МЕГ. Ну "петух"... "пупсик"... Ну педрила, одним словом.

У к о р и з н е н н о.

На корабле-то всю дорогу без девки, а? Да и тут. Ну на корабле ладно, могла морская болезнь скрутить... Но здесь-то, столько месяцев и ни к одной не подрулили. Да. А теперь, говорят, много женщин ему подавай. И чтоб всех сразу! Очень за вас рада, лейтенант, оч-чень. Когда Мег - Вонючка Мег ( понадобится, только свистните, и я тут как тут. Ха-ха!

МЕГ торопливо уходит.

Появляется Роберт САЙДВЭЙ.

САЙДВЭЙ. А, мистер Кларк!

Отвешивает церемонный поклон.

САЙДВЭЙ. Я говорю вам "мистер Кларк", как мистеру Гаррику говорят "мистер Гаррик". К сожалению, мы не были представлены друг другу.

РАЛЬФ. Я видел вас на корабле.

САЙДВЭЙ. О, то были совсем иные обстоятельства. Не будем вспоминать об этом. Я ведь когда-то был джентельменом. Но жизнь распорядилась иначе. Как говорится, колесо фортуны... Говорят, вы собираетесь ставить пьесу... Ах, театр! Ах, "Друри Лэйн"! Мистер Гаррик. Божественная Пегги Уоффингтон.

Как посвященный посвященному.

Он поступил с ней жестоко. Бедняжка была так бледна и...

РАЛЬФ. Так, говорите, вы были джентельменом, Сайдвэй?

САЙДВЭЙ. В моей профессии, мистер Кларк, мне не было равных. Я карманный вор, родился и вырос в трущобах Бермондзи. Вы знаете Лондон, сэр? Скучаете? В эти самые мрачные дни моей жизни я вспоминаю счастливые годы, прожитые в этом великом городе. Рассвет на Лондонском мосту, дотронуться рукой до холодного железа - на счастье - вниз по Чипсайду, где уже толпятся уличные торговцы. Ах какие у них были пироги с требухой! Потом к Собору Святого Павла - у меня слабость к красивым церквям. И на Бонд Стрит ( работать. Вот она, вижу, стоит, богатая толстушка, не высший класс, конечно, стоит перед входом в лавку, никак не решится войти. А я уже решился, и вот ее пожитки весят ровно на один кошелек меньше. Теперь время выпить кофе, до пяти часов, а там - венец всему, апофеоз дня - театр "Друри Лэйн". Съезжаются экипажи, актеры спешат, джентельмены глазеют на дам, дамы хихикают, духи, туалеты, платки...

Вручает Ральфу платок, который только что у него украл.

Оцените класс, мистер Кларк. Ах, мистер Кларк, я умоляю вас, прошу как о высшей милости, позвольте мне играть на вашей сцене, позвольте еще разок испытать этот трепет перед началом спектакля. А вот и дамы идут, наши будущие Уоффингтон и Сиддонс.

Появляется Дэбби БРАЙАНТ. За ней неуверенно следует Мэри БРЕНЭМ.

Милые дамы! Мистер Кларк, я буду в кулисах, ждать ваших дальнейших распоряжений.

Порхающей походкой САЙДВЭЙ удаляется.

ДЭББИ. Вы хотели видеть Мэри Бренэм, лейтенант? Вот она.

РАЛЬФ. Да, да... Губернатор попросил меня поставить пьесу.

К Мэри.

Что такое пьеса, вы знаете?

ДЭББИ. Мы с Мэри, лейтенант, каких только пьес не видали!

РАЛЬФ. В самом деле, Бренэм?

МЭРИ (еле слышно). Да.

РАЛЬФ. А какие именно пьесы вы видели? Можете припомнить?

МЭРИ (еле слышно). Нет.

ДЭББИ. Названий я тоже не помню. Но если конец плохой, я это сразу чувствовала. А у этой пьесы какой конец, лейтенант?

РАЛЬФ. Хороший. Она называется "Офицер-вербовщик".

ДЭББИ. Лейтенант, мы с Мэри хотим играть в вашей пьесе.

РАЛЬФ. У вас есть актерские способности, Бренэм?

ДЭББИ. Конечно, у нас с Мэри есть способности. Я хочу играть подружку Мэри.

РАЛЬФ. Вам знакома пьеса "Офицер-вербовщик", Брайант?

ДЭББИ. Нет, но во всех этих пьесах у девушки обязательно есть подружка. Девушке же надо с кем-то посекретничать. А с кем еще, как не с подружкой. Я буду подружкой Мэри.

РАЛЬФ. У Сильвии... Это роль, на которую я хочу попробовать Бренэм. У Сильвии нет подруги. У нее есть кузина. Правда они недолюбливают друг друга.

ДЭББИ. Ого! Мы с Мэри иногда еще как недолюбливаем друг друга.

РАЛЬФ. Преподобный Джонсон сказал мне, что вы, Бренэм, обучены грамоте.

ДЭББИ. До десяти лет она ходила в школу. А на корабле она нам читала. Очень было хорошо - под чтение легче заснуть.

РАЛЬФ. Ну что же, тогда давайте немного почитаем из пьесы.

РАЛЬФ протягивает Мэри книжку. Та читает, неслышно шевеля губами.

Я имел в виду почитать вслух. Как вы это делали на корабле. Я помогу вам и прочту за судью Бэлэнса. Это ваш отец.

ДЭББИ. А возлюбленный у нее есть?

РАЛЬФ. Есть, но в этой сцене они вдвоем с отцом.

ДЭББИ. А как зовут ее милого?

РАЛЬФ. Капитан Плюм.

ДЭББИ. Капитан! Мэри!!!

РАЛЬФ. Начинайте, Бренэм. Вот с этого места.

МЭРИ. "Пока есть жизнь, есть и надежда, сударь. Брат может еще поправиться".

ДЭББИ. Здорово, лейтенант! Сразу видно, хорошая пьеса.

РАЛЬФ. Ш-ш... Она еще не закончила. Начните сначала. У вас хорошо получается.

МЭРИ. "Пока есть жизнь, есть и надежда, сударь. Брат может еще поправиться".

РАЛЬФ. Отлично, Бренэм! Вы очень хорошо читаете. Только чуть-чуть погромче. Теперь моя реплика. "На это трудно рассчитывать. Бедный Оуэн! Вот она - кара Господня. Я был рад, что мой отец умер, потому что он оставил мне состояние, и теперь я наказан смертью того, кто был бы моим наследником".

П а у з а.

РАЛЬФ тихо смеется.

РАЛЬФ. Это комедия. И все это не всерьез, а так, чтобы рассмешить зрителя. "Со смертью брата ты становишься единственной наследницей моего имения, которое приносит тысячу двести фунтов в год...".

ДЭББИ. Тысячу двести фунтов в год! Ну точно, комедия!

МЭРИ. "Я готова во всем повиноваться вам, сударь, объясните только, каковы ваши желания".

ДЭББИ. Правильно говоришь, Мэри. В самую точку.

РАЛЬФ. Думаю, для начала достаточно. Вы превосходно читаете, Бренэм. А вот смогли бы вы переписать пьесу? А то у нас всего два экземпляра.

ДЭББИ. Перепишет, лейтенант. А в каком месте появляюсь я, то есть кузина?

РАЛЬФ. Вы умеете читать, Брайант?

ДЭББИ. Вот все эти закорючки в книжке - нет, не умею. Зато я умею кое-что другое. Читать сны, например.

РАЛЬФ. Боюсь, вы не подходите на роль Мелинды. К тому же, у меня есть кое-кто другой на примете. А раз вы не умеете читать...

ДЭББИ. Мэри прочтет мне мою роль, лейтенант.

РАЛЬФ. В пьесе есть еще роль Розы.

ДЭББИ. Роза? Мне нравится это имя. Хорошо, я буду Розой. А кто она такая?

РАЛЬФ. Роза - деревенская девушка...

ДЭББИ. Я выросла в Девоншире, лейтенант. Лучшей Розы, чем я, вам вовек не сыскать. А что она делает?

РАЛЬФ. Она... Э-э... Трудно объяснить... Она влюбляется в Сильвию.

МЭРИ начинает хихикать, но тут же сдерживает себя.

Она думает, что Сильвия мужчина. И она... они... она спит с ней. Роза. С Сильвией. То есть... Уф! Сильвия с ней. С Розой. Но ничего не происходит.

ДЭББИ. Как же так ничего не происходит?

С м е е т с я .

РАЛЬФ. Сильвия ведь только притворяется мужчиной. И конечно, она не может...

ДЭББИ. Понятно. У нас это называется "играть на флейте". Ха! Ну тут у нас еще кое-кто не может. Ладно, я буду розой.

РАЛЬФ. Я должен сначала прослушать вас.

ДЭББИ. Я еще не знаю своих слов, лейтенант. Вот как выучу, тогда и прослушаете. Пошли, Мэри.

РАЛЬФ. Я еще не сказал "да"... Я не уверен, что вы годитесь для этой роли. Брайант, я вообще не уверен, что вы мне понадобитесь в пьесе...

ДЭББИ. Понадоблюсь, лейтенант. Мэри будет читать мне мою роль, а я, лейтенант, буду читать вам ваши сны.

Раздается грубый смех. Это Лиз МОРДЕН.

РАЛЬФ. А! Вот и ваша кузина.

П А У З А .

МЭРИ съеживается. ЛИЗ И ДЭББИ смотрят друг на друга, готовые в любой момент сцепиться.

Мелинда. Кузина Сильвии.

ДЭББИ. Она у вас в пьесе играть не сможет, лейтенант.

РАЛЬФ. Почему?

ДЭББИ. Не нужно быть пророком, чтобы предсказать: Лиз Морден будет повешена.

ЛИЗ смотрит на Дэбби. Кажется, сейчас они набросятся друг на друга, но в последний момент ЛИЗ передумывает.

ЛИЗ. Вы хотите, чтобы я играла в у вас в пьесе, лейтенант? Так мне сказали. Вот эта что ли?

Вырывает у Ральфа книгу.

Я просмотрю и дам вам знать.

У х о д и т .

СЦЕНА 6.

НАЧАЛЬСТВО ОБСУЖДАЕТ ДОСТОИНСТВА ТЕАТРА.

Поздний вечер.

Губернатор Артур ФИЛЛИП, майор Робби РОСС, судья Дэвид КОЛЛИНЗ, капитан Уоткин ТЕНЧ, капитан Джемми КЭМПБЕЛЛ, преподобный ДЖОНСОН, младший лейтенант Джордж ДЖОНСТОН, младший лейтенант Ральф КЛАРК, младший лейтенант Уильям ФЭДДИ. Мужчины разгорячены выпивкой, возбужденно спорят, перебивая друг друга и вместе с тем отдаваясь дискуссии со всей страстью, свойственной людям восемнадцатого века.

РОСС. Пьеса!

ПРЕПОДОБНЫЙ ДЖОНСОН. Мда-а-а...

РОСС. Пьеска! Пустышка! Дешевка!