Мудрому совету грабители не вняли. Решив, что подобное пренебрежение их «законными» требованиями должно быть наказано, они все разом бросились вперёд. Самый резвый с ходу кадыком напоролся на локоть Виктора. После такого уже не встаёт никто. Второй получил резкий удар по колену, который согнул ногу в сторону, в которую обычно она не гнётся. Тонко заверещав, незадачливый грабитель рухнул на землю. У третьего Виктор без затей перехватил руку с ножом и продолжил его движение, слегка поворачивая нападавшего. Таким образом, на нож налетел четвёртый. Виктор резко дёрнул руку грабителя, вспоров его другу живот. Грабитель с ужасом уставился на своего подельщика, которому сам лично и нанёс эту страшную рану, правда, не без помощи землянина. Виктор не стал ждать, когда он придёт в себя, и ударом ладони разбил ему трахею. Человек захрипел и рухнул. Виктор же, плавно сдвинувшись в сторону, повернулся к последнему, оставшемуся на ногах. Тот нападать не спешил. С самого начала он не лез вперёд, оставаясь за спинами товарищей. Это его сейчас и спасло. В нём Виктор узнал того самого говоруна, что обратился к нему.

— Попробуешь убежать? — мягко спросил Виктор.

Грабитель, секунду назад обдумывавший именно этот вариант, отрицательно помотал головой.

— Прекрасно, Палач. Я ведь не ошибся, тебя именно так зовут? — Палач был своеобразной легендой Тараверы, получив своё прозвище из-за маски палача, в которой выходил на дело. Он занимался грабежами ещё до прихода в Тараверу восставших под предводительством Греппа и славился тем, что никогда не оставлял в живых ограбленных. За его голову было назначено довольно крупное вознаграждение, но получить его пока никому не удавалось. Шайка Палача состояла из пяти человек и наводила настоящий ужас на жителей города. Виктор всё время собирался им заняться, но опять-таки не находилось времени. И вдруг такая удача. Собственно, он и начал действовать с предельной жестокостью именно потому, что понял, кто эти люди, напавшие на него. — Твою маску трудно спутать.

Виктор неторопливо двинулся к Палачу. Подойдя, он взялся за маску. В этот миг Палач нанёс удар неизвестно откуда появившимся в его руке ножом. Ожидавший нечто подобное, Виктор плавно ушёл в сторону. Промахнувшийся Палач зарычал. Он никак не мог понять, как его противнику удалось увернуться. Он резко повернулся и снова атаковал. Виктор снова сдвинулся в сторону. Потом попытался атаковать сам и… Виктора ожидал такой сюрприз, что он едва не пропустил удар. Этот Палач встретил его довольно квалифицированной защитой. Виктор готов был даже поклясться, что те приёмы, которые применил Палач, были из той же борьбы, что использовал и сам Виктор. Но ведь это невозможно!!! Они были чисто земными! Пусть это была смесь множества боевых искусств, собранных из многих школ на Земле, но всё равно эти приёмы были чисто земными. И тем не менее Виктор готов был поклясться, что этот человек не землянин. Любой, кто серьёзно занимался рукопашным боем, начинал узнавать людей не по лицам, а по движениям. Этот Палач двигался как типичный нордакеанин. Более того, даже его приёмы хоть и были похожи на земные, но всё же имели свою специфическую особенность. Да и применял он их чисто механически, не задумываясь о глубинном смысле. Ни один землянин так сражаться бы не стал. В академии им довольно жёстко вбили, что основа всех приёмов на девяносто процентов состоит из внутренней собранности, внутренней силы, а усилия мышц, сами удары вовсе не основа борьбы.

— Механическое запоминание приёмов — основная ошибка, которую могут допустить обучаемые, — говорил курсантам инструктор по рукопашному бою. — Конечно, можно выучить всю технику, движения, приёмы, но это всё равно не сделает из вас настоящих бойцов. Вы никогда не задумывались, почему мы ничего не скрываем из методики подготовки солдат-рейдеров? Существует множество книг с самым подробным описанием всех приёмов, всей возможной техники боя. А просто дело в том, что, даже выучив все книги, человек никогда не станет бойцом. Он просто станет более опасным в драке, но бойцом не станет. Вы должны понять, что основа нашего боя — это опора именно на внутреннюю силу. На скрытые возможности организма.

В качестве демонстрации своих слов инструктор подходил к бетонному столбу и голой рукой, казалось, плавным движением, вырывал из него кусок, размалывая этот кусок в пыль. А потом ехидно предлагал научиться подобному по книгам.

— Учиться по книгам — это та же ошибка, что в своё время допустили люди западной цивилизации, когда пошла мода на восточные единоборства. Они слепо копировали стили, не понимая, что главное не во внешних эффектных приёмах, главное — внутри человека. В результате они становились сильными драчунами, но против настоящего мастера были пятилетними детьми. Вот так и те, кто будет изучать книги, станут пятилетними детьми перед вами, настоящими бойцами.

Именно эта фраза и вспомнилась Виктору при виде стиля боя этого Палача. Именно так должен был драться человек по представлению Виктора, если он изучал земной бой по книгам. Но откуда этот человек достал книги по земному бою?! Если бы дело происходило на одной из планет содружества, тогда понятно, но Нордак не входит в содружество! И слетать в свой отпуск на Землю за интересующей книгой он не мог. Откуда же тогда?!

Виктор плавно ушёл от серии ударов, молниеносно проскользнув под блоком, и нанёс удар, один. Таким ударом инструктор крошил бетонный столб. Виктор же сокрушил ключицу Палача. Убивать он его не собирался. Виктору нужна была информация. Когда Палач рухнул от боли, землянин сорвал с него маску, и тут его ждало новое потрясение.

— Делок?!!! — изумлённо выдохнул он. — Вещатель Делок?!

— Фэтр, — полузадохнувшись от боли, прохрипел священник, — ты оказался сильнее.

Виктор склонился над раненым.

— Где ты научился драться?! Где?!

— Ты не знаешь? — В голосе священника, хоть и искажённом болью, слышалось неподдельное изумление. — Я думал, ты сбежал из монастыря. Собственно, поэтому я и ополчился на тебя. Странно. Очень странно. Когда я покинул деревню, то около одного из монастырей на меня напали. Напали императорские солдаты. Я успел броситься в реку. Они сочли, что я погиб. Но если ты не из монастыря, то откуда ты? — Тут священника скрутил приступ боли и продолжить он не смог.

— Да что же здесь творится?! — едва не взвыл Виктор. — Что за чёртова планета, которая нарушает все законы логики?! Да отвечай же, чёрт тебя побери!!! Кто тебя научил так драться?! Почему ты подумал, что я из монастыря сбежал?

Однако всё было бесполезно — священник был мёртв. Виктор поднялся и, ничего не замечая вокруг, двинулся домой, пройдя мимо последнего оставшегося в живых из шайки Палача. Тот замер, стараясь сделаться невидимым. Но прятался он напрасно. Виктор не обратил бы сейчас на него внимания, даже если бы он повис у него на ноге, умоляя взять с собой.

Тайны планеты Нордак мучили Виктора и тогда, когда он ложился спать. Порой ему казалось, что он приблизился к разгадке. Ещё чуть-чуть, и всё встанет на свои места, но… разгадка уходила и оставалась усталость. Как моральная, так и физическая. И последняя неожиданная встреча никак не улучшила его состояния. Оказывается, его враг всё время был рядом, всё время следил за ним, а Виктор об этом не знал. Было непонятно и другое: раньше этот Делок объявил его чуть ли не врагом церкви номер один, всячески досаждал ему, вредил, а в городе просто исчез. Занялся грабежами. И если бы не эта случайная встреча, когда священник просто не узнал его в темноте, то Делок продолжал бы скрываться и дальше. Он словно забыл, что в своё время объявлял его еретиком. И это непонятное нападение на него императорских солдат из монастыря? Ведь эти солдаты подчиняются верховному правителю церкви. Священники тоже. Что же получается, верховный приказал своим солдатам убить своего же монаха? За что? И не поэтому ли Делок старался не встречаться с Виктором в городе? Какие уж тут личные счёты, если за тобой свои же охотятся?

С так и не решёнными вопросами Виктор погрузился в беспокойный сон.

Но на следующий день Виктору оказалось не до размышлений. Дела закружили сразу и не выпускали ни на минуту. Уже утром прибыли несколько членов правительства, отправленных к землянину Греппом для помощи в организации встречи послов. Необходимо было подготовить сценарии. Да и других дел скопилось немало за время его отсутствия. Некоторые вопросы Грепп просто не мог решить по причине полного незнания того, что хотел начать делать Виктор. И не потому, что землянин что-то скрывал, просто Грепп не понял бы смысл некоторых моментов. Так что всё время до приезда послов Виктор вертелся как белка в колесе, не зная отдыха ни днём, ни ночью. Спать приходилось по три часа, а запас тонизирующих таблеток подходил к концу. Виктор с ужасом думал о том времени, когда они закончатся. Он даже обратился за помощью к Велсе.

— И не подумаю помогать, — отрезала она. — И я очень рада, что эта гадость кончается. Если бы нашла, где ты эти таблетки прячешь, то сама бы выкинула. Витя, ведь это не шутки. Они не предназначены для долгого употребления. Это для работы в авральном режиме, когда дорого каждое мгновение. Но если их употреблять часто, то ты разрушишь свой организм.

— Но мне действительно надо…

— Нет. Я ещё не приносила клятвы врача на родине, не доросла ещё… да и врач-то пока из меня… Но клятву тем не менее я знаю: не делать ничего, что могло бы принести вред пациенту.

По опыту Виктор знал, что спорить с Велсой, если уж она заняла какую-либо позицию, совершенно бесполезно. Пришлось отстать и… получше спрятать транквилизаторы. Велса ведь совсем не шутила, когда обещала выкинуть их, если найдёт.

В подобном бешеном темпе и прошли все те дни до приезда послов.

А через три недели в Тараверу вошло первое посольство из города Ментопонт, но легче от этого Виктору не стало. Карету посла, ехавшего чуть впереди торгового каравана, встретил за пять километров от города специально посланный эскорт, который и проводил их до ворот. А перед воротами Виктор развернул целое представление. Пятьдесят стрелков при виде кареты стали палить в воздух. Пороху Виктор решил не жалеть. Лойдер же, который подсел в карету, объяснил испуганному послу, что это салют в его честь. После этого посол даже присмотрелся к стрелявшим.

— Откуда у вас столько огнебойного оружия? — изумился он.

— Мы его сами делаем, — вежливо ответил Лойдер, получивший приказ от Виктора отвечать откровенно на любой вопрос посла. — Если хотите, то мы покажем вам мастерские.

Посол выразил горячее желание мастерские посмотреть, после чего карета въехала в город и направилась ко дворцу. Вдоль движения кареты стояли люди, кидая цветы. Организовать это оказалось самым трудным. Горожане никак не могли понять, зачем им нужно отрываться от своих дел и встречать какого-то непонятного посла, чей приезд не сулил лично им никаких прибылей. В конце концов Виктору удалось заинтересовать горожан, сообщив, что приедет торговый караван. И если встреча купцам понравится, то можно будет выгодно продать товары, производимые в городе. После этого все промышленники заявили, что лично организуют выход людей. Своё слово они сдержали.

Кучер, который сменил кучера посла, едва карета въехала в город, своё дело знал хорошо, недаром Виктор пообещал ему щедрую награду, и остановил карету прямо перед красной дорожкой, вдоль которой выстроились гвардейцы в начищенных доспехах.

Совершенно ошеломлённый посол, едва выйдя из кареты, оказался в коридоре из замерших людей. У кареты его встретил и Виктор.

— Господин посол славного города Ментопонта, я рад приветствовать вас в столице королевства, городе Таравера. От имени его королевского величества я приглашаю вас во дворец. Его величество ждёт вас. — Виктор вежливо посторонился, пропуская посла. Сам он был в парадном костюме премьер-министра, который по его приказу разработал лучший портной города. Одежда Виктору не очень понравилась, но он понимал, что она сшита на основе здешней моды и отражала его положение и богатство, о котором портной и хотел сказать. По представлению нордакеан именно такой костюм и должен быть у человека, занимающего важную должность. Так что Виктору пришлось смириться. Впрочем, ради укрепления королевства Виктор вырядился бы и в костюм шута, если бы в этом возникла необходимость.

Землянин провёл посла во дворец. Раззолочённые слуги раскрыли перед послом стеклянные двери. Эти двери Алур выполнил специально по просьбе Виктора. Посол при виде такого чуда замер с открытым ртом. Правда, за то время, как эти двери установили, Виктор привык к подобной реакции — так реагировали абсолютно все обитатели дворца и многие посетители. Как бы то ни было, но ожидаемого эффекта Виктор достиг. Сопровождающим пришлось даже несколько раз позвать посла, чтобы тот наконец-то оторвался от созерцания необычной прозрачной двери. Правда, рот посол так и не закрыл. Виктор усмехнулся — дверь была вовсе не единственным предметом, который должен был удивить посла. То ли ещё будет.

Посла провели в тронный зал. Грепп в роскошной мантии сидел на троне (также специально изготовленном по случаю приезда послов). На его голове красовалась золотая корона. Конечно, она была не совсем золотая. На самом деле золота в ней было очень немного, но об этом знали только Алур, Виктор и Грепп. Корону изготовили из бронзы, а золото уже потом напылил Алур. Но посол, понятно, знать этого не мог. Эта корона привлекла его внимание даже сильнее, чем стеклянная дверь. Виктор мог даже представить, как ворочаются мысли в голове посла, пытающегося оценить стоимость того, что надето на голову короля. Тот шут, над которым смеялся весь Ментопонт, когда туда пришли вести о каком-то самозваном корольке, предстал в совершенно ином свете. Чистые, подметённые улицы, нарядные дома, необычные двери, караул, наряженный в сверкающие доспехи, ослепительный великолепный дворец и теперь вот эта корона! Да в ней было больше золота, чем его родной город зарабатывал за три года! Совершенно неожиданно для самого себя посол вдруг низко поклонился. И по причине низкого поклона он не мог заметить победной улыбки на лице первого министра королевства. Когда же посол выпрямился, то Виктор снова был серьёзен и невозмутим.

— Я рад, что имел счастье прибыть в ваш Великий город, о котором в последнее время много слышал.

Виктор уловил небольшую паузу в словах посла, когда тот говорил про то, сколько он слышал о городе. Слышал он явно не только хорошее.

— Наше посольство прислано, дабы засвидетельствовать наше расположение Таравере… — Посол говорил ещё много. Это Виктором не предусматривалось, но и прервать посла он не мог. В конце концов тот выдохся.

— Я также рад вашему посольству, господин Мердок, — с обаятельной улыбкой ответил послу Грепп. И только землянин, знавший Греппа достаточно хорошо, уловил в голосе короля нотки раздражения болтливостью гостя. Но Грепп был уже совсем не тот предводитель восставших крестьян, с которым Виктор когда-то встретился. Теперешний Грепп знал, когда можно давать волю чувствам, а когда их лучше сдержать. Теперь же ситуация требовала показывать приветливость, даже если посол ужасно утомляет. И Грепп с этим прекрасно справлялся.

— Взаимно, ваше величество. — Посол был заранее проинструктирован, как следует обращаться к королю.

Грепп благосклонно кивнул.

— А теперь прошу вас принять небольшие подарки вашему повелителю. — Грепп махнул рукой своим пажам. — Я слышал, что ваш повелитель — великий мастер клинка.

Подарки были частью местного дипломатического этикета и первыми их по обычаю Нордака должны были вручать именно хозяева, а потом уже их вручали гости. И Виктор не смог удержаться от ещё одной демонстрации силы нового государства.

На кивок короля вперёд вышли двое детей в пажеских одеждах. Виктор с трудом скрыл улыбку, наблюдая, с какой серьёзностью маршируют Линка и Хонг, неся на пару большой ящик красного дерева, покрытый искусной резьбой, тщательно отшлифованный и лакированный. Подойдя к послу, Линка и Хонг опустились на колено и открыли крышку. Там на бархатной материи лежал меч в ножнах. Ножны покрывала великолепная резьба. Гравёр, выполнявший эту работу, получил щедрую награду, и он её целиком заслужил. Сами ножны были чёрного цвета с окантовкой серебряного отлива. Сама же резьба казалась на чёрном фоне рисунком какого-то волшебника, махнувшего волшебной палочкой. Рукоять меча, хоть и без излишеств, также была украшена позолотой, её обёртывала специально обработанная кожа красного цвета с золотом.

Виктор подошёл к мечу, осторожно взял его и обнажил. Теперь уже ахнули все в зале, кто хоть что-то понимал в оружии. И дело было даже не в искусной гравировке лезвия. Булатная сталь, которую Виктор научил делать местных кузнецов, ещё была не слишком распространена, но её уже узнавали все, кто, так или иначе, имел дело с оружием. Даже без искусной отделки цена этому мечу была целое состояние. Сейчас же это было даже не оружие, а произведение искусства, но произведение, совершенно не утратившее боевых свойств отличного булата. Меч был прямой и узкий. Им можно было с успехом как колоть, так и рубить.

Сам посол, также неплохой боец, смог с первого взгляда оценить достоинство оружия, хотя булата прежде не видел. Но всё же его оценка была гораздо ниже реальности, что немедленно доказал Виктор. Он кивнул пажам, и те немедленно поставили ящик на пол. Девочка достала из кармана небольшой платок и подкинула его в воздух… Меч, казалось, пропел от удовольствия, и на пол приземлились уже две половинки платка.

— Это не трюк, господин посол, — спокойно ответил Виктор ошеломлённому послу на его невысказанный вопрос. Он осторожно вернул меч в ножны и снова опустил на бархат. Пажи немедленно закрыли его и отступили.

— А это лично вам, господин посол. — С этими словами Виктор принял из рук подбежавшего слуги ещё один меч. Если он в чём-то и уступал первому, так это отделкой, но никак не своими боевыми возможностями. — Я слышал, что вы тоже знаете толк в оружии.

Мердок благоговейно принял меч. Так он не смотрел даже на предыдущий подарок, хотя первый меч, говоря объективно, был гораздо красивее. Но тот был подарком повелителю, и посол смотрел на него соответственно. Это же… это было только его, личное. Этим великолепием владел только он.

Лойдер, пока посол восхищался подарком, одарил и всех членов свиты. Конечно, им достались не мечи, а кинжалы, но, похоже, кинжалы произвели на понимающих не меньшее впечатление, чем меч на посла. Посол же так увлёкся рассматриванием подарка, что даже забыл, где находится. Грепп с усмешкой наблюдал за ним, терпеливо ожидая, когда посол вспомнит, что приём ещё не закончен.

Мердок всё же вспомнил и велеречиво поблагодарил за подарки, после чего велел внести свои. На этом официальный приём закончился. Посол поспешно удалился в отведённый ему дом. Когда все разошлись и в тронном зале остались только Виктор и Грепп, землянин дал волю чувствам. Он смеялся искренне и весело. Причём так заразительно, что вскоре к нему присоединился и Грепп.

— Этот посол — как мальчишка, увидевший красивую игрушку, — весело заметил Грепп.

— Да плевать! — сквозь смех выдавил Виктор. — Это не важно! Самое главное, у нас получилось! Нас признали! Ведь посол не собирался признавать тебя королём! Это было видно по его надменному лицу, когда он только въезжал в город! Но как он изменился, когда увидел только часть того, что мы хотим показать! А уж после таких подарков он и вообще был на седьмом небе от счастья! И он назвал тебя вашим величеством! Сам, добровольно! Грепп, нас признают! Признают! Мы побеждаем!

— Похоже на то, — довольно заметил Грепп. — Теперь надо так же удивить и остальных послов.

— Удивим, — твёрдо пообещал Виктор.

— Что там в Таравере?

— Готовятся к приёму гостей, — доложил помощник. — Так что бардак полный.

Хозяин задумался.

— А есть ли то, что могло заинтересовать нас?

Теперь уже настала очередь задуматься помощнику.

— Я не совсем уверен… такое ощущение, что они совершенно не готовятся к возможной новой войне. Всё посвящено встрече.

— И что тебя тревожит? — поинтересовался Хозяин, пронзительно глядя на своего заместителя.

— Да вот это и тревожит! Этот землянин уже не раз доказывал, что он умеет смотреть вперёд. И его сосредоточение внимания только на одном деле, пусть и важном, совершенно на него не похоже. В самые трудные дни, даже когда судьба королевства висела на волоске, он всегда занимался сразу несколькими делами.

— А может, в этом всё дело? — Хозяин в принципе был согласен со своим помощником, но решил взять на себя роль «адвоката дьявола». — Когда судьба королевства висела на волоске, землянин просто не мог позволить себе заниматься только одним делом. Ему надо было как можно скорее реформировать все структуры власти города. А сейчас он уже чувствует свою силу, чтобы позволить сосредоточиться на чём-то одном.

— Возможно, — задумчиво протянул помощник. — Но я всё равно не верю. Из донесений наших шпионов, землянин совершенно не скрывает, что ещё многое нужно сделать…

— Он был бы дураком, если бы отрицал это. А он не дурак… к сожалению.

— Да. Но меня всё равно тревожит бездействие землянина. Либо он уже подготовился и не считает нужным делать что-то ещё, либо он действительно считает, что положение королевства упрочилось настолько, что ему больше ничего не грозит. Но, господин, я всё же думаю первое.

— Или есть что-то ещё, что мы упустили. Разберись с этим вариантом. А что там с приёмом?

— Все послы уже прибыли. Этот землянин талантливый режиссёр. Похоже, что все послы от встречи в восторге. К тому же все эти чудеса, которые им продемонстрировали…

— Что? — заинтересовался Хозяин.

— Ну, вообще-то специальной экскурсии ещё не было, хотя и готовится. Но послам хватило и того, что они увидели. Стеклянные двери во дворце, застеклённые окна, паровая водокачка…

— Паровая?

— Ну да. Этот Алур всё-таки сумел построить мощный паровой двигатель, а те небольшие, что были раньше, отдали в кузницы. Один же приспособили для водокачки. Кстати, они уже приступили к постройке нового двигателя.

— Зачем? — удивился Хозяин. — Насколько я понял, им пока и одного хватает. И ещё долго будет хватать.

— Не им. Это был частный заказ. Какой-то очень умный промышленник решил, что если пристроить подобный двигатель дробить руду, а также качать воду из шахт, то он сможет добывать гораздо больше железа, чем раньше.

Хозяин молчал. Долго.

— Вот оно как, — наконец заговорил он. — Так что вскоре последуют новые заказы. Пример заразителен, особенно пример успешный.

— Если он будет успешный.

— А, брось! Ты не хуже меня знаешь, что землянин сделает всё возможное, чтобы пример был успешный.

— По моим данным, землянин распорядился Алуру подготовить полный перечень того, как можно использовать двигатель с максимальной эффективностью.

— Вот видишь. — Хозяин побарабанил пальцами по столу. — Нет, с этим пора заканчивать. Ускорьте подготовку армии.

— Уже. Я распорядился быть готовыми к концу месяца.

Хозяин кивнул и мрачно уставился в стену. Как сейчас он жалел о том, что решил поиграть с этим землянином. Надо было сразу, как только он узнал о нём, отправить специально подготовленное подразделение и захватить его. Захватить тогда, когда о нём ещё никто в мире не знал. А сейчас уже поздно. Его помощник предлагал уже этот вариант, но поздно. Поздно. Сейчас уже просто так похитить не удастся. Вернее, похитить, может, и удастся, но последствия… Эти последствия Хозяин уже довольно подробно описал своему заместителю и размышлять о них вновь у него не было никакого желания. Чёртов землянин!!! Когда же он успел сделать так, что даже его поражение оборачивается победой?! Да, если всё же формируемой армии и удастся нанести поражение Таравере, то многое придётся начинать сначала. Многое. Тут Хозяин поймал себя на том, что впервые усомнился в победе армии, созданной из солдат монастырей. На этой планете нет равных им по боевым качествам, но… но командует тараверской армией землянин. Он один стоил всей его армии.

— Я всё равно получу тебя, — прошептал Хозяин. — Ты доказал, что достоин быть моим.

— Кхм, — кашлянул помощник, отвлекая Хозяина от его мыслей. Сейчас ему предстояло сообщить гораздо менее радостную весть. Как бы ему хотелось не сообщать её, но… — Господин, у меня есть ещё одна новость. Похоже, вещатель Делок остался жив.

— Что? — Хозяин мрачно посмотрел на помощника. — Ну так убери его! Как он, кстати, уцелел?

— Я уже провёл расследования. Похоже, Делок заметил, что за ним идут, попробовал убежать и упал с обрыва. Солдаты решили, что он утонул.

— Идиоты! Я надеюсь, они наказаны?

— Я распорядился. Но это не самое плохое. Делок мёртв.

— Что в этом плохого? Кто-то сделал за тебя твою работу. — Однако тот взгляд, которым Хозяин смотрел на помощника, резко контрастировал с беспечностью его слов.

— Да. Это сделал землянин.

— Что?!!!

— Делок спрятался в Таравере. Это именно он был тем, кого называли Палачом. И однажды ночью он со своими подручными нарвался на землянина.

— Понятно-о, — протянул Хозяин. — Будем считать, что нам повезло. Если бы Делок открыл рот и кое-что рассказал бы…

Помощник благоразумно решил не сообщать Хозяину о том, что Делок всё-таки открыл рот. Об этом ему сообщил последний из шайки Палача, которого землянин по какой-то причине пощадил. Сейчас этот подручный уже кормил рыб в реке, так что теперь только помощник знал правду о произошедшем. И даже если Хозяин откуда-то узнает о том, что произошло той ночью, когда Делок нарвался на Виктора, то всегда можно сослаться на незнание. Доказательств нет.

— Нам действительно повезло, господин. Я специально тогда приказал усилить наблюдение за землянином. Он ничем не проявил себя. Вёл себя как обычно.

— Хорошо. Тогда будем считать произошедшее с Делоком простой накладкой. Ладно, на сегодня хватит. Ты свободен.

Помощник удалился.

Глава 6

Гость

Посольства находились в королевстве уже вторую неделю, и Виктор мог быть доволен. Те торговые караваны, что пришли вместе с ними, увеличили казну Тараверы почти в три раза даже с учётом всех расходов на приём посольств и закупку тех товаров, что привезли караваны. Зато уж иногородние купцы закупили буквально все промышленные товары, которые делались в городе: фарфоровую посуду, столовые приборы, ткани, хрустальные бокалы, закупили даже несколько комбайнов, усовершенствованных Алуром и предназначенных для деревень. Закупили новые плуги, прокатные листы металла, которые пользовались наибольшим спросом. В результате прокатный стан работал с полной загрузкой в три смены дни и ночи. Две домны с трудом давали необходимое количество стали, и запасы железа на складах быстро пустели. Кочегары почти не отходили от топок, обеспечивающих работу парового двигателя, а чинить небольшие поломки приходилось не отключая его. Воду по трубам подавали в цех прямо из реки. Купцы хотели закупить и свинцовые трубы, но спрос на них в самом городе был так велик, что на продажу их не выставили. Только дали несколько демонстрационных образцов. Выставили на продажу и несколько карет, где впервые в этом мире были применены рессоры и застеклённые окна. За одну карету заплатили даже три золотых, но всё равно спросом они не пользовались, хотя и вызвали большой интерес. Не каждому по карману. В конце концов их купили послы для своих повелителей, мудро рассудив, что подобные траты их не расстроят, стоит им хотя бы раз прокатиться в них.