— Слушай, если я дам тебе тридцать тысяч, ты оставишь меня в покое?

— И не подумаю. Завтра утром ты обратишься в мэрию за разрешением на брак. На формальности уйдет, приблизительно, неделя, тем временем мы поищем кого-нибудь, кто мог бы продать нам пай в компании воздушных такси. Если не найдем — уедем отсюда. И кроме того, завтра ты переведешь в Западный национальный банк на мое имя двадцать пять тысяч.

— Если ты выдашь меня полиции, — выложил последний козырь Гарри, — сама попадешь за решетку на десять лет.

— Мне все равно. В камеру смертников я, в отличие от тебя, не попаду.

— Ты за это поплатишься! — воскликнул Гарри. — Я разделаюсь с тобой!

— Нечего кричать, — спокойно сказала Глори и вышла из домика.

Берг шмыгнул из-под освещенного окна в темноту Глори прошла совсем рядом с ним и направилась в ресторан.

Несколько минут Гарри сидел неподвижно, потом вскочил и бросился к телефону.

— Послушай, малышка, ты была права. Возникли кое-какие трудности с Глори. Она хочет вытянуть побольше денег. Она догадалась о наших отношениях. Пока отложи разговор с отцом. Нам лучше не встречаться, пока эта дрянь не уберется отсюда. Я позвоню тебе тогда.

Положив трубку, он пошел на пляж и, сев под пальмой, задумался. Нужно было любой ценой избавиться от Глори. Но как? Пока обстоятельства складывались в его пользу — в Майами они появились недавно и еще не обзавелись знакомыми. Если он… Джейн будет думать, что Глори уехала в Мексику к брату. На самом же деле родных у нее нет, так что никто не будет беспокоиться.

Гарри поднялся и направился в бар. Там он спросил бармена, нет ли у него крупномасштабной карты местности. Карта нашлась, и Гарри изучал ее минут двадцать. Потом он поблагодарил бармена и отправился к домику. Окно было освещено, и тень Глори четко вырисовывалась на фоне шторы. Когда Гарри зашел в комнату, Берг снова занял свой наблюдательный пост под деревьями.

Глори собиралась ложиться. Она, молча, стояла перед зеркалом и расчесывала волосы.

— Хочу извиниться перед тобой, — сказал Гарри. — Я вел себя, как последний негодяй. Мне очень жаль…

— Ты не можешь выражаться ясней? — холодно поинтересовалась Глори.

— Я сейчас обо всем подумал. Не знаю, что на меня нашло. Я ведь, действительно, всем тебе обязан. Но ты же знаешь меня, Глори. Эта девочка сбила меня с толку: у нее столько денег. Теперь я понял, что старик не подпустил бы меня к ней ни на шаг. Ты все сказала правильно, Глори: будь моей партнершей, если хочешь. Могу даже научить тебя летать. Ну, прости меня, девочка. Ты не представляешь, как мне стыдно за все, что я тут говорил и делал…

— Боже, какое счастье, — проговорила Глори, бросаясь к любимому. — Прости и ты меня, прости, Гарри, что я тебе угрожала. Я делала это ради нас обоих.

— Конечно же, Глори, конечно. Вот все и уладилось. Ты всегда была умницей. Мне кажется, будет лучше, если мы уедем из Майами. Боюсь, эта девочка не оставит меня. Давай, завтра же уберемся отсюда. Я куплю машину, и мы сможем уехать, ну, например, в Нью-Йорк, хочешь? А там поженимся. Я положу на твое имя двадцать пять тысяч долларов, давно уже надо было сделать это.

В глазах Глори заблестели слезы.

— Хорошо, милый.

Он притянул Глори к себе, но она высвободилась.

— Не трогай… Не сейчас. Со временем это пройдет, но пока я не могу, Гарри, мне неприятно.

— Поверь, все будет хорошо…

* * *

Утром Гарри купил старый “бьюик”, поставил его в центре города, а сам направился в магазин хозтоваров. Там он купил лопату с короткой ручкой, вернулся к машине и спрятал покупку в багажник.

Берг, который шел следом, сразу догадался о назначении покупки. Он видел, как Гарри достал из ящика с инструментами тяжелый разводной ключ и спрятал его в карман на дверце…

Догадавшись обо всем, Берг выехал на автостраду и, свернув на одну из боковых дорог, стал ждать. Приблизительно через час машина Гарри проехала мимо и вскоре уже мчалась вдоль берега канала Тамиано. Гарри посмотрел в боковое зеркальце: сзади мчался какой-то автомобиль, но за ним открывалась лента совершенно пустой дороги. Гарри сбросил скорость, пропуская автомобиль.

— Слышишь, что-то гремит?

— Нет, я ничего не слышала, — ответила Глори.

— Наверное, показалось, — сказал Гарри, нажимая на тормоз… Сердце его колотилось где-то в горле, по лбу струился пот.

— Глори, посмотри все же: сзади что-то гремит. Кажется, отскочил задний бампер.

Рука его скользнула в карман на дверце и пальцы крепко сжали рукоятку ключа. Глори обошла машину и наклонилась.

— Вот оно, — вспыхнуло в его мозгу, — один удар и все. Потом я оттащу ее в кусты.

Он подошел сзади, держа ключ за спиной.

— Ничего не отскочило, Гарри, тебе почудилось. Теперь они стояли лицом к лицу и смотрели друг другу в глаза. Он, не выдержав этого взгляда, сам склонился над бампером.

— Верно… Мне показалось.

Он до боли в пальцах стиснул тяжелый ключ и, когда Глори повернулась спиной, замахнулся. Сзади послышался шум автомобильного мотора. Быстрым движением спрятав ключ в карман, он сделал шаг и взял Глори за руку.

— Подожди немного… Слушай, давай пойдем в лес, разомнемся немного.

— О, нет, — испугалась Глори, — там полно змей, я не пойду.

Рядом остановился нефтевоз, из окна высунулся водитель:

— Вы не знаете, денбриджская станция обслуживания на этой дороге?

Глори села в “бьюик” и закрыла дверцу.

— Да, — буркнул Гарри, — мили через три. Водитель поблагодарил, и тяжелая машина тронулась с места. Гарри некоторое время провожал ее глазами, потом медленно обошел вокруг автомобиля.

— Это нужно было сделать на побережье, — думал он. — Останавливаться здесь — настоящее безрассудство!

— Я совсем забыл про змей, — проговорил он, садясь рядом с Глори.

"Бьюик” глотал милю за милей. Гарри вспомнил, что где-то здесь должна была быть развилка. Минут через десять он свернул налево.

— Что это за дорога? — забеспокоилась Глори.

— Здесь так мило… Через полчаса мы выедем на автостраду. Смотри, какой чудесный пляж. Давай искупаемся, а?

— Мой купальник на самом дне чемодана, — возразила Глори.

— А на что он тебе сдался? Кто нас тут увидит?

— Тогда пойдем купаться, — согласилась Глори. Она вышла из автомобиля и направилась к морю, оставляя за собой цепочку мелких следов. Пляж был пустынный и дикий.

— Вот оно, то самое место, — решил Гарри, — лучше и не найти.

Глори стояла лицом к морю. Легкий ветерок трогал ее волосы, платье облегало тело. Внезапно она обернулась и посмотрела на Гарри, который, увидев ее глаза, застыл на месте. Он понял — Глори все знает! Они долго смотрели друг на друга, и в ее глазах постепенно появлялось презрение:

— Что же ты медлишь?

Если бы она закричала, бросилась бежать, Гарри не колебался бы, но теперь…

— Делай свое дело, — без тени страха сказала Глори. — Я знала, что ты задумал, так давай же. Мне все равно!

— Ты не должна была угрожать мне, — пробормотал Гарри. — Ты сама напросилась.

Глори посмотрела на ключ, который он сжимал в руке.

— Это и есть орудие убийства? А я-то думала: что он все время прячет в кармане?

— Ты стоишь у меня на пути, — прохрипел Гарри. — Неужели ты думаешь, что будет по-твоему? Я хочу жениться на Джейн, а не на тебе, поняла? Старик после смерти оставит нам все свои миллионы. Миллионы! Понимаешь ты это? Я не могу упустить такой шанс.

Берг, спрятав автомобиль в лесу, наблюдал за этой сценой. В жаркой тишине отчетливо слышалось каждое слово.

— Я с самого начала знала, что ты убьешь меня, знала, но не могла поверить. Откуда в тебе эта жестокость? Впрочем, о чем говорить… Чего же ты тянешь?

Гарри не мог пошевелиться, пот застилал ему глаза.

— Что ж, я отвечу за тебя, — продолжала Глори. — Не можешь решиться, потому что ты трус, и всегда был им. Вспомни, как ты дрожал, когда твоей жизни угрожала опасность. И все же я продолжала любить тебя! И мне страшно сейчас, потому что есть вещи пострашнее смерти. Я сама не хочу жить после всего, что произошло. Что же ты трясешься, жалкий трус? Бей!

Гарри замахнулся.., потом яростно швырнул ключ в сторону. Он пролетел несколько метров и упал на песок, неподалеку от Берга.

— Твоя взяла! — крикнул он, закрывая лицо руками. — Я не могу этого сделать! Пусть все будет, как ты хочешь. Я женюсь на тебе, и стану во всем слушаться, но имей в виду: я буду ненавидеть тебя всегда. Всю жизнь.

— Я не пошла бы за тебя, даже если бы ты был единственным мужчиной на земном шаре! — крикнула Глори. — Наверное, я помешалась, когда любила тебя. Прочь отсюда! Я не хочу ни тебя, ни твоих подлых денег. Мне было нужно понять всю низость твоего падения, теперь я видела эту страшную подлость. Все ужасно. Это как если бы мне отрезали руку, но вот теперь она отрезана, мне больно, но уже не страшно. Дело сделано. Убирайся к своей блондинке и женись, только не думай, что я завидую ей. Что ты, я сочувствую бедняжке. А теперь — прочь с моих глаз!

Презрение, которым были наполнены слова Глории больно ранило его. Гарри казалось, что его отхлестали бичом.

Он повернулся, направился к “бьюику” и, включив двигатель, поехал к автостраде. Через несколько миль он остановился: тело его сотрясал холодный озноб. Положив голову на руль, он закрыл глаза. В ушах все еще звучал голос Глори и ее жестокие слова. Впервые в жизни Гарри чувствовал себя негодяем…

* * *

Глори бессильно опустилась на песок. Она слышала звук мотора, но даже не пошевелилась. Ее не волновало, что придется пешком идти до автострады и там ждать попутную машину. Ей было все равно. Без мыслей и без чувств сидела Глори на берегу и поэтому не слышала, как подкрался Берг. В правой руке, обтянутой черной перчаткой, он держал ключ, брошенный Гарри. Лишь, когда на лицо Глори упала тень, она поняла, что здесь кто-то есть. Женщина подняла голову, и крик ее замер, не успев родиться: перед глазами возникло толстое, неподвижное лицо убийцы и рука с занесенным ключом. Страшный удар пришелся по переносице, и Глори погрузилась в темноту…

* * *

Гарри опомнился, когда солнце начало припекать ему затылок. Он не мог понять, сколько времени провел вот так, склонившись на руль. Постепенно в голове прояснялось: Глори осталась одна на пустынном берегу. Он торопливо запустил двигатель и погнал машину обратно к пляжу. Полуденное солнце слепило глаза. Прищурившись, он разглядел Глори, которая лежала на песке, возможно, спала.

— Глори! — позвал он и застыл в испуге. На белом песке виднелось красное пятно. Сигарета, которую он собирался закурить, выпала из пальцев. Он оглянулся: пляж был совершенно пуст. Он посмотрел в сторону леса, не предполагая, что из-за дерева, сжимая в руке пистолет, наблюдает за каждым его движением Берг.

Гарри стал искать на песке хоть какие-нибудь следы, но здесь были только отпечатки его ботинок и маленьких туфелек Глори: Берг, отступая к лесу, ступал в свои старые следы и потом заравнивал их руками. Если на пляже сейчас кто-то появится, Гарри несомненно обвинят в убийстве, но он должен был осмотреть лес. Подойдя к кустам, он услышал шум автомобильного двигателя. Значит, действительно, в чаще кто-то прятался, и теперь, пользуясь растерянностью Гарри добрался до машины и собирался уехать. Гарри бросился к шоссе, но машины уже и след простыл.

Что делать? Сообщить в полицию? Но кто ему поверит? А если его арестуют, обязательно дактилоскопируют, и тогда всему конец!

Гарри достал из багажника лопату и вернулся к месту, где лежала Глори. Нужно было отнести ее в лес, чтобы закопать, но он не мог заставить себя сделать это и принялся копать яму в песке. Нужно было еще заровнять свои следы. Полчаса он работал, обливаясь потом, а потом, немного отдохнув, пошел в лес, чтобы зарыть чемодан Глори. Сверху на это место он положил сухую сосну и посидел, чтобы немного отдохнуть. Потом он вспомнил о ключе: надо во что бы то ни стало найти его, ведь там могли остаться отпечатки пальцев! Гарри помнил, как швырнул его в сторону леса и решил обыскать опушку. Не прошел он и десяти шагов, как увидел след от громадного ботинка. Сомнений не было: его оставил человек, который поднял ключ, которым и убил Глори. Если убийца бросит ключ, а полиция его найдет, Гарри несомненно обвинят в убийстве, и тогда уже ничто его не спасет. Больше часа он лихорадочно обыскивал лес, но все напрасно. В конце концов, Гарри решил, что все это надо выбросить из головы и вернуться в Майами. К Джейн.

Гарри вернулся к машине и выехал на автостраду. Движение было очень оживленным, и он миновал стоящий на обочине автомобиль Берга, не обратив на него внимание. Берг выждал несколько секунд и поехал следом за “бьюиком”.

В Майами Гарри прибыл в половину пятого и, остановившись возле аптеки, позвонил Джейн. Ему ответили, что мисс Гренджер будет после шести. После коротких поисков Гарри снял домик в мотеле неподалеку от Бискайского бульвара, поставил рядом с ним свой “бьюик”, и вошел в свое новое жилище.

Через минуту на бульваре появилась машина Берга, который взглянул на номер домика и, пройдя в контору, потребовал, чтобы ему сдали соседний.

* * *

После шести Гарри позвонил Джейн.

— Я все уладил, она уехала.

— Правда? А куда?

— В Мехико. Разве я не говорил, что там живет ее брат?

— Она поехала поездом?

— Да, — ответил Гарри, начиная сердиться. — Послушай, Джейн, давай забудем о ней. Когда мы увидимся?

— Где ты?

— Мотель недалеко от Бискайского бульвара, домик 376.

Джейн приехала очень скоро.

— Входи, — пригласил он, поднимаясь навстречу. — Это не такой шикарный мотель, как прежде, но он дешевле, а я должен сейчас экономить.

— Гарри, я так счастлива, что все уже позади. Мне было неспокойно. Не верилось, что эта женщина отпустит тебя.

Гарри наклонился, чтобы поцеловать девушку, и зашептал что-то, сжимая ее в объятиях.

— Милый, мы же хотели поговорить о делах.., пожалуйста, не нужно… У нас еще будет время.

— Конечно, впереди целая вечность.

— Нет, дорогой, к ужину я должна быть дома.

— Скверно, — сказал он, подходя к двери и поворачивая в замке ключ. Потом он вернулся к окну, чтобы задернуть штору и оцепенел.

— Что случилось? — тревожно спросила Джейн. Гарри молчал, не в силах пошевелиться. Джейн подбежала к окну, но Гарри оттолкнул ее.

— Отойди! — в панике крикнул он. — Там.., там полиция!