Я хотел было намекнуть, что сам-то он и не думает знакомить меня со своими подружками, так что мы квиты. Но, зная Макса, не стал связываться. Соперничать с ним в словесной эквилибристике — занятие бесперспективное и неблагодарное.
— Знакомься, это — Алана. Алана, это — Максимус Стэнтон. Мой давний приятель. Первоклассный пилот, между прочим.
— Уже капитан собственного звездолета, между прочим, — поправил Макс, галантно склоняясь в полупоклоне и целуя ручку Алане. Где он набрался этих средневековых манер — ума не приложу. Когда я с ним познакомился, он работал на звездолете, перевозившем контрабанду из района Гончих Псов дальше по всей Периферии. И вся команда корабля, за исключением капитана (весьма незаурядной личности, надо сказать, — но это тема для отдельного рассказа), изъяснялась преимущественно на пиратском жаргоне, основу которого составляла ненормативная лексика, позаимствованная из доброй полусотни языков и наречий. — Смею сказать, фриледи Алана, вы просто очаровательны, — заворковал Макс и, смешно оттопырив зад, наклонился к девушке, шепча ей что-то на ушко. Алана зарделась, как заря, и кокетливо стрельнула глазками в мою сторону. Макс же продолжал заливаться соловьем, нимало не заботясь о том, что девицы, с которыми он пришел, сгорают от ревности. И не они одни, кстати. Я, конечно, не предъявлял особых прав на Алану, но когда Стэнтон в обычной своей манере начал ее охмурять, я готов был зубами скрежетать от злости.
— И давно вы знакомы с Дарком? — закончив наконец свое шептание, поинтересовался Макс. При этом он зашел к Алане с противоположной от меня стороны и покровительственно приобнял девушку за талию.
— Несколько дней, — улыбнулась та, и бровью не поведя на эту наглость. — И, пожалуй, это самое необычное знакомство в моей жизни.
— Вот как? Что ж, это на него похоже! А чем вы занимались до того, как вас угораздило с ним познакомиться?
— Ну… Я недавно вернулась с Саго. Там я училась в университете. Специальность философия, литература и психология.
— Э-э… Хорошая специальность! А здесь чем занимаетесь?
— Пока что мне не удалось найти занятие по душе. Правда, в последнее время я увлеклась журналистикой. Может, видели какие-нибудь мои передачи? В инфосети помещено несколько моих видеоочерков, посвященных проблемам развития периферийных планет.
— Нет, к сожалению, не приходилось. Если бы видел, я бы обязательно вас запомнил. Но… Вам не приходило в голову, что здесь ваш талант пропадает зря? Вам стоило бы улететь куда-нибудь, где ваши способности будут оценены по достоинству.
— Вы так считаете?
— Конечно! Кстати, я могу вам в этом помочь. Скажем, я мог бы…
— Мы с Аланой как раз собирались улетать с Беты-3, — не выдержал я.
— Вот как? И как скоро?
— Как только закончим одно дельце. Ну, нам пора. У нас и вправду нет времени, Макс. Ты уж извини.
— Да ладно, чего уж там… Надеюсь, еще увидимся? — с кислой миной спросил Стэнтон, отцепившись, наконец, от Аланы.
— Как знать, может, и увидимся. Счастливо оставаться, старина! — бросил я через плечо, спеша увести Алану от этого казановы…
СТОП!!! А что там этот хвастун болтал насчет собственного звездолета?!
— Хотя… — перебил я самого себя, резко разворачиваясь на 180 градусов. — Мы же действительно черт знает сколько лет с тобой не виделись! Наверное, надо все-таки отметить это событие.
— Ты серьезно? Так чего же мы ждем?! Я тут уже приглядел одно заведеньице неподалеку. Девочки… — Он обернулся было к своим спутницам, но тех уже и след простыл. Оскорбленные до глубины души его поведением, обе красотки, гордо вскинув подбородки и ритмично цокая каблучками, удалялись от нас. Впрочем, шли они нарочито медленно, дабы Максу не составило особого труда догнать их и начать на коленях вымаливать прощение. Но, видимо, они плохо знали Макса. Поглядев им вслед, он лишь хмыкнул и как ни в чем не бывало снова начал пожирать глазами Алану. Я поежился.
Спустя несколько минут мы уже сидели за столиком небольшого кафе — того самого заведеньица, которое приглядел Стэнтон. Заведеньице называлось — как бы вы думали? — «Жемчужина Галактики». Впрочем, кроме названия, в нем не было ничего примечательного. Обычная второсортная забегаловка, каких пруд пруди везде, где селится человек и его ближайшие братья по разуму.
— Так чем же ты занимался все это время? — с ходу спросил я, не давая Максу захватить инициативу.
— Ну… После того дельца, что мы с тобой обстряпали в Гончих Псах, я купил на свою долю старенький грузопассажирский звездолет и занялся перевозками, как и планировал. Честный бизнес, никакой контрабанды… И не надо так ухмыляться! В общем, дела мои постепенно шли в гору. Сейчас у меня уже четыре лайнера класса «Астра-М», отличные пилоты и все такое. Но я и сам ремесла не забросил — пилотирую один из звездолетов. Хотя все больше приходится заниматься всякими организаторскими вопросами и… ну, сам понимаешь. Да и перебраться пришлось сюда, на самую периферию. Здесь конкуренты не так донимают.
— Так значит, это твой звездолет стоит сейчас в астропорту? — приняв самый невозмутимый вид, поинтересовался я.
— Ну да. А что? — прищурился Макс. Его не проведешь.
— Я ведь уже говорил, что мы с Аланой собираемся улетать отсюда, причем в самое ближайшее время. А в этом захолустье очередной звездолет приходится ждать по нескольку недель.
— Что ж, я к вашим услугам. Буду рад приветствовать вас на борту. Особенно вас, фриледи…
Краем глаза приметив проезжавшего мимо киба-официанта, Макс с завидной скоростью метнулся к нему и буквально силком подтащил к нашему столику.
— Ну-ка, жестянка, что там у тебя есть? Давай выкладывай! — потребовал он, не обращая внимания на робкие возражения киба, что тот, дескать, уже занят обслуживанием других посетителей.
Вскоре столик наш уже ломился от всяческой выпивки и закуски. И это пришлось весьма кстати — у нас с Аланой с самого утра и маковой росинки во рту не было.
— Стало быть, примешь нас на борт, Макс? — спросил я с набитым ртом.
— Без проблем!
— А если я скажу, что у нас подписка о невыезде?
Он поперхнулся.
— Тысяча чертей, Дарк! Да ты, я вижу, неисправим! Еще и девушку втянул в свои дела?
Ах-ах, тоже мне ангел нашелся!
— Ну, это наши общие дела. Мы с Аланой… партнеры. Не так ли, детка? — Я выразительно наклонился к девице. Надо же показать Стэнтону, что к чему, чтобы он не особенно-то губы раскатывал.
Алана что-то промычала, пережевывая бутерброд, а свое несогласие с поименованием ее «деткой» выразила тем, что довольно-таки болезненно пнула меня под столом.
— Вот оно что… — Стэнтон задумчиво поскреб подбородок. — Ну ладно, придумаем что-нибудь. Вряд ли с этим возникнут серьезные проблемы. Если только ты не натворил чего-нибудь такого, что за тобой гоняется вся полиция планеты. А?
— Ну, вроде бы
— И на том спасибо!
— А когда мы вылетаем?
— Завтра в десять утра… Тебя что-то не устраивает?
— А не мог бы ты немного задержать вылет? Боюсь, мы не успеем закончить наши дела за сегодня.
Стэнтон еще усерднее заскреб свою бороденку.
— М-м… Дарк, ты ставишь меня в сложное положение! У меня же график, клиенты, все такое…
— Хотя бы на пару дней, Макс! Может, даже одного дня хватит. А потом нам нужно будет выбираться отсюда со всей возможной скоростью. Мы не можем позволить себе пропустить твой звездолет. Следующего можем уже и не дождаться.
— Все так серьезно?
— Ну, как тебе сказать… Далеко не детские шалости.
— Да уж, ты вечно влипаешь в такие истории, что… Эх!
Он надолго замолчал, что-то обдумывая. Потом, хлопнув ладонью по столу, покачал головой.
— Извини, Пройдоха. Максимум, что я могу обещать, — это задержать вылет на несколько часов. Завтра вечером я должен отправиться на Саго. В общем, закончишь ты свои дела или нет, лучше тебе поторопиться в астропорт.
— Что ж… Постараемся управиться до завтра.
Мы посидели еще с полчасика, основательно перекусили, вспомнили старые добрые времена. Стэнтон чересчур уж рьяно ухлестывал за Аланой, и это меня здорово бесило. Но показывать свое недовольство после того, что Макс для нас сделал, или, во всяком случае, наобещал сделать, было бы настоящим свинством. Так что я помалкивал и налегал на съестное. Наконец, когда я уже не мог проглотить ни кусочка, даже из спортивного интереса, настала пора закругляться. Нужно было успеть провернуть уйму дел за оставшиеся сутки. Одно радовало — на Бете-3 они длятся аж 28 стандартных часов.
— А теперь, Макс, нам пора. Оплатишь счет?
— Не вопрос!
— Ну, тогда до завтра.
Я, кряхтя, выбрался из-за стола.
— Может, я еще чем-то могу помочь, Дарк? Так ты только скажи.
Хороший он все-таки парень, этот Максимус Стэнтон. Но впутывать его в это дело не стоит. Ведь, разобравшись, что к чему, он как пить дать потребует долю. А торговаться со Стэнтоном — это вам не воробьям фигушки показывать. Да и, похоже, я потерял в этом сноровку, если вспомнить наш утренний разговор с Аланой.
— Спасибо, Макс. Справимся.
— Ну ладно. А как вас разыскать, если что?
— Вряд ли это понадобится. К тому же я и сам не знаю, куда нас может занести.
— М-да-а, дела… Ладно, жду вас завтра на своем «Стремительном».
Я кивнул, и мы с Аланой вышли на улицу. Стэнтон остался в кафе, явно решив в одиночку разделаться с остатками снеди. Аппетит у него всегда был отменный.
11
— И что же нам теперь делать? — спросила Алана. Она меня уже замучила этим вопросом. Каждый раз умудряется застать врасплох.
— Ну-у… Не знаю. Столько дел, что глаза разбегаются.
— Да уж. Нам до завтрашнего утра нужно успеть получить выкуп. А ты даже не знаешь, как найти тех, от кого собираешься его получить!
— Я опять слышу нотки сарказма?!
— Вот именно! Знаешь, я думаю, лучше бросить эту затею и просто улететь с Максом, пока есть такая возможность.
«С Максом!» Полчаса, как знакомы, а она уже величает его по имени! А со мной? «Никуда я с вами не пойду, фримен Хантер!», «Не нуждаюсь я в вашей помощи, фримен Хантер!» И как это у Стэнтона получается?
— Ну, чего молчишь?
— Э… Да так, задумался.
— О чем, интересно знать?
— О чем, о чем… Полагаю, тебе самое время познакомиться еще кое с кем… С моей напарницей. Ее зовут Миранда.
— Напарница?
— Ну да. Не думаю, что вы друг другу понравитесь — в последнее время она стала жутко ревнивой. Но ты уж как-нибудь постарайся быть… поделикатнее, что ли…
— Не беспокойся. Насчет меня эта твоя Миранда может быть спокойна!
— Ты не понимаешь… Миранда, она… Ладно, сама все увидишь.
Алана фыркнула.
— Ладно, хватит предисловий! Где эта твоя напарница?
Я огляделся по сторонам.
— Для начала нам нужно найти более укромное место…
Мы сняли на три часа номер в ближайшей гостинице. Свободным оказался только номер для молодоженов: квадратная комната, на стенах — безвкусная розово-лиловая драпировка из тяжелой блестящей ткани, на полу — толстенный мягкий ковер, тоже розовый. Ну а посреди комнаты — огромная кровать в форме сердца. Я чуть задержался на пороге, несколько опешив от всего этого убожества. Но, в конце концов, не жить же нам в этой конуре. А часок уж потерпеть можно. Только вот надо принять кое-какие меры предосторожности.
Я плюхнулся на кровать — единственный предмет мебели, кстати.
— Располагайтесь, фриледи!
Не сказал бы, что Алана была в восторге — как от самой комнаты, так и от моего предложения. Озираясь по сторонам с выражением легкой брезгливости, она присела на краешек кровати. Я же, не теряя времени, открыл кейс и достал из него небольшой прибор, напоминающий миниатюрную радарную станцию. Установив его на полу, я нажал большую зеленую кнопку, и приборчик тихо загудел, вращая установленной на макушке антенной, похожей на большую выпуклую линзу.
— Что это?
— «Глушилка».
— Думаешь, за нами все еще наблюдают? Смахивает на паранойю.
— Не скажи. Я, знаешь ли, частенько лазаю по инфосети. Некоторые местные порносайты специализируются как раз на скрытой съемке подобных номеров…
— О боже…
— Ладно, не кривись. Все равно мы скоро уйдем отсюда. А сейчас дай мне немного времени. Просто сиди, молчи и ничему не удивляйся.
Алана вздохнула.
— Надеюсь, это недолго?
— Понадобится несколько минут, — ответил я, вскрывая двойное дно кейса.
Пожалуй, сейчас самое время для небольшого экскурса в историю. А история эта уходит корнями аж в мое босоногое детство.
Родителей своих я не знал. Воспитывался в сиротском приюте, а потом у многочисленных опекунов, которых сменилось не меньше дюжины. В детстве я был не подарок, как, впрочем, и сейчас. Одних приводов в полицию у меня накопилось не меньше полусотни, в основном за воровство, мелкое хулиганство и мошенничество.
Поделиться книгой: