– Нет, – честно таращилась Инга.

– Ну чего непонятного-то? – уже терял терпение Дуся. – Нам же просто так про нее никто ничего не скажет, правильно ведь? Поэтому тебе нужно влиться в их ряды. Ну чего ты выпучилась? Ты же помнишь фильм про Шарапова? Там он вообще в банду внедрился, жизнью рисковал, а тут-то – фи!

До Инги наконец дошло, какое «фи» ей предлагает Дуся. Она перестала дышать, замахала руками и стала беззвучно шлепать ртом.

– Ой, а радости-то, а радости… – недовольно перекосился Дуся. – Можно подумать, тебя артисткой в кино зовут сниматься… Пока просто… снимешься, а потом, может, и до кино… Ну не маши руками! Может, на твою красоту еще никто и не позарится! Зато вклинишься в самую сердцевину проституции и добудешь ценные сведения!.. Господи, еще же по магазинам надо пробежаться, ты, конечно, прости, но в этой кружевной кофточке на тебя даже пенсионер не клюнет.

Дома Евдоким выдержал целую баталию – Инга категорически отказывалась выходить на панель. Ее удалось уговорить только после того, как Дуся клятвенно пообещал, что Ингу в десяти шагах от ее места «работы» будет ждать такси, и при первом же «заказе» Дуся попросту ее увезет.

– Ты пойми, главное, нужно узнать – какие знакомые у нее были, подружки или еще кто, потом узнай – не угрожал ли кто-нибудь этой Милочке… тьфу ты, Татьяне, ну и вообще – поговори как следует!

– Да не учите вы меня… – бурчала себе под нос Инга. – Денег дайте, мне же надо костюм какой-то подобающий купить! И косметику.

– Костюм купим вместе, я буду консультантом от мужского населения, а то ты так одеваешься… как Крупская в пору девичества! А косметику… накрасишься Милочкиной.

В магазинах они спорили возле каждого прилавка. Инге нравились либо брюки, либо юбки монашеской длины. Дуся же видел ее на панели только в диком мини.

В конце концов он решил все просто, подошел к продавщице и вежливо попросил:

– Девушка! Посоветуйте нам что-нибудь для начинающей проститутки.

Инга вспыхнула малиновым заревом, а продавщица презрительно оглядела покупательницу с ног до головы, задержалась на физиономии и процедила:

– Сделайте пластическую операцию.

– Я из одежды просил!.. – дернулся Евдоким. – Вот такое платье, на ваш взгляд, пойдет?

Это было необычное, потрясающее платьице! Огненно-рыжего цвета, щедро обсыпанное блестками, с огромным вырезом спереди, с открытой спиной и ко всему прочему еще и неприлично короткое.

– Вообще-то это блузон, – лениво фыркнула продавщица.

– Это если под него юбку надеть или брюки, – не согласился Евдоким. – А если ничего не надевать, получится коротенькое платьице!

– …К тому же китайского производства, совершенно жуткого качества, – продолжала кривиться продавщица. – Я, конечно, не знаю, но ни одна уважающая себя жрица любви такое не наденет.

– Ничего, Инга, ты будешь первой, – успокоил Дуся и побежал платить в кассу.

Девушка только стонала от горя. Но это Дусю лишь воодушевляло:

– Ты уже репетируешь? Я все же думаю, до этого не дойдет.

Остальное они купили за пятнадцать минут – Инга уже даже не смотрела, что там выбирает Евдоким.

Дома Инга была срочно уложена спать – у девушки сегодня выпадала ночная смена и надо быть во всеоружии, вот будет номер, если она заснет на ответственном задании. Кстати, сам Дуся тоже прилег, ведь и он будет принимать какое-то участие…

Проснулись они, когда на дворе стояла темень.

– Инга! Поднимайся! Тебя ждет подвиг! – пропел Дуся возле двери девушки тоном ласкового дедушки. – Инга! Подъем! Сейчас все твои подруги с клиентами разбегутся! Вставай, я тебе уже и яичницу приготовил…

Инга сейчас была напугана еще больше, чем днем. Конечно, при дневном свете все казалось куда проще, а сейчас, в кромешной тьме, их дикая идея выглядела самоубийственно.

– А где машина? – облизнула девушка пересохшие губы.

– В гараже… – вздохнул Дуся. – Да! Я сам лично тебя повезу! Или ты предлагаешь угробить кучу денег на какую-то там охрану?!

– Да нет же, лучше угробить меня, – пожала плечами Инга.

У нее в последнее время отчего-то обнаружился вздорный характер. Дуся ради нее пошел на такое!.. Он даже такси вызывать не стал! Решил ехать на своих «Жигулях», сам сидеть за рулем, чтобы она оценила, увидела в нем эдакого мачо, а она… И ведь ей даже все равно, что он наступил на горло собственным страхам!

Дело в том, что Евдокиму Петровичу Филину от отца досталась пара-тройка автомобилей. Но водить машину Дуся панически боялся. Он даже не хотел сдавать на права. Правда, после того как в их доме появилась Машенька, маманя срочно захотела, чтобы именно сын вывозил их на природу, поэтому силой приволокла сына в автошколу, сунула преподавателям кругленькую сумму и попросила, чтобы из Дуси сделали настоящего мужика. Неизвестно, что понимал под этим существительным преподаватель, но из стен школы Дуся вышел хоть и с правами, но с еще большим страхом. Конечно, он знал теперь, за что надо дернуть и куда нажать, чтобы железный конь соизволил двигаться, даже выучил, где находятся тормоза, но машина так и осталась для него коварной загадкой. А потому садился он за руль весьма нечасто, прямо скажем, второй раз. Поэтому и дорогой джип не стал брать, а решил ехать на стареньких «Жигулях», на которых в свое время ездила прислуга отца. А Инга этого не оценила. А ведь так хотелось…

К яичнице девушка не притронулась – то ли была сильно взволнована, то ли ее изощренный вкус не позволял ей хрустеть подгоревшими яйцами. Дуся съел сам. И пока он подъедал все, что было в холодильнике, Инга старательно готовилась к новой профессии. Зато когда она вышла, кусок сала встал поперек Дусиного горла.

– Кх, кх… кр-р-р-ра… к-к-к… – попытался заговорить Дуся, но вместо слов из глотки вылетал только птичий сленг.

Инга стояла в коротеньком платьице, которое, в сущности, называлось блузоном, и блестела, как карасевая чешуя. Ее тощие ножки в колготках черного цвета казались еще тоньше и длиннее. Уложенная челка скрывала почти половину лица, и от этого девушка стала только краше.

– Ух ты… – восторженно пропел Дуся. – Ин, а может… может, ну ее, эту панель, а? Останемся дома, чаек посмотрим, сериальчик попьем…

– Я попросила бы не забываться! – ледяным тоном вякнула девушка. – Собирайтесь, Евдоким. Нам нужны сведения!

– Да-да, я уже собрался, – замотал головой Дуся и, прихватив документы, поспешил к двери. – Господи, кто ж на тебя, такую недотрогу, позарится? Да еще за свои же деньги!

Глава 4

Улица подбитых фонарей

До нужного места Дуся доехал без всяких происшествий. А это уже само по себе обещало счастливый вечер и долгие годы жизни. Правда, тащился он на скорости тридцать километров в час, но так ведь это же не ловля блох, а вовсе даже ловля преступников. Во всяком случае, собой он был горд. А после того как успешно припарковал машину, всерьез решил спросить у мамани: не родственник ли им сам Шумахер? Может, по отцовской линии?

Возле Дома культуры стеклодувов горели цветные огни, яркими заплатами на домах вспыхивали рекламы, вольная молодежь кучковалась группками, посасывала пиво и пыхтела сигаретами. Город жил какой-то совершенно иной, ночной жизнью, в которой и Дуся, и, похоже, Инга были людьми случайными. Отдельными яркими стайками порхали раскрашенные девицы с распущенными волосами. Ветер трепал длинные пряди, поднимал над головой волосяной сноп, спутывал локоны в патлы, но девушки считали, что это красиво.

Инга, которая робко вылезла из машины и скромно притулилась в самом невидном месте, в своем рыжем платье отличалась от всех. Во-первых, платье под фонарями блестело так, будто девушка облита водой, во-вторых, ни у кого не было такого яркого наряда, а мужикам как раз нравится все рыже-красное! А в-третьих, на улице уже стояла серьезная осень, и все остальные девушки были в коротеньких, но курточках, и только Инга в платьице с рукавчиками три четверти.

– Вот черт… – ругнулся Дуся. – Надо вылезти, отнести ей свою куртку, примерзнет к панели-то…

Он уже совсем было направился к Инге, но тут заметил, что у девушки стали налаживаться контакты с коллегами. А в такой момент ну просто никак нельзя было вмешиваться. Вернее, коллега была всего одна. Низенькая, худосочная девица лет пятнадцати, раскрашенная под матрешку, подошла к Инге и что-то процедила сквозь зубы. Дуся не слышал, что именно, он лишь видел ее надменное выражение лица. Однако Инга дернула бровью и ответила, по-видимому, достойно, потому что девица с интересом выслушала и немного отошла в сторону. Потом она подошла еще раз, но уже с сигаретой и, вероятно, попросила прикурить. Инга выудила из декольте зажигалку, девица склонилась над огоньком и снова отошла.

– Интересно, откуда у Инги зажигалка? Неужели курит, паразитка? – неприятно удивился Филин.

Он и сам не заметил, но с некоторых пор повариха вызывала у него подозрительно нежные чувства.

– Это оттого, что маманя уехала, – успокоил он сам себя и снова занял наблюдательную позицию.

И вовремя, потому что к девушкам подъехала светлая иномарка, и новая знакомая Инги кинулась к окошку. Но в светлой иномарке хотели не ее, а, скорее всего, даму в рыжем, потому что повариха яростно замотала головой и даже отошла в сторону, чтобы не мозолить глаза клиентам. Новая знакомая Инги тем временем стала размахивать руками и, видимо, доказывать, что она лучше, но ее все равно не хотели. В конце концов произошло непредвиденное – из машины выскочил длинный парень в черном длинном пиджаке, подскочил к Инге и поволок ее в салон. Инга упиралась, хваталась за колонны и звала на помощь Евдокима, а тот уже подъезжал к странной парочке.

– Слышь, ты, коромысло! Это моя девушка! – от испуга Дуся обнаглел и медленно вылез из «Жигулей». – Эти девки обе мои, не вник? Не, я не понял, я чо – непонятно выразился?

Парень медленно повернулся и резко выкинул руку в сторону Дуси. Но рано выкинул – Дуся до него еще не дошел. Зато рука резко влипла в столб, а парень скрючился от невыносимой боли.

– Слышь, ты, геморрой, ты б поаккуратнее, здесь же столбы все-таки, – запоздало предупредил Дуся и, пока парень приходил в себя, быстро затолкал девушек к себе в «Жигули».

– Меня не надо! – вырывалась новая знакомая Инги, молоденькая девица. – Я на работе! Ну меня-то куда тащишь, урод?!! Оставь меня!! Я говорю – пусти меня, мне надо семью кормить! Что я дома скажу?!

– Да сиди ты, кормилица, язви тебя! – прикрикнул на нее Дуся. – Заплачу я тебе!

Девица ненадолго успокоилась, а потом снова заныла:

– Ага, заплатишь! Тот-то парень покрасивше тебя будет!.. А вы сколько платить будете? Мне надо по двойному тарифу, я ж не по собственной воле…

– Фигу с дрыгой! – огрызнулся Дуся. – И что за бабье пошло! Последние гроши выпотрошить норовят…

Он вез девушек домой. Неизвестно, знает ли что-нибудь о Татьяне Дутовой эта молоденькая работница, но рисковать Ингой он больше не собирался.

– Проходите… простите, как вас зовут? – толкал он незнакомую девушку в спину.

– Меня можно звать… Жужу, – пошленько хихикнула девчонка и царапнула пальчиком по щетине Евдокима. – Или Мими!

– Не, ну это собачьи клички какие-то, а давайте я буду звать вас просто Найда… Господи, совсем заболтался. Надя!! Надежда! Давайте?

Девушке не понравилось называться Надей, слишком непопулярно, она разрешила звать ее просто Ольгой, то есть настоящим именем.

– А скажите, Ольга, вы давно трудитесь на этом славном поприще? – красиво начал допрос Дуся, едва девушка уселась в кресло.

– А чо? Ты из ментовки, что ль?! – насторожилась Ольга. – Так я и вовсе нигде не работаю, учусь я, на портниху. А сегодня вышла просто погулять!

Дуся опешил: это что же получается – девчонка вышла погулять, а он ее к себе силком припер? Несовершеннолетнюю!! Мало того что ничего сейчас про Татьяну не узнает, так еще и Ингу засветил! Ситуацию спасла сама Инга. Войдя в квартиру, она сразу понеслась переодеваться, умываться и греть чайник, поэтому Олины капризы наблюдать не могла. Зато когда она вернулась с двумя чашками ароматного кофе, у девчонки оттаяли замерзшие ноги, руки и, кажется, сердце. Во всяком случае, она уже по-доброму разглядывала квартиру, сначала с усмешкой уставилась на Дусю, а потом обратилась к Инге:

– Ин, слышь, а этот мешок твой мужик, что ли? Ну отпа-а-ад! Мужик, слышь чего, ты сегодня Инке такой куш оборвал! Тот парень, которого ты болячкой обозвал, большие деньги ей обещал, так что ты возмести. И, кстати, мне тоже не забудь, как и договаривались, по двойному тарифу. Ин, а он правда не мент?

Дусе уже порядком надоела эта наглая уверенная девица. Он собрал брови в одну грозную линию и сурово заявил:

– Я не мент, но тоже… очень сердитый. А потому кончай базар! Я буду спрашивать, а ты отвечать, ясно?

Девица не испугалась. Она надула губки и завопила, совсем как бабы на рынке:

– Это кто из нас еще серди-и-и-итый! Это, может быть, я сердитый… сердитая! Потому что ты мне весь заработок загробил! Сейчас сюда наши ребятки приедут, они тебя по всем стенам вместо обоев расклеют!

– Ах так, да? А я тогда скажу, что отдал тебе триста баксов, а ты не хочешь их хозяину отдавать! Что – съела? – вызверился Дуся.

Это заявление возымело эффект. Девчонка быстренько успокоилась, попросила себе еще кофе и милостиво позволила:

– Ну ладно, чего там хотели-то? Спрашивайте. Только сразу скажу, если меня на пленку будете снимать – ничего не скажу.

– Ну чего выдумываешь, а? Ну чего выдумываешь? – перекосился Дуся. – Ну кто на тебя еще пленку тратить будет?

Тут Инга откашлялась и скромно пояснила:

– Понимаете, Евдоким, я это… представилась Ольге журналистом криминальных новостей. Ну, вроде как специально заброшена к ним на панель, чтобы узнать кое-какие тонкости.

– Да уж… придумала. То-то Оленька меня все «мент» да «мент»! Она ж нам сейчас и вовсе ничего не скажет!

– Не, ну почему, если хорошо заплатите, так я все скажу! – не согласилась Оленька. – Даже если не знаю – хорошенько подумаю и… между прочим, в школе у меня по сочинениям всегда пятерки были.

– Вот только постарайся без сочинений! – прервал ее Дуся и спросил: – С вами работала Татьяна Дутова?

Ольга нахмурила лобик:

– Дутова? Это такая в веснушках вся, что ли? У нас три Татьяны работали, но я их по фамилиям не знаю.

Инга тихо исчезла из комнаты и появилась уже с паспортом Милочки, на имя Татьяны.

– Вот эта работала или нет?

При виде фотографии лицо у девчонки вытянулось, лихая спесь исчезла, а в глазах появилась тревога.

– А вы… вы ее знаете, да? – посыпались из нее вопросы. – Вы ее видели? И где она сейчас?

Дуся тяжко вздохнул, потом терпеливо напомнил:

– Это мы у тебя спрашиваем: ты ее знаешь? Она с тобой работала?.. Ой, только не ври. Точно твоим амбалам скажу, что давал триста!

Девчонка шмыгнула носом и заныла:

– Ага-а-а, вам хорошо-о-о, я вам скажу, а меня потом…

– Мы никому не скажем! – мгновенно пообещал Дуся. – Я по природе молчун, а Инга… Она родилась немой. Да, вот такое у нее несчастье. Иногда, правда, случается некоторый словесный пон… кхм, но это если поест чего-нибудь несвежего… Сейчас не вылетит, ручаюсь! Правда, Инга?

Инга уверенно мотнула головой. Ольга вздохнула, ненадолго прилипла к чашке с кофе, потом закурила сигарету и, вытаращив глаза, начала говорить:

– Эта Танька работала у нас. Она пришла, когда меня еще не было. Такая бедная сначала притащилась, даже колготки не на что было купить, а потом как пошла работать, как пошла! Наша мамка… Калоша… ну главная наша, короче, она говорила, что это оттого, что Татьяна стала повышать свою квалификацию, что вроде как Танька даже в пед, на психологический факультет, специально пошла, чтобы лучше понимать клиентов!

– Не дай бог профессорам педагогики узнать, куда они готовят кадры… – пробормотал себе под нос Дуся и с удвоенным вниманием уставился на Ольгу.

– Но только это нам так говорили, а на самом деле и не было никакого психфака! А только почему Танька такие деньги стала загребать, никому не понятно было. И ведь что интересно! Стоим все вместе, Танька не чаще нас уезжает, а получается, что у нее денег – помойка, а у нас… А потом такое случи-и-илось! Короче… Ин, ну налей кофе, чо жадничаешь? А у вас коньяка нет? Ну и не надо, я просто так, ради прикола спросила. Так я чо говорю-то! Короче, привозят нас недавно на место, а еще погода такая отстойная была – дождь пополам со снегом, а мы в тоненьких колготочках, в чулочках, все дела. А у Динки и вовсе все колготки в крупную дырку, ну прикиньте!.. Сидим, значит, в машине, из окошек клиентов выглядываем, чего зря здоровьем раскидываться. И тут подъезжают! Клиенты! Останавливаются, значит, возле Дома культуры – и прямиком к нашему микроавтобусу. Ну мы, ясное дело, подготовились, ножки так выставили, куртки поскидывали, каждая сама из себя сидит, выпендривается, бабки приманивает. Влезают в двери двое – оба такие… черт знает какие! Мы давай улыбаться, ножками сверкать, а они так молчком пистолеты достали и спрашивают: «Где Татка? С кем сейчас работает?» А Татка – это Танька Дутова. И она уже не работала тогда. Мы им так говорим: мол, на кой фиг вам Татка, когда ее нет, а мы здесь все в полном составе и каждая с изюминкой. А они прям как бараны! На фиг, мол, нам ваш кишмиш, подавайте Татку и хоть ты убейся! Ну Динка, она у нас такая вся без комплексов была, возьми и ляпни – достали, мол, со своей Таткой! Здесь и получше ее есть! А те!.. Ужас такой!.. Взяли и без всяких объяснений в Динку и выстрелили, а потом еще раз, в голову. Что там началось! А они так ручкой помахали и говорят: «Сегодня что? Пятница? Так вот, пока вы нам Татку лично в руки не передадите, мы будем приходить каждую пятницу и отстреливать по одной кукле» – это, значит, по одной из нас. Не, прикиньте!

– И что – так и приходят? – ухватилась за щеки Инга.

– Пока нет, – пояснила Ольга. – Наша мамка тоже не последняя фишка в бизнесе, кое-что может. Она нам сказала, что все утрясла, а сама каждую пятницу бледнее стены. И всех предупреждает – если кто увидит Татку, чтобы немедленно, в ту же секунду ей звонили! Даже телефоны всем сотовые выдала, прикиньте? Это чтобы наша Калоша да на телефоны нам свои деньги тратила?! Нет, ну она не Калоша, конечно, я так ее любя называю…

Дуся переглянулся с Ингой. Понятно, что Милочка кому-то из клиентов здорово насолила, но как и кому? Теперь ничего удивительного нет в том, что ее прирезали… Но почему же тогда прибегали какие-то девицы? Они что – не знали, что ее уже нет? Вряд ли, в таких структурах все четко отлажено.

– А из-за чего мужчины так нервничали? – невинно поинтересовалась Инга. – Ты не в курсе?

– Нет, ну вы ваще!! А мне-то кто скажет?! Это наша Калоша… Слушайте, я у вас так засиделась, так засиделась! – вдруг засуетилась Ольга и стала собираться.

– Подожди, – остановил ее Дуся. – А как можно встретиться с твоей Калошей?.. Да не трясись ты! Сказал же – никому ничего не скажу, просто назовусь братом Дутовой.

– А, ну назовитесь, – с облегчением выдохнула девчонка. – Это ваще классно будет. Тогда они вас пристрелят, да и все.

Дусю передернуло, но он совладал с собой: