Тем временем Михаил оставил дерево и подобрался поближе к волшебной троице. Он следил за манипуляциями Геремора с видом дикаря, которого позвали на церемонию завинчивания электрической лампочки.

– Горит! - в полном восторге завопил милиционер, когда по крышке Боекомплекта побежали багровые огоньки.

Олло и Гиллигилл дружно скатились с бревна.

– Геиогуу инн ванн! - выкрикнул Геремор. Олло зажмурился.

Громыхнуло. Верхушки деревьев испуганно зашумели. Откуда-то сверху донесся жалобный крик, и все стихло.

Олло открыл глаза.

Место, где только что стоял Миша, окутывал непроницаемый туман. Кусок поляны размером двадцать на двадцать шагов исчез в молочно-белых клубах. Внутри чудного облака что-то сопело и ворчало.

– Чего это ты сотворил? - поинтересовался Гиллигилл, зачерпнув пригоршню тумана, будто манную кашу.

– Опять перестарался, - сказал Олло, наблюдая, за тем, как белые кудели поглотили двух упитанных лягушек, спешивших куда-то по своим делам.

Геремор фыркнул.

– Недотепы вы. Это Шестой Поливариантный Наговор Кизиинска.

Эльф пошуршал страницами инструкции.

– Туман действует как кокон, в котором безумие отделяется от пациента в виде альтернативной сущности, - зачитал он и глянул на приятелей с видом профессора, раскрывающего тайны мироздания перед малолетними преступниками.

Олло вытянул шею и тоже заглянул в пергамент.

– Смотри, - проговорил он. - Тут внизу, красными буквами… "Применять с осторожностью. Результаты воздействия непредсказуемы. Облик пациента может не сохраниться. Авторство заклинания приписывают Кизиинску, богу-шутнику".

– И что это значит? - Гиллигилл оторвался от созерцания волшебного облака.

– Сюрприз, - мрачно заявил Олло, чувствуя, что косички на голове нервно затрепыхались.

Геремор отмахнулся.

– Паникер. Ничего страшного там нет, и…

Его оборвал тихий взвизг, донесшийся из недр облака.

– Вот видишь, - продолжал Геремор, - опять, наверное, поросенок получился. Чем не альтернативная сущность?

– Поросенок! - мечтательно воскликнул орк. - Эх, сейчас бы пару жареных кабанчиков, а то в брюхе урчит.

Гиллигилл сграбастал пригоршню насекомых, вившихся над головой.

– Скорее уж жужжит, - съязвил Олло. - Хотя, от такой жизни и я скоро начну мух жрать.

– Только о жратве и думаете, - проворчал Геремор.

Замолчали, уставившись на столб тумана. Внутри что-то копошилось, слышались неясные звуки, но никто не выходил.

Солнце взбиралось все выше по небосводу. В траве шныряли полчища лягушек и прочей мелкой живности. Надрывались кузнечики. Комары поднялись на крыло и кровожадно верещали над волшебной троицей.

– Ну, долго еще?! - рассвирепел Гиллигилл, отбиваясь от голодных кровососов. - Чего оно не выходит?

Геремор пожал плечами.

– А ты на следующей странице читал? - спросил Олло, снова сунув нос в инструкцию.

Геремор помотал головой.

– Вечно не дочитаешь, - проворчал Олло и ткнул пальцем в завершающий абзац статьи. - Вот же, написано: "Ни исцелившийся, ни альтернативная сущность не в состоянии выйти из кокона самостоятельно. Дорогу им должен указать сотворивший заклинание". Понял, гений? Иди теперь, выводи своего поросенка, пока мы сами с голодухи умом не подвинулись.

Геремор не двинулся с места.

– А… а вдруг там… не поросенок?

– А что же еще? - удивился Олло. - Слышал же, как визжало.

– Неправильно оно визжало, не по-свинячьи, - стоял на своем Геремор.

– По-свинячьи, по-свинячьи, - уверил Гиллигилл. - Просто ты не тот диалект изучал. Топай, топай.

Геремор нерешительно шагнул к облаку, из глубины которого на этот раз послышалось невнятное бормотание и вой.

– Давай, давай, - подбодрил Олло, а сам, на всякий случай, спрятался за спину орка. - Ступай к пациенту, шарлатан.

Геремор сделал несколько глубоких вдохов, как будто собирался нырять, и исчез в облаке. Над поляной повисла тишина.

Время ползло как дряхлая улитка. Олло и Гиллигилл, снедаемые любопытством, молча вышагивали вдоль стены тумана, как часовые в карауле. Иногда кто-то из них замирал, прислушиваясь, и снова пускался в путь.

И вдруг…

– Помогите!!! - донесся из недр облака истошный вопль Геремора. - Аааа! Уберись! Вон! Пшел! Кыш! Брысь! Аааа!

Эльф орал так, будто его рвали на части. Вместе с ним выло и визжало что-то невидимое, и оттого еще более жуткое.

– Олло, Гиллигилл, скорей! - надрывался Геремор, перекрикивая неведомого монстра. - Нет! Не тронь! Не кусай! Фу! Отпусти, скотина!

Первым очнулся орк.

– Сейчас! - крикнул он и нырнул в белые клубы тумана.

"Если Геремора не прикончит какое-нибудь чудовище, это сделаю я" - подумал Олло, бросаясь следом.

Бежать оказалось неожиданно далеко. Внутри облако было куда больше, чем снаружи. Каким-то непостижимым образом шум и крики вдруг стали едва слышны, как будто отдалились на милю.

Внутренность облака смахивала на затянутую дымкой смесь больничной палаты и древнего поля брани, с которого так и не убрали тела погибших бойцов. В высокой траве белели кости, и поблескивали стальные предметы, подозрительно похожие на медицинский инвентарь.

"Должно быть, сюда после смерти попадают плохие врачи" - подумал Олло - "Наш полковой коновал точно здесь окажется, когда помрет. Будет целую вечность выхаживать вон того мертвеца, у которого изо рта торчат зубодерные клещи. Хотя, Глангул и покойника залечит до смерти".

Эльф продвигался вперед довольно долго. Пейзаж не менялся: трава, скелеты, и разбросанные в беспорядке крючки, щипцы и скальпели.

Внезапно издалека послышался торопливый топот пары тяжелых башмаков. Олло испуганно присел. Топот приближался.

Туман перед эльфом заколыхался, пошел волнами и вдруг распался на клочки. Из белого месива, высоко подпрыгивая в густой траве, вырвался Гиллигилл. Его буро-зеленое белье представляло собой одну сплошную дыру. Орк пронесся мимо, и исчез в тумане.

– Бегиии, - послышался его запоздалый крик.

Следом показался Геремор. Всклокоченные волосы стояли дыбом. Сквозь прорехи в одежде виднелись жуткие алые пятна. Эльф подпрыгивал еще выше орка, и было видно, что на грешную землю он опускается безо всякого удовольствия. В руках Геремор сжимал здоровенную лягушку. Скользкая тварь пучила глаза и отчаянно сучила лапками, норовя вырваться.

– Уматывай! - заорал эльф, увидав Олло. - Скорей, пока он и до тебя не добрался!

И тут Олло увидел нечто. Оно петляло в густой траве, кружило возле Геремора, то приближаясь, то отдаляясь. Едва существо поворачивало в его сторону, эльф сигал вверх - так высоко, как только мог.

– ААААА! - завопил Олло и задал стрекача.

Он мчался вперед, не разбирая дороги. Туман, трава, скелеты, металлический блеск - все слилось в сплошной серый вихрь. Наконец, впереди забрезжил солнечный свет. Олло еще наддал ходу, и через секунду вырвался на зеленую поляну перед избушкой.

Яркое солнце ударило в глаза. Зажмурившись, эльф налетел на Гиллигилла, который стоял со свежеотломанным суком наперевес.

– В сторону! - заорал орк. - Держись подальше. Когда оно выскочит, я встречу!

Олло отпрыгнул подальше, и тут из облака вырвался Геремор, а следом, скрытое травой, - то, от чего они все удирали.

– Аахх! - выкрикнул орк, опуская дубину. Геремор, обижено взвизгнув, ткнулся носом в землю. Выскользнув из его рук, лягушка исчезла в траве. Жуткое нечто, которому тоже досталось от Гиллигилла, громко клацнув, откатилось в сторону и затихло. А через секунду исчез туман - со всеми скелетами, медицинским скарбом и Мишей в придачу.

– Опа! - только и сумел выговорить орк, глядя на пустую поляну.

Олло наклонился к Геремору.

На белокурого эльфа жалко было смотреть. Перемазанное землей лицо приобрело цвет Гиллигилловых подштанников. В волосах запутались репьи, от одежды остались лишь грязные лоскутья.

– Лафуффаа! - простонал Геремор.

– Чего? - опешил Олло.

– Лахухка! - повторил страдалец, выплюнув часть травы.

– Лапушка? - подсказал сердобольный Олло. - Лапшичка? Ложечка?

– Лабуда?! - ввернул Гиллигилл.

– Лягушка! - выкрикнул, проплевавшись, Геремор. - Я лягушку упустил!

– А чего так орать? - удивился орк. - Съесть ее собирался? Хуже жратвы не придумаешь - помяни мое слово. Змеи не в пример лучше.

– Хватит чепуху молоть, - сказал Олло. - Миша где? Ты куда Мишу подевал, Геремор!

– Лягушка - и есть Миша! - завопил несчастный. - Он превратился. Все это окаянное заклинанье. Ловите его… ее! Скорей, пока с поляны не смылась!

Олло среагировал мгновенно. С легким щелчком распахнулась серая коробочка его Боекомплекта. Быстрый росчерк над крышкой, выкрик "Апиопазуууу!" - и по краю поляны выросла высоченная, гладкая как зеркало стальная стена.

Гиллигилл задрал голову. Высотой ограда была в два его роста - не меньше.

– Зачем? - вопросил орк.

– Как зачем, - удивился Олло. - Чтоб лягушка с поляны не сбежала.

– Зачем такая высокая, спрашиваю.

– Чтоб не перепрыгнула.

– Чудила, - пробурчал орк и повернулся к Геремору.

– Эта твоя лягушка хоть на Мишу похожа? Черты лица, цвет волос, и все такое…

– Знаешь, мне не до шуток, - окрысился эльф.

– Какие уж тут шутки, - Гиллигилл широким жестом обвел поляну, где копошились сотни лягушек. - Как ты узнаешь, какую из них расколдовывать? Ты ведь собираешься расколдовывать? Или предъявишь Наташе жениха в новом обличье, чтоб ей легче было выбирать между ним и тобой?

– Собираюсь, собираюсь, - отмахнулся Геремор. И добавил шепотом: - Только я не знаю, как расколдовывать лягушек.

– Что?! - воскликнул Олло, не веря своим ушам. - Ты не знаешь, как расколдовывать лягушек?

– Представь себе, не знаю! - рассердился Геремор. - Может, просветишь?

Олло всплеснул руками.

– Но это же классика! Это преподают в начальной школе. Или ты и в младенчестве ухлестывал за девчонками вместо того, чтобы заниматься делом?

– Так что это за способ такой? - спросил Геремор, проигнорировав укол приятеля.

– Да проще простого! Лягушку нужно поцеловать.

Олло расплылся в улыбке. Орк тихонько хрюкнул.

– А если я сейчас кое-кому шею сверну? - процедил Геремор.

Олло развел руками.

– Против природы не попрешь. Как там в учебнике… "Аксиома о лягушке. Чтобы расколдовать превращенного в лягушку, колдун, совершивший превращение, должен поцеловать означенную тварь в срок не позднее двух лун после совершения колдовства. В противном случае, заклятье становится необратимым". Во как помню. Старый Гезза розгами вбил. Фундаментальный закон, между прочим. Справедлив для всех миров. Такой же инвариант как… как отношение длины окружности к диаметру.

– Профессор! - фыркнул Геремор.

– Гыыы! - заржал орк. - Как целовать будешь - в засос или так, по-дружески?

– Да брешет он! - распалился Геремор. - Видишь, зубы скалит.