поравнялась со стоящими на рейде судами, на ней замигал ратьер. Очевидно, сигнал приняли на флагманском броненосце русских, и передали приказ на все остальные корабли. Все сразу пришло в движение. Миноносцы отошли от стоящих на рейде судов, а те стали выбирать якоря. Канонерки, между тем, уже прошли рейд, миновали английские крейсера и продолжили движение в сторону моря. Грузовые суда одно за другим снимались с якоря и тоже потянулись к выходу следом за канонерками. Коммодор и все, кто стоял на мостике "Абукира", ничего не понимали.

– Сэр, что происходит?!

Но коммодор и сам не знал, что ответить…

Между тем, рейд начал потихоньку пустеть. Пароходы один за другим проходили мимо, а возле них крутились русские миноносцы. В конце концов, на рейде остались только корейские джонки и сампаны, сразу же направившиеся к берегу. Их русские почему-то трогать не стали. И тут дал ход минный заградитель (как удалось разобрать в бинокль – "Амур"), быстро приближаясь к главным силам русских. Но он не остановился, а полным ходом прошел мимо, направляясь ко входу в бухту. Пройдя до самого начала фарватера, он развернулся и пошел обратно, периодически меняя курс и сбрасывая что-то с кормы. Все поняли, что он ставит мины. Вернувшись обратно, он прошел мимо своих крейсеров, которые сразу же дали ход и отошли в сторону, а после этого прошел мимо стоянки английских крейсеров до самых отмелей, щедро усыпав свой путь минами. Теперь весь английский отряд был надежно заперт. С одной стороны берегом и отмелями, а с другой – минными заграждениями. Выполнив свое черное дело, "Амур" удалился в сопровождении трех миноносцев, часть из которых осталась возле главных сил после ухода транспортов и канонерок. И только после того, как "Амур" со своим эскортом удалился на достаточное расстояние, русские броненосцы и крейсера дали ход и направились к выходу в море, сопровождаемые тремя оставшимися миноносцами. На мачте "Петропавловска", флагманского броненосца русских, взвился сигнал по международному своду "Желаю счастливого плавания". Что ни говори, но с чувством юмора у адмирала Макарова было все в порядке…

Коммодор Спенсер смотрел на все это побелевшими от бешенства глазами. Его провели, как последнего деревенского простофилю, приехавшего в город на рынок и вздумавшего сыграть в карты с местными шулерами. Он высказывал вслух все, что думал о русских, о японцах, о Лордах Адмиралтейства, об умниках из Форин Офиса и прочая и прочая и прочая. Он понимал, что случилось событие, разделившее историю на "до" и "после". Россия предельно ясно показала Британии, что не собирается плясать под английскую дудку. Рубикон перейден и обратной дороги нет. И как теперь все обернется, ведомо только господу богу. А может, одному дьяволу…

Глава 5 Флибустьеры в военных мундирах