Вихров поднялся из кресла, последние слова командира «Счастливого случая» поразили его — получалось, что на Гвендлане находился не только потомок Отто Каппа, но и работники земной администрации! И по словам командира вахтенного звездолета получалось, что Отто Капп… входил в эту самую администрацию! Значит ли это, что мятежом руководили… земляне, а никакие не мутанты?!

Все это было чрезвычайно интересно и… непонятно!

Теперь он по крайней мере точно знал, кого ему надо было искать на Гвендлане, чтобы попытаться выполнить задание своего командира.

«Одиссей» между тем готовился к предстоящему десанту. На околопланетную орбиту, кроме уже подвешенных гравипушек, были выведены автономные энергопоглотители и модуляторы полей, оснащенные управляющими комплексами, так что они не зависели от корабля и были полностью автоматическими со своим штатом обслуживающих специалистов. Вся поверхность Гвендланы оказалась таким образом под полным контролем линкора, так что с нее не мог подняться не то что челнок, квант излучения не мог бы незамеченным покинуть блокированную планету!

В назначенный час корабли Двенадцатой эскадры выплюнули в пространство шесть больших десантных челноков типа «кондор». На борту каждого из них находились полукогорта звездного десанта, три «росомахи» и три «калонга». Катапульта «Одиссея» выбросила малый десантный бот «стриж» с двадцатью пятью десантниками и старшим лейтенантом Вихровым. Пилотировал бот старший лейтенант Майк Строй, правая рука командира центурии капитана Бабичева.

Десантные челноки еще не успели отойти от кораблей-маток, когда в Главном центре управления «Молота Тора» самопроизвольно включилась дальняя связь и на всех мониторах центра появилось лицо пожилого человека. Это было очень странное лицо — темно-коричневая, словно прокопченная кожа была настолько изрыта морщинами, что нос, щель рта и надбровные дуги терялись на этой бугристой маске. Меж узко разрезанных век ярко пылали огненно-красные зрачки, оттененные темным глянцем глазных яблок, лишенных белков. Лоб был абсолютно гладким, словно темную кожу только что натянули на высокий куполообразный череп, а по бокам этой гладкой, начисто лишенной растительности головы были развернуты уши необыкновенной величины, отчетливо заостренные кверху.

Не успела вахтенная команда прийти в себя от неожиданного появления этой жутковатой физиономии, как та заговорила. Причем лицо оставалось неподвижным, словно голос модулировался не ртом и голосовыми связками вышедшего на связь существа, а какими-то совершенно иными органами:

— Правительство Гвендланы обращается к командирам и командам боевых звездолетов Земного Содружества. Мы уже предупреждали вас о недопустимости агрессии в отношении нашей суверенной планеты, однако вы не вняли нашим предупреждениям, несмотря на то что мы продемонстрировали вам нашу мощь, хотя старались пока не наносить вреда людям.

Запланированная вами на сегодня десантная операция не принесет ничего, кроме гибели и людей, и жителей планеты, подчеркиваю — бессмысленной гибели! Если вы будете продолжать агрессию, мы вынуждены будем ответить адекватно, как бы нам ни было жаль ни в чем не повинных людей, выполняющих бессмысленные приказы своего руководства. Более того, в случае продолжения военных действий против Гвендланы мы направим диверсионную группу в Солнечную систему, чтобы жители Содружества также испытали все прелести этой войны!

Правительство Гвендланы в последний раз обращается к вам: немедленно верните на корабли десант и покиньте систему Кастора! Не вынуждайте нас к ответным мерам!

Лицо на экране странно дернулось, и морщины на нем разошлись, открыв темную щель беззубого рта. По обоим центрам управления прокатился жуткий звериный рев, и лицо исчезло с экранов, оставив после себя бессмысленную черно-белую рябь вышедшей из строя системы связи.

Автоматика кораблей мгновенно переключилась на дублирующие сети, и сразу же стало ясно, что на десантных челноках тоже видели и слышали обращение Гвендланы. Однако на напряженно-вопросительные взгляды командиров десантных полукогорт контр-адмирал Эльсон ответил коротко:

— Продолжаем действовать по плану!

«Стриж» с «Одиссея» заложил крутой вираж и мгновение спустя пристроился чуть сверху и сзади одного из «кондоров». Десантные челноки начали неторопливо расходиться по намеченным посадочным орбитам.

Первым в атмосферу Гвендланы вошел «кондор», направлявшийся к исследовательскому центру «С». Как только позволила плотность атмосферы, в его брюхе распахнулись створки люка и из него вывалились все три «калонга». Несколько секунд они стремительно падали к красновато-коричневой поверхности планеты, а затем из их коротких, похожих на удлиненные бочонки фюзеляжей выдвинулись узкие крылья и высокие рули. Юркие машины немедленно разошлись в стороны, построились треугольником и пошли под челноком-маткой, словно прикрывая его от атак с поверхности планеты.

Когда до исследовательского центра оставалось около двадцати минут полета, с переднего «калонга» на «кондор» поступило сообщение:

— Прямо по курсу лоцируется три биологически активных объекта общей массой в три-четыре массы стандартного человеческого тела.

С десантного челнока последовал немедленный приказ:

— Уничтожить!..

Правый «калонг», мгновенно встав на левое крыло, круто ушел вниз к обнаруженным объектам и короткими, точными лучевыми ударами погасил на мониторах биолокаторов все три зеленых пятна. Через минуту он снова занял свое место справа от ведущего

В этот момент в атмосферу вошли еще два «кондора», несшие десант к исследовательским центрам «А» и «В». В точности повторив маневр первого челнока, они отгородились от поверхности планеты эскадрильями «калоногов».

А первый челнок был уже на подходе к исследовательскому центру. И тут мониторы диалоговой связи «планета-орбита» и на «кондоре», и на всех трех «калонгах» автоматически включились, и по светлой поверхности побежал стандартный запрос:

«Будете садиться?..»

Командир десанта, полковник Стефан Бэш, расположившийся в пилотской кабине «кондора», усмехнулся в пышные усы и, не поворачивая головы, бросил пилоту:

— Похоже, эти вояки одумались…

Его пальцы между тем быстро забегали по дублирующей клавиатуре управления, посылая на посадочную станцию центра стандартный ответ:

«Буду садиться…»

И тут же на экран монитора выскочил новый вопрос:

«На какую катапульту?..»

Быстрота его появления ясно показывала, что оператора посадочной станции заменяет автоматика. Впрочем, такое практиковалось часто и пилотов удивить не могло.

«На северную катапульту», — ответил командир десанта.

«Вас понял, — поступил сигнал с посадочной станции. — Северная катапульта будет готова к приему кораблей через одну минуту четырнадцать секунд. Параметры посадочных траекторий и характеристики электромагнитных ловушек будут выведены вам автоматически…»

«Можно садиться с подлета…» — быстро подсчитал в уме полковник и вдруг, сам не зная почему, скомандовал:

— Первым садится «калонг»-3, вторым — я. «Калонг»-1 и «калонг»-2 остаются в воздухе на патрулировании.

Практически сразу на экранах мониторов связи появились параметры траектории посадки, интервалы посадки для всех четырех летательных аппаратов и параметры электромагнитных ловушек. Все данные были идеальны.

Правый «калонг» резко увеличил скорость, оторвался от группы и пошел вниз, точно на медленно открывающуюся щель северной катапульты. Через пару секунд пилоты оставшихся трех машин увидели, как маленький аппарат начал быстро терять скорость в поле электромагнитной ловушки посадочной станции катапульты. Пилот «калонга» тут же передал управление машиной автоматике катапульты, и вдруг вместо того чтобы остановить двухместную машину и убрать ее с посадочной полосы, поле ловушки исчезло и маленький летательный аппарат, проскочив над щелью катапульты, врезался в мачту подвески створок. Сверкнуло короткое алое пламя и машины не стало. Не стало и двух десантников, пилотировавших ее!

Десантный челнок и два оставшихся «калонга» продолжали полет, но внутри них время, казалось, замерло… Пилоты, не веря своим глазам, смотрели на экраны обзорных мониторов, и тут по дисплеям диалоговой связи снова побежала строка:

«Будете садиться?..»

Только буквы на светлой поверхности экранов были издевательски алыми.

Этот стандартный запрос мгновенно вывел командира десанта из ступора. Страшным хриплым, надорванным голосом он рявкнул:

— Ах, ты!.. — дальше пошло самое страшное ругательство, когда-либо существовавшее на земных языках. — Ну я тебе сейчас…

Его рука потянулась к панели управления оружием, однако пилот ведущего «калонга» опередил свою матку. Чуть наклонив нос, маленькая кургузая машина плюнула огнем, и между медленно сходившихся створок посадочного комплекса катапульты на секунду вспыхнуло маленькое солнце. На месте испарившихся створок образовалась безобразная дыра, и металл по ее краям потек, словно растопленное масло.

В рубке челнока немедленно раздался усиленный динамиками голос контр-адмирала Эльсона:

— В чем дело, чем вызвано применение ракетного удара?

Полковник Бэш щелкнул тумблером связи и медленно, с трудом ответил:

— Потеряли один «калонг»… с экипажем. Посадочная станция северной катапульты предложила посадку, но при торможении «калонга»-3 посадочное поле отключилось. Уверен — это было сделано намеренно… Северная катапульта уничтожена… ракетным ударом.

— Понял… — сразу же ответил контр-адмирал. — Подробно доложите по возвращении. И попрошу вас больше не отступать от принятого плана действий!..

Связь с «Молотом Тора» прервалась. Командир «кондора» снова перекинул тумблер и процедил сквозь зубы:

— План действий?.. Не отступим!..

В этот момент «кондор», направлявшийся к исследовательскому комплексу «F», вошел в атмосферу Гвендланы и спустя некоторое время также выпустил три маленькие боевые машины. Бот с «Одиссея» словно привязанный незримой нитью следовал за десантным челноком, в сотне метров позади и чуть выше.

Капитан Бабичев вышел из кабины пилота в общий салон и подсел к Вихрову.

— Слушай, командир, у меня есть предложение… Игорь внимательно посмотрел в веснушчатое лицо капитана и кивнул:

— Слушаю…

— Над град-комплексом мы будем через пятнадцать — двадцать минут. Этот комплекс не вскрывался — туда во время первого десантирования не высаживались. Значит, с куполом провозятся еще минут двадцать, а то и больше… Я предлагаю не дожидаться, пока десант с эскадры проложит нам путь, да и высаживаться там же, где высадится эскадренная команда, нам не совсем удобно…

Капитан многозначительно посмотрел на старшего лейтенанта, и тот в ответ еще раз утвердительно кивнул.

— Понимаешь, я хорошо знаком с конструкцией куполов таких град-комплексов. Его можно вскрыть без термического воздействия… и довольно быстро. Правда, щель там довольно узкая, но мы сможем протиснуться.

— Так что, предлагаешь посадить бот на купол?..

— Нет… — улыбнулся Бабичев. — Предлагаю выброситься на крыльях, ну в крайнем случае полет чуть подправим антигравами, а бот пусть следует за челноком. Вполне возможно, что нас даже не запеленгуют. И пока силы град-комплекса, если они там есть, будут заняты десантом, мы потихоньку спустимся под производственный комплекс! Ты же засек живых именно там?!

Несколько секунд Вихров обдумывал предложение капитана, и оно показалось ему вполне разумным.

— Ты прав, — кивнул Игорь, — это может сработать…

— Вот только… — вдруг с сомнением протянул Бабичев и почесал себе нос.

— Что «только»? — быстро переспросил Игорь.

— Когда ты последний раз прыгал в «саранче» с крыльями и… с индивидуальным антигравом?..

— Я, мой дорогой, чемпион курса по фигурным атмосферным прыжкам в десантном скафандре и могу приземлиться в любую точку этого дребаного купола! — ледяным тоном пояснил Вихров. — А в «саранче» мне и антиграв придется включать максимум секунд на пять!..

В ответ на что капитан довольно улыбнулся:

— Тогда все в порядке!

— А где, кстати говоря, нам приземляться-то надо?.. — поинтересовался Вихров.

— Возле «выхлопа», — ответил Бабичев. — Через фильтры и пройдем!..

— Принимается! — решил Игорь. — Командуй своим людям…

— Да они в курсе, просто ждут, что ты решишь, — широко улыбнулся капитан.

— Ну, пусть больше не ждут, — улыбнулся Вихров, — я решил!

— Я в тебя верил!

Капитан хлопнул Игоря по плечу и поднял вверх правый указательный палец. Десантники заулыбались.

Атмосфера Гвендланы приняла последнюю пару «кондоров». Погрузившись в нее на три тысячи метров, они разошлись в разные стороны — серебристо-голубой пошел к исследовательскому центру «Е», черный — к «D». Спустя две минуты после разделения оба челнока выпустили «калонги», и те пристроились под своими матками. До намеченных целей им оставалось по пятнадцать минут полета.

А первый «кондор» уже висел над рваной дырой, проделанной в центре купола град-комплекса «С» предыдущим десантом. Сквозь разрушенное покрытие была видна совершенно пустая шестиугольная площадь, окруженная одинаковыми невысокими постройками общего назначения, среди которых только культурно-развлекательный центр выделялся своей яркой пятнистой раскраской и высоким шпилем, на котором колонисты обычно вывешивали знамя колонии. Правда, шпиль этого здания такого украшения не имел.

Челнок опускался очень медленно, явно осторожничая. Командир десанта, вглядываясь в это ненормальное, мертвое безлюдье, медленно говорил в микрофон:

— Система жизнеобеспечения град-комплекса не функционирует и, судя по результатам сканирования, жителей в нем нет. Только под лабораторными корпусами — северо-западный сектор центра — обнаружено довольно большое скопление активной биомассы. Однако, как мы могли убедиться, автоматика в град-комплексе поддерживается в рабочем состоянии и действует… безукоризненно. Поэтому прошу быть крайне внимательными! Несмотря на то что атмосфера планеты пригодна для дыхания, забрала не поднимать, оружия за плечи не вешать — эта прогулка может быть весьма… серьезной!

Он секунду помолчал, а потом скомандовал:

— Первый «калонг» — под купол! Второй «калонг» — надо мной, две тысячи метров! Первая манипула десантируется через двадцать секунд после сигнала с «калонга»-один, шаг десантирования — манипула каждые триста секунд!.. «Росомахи» идут со второй, третьей и пятой манипулами!.. Связью пользоваться только в исключительных случаях!

Командир десанта сделал короткую паузу и выдохнул:

— Начали!!!

Передний «калонг» ускорился и, словно береговая ласточка, нырнул в дыру купола. Его высота над городской площадью составляла около ста пятидесяти метров, и этого было вполне достаточно для маневра маленькой юркой машины. Второй «калонг» свечой ушел вверх, а «кондор» продолжал медленно опускаться. До отверстия в куполе оставалось метров шестьсот, когда в динамиках короткой связи раздался голос пилота первого «калонга»:

— Площадь чиста, окружающие постройки, судя по предварительному сканированию, пусты, в радиусе километра от места десантирования… «живности» не наблюдается!

— Первая манипула пошла! — рявкнул командир десантного отряда и первым нырнул в мгновенно распахнувшийся под ногами люк. Еще пятьдесят человек немедленно последовали за полковником.

Легкие десантные скафандры «саранча» позволяли десантникам, имевшим запас высоты, в определенной степени направлять свое свободное падение, так что все они, один за другим, без труда нырнули в отверстие купола. Оказавшись над град-комплексом, десантники включили индивидуальные антигравы и зависли в воздухе, подбирая подходящее место для приземления.

— На площадь! — принял решение полковник, и пятьдесят черных фигур следом за полковником начали медленно опускаться на пустую площадь, выложенную голубым стеклопластом.

В этот момент из «кондора» выбросилась вторая манипула и переливающийся серебром боевой робот. Когда десантники первой манипулы коснулись подошвами своих сапог стеклопласта площади, вторая манипула как раз миновала купол и зависла, выбирая место для приземления, только «росомаха» продолжала медленно опускаться на антигравах, прямо на расположение уже приземлившихся десантников.

Первая манипула быстро и бесшумно всосалась в окна и двери окружавших площадь домов, и только около командира десанта, укрывшегося под козырьком главного подъезда здания администрации град-комплекса, остался его личный десяток. Площадь снова была свободна и могла принять новое подразделение.

Именно в этот момент шпиль культурно-развлекательного центра заалел, словно его раскалили в невидимом огне, и через мгновение словно слабый ветер пронесся над мертвым град-комплексом.

Тут же включилась короткая связь, и в шлемофоне командира раздался странно спокойный голос командира второй манипулы:

— Первый, у нас отказали антигравы… У всех пятидесяти человек сразу!.. Мы падаем!..

Командир вскинул голову и увидел вырастающие прямо на глазах, беспомощно кувыркающиеся в воздухе черные фигурки! Только некоторые из них пытались использовать возможности своих скафандров и хоть как-то скорректировать свое падение, однако всех их ожидала безжалостно твердая поверхность центральной площади. Десантники, стоявшие около командира, не дожидаясь команды, попытались включить свои антигравы, чтобы, поднявшись в воздух, перехватить хотя бы некоторых из своих падающих товарищей. Шестерым это удалось, но подняться они смогли всего лишь метров на сорок, на этой высоте антигравы отказали и у них, так что эта попытка только увеличила число жертв.

Первой на стеклопласт площади рухнула «росомаха». Удар был так силен, что оба манипулятора робота оторвало от корпуса, а траки гусениц вместе с осколками стеклопласта шрапнелью разлетелись в разные стороны. Мощная боевая машина превратилась в груду покореженного металла и пластика. А еще через несколько секунд вся вторая манипула десанта перестала существовать — «саранча» не была рассчитана на падение десантника с высоты более ста метров!

Полковник Бэш включил короткую связь — заботиться о том, чтобы их не обнаружили, уже не приходилось.

— Внимание! — услышали пятьдесят человек третьей манипулы, уже находившихся в воздухе, и сто, еще остававшихся в «кондоре». — Под куполом град-комплекса по неизвестной причине не действуют индивидуальные антигравы! Повторяю, под куполом град-комплекса не действуют индивидуальные антигравы! Приземляйтесь на покрытие купола, а дальше спускайтесь по «паутине»! Четвертой и пятой манипулам приостановить высадку!

Говоря это, он сделал знак одному из своих десантников и тот навел раструб портативного излучателя на все еще светившийся шпиль культурного центра. Последовало короткое резкое шипение и шпиль медленно, как на рапиде, начал клониться назад, затем отделился от своего основания и пропал за обрезом крыши. Через секунду послышался грохот его падения.

Закончив говорить, полковник Бэш снова попробовал включить антиграв, но тот по-прежнему бездействовал. Тогда он, поглядывая вверх на рваную прореху в куполе, снова включил связь:

— Первый к «поиску», какие у вас новости?

Восемь пятерок первой манипулы, обшаривавших окрестные дома, отозвались немедленно:

— «Поиск» первый здесь… Нахожусь на втором этаже здания администрации. Пока пусто и чисто.