— А ты что здесь делаешь?

Девочка обернулась и сморщилась, словно лимон сжевала. Откуда тут Торвальд-старший взялся? Он стоял на боковой тропинке в окружении троих охранников и с улыбкой смотрел на нее, только вот от этой улыбки отчего-то в дрожь бросало. Не дождавшись ответа, он стал улыбаться сильнее и шагнул к ней.

— Насколько я помню, сейчас у вас должны быть занятия? Не соблаговолит ли юная леди объяснить, что она забыла в таком месте? Ищите, как удрать сквозь охрану? Не хотите, чтобы вас здесь заметили?

— Я ее пригласил, господин Альтор, — раздался за спиной сенатора ледяной голос Мата Свера. — И если бы вы не пропускали заседаний сената, то знали бы, что Призванная будет расследовать это преступление. Так что это не вы у нее будете спрашивать, что она здесь делает, а вам придется отвечать ей. Заодно и мне.

Торвальд резко спал с лица и побледнел.

— Я…

— Теперь я догадываюсь, почему вы пропустили заседание сената и мне еще больше хочется узнать, что вы здесь делаете.

Наташа в этот момент с интересом разглядывала штаны сенатора, не очень слушая разговор. Ей, конечно, тоже было интересно услышать ответ, но гораздо больше ей хотелось узнать, где Торвальд успел так извозиться. И это с учетом того, что дождя не было уже неделю. Да и улицы все в Моригате вымощены камнем — грязь надо специально искать.

— Я… — Альтор облизнул губы. — У меня тут была назначена встреча.

— Очень интересное место для встречи.

Однако Торвальд уже успел взять себя в руки, и улыбка вернулась на его уста.

— Как сенатор я имею право не отвечать на эти вопросы, только сенат может вызвать меня на суд. И только после предъявления обвинений. Вы в чем-то обвиняете меня, господин председатель?

Мат нахмурился.

— Обвинять не мое дело, а сейчас не та ситуация, чтобы бравировать своими правами.

— Я не намерен отвечать на эти инсинуации! — Сенатор гордо вскинул голову и прошагал мимо Свера.

— Что-то он знает, — пробормотал Мат, глядя ему вслед. Потом встряхнулся и повернулся к девочке. — Куда ты отправилась? Я тебя везде искал.

— Я осматривалась. Ваши стражники тут поработали не хуже толпы зевак. Вот за каким лешим их понесло гулять на этих тропинках в парке?

— Не знаю что такое «лешим», но они патрулировали, чтобы не дать уйти убийце… — Мат Свер и сам понял глупость фразы. — Мда… А ты говоришь, зачем тебя звали. Сама все видишь. Солдаты действовали, как умеют.

— Угу. Интересно, много убийц они задержали во время патрулирования и как отличили убийцу от не убийцы. Может я тут и не нужна?

— Прекрати, я же сказал, что все понимаю, но и офицера, командовавшего тут, обвинить не могу. Он не мог действовать по-другому. Его не учили по-другому. Кстати, там Вестарий уже совсем бушует, требует доступа к телу посла.

Наташа вздохнула. Откладывала-откладывала, но… все равно не отвертеться.

— Идемте.

Вестарий встретил их недалеко от конюшни, не очень дружелюбно поглядел на девочку.

— Это и есть ваша Призванная? И вы пытаетесь меня убедить, что она будет искать убийцу? — Весь его вид выражал такое недоверие, что девочке захотелось спрятаться от его изучающего взгляда. — Но пусть так. Здесь пока вы хозяева — я еще не получил инструкций от моего императора. — Он повернулся и шагнул к конюшням…

— Я первая, — робко, но настойчиво попросила девочка.

Вестарий повернулся и оглядел её с головы до ног, словно впервые увидел, потом посторонился, давая пройти. Наташа осторожно протиснулась мимо него, зажмурившись шмыгнула внутрь, застыла в дверях, мешая пройти остальным и набираясь мужества. Потом вздохнула и открыла глаза…

Труп она увидела сразу — мужчина лежал в проходе на животе, вытянув левую руку в сторону одного из загонов, где испуганно жался конь. Видно убийца застал посла в тот момент, когда он собирался уезжать. Дорожная одежда, дорожный плащ, причем не очень дорогой плащ… скорее даже очень дешевый. Уж в этом Наташа, живя у мадам Клонье, разбираться научилась. Совсем неподходящая одежда для имперского посла. И кровь…

— Ну и долго ты будешь стоять в проходе? — раздался позади раздраженный голос Вестария. Как ни странно, но именно этот окрик помог девочке взять себя в руки.

— Я осматриваюсь. И пока я не разрешу, никто внутрь не войдет. Если хотите, смотрите от двери.

— Ишь ты, — буркнули за спиной. — Уже и приказы.

Однако войти силой начальник стражи пытаться не стал.

Наташа с трудом оторвала взгляд от тела и осмотрелась, потом еще раз. Что там в учебнике криминалистки было, который она однажды у отца стащила? Вот отец хохотал, когда застал ее за чтением… Сначала общая обстановка, потом уже детали. Слева направо и справа налево. Сейчас бы сфотографировать… Хм… Наташа перекинула из-за спины свою ученическую сумку, достала альбом для рисования, карандаш и принялась быстро делать набросок. Вестарий вытаращился на нее как на сумасшедшую. Она же целиком отдалась рисованию. Девочка не пыталась добиться портретного сходства, главное было запечатлеть все детали, общую обстановку и выдержать масштаб. Тут пришлось делать замеры с помощью карандаша, вытягивая с ним руку и отмечая расстояние.

— У вас есть что-то типа метра? Чем можно померить расстояния? — Мат Свер выглянул из конюшни и что-то сказал, снаружи раздался топот ног.

Заметив, что она закончила рисунок, он глянул на него, поразившись, как точно переданы все детали за столь короткий срок.

— Если тебе нужен был такой рисунок, сказала бы, я бы позвал мага, он бы все тут зафиксировал.

— Это тоже не помешает, — пробормотала Наташа рассеянно. — Пусть сделает, когда я закончу. А мне так легче не пропустить что-нибудь важное. Когда рисуешь, обращаешь внимание на любую мелочь. — Она шагнула внутрь, наступила в лужу и выругалась сквозь зубы. Потом нахмурилась и присела, рассматривая грязь. Даже рукой провела по луже и внимательно рассмотрела. Позади фыркнул Вестарий. Девочка покраснела и поспешно выпрямилась, подошла к телу, вздохнула, набираясь мужества, и присела рядом. Да уж, при жизни это был весьма видный мужчина. С таким встретишься и не забудешь. Можно сказать красавец… был. Но красавец той красотой, которая присущая мужественным людям, привыкшим все проблемы встречать лицом. И вот на этом лице навеки застыло выражение удивления, голова чуть повернута набок, глаза открыты. Наташа поспешно отвернулась и перешла на другую сторону — ей казалось, что человек продолжает смотреть на нее. Кровь явно текла из-под тела, значит, рана на груди… хм… Мат Свер говорил, что убили ножом, а как определили, что именно ножом? А вот и нож, но с этой стороны тела лежит, его от двери не видно.

— Господин Мат Свер, а кто вам сказал, что посла убили ножом?

— Не помню уже, — нахмурился председатель сената. — А это имеет значение?

— Не знаю. Скажите, чем был убит посол?

— Ножом, — недоуменно отозвался Мат Свер и нахмурился, пытаясь получше разглядеть тело. Потом выругался, метнулся к двери, опять отдал какое-то распоряжение и вернулся, неся веревку с завязками. — Я велел разыскать того гонца. А тут вот метр принесли.

— Ага. — Девочка взяла веревку — такую она уже видела у мадам Клонье, потому пользовалась ею уверенно. Измерила расстояние от тела до ножа, записала, сделала набросок общей картины, взгляд с другой стороны, потом измерила расстояние от тела до двери, до загона.

Подошел маг и сделал несколько магических снимков всей конюшни и тех частей, которые зарисовывала девочка. Наконец закончив с осмотром, она неуверенно покосилась на труп, но так и не смогла заставить себя прикоснуться к нему. Неуверенно посмотрела на имперского офицера.

— Вы не могли бы перевернуть тело?

Тот что-то буркнул сквозь зубы по поводу непочтительного обращения с послом, но, похоже, процедура осмотра заинтересовала и его, потому он выполнил просьбу, хотя со всей возможной почтительностью к мертвому.

Ага, а вот и рана… Наташа сглотнула. Удар пришелся в самое основание шеи, чуть выше грудной клетки. Чуть ниже и нож ударил бы в кость, выше… крови было бы намного больше. Девочка поспешно отвела взгляд от раны и уставилась на пояс с ножнами… пустыми. Покосилась на нож в крови, потом достала платок, аккуратно подняла его и примерила к ножнам. Вестарий нахмурился.

— Так что ж, посла его же ножом убили?

Девочка выпрямилась и огляделась. С самого начала ей не давала покоя какая-то неправильность, а вот после слов офицера сообразила.

— Можно вопрос? Как к профессионалу.

Вестарий удивленно посмотрел на девочку и кивнул.

— Удар. Вот если бы я убивала, то ткнула бы в тело. А тут удар в шею, причем очень необычно нанесен. По идее после удара в шею убийца должен быть залит чужой кровью, но такого человека заметили бы. Судя по всему, убили посла когда уже рассвело, а гостиница вовсе не на отшибе стоит. Я бы не рискнула разгуливать в таком виде по улице. А запасную одежду убийца вряд ли захватил с собой.

Офицер хмуро изучил рану.

— Ничего странного. Убийца бил сзади.

— Сзади? В шею впереди? — Девочка недоверчиво покосилась на труп.

Офицер пожал плечами.

— Проще показать, но тогда лучше выйти.

Наташа поспешно кивнула и едва ли не бегом выскочила из конюшни.

Вестарий выбрал солдата примерно одного роста с послом и велел встать к нему спиной, зажал в руке воображаемый нож, шагнул вперед, ухватил левой рукой его сзади за шею под подбородок. Резко согнул мужчину назад и когда стражник с хрипом выгнулся дугой, изобразил удар сверху в шею, тут же резко наклонил голову солдата вперед и толкнул в спину. Тот, не удержавшись, рухнул и растянулся на земле.

— Голову вперед — зажимается рана, а когда толкаю, то вся кровь течет вниз и на меня не попадает.

Солдат с трудом поднялся и косо поглядел на имперца, явно поминая его не совсем добрыми словами, потер шею.

— А я-то гадала, что там за слоны топтались за спиной посла, — рассеянно пробормотала девочка. — Полагала ведь спереди ударили… но тогда… Тогда непонятно.

Наташа рванула к конюшне, замерла у входа и еще раз внимательно огляделась, при этом ее лицо выражало откровенную растерянность. Она метнулась вглубь конюшни и внимательно осмотрела каждое окно, попросила помочь ей забраться на стропила, поддерживающие крышу, и облазила все там. Едва не свернула шею, но была вовремя подхвачена офицером.

Выругавшись, он поставил девочку на землю и, на всякий случай, отошел от нее подальше. Наташа снова замерла у двери, осмотрелась и медленно двинулась к телу. Остановилась у него, снова осмотрелась. Ситуация нравилась ей все меньше и меньше. Снова осмотрела одежду посла, все-таки набралась смелости и пощупала ткань. Обычная холстина. Из такой шьют паруса, а обрезки идут на одежду. Поскольку Моригатская республика представляет собой множество островов, то флот для нее жизненно необходим, а значит и парусов требуется много. Да и старые паруса, которые уже не могут служить по своему прямому назначению, обычно продают по дешевке в портах. Стоит такая парусину четверть дежа на пуд. Так что это любимая одежда моряков и босяков. Интересно, к какой категории можно отнести посла империи и личного друга императора? Дело пахло все хуже и хуже. Она покосилась на Вестария и поспешно отвернулась, заметив, что тот наблюдает за ней. Потянулась к поясу посла, но рука задрожала, и девочка поспешно одернула ее.

— И откуда ты такая взялась, — присел рядом с ней имперец. — Говори, что нужно делать.

— Надо проверить есть еще оружие или нет. И что в кошельке на поясе… ну и остальные вещи посмотреть… если можно…

— Если они не будут представлять секреты империи, — буркнул офицер, наклоняясь и сноровисто обшаривая одежду.

— В такой одежде с секретами империи не ходят, — подумала Наташа, рассматривая появляющиеся на полу конюшни вещи. Кошелек с золотом, бумаги… оказалось ничего интересного — счета за покупку драгоценностей. Поднапрягшись, Вестарий вспомнил, что посол и в самом деле заказывал украшения для подарка жене и даже успел отправить их на родину.

— А зачем он тогда счета с собой таскал? — Девочка недоуменно вертела их в руках. Даже над пламенем подержала.

— Он во всем любил порядок. Наверняка собирался подшить их в свою расходную книгу. Он вел учет всем своим тратам и поступлениям.

— О… вот как… весьма необычно…

Должно быть редкой занудливости был человек… Она полагала, что только редкостные зануды ведут такой учет каждой копейки. А по виду и не скажешь.

Больше в вещах посла ничего интересного не было. Носовой платок и еще один нож в сапоге. И банкноты в потрепанном кожаном портмоне.

Наташа отошла от тела и еще раз осмотрелась, надеясь, что все-таки ее первоначальная догадка не совсем верна. Еще раз изучила крышу и окна.

— Окна открываются только изнутри и нешироко. Их нельзя больше распахнуть?

Вестарий уже закончил с вещами и подошел к одному окну. Подергал раму, попытался ее раскрыть.

— Нет, тут стопоры везде стоят. Видно специально так задумано.

— Ага, а в такую щель пролезет разве что кошка. — Наташа отошла к двери и снова осмотрелась. Не очень просторная конюшню, причем стойла только с одной стороны, с другой — стена с крючками, на которых развешана сбруя, на скамейке седла. Каждое седло напротив одного стойла. За исключением той, что располагалась напротив коня посла, то седло заняло свое законное место — на спине коня. Девочка подошла к стойлу и остановилась напротив.

— А долго надо снаряжать коня? Я гляжу, конь посла уже полностью готов, а остальные все расседланы.

— Если торопиться, то минуты за три. А так пять минут нужно.

Наташа медленно прошлась вдоль остальных стойл и остановилась напротив пустого. Посмотрела на сбитую с места скамейку.

— Я уже выяснил, — шагнул вперед офицер моригатской стражи. Он уже давно стоял рядом с Матом Свером, что-то ему доложил, а потом остался и наблюдал от двери за происходящим. Похоже, по личному приказу председателя. — Тут находился конь одного из постояльцев… его просто увели.

— И снаряжали его в большой спешке. Даже скамейку опрокинули.

Офицер пожал плечами.

— Если торопишься, например, убегая после убийства, то ничего удивительного.

— То, что торопились — заметно.

— После убийства человек мог не очень хорошо соображать.

— То есть нанес очень профессиональный удар, а потом ударился в панику? — Девочка покачала головой. Не верила она в версию офицера. — Но даже если и так, то почему бы убийце не забрать уже полностью готового коня посла? — Офицер не нашел что ответить.

Что-то еще кроме этого не давало девочке покоя. Она посмотрела на разложенные вещи, подошла и взяла кошелек, потерла бархат. Бархат? И не простой. Наташа нахмурилась, пытаясь вспомнить. Видела она такой материал у мадам Клонье. Очень прочный и надежный. Нет, не вспоминается название. Она развязала кошелек и высыпала на ладонь несколько монет. Действительно золото. Сколько уже в Моригате, а видит его впервые. Люди в республике предпочитают расплачиваться банкнотами — это гораздо удобнее, чем таскать золото. Бедняки же кроме медяков ничего и не видят. Редко-редко им перепадет серебро. А вот золото… золото, в основном, забиралось из банка для международных расчетов. Даже приезжие купцы сдавали свое золото в банки, и получали эквивалентную сумму в банкнотах. Не было его в свободном хождении. Точнее оно было, просто очень неудобное для розничной торговли, а потому использовалось крайне редко. И еще…

Наташа нагнулась и снова изучила одежду посла, потертый бумажник с мелкими банкнотами.

— Кошелек с золотом был к поясу привязан?

Вестарий кивнул, пытаясь понять, что так заинтересовало эту странную Призванную, от которой уже голова кружится, так быстро она носится из одного конца конюшни в другой. Вот снова схватила измерительную веревку и начала мерить конюшню, высчитывая ее ширину, длину, ширину прохода, расстояние между стойлами.

— Значит, посла убили почти в центре конюшни, — девочка замерла. — Ударом ножа в шею так, как господин Вестарий Рок нам продемонстрировал. Посол седлал коня и уже все сделал… все сделал… Девочка опять нахмурилась. Смотрите, конь ведь уже оседлан? Осталось только садиться и ехать, но… но посол погиб в проходе, словно что-то еще делал. Убийца застал его врасплох…

— Хотелось бы мне понять, как это у него получилось? — вмешался в ее размышления Вестарий.

Наташа и сама задавала себе этот вопрос. Имперец опытный солдат — тоже заметил несуразность ситуации. В конюшне совершенно негде спрятаться, разве что за лошадьми в стойлах, но выбраться оттуда быстро и без шума не получилось бы даже у ниндзя. Очень мало мест, которые не просматриваются от входа, даже в стропилах не спрячешься — узкие и неудобные. А из тех мест, которые не просматриваются, тихо не выйти. А тут подкрались и нанесли удар. Единственный вариант — в конюшню вошли следом за послом, а не ждали его внутри. Но это было бы понятно, если бы посол погиб у входа, а не в центре…

Девочка подошла к входу, а потом резко рванула к телу, замерла, прикидывая время. Вестарий, наблюдавший за ней, одобрительно кивнул. Девочка снова вернулась к входу, но на этот раз бежать не стала, а постаралась прокрасться как можно тише.

— Так не получится.

Она и сама видела, что не получится. Хорошо бегать туда-сюда, но убийца должен был еще дверь открыть. Дверь, конечно, одно название, только чтобы лошади не выбрались, но под ней не пролезешь и через нее не перепрыгнешь — она была примерно по грудь взрослому человеку. Девочка достала блокнот и принялась записывать вопросы, которые нужно будет задать тому, кто обнаружил тело… Закончив, снова взяла кошелек и изучила золото и банкноты из портмоне. Положила их рядом и долго разглядывала.

— Камень, земля, свинец, вода… что в этом ряду лишнее? — пробормотала она. Покосилась на озадаченного Вестария и вздохнула.

— Может уже можно забрать тело? — наконец не выдержал тот.

— Нет. Пусть его сначала врач осмотрит. Мне надо знать, когда он умер.

Врач, похоже, уже давно ждал, не рискуя выказать недовольства. Получив инструкцию по поводу того, что от него требуется, он молча достал из чемоданчика какие-то инструменты и приступил к осмотру тела. Наташа отошла к двери, прислонилась к стене и опустила голову, чтобы не видеть манипуляции врача. Так увлеклась осмотром, что даже присутствие трупа не смущало, а тут снова вспомнила, где она находится, и постаралась спрятаться от тела за спиной Мата Свера. Её маневры ни от кого не укрылись, но никто ничего говорить не стал.