Собравшиеся в зале оживленно переговаривались, строя самые разные предположения по поводу исчезновения кораблей. Впрочем, большинство сходилось в одном - это все дело рук пиратов.

В дверях наконец показался Илмар Два Меча и быстро прошел к трибуне для выступлений. Обвел взглядом зал, сказал несколько слов… Все закивали - ну что ж, они были правы - это и в самом деле пираты.

- Они напали на обратном пути, когда мы обходили Ранувий, остров у диких германских берегов, его еще называют Рюгеном или Руяном, - хмуро пояснил алеман. - У разбойников было три десятка судов - быстроходные либурны или что-то похожее. Они окружили наши корабли, словно волки добычу. Мы приняли бой - одно из наших судов, «Астиния», пошло на дно, остальные были захвачены, лишь «Борею» удалось уйти, воспользовавшись налетевшим шквалом. Если бы не Манис, кормчий, я бы не стоял сейчас перед вами.

Илмар склонил голову.

- Да, - едко заметил Лумиций Алтус, пилус приор, похожий на сухую осину. - Странно, что ты сам остался в живых!

Два Меча рассерженно вскинул глаза:

- Ты полагаешь, я сговорился с разбойниками?!

- Я этого не говорил!

- Но подумал! Ах ты…

- Тише, тише, - немедленно успокоил Илмара Юний. - Прошу задавать вопросы по существу дела.

- Что за товары были на попавших к пиратам судах? - встав и оправив тогу, поинтересовался эдил.

- Те же, что и на «Борее», - медь в слитках, вино, сукно, посуда. Ну и, конечно, оружие - мечи, щиты, копья.

- Хм, зачем нам столько оружия? - приложив ладонь к уху, неожиданно для всех прошамкал старичок квестор. - Мы что, собрались завоевать всю эту холодную, покрытую лесами и непроходимыми топями землю, а? Я вас спрашиваю, ага? - Квестор обвел взглядом собравшихся. - А ведь здесь не так много варваров, я бы даже сказал - мало, очень мало… И совсем не нужно нам столько оружия, ага, вот еще, зря тратить на него деньги.

- Оружие всегда пригодится! - немедленно, перебивая друг друга, вскинулись центурионы. - Кругом враги-варвары…

- Мечи и наконечники копий можно ковать и здесь, из местной руды, - ехидно усмехаясь, отмахнулся квестор - ух и желчный же был старичок. - Не вижу причин покупать все это в Германии!

- Да, пожалуй, квестор прав, - поддержали дуумвиры. - У нас же есть свои кузнецы… правда, мало.

- Вот именно, что мало!

- Так надо привлечь местных! Давно пора наладить отношения.

- Золотые слова! - восхитился Юний. - Да, давно пора наладить. И я не говорю сейчас о племенах, именующих себя «вепси», что живут в дальних лесах. О, нет, я имею в виду венедов!

- Венедов? - собравшиеся переглянулись. - Откуда они здесь?

- Переселились, пришли. - Рысь пожал плечами. - Помните того мальчишку, пастушонка?

- Какого еще пастушонка?

Юний махнул рукой:

- Кто не знает, потом поясню. А вообще, можете спросить у дежурного оптия или у старины Гая Каллиста, тессария. Еще вопросы?

Дуумвир Марк Фессий поинтересовался ситуацией в Нижней Германии, и не только в ней, а и вообще в Пакс Романа - римско-имперском мире. Чего, мол, там нового слышно?

- Цезарь Максимин, да продлит его годы Юпитер, подавил мятеж в Паннонии и разгромил дикие германские племена, - тут же отозвался выступающий. - Так что с этой стороны все спокойно.

- Слава цезарю! - встав, немедленно закричали все. - Слава!

- Да все еще ищет своего непутевого сына, мятежника и развратника. Адонис, так, кажется, его зовут.

- Да, Адонис. Как поймают, цезарь велел подвергнуть его самой позорной казни… Впрочем, может быть, и простит.

- Может быть. Слава цезарю!

- Слава! Слава! Слава!

Подождав, пока утихнет поднявшийся ураган верноподданнических чувств, Илмар Два Меча откашлялся и продолжил, теперь напирая на чисто германские провинциальные новости, коими живо интересовались все присутствующие, исключая разве что центурионов Лумиция Алтуса и Аврелия Фаста. Те были чистые римляне, явившиеся в Германии вместе с Максимином Фракийцем, тогда еще не императором, а трибуном.

Илмар в подробностях рассказал о новом строительстве, затеянном наместником Нижней Германии сенатором Гаем Феликсом, о выборах в городской совет Колонии Агриппина, о пожаре, случившемся в лупанарии старика Фротильда Кривые Ноги. Пожар почему-то заинтересовал многих - дуумвиры и эдил стали переглядываться, даже главный центурион Хирольд и тот усмехнулся в бороду - видать, веселое заведение старика Фротильда было им весьма памятно.

- И что, все-все сгорело? - живо спросил Тит Фабий, эдил.

- Дотла! - подтвердил Два Меча. - Два соседних доходных дома и те пострадали.

- А девки, девки что же, не выбрались?

- Да выбрались, слава богам, успели. Пара пьяниц, говорят, сгорела, ну, те уж никак не могли выползти…

Немного еще посудачив, члены собрания вернулись к серьезным предметам и вынесли постановление: в следующий раз оружия в Нижней Германии не покупать, а ковать самим, из местной руды - это раз. После тщательной разведки наладить отношения с пришлыми венедами, а в дальнейшем, быть может, использовать их как федератов или вообще даровать права граждан (то же, в общем-то, касалось и веси) - это два. Третий пункт был о пиратах - тут сошлись на том, что виной всему злая воля богов, следовательно, и постановить было нечего. Четвертый пункт утверждал решение о привлечении в новую колонию поселенцев, что было бы крайне важно. Народу, прямо сказать, не хватало, особенно умелых ремесленников - кузнецов, оружейников, плотников. Да и корабельных дел мастера были очень нужны, да и серебришко бы, честно говоря, не помешало.

- Боюсь вас прервать, уважаемые, - выслушав, усмехнулся Юний. - Но все это пусть терпит до конца лета - именно тогда мы отправим в Германию корабли. Или корабль, если не сумеем построить другие. К этому времени мы должны найти тех, у кого можно закупить хлеб - именно этого от нас ждут в империи. И этот поиск, пожалуй, наше важнейшее дело.

Все разошлись, и Юний, лично простившись с каждым, пригласил Илмара на обед в свой, торопливо выстроенный еще по осени, а ныне успешно перестраивающийся дом. Рыси не терпелось узнать о том, что алеман не счел нужным вынести на обсуждение совета. Жилище легата располагалось в глубине просторного, огороженного частоколом двора, недалеко от центральной площади, пышно именуемой форумом Максимина. Прихожая - атриум - украшенная на римский манер статуями и картинами, не имела отверстия в крыше: здешний климат не позволял слепо копировать римские образцы. Зато в атриуме имелся очаг для обогрева, такой же, как и в обеденной зале - таблиниуме. Уж там-то все было как и заведено - три поставленных под прямыми углами друг к ДРУГУ ложа вокруг небольшого стола, а между ними - подставки для кувшинов с вином. Сейчас подставки не пустовали, правда, в кувшинах плескалось не вино, а перебродивший березовый сок, надо сказать, неплохо заменявший вино.

Кроме Юния и гостя, на обеде присутствовала и Вента, имевшая, вообще-то, собственный дом с прислугой и весьма весомое положение в высшем обществе Нордики, вполне сравнимое с положением какой-нибудь римской вдовы-аристократки. Не так давно Юний сделал ей официальное предложение стать его женой, и Вента ответила согласием - свадьба, по местным обычаям, была назначена на начало осени. Хотя и так все догадывались, что легат и эта молодая, но весьма высоко себя поставившая особа сожительствуют в полной мере. Подобные отношения были весьма распространены в Риме и назывались конкубинатом.

Дождавшись, когда слуги принесут яства, в основном дичь и рыбу - форель, щуку, хариуса, - Юний лично наполнил кубки.

- Пью за твое возвращение, Илмар, - негромко произнес он. - И за то, что ты мне сейчас расскажешь.

Кивком поблагодарив, алеман с видимым удовольствием осушил кубок и, одобрительно крякнув, потянулся к закуске.

- Так мы ждем рассказа, - напомнил легат.

- Угу. - Илмар Два Меча вытер руки о подол туники - бывший гладиатор и разбойник, он никогда не корчил из себя аристократа. - Первая новость, думаю, тебя обрадует - Домиций Верула убит.

- Как убит?! - Рысь и в самом деле обрадовался. Еще бы - в свое время Домиций попортил ему немало крови. - Казнен или…

- Или, - потянувшись к кувшину, усмехнулся гость, - говорят, его убил собственный раб… Может быть, даже по приказу принцепса. Слишком уж большую волю взял себе Домиций в последнее время, по крайней мере именно так говорил Гай Феликс.

- Да, а что Феликс? - вступила в разговор Вента, синие глаза ее заинтересованно блеснули. - Он наконец поднял мятеж?

- А вот и нет. - Илмар засмеялся, показав крупные зубы. - И это - вторая новость. Принцепс благоволит ему и во всем доверяет.

- Я бы на его месте не доверял, - выплюнув рыбью кость, не преминул заметить Рысь. - Гай Феликс вовсе не отличается преданностью.

- Феликс - благородный человек, - обиженно произнесла Вента. - Не забывайте, это ведь именно он когда-то выкупил меня из рабства…

- И сделал своей шпионкой. - Юний улыбнулся. - Очень, очень успешной… Ладно, не злись, я ведь шучу.

Девушка хмыкнула:

- Зря шутишь. Я много чем помогла Феликсу.

- Да знаю, знаю… Так ты, Илмар, говоришь, Феликс так и не поднял мятеж и не провозгласил себя независимым правителем Нижней Германии, как собирался?

- А зачем ему это? - усмехнулся Илмар. - Если он и так полный хозяин Германий. Да-да, Германий - и Нижней, и Верхней - и, кто знает, может быть, очень скоро под его руку отойдут Реция и Норик?

- Цезарь ему так доверяет? Впрочем, ты об этом уже говорил…

- Так сказал мне Гай Феликс, - согласно кивнул алеман и, хитро прищурив глаза, добавил: - Однако у меня и у самого есть глаза, уши и ум.

- И что же они тебе сказали?

- Сказали, что Максимину Фракийцу просто некуда деваться! Не таким уж и хорошим правителем он оказался, даже в глазах тех легионов, благодаря которым получил трон. Многие, очень многие, недовольны. А Феликс сидит тихо, не высовывается и не возмущается. И за это получил очень многое.

- Да, но долго ли продлится благоволение цезаря? - задумчиво произнес Юний. - Максимин Фракиец - человек непредсказуемый и жестокий.

- Думаю, у Феликса хватит ума его использовать, сколько будет возможным, - убежденно возразила Вента. - Да, кстати, он не выполнил просьбу Юния об апелляции?

- Ах да, - гость вдруг снова прищурился, - совсем забыл, - эту фразу он произнес насквозь фальшиво - ясно было, что не забыл, паршивец этакий, просто приберег самое вкусное напоследок.

- Вот, - он вытащил из-за пазухи пергаментный свиток с имперской орленой печатью и протянул его Рыси, - читай.

Юний торопливо развернул свиток:

- Постановление суда принцепса. Апелляция удовлетворена. Решение преторского суда, по которому некто Ант Юний Рысь Юстус, частный юрист из Могонциака - сиречь, я - был признан виновным в оскорблении величия цезаря, отменено властью принцепса.

- Феликс всегда уважал тебя, - тихо сказала Вента. - Всегда.

- Да, я знаю, - засмеялся Рысь. - Только один раз так подставил, что… Впрочем, не будем о грустном.

- Вот именно, - отозвалась девушка. - Илмар, будь добр, плесни-ка березовицы.

Обед, незаметно перешедший в пир, затянулся до поздней ночи - светлой, как и всегда здесь в это время. Вспомнили общих знакомых - кое с кем алеман виделся в Колонии Агриппина. Перемыли косточки цезарю, поругали - лениво, Илмар и Вента в прошлом и сами разбойничали - пиратов и переключились на местные городские дела. Собственно, основанный в начале осени город, именовавшийся Нордика, пока что представлял собой практически обычный военный лагерь. Бедновато кругом, прямо скажем. Жители - в основном легионеры и обслуга, а вот людей, так сказать, гражданских специальностей мало. Даже мелких землевладельцев-ветеранов - и тех еще не имелось, почти все легионеры были еще слишком молоды для того, чтобы мечтать об участке земли и заслуженной пенсии.

- Так привлекайте местных, - посоветовал гость. - По эдикту Каракаллы, они будут иметь права римских граждан, а это многого стоит.

- Не очень-то хотят они здесь селиться, - со вздохом признал Юний. - Верят в каких-то темных лопьских богов, - дескать, те не велят…

- Каких-каких богов?

- Лопь или, как они себя называют, саами. Этот народ когда-то давно жил в здешних местах, потом ушел, а на их место пришли весь и мы, род Доброя, - пояснил Рысь. - Думаю, надобно как-то развенчать эту дурацкую легенду - нам нужны люди. Правда, - легат ненадолго задумался, - есть здесь еще одно племя… или только род, пока не знаю… Из наших, из венедов - сло-вен.

- Из наших? - встрепенулась Вента. - Откуда они здесь?

- Откуда был и мой род. Пришли. Вернее сказать, вынуждены были прийти, спасаясь от многочисленных и жестоких врагов. Если пастушонок не соврал, они живут совсем рядом.

- Какой еще пастушонок? - хором переспросили Илмар и Вента.

- Так, не вникайте… Я послал за ним одного охотника из хавков, Луминия Гавстальда… Ты, Два Меча, должен бы знать его.

Гость кивнул:

- Знаю Гавстальда - охотник знатный.

- Вот и я о том. Пора бы уж ему прийти.

Поставив опустевший кубок на стол, Юний громко позвал слугу и велел бежать в штаб - узнать, вернулся ли Гавстальд.

- Исполню, мой господин. - Слуга, молодой парень из бедняцких трущоб Колонии Агриппина, поклонился и исчез за дверью.

Вернулся он очень скоро и громко доложил:

- Луминий Гавстальд, милес грегариус из второй когорты, ожидает в атриуме, господин!

- Ожидает? - Рысь хмыкнул. - Так пусть войдет!

Вошедший хавк, в пластинчатой лорике сегментата и шлеме, приложил сжатый кулак к левой стороне груди:

- Я только что вернулся, господин легат.

- Докладывай! Ну, что ты стоишь? Здесь все свои.

- Я знаю тебя, мой легат, - легионер чуть склонил голову, - и знаю госпожу Венту. А вот этого человека, - он кивнул на Илмара, - что-то совсем не припомню.

- Вот так, - захохотал алеман. - Зато я много о тебе слыхал, славный Гавстальд, правда, это было еще в Нижней Германии. В корчме хромого Теодульфа до сих пор рассказывают, как ты - в одиночку и без оружия - победил медведя-людоеда.

- Скорее перехитрил, - польщено улыбнулся воин. - Так будет вернее.

- Этот человек, - Юний кивнул на Илмара, - с сегодняшнего дня назначается префектом по чрезвычайным ситуациям. И я намерен перевести тебя, Гавстальд, под его начало. Еще среди легионеров есть охотники-звероловы?

Хавк задумался, взъерошив косматую бороду. Все ж таки, несмотря на бороду, видно было, что Луминий Гавстальд еще довольно молод, вряд ли старше двадцати пяти. Правда, силен, статен, осанист.

- Да, найдутся, - наконец произнес он. - Некоторых я знаю.

- Вот и отлично, - заключил Рысь. - Теперь докладывай о том пастушонке.

Гавстальд доложил основательно. О том, как тайно прокрался за пастухом и сопровождающим его воином, проводившим мальца почти до самой поскотины, о том, как, таясь за деревьями, следовал за стадом и пастухом почти до самого селенья, а дальше не пошел - собаки.