— Все узнали обо мне практически все! — Он вытянул свои длинные ноги. — Это верно. Я не всегда выполняю обещания.

— Вы беретесь за определенную работу, получаете деньги и затем бросаете порученное дело, — продолжала она. — Весьма легкий способ зарабатывать на жизнь, правда?

Корридон кивнул.

— Да. Порой даже слишком легкий. — Он ответил беззаботно, но был удивлен ее спокойствием. Он предполагал, что девушка в ярости бросится на него, и в глубине души был бы рад, если бы она так поступила. Он чувствовал бы себя увереннее.

— И у тех, которые вам платят, не остается никакой надежды?

— Ни малейшей, — весело согласился Корридон. — Дела, которые мне предлагают, обычно не терпят огласки. Но, разумеется, у вас есть моя расписка, можете подать на меня в суд, — добавил он и рассмеялся.

Жанна погасила окурок, взяла коктейль и долго смотрела на Корридона поверх бокала. Он приготовился увернуться, думая, что она выплеснет содержимое ему в лицо. Но вместо этого девушка одним глотни выпила полбокала, подошла к дивану и села.

— Полагаю, Крю сообщил вам, что наши документы не в порядке? И, следовательно, что мы не имеем права находиться в Англии?

— Между прочим, да. Я еще отметил, что с вашей стороны несколько рискованно рассчитывать на мою расписку.

— Вы не собираетесь искать Мэллори, не так ли?

Ситуация складывалась не ординарно, но, в конце концов, Жанна просто приблизила момент объяснения, который все равно неизбежен. Немного раньше, немного позже — какая разница?

— Разумеется, не собираюсь, — спокойно ответил Корридон. — Если он вам так нужен, убивайте его сами. Нельзя же всерьез ожидать, что я убью незнакомого человека лишь потому, что вы на это неспособны?

— И все же вы приняли наши деньги?

— Я никогда не отказываюсь от денег.

Корридон достал из кармана пачку сигарет и предложил девушке. Жанна сделала шаг и взяла сигарету. Он заметил, что ее тонкая рука дрожит.

— А кто их просит обращаться? — продолжил Корридон. — Оставили бы меня в покое.

Жанна откинулась на спинку дивана и безмятежно скрестила ноги. Это необычайное спокойствие начало смущать Корридона.

— Вы отлично перенесли удар, — произнес он, желая вывести ее себя. — Потерять такие деньги — нешуточное дело.

Впервые за время их встречи девушка улыбнулась.

— Вы думаете, я дура, правда?

— Нет, — смеясь, возразил он. — Но, пожалуй, чересчур наивны.

— Потому что я попросила расписку?

— Ну, вы же не сможете получить по ней.

— Разумеется. Я это знала. И попросила дать ее совсем по другой причине.

Корридон насторожился. Не ошибся ли он в оценке этих людей? С самого начала ему казалось, что все идет слишком гладко. Но что они могут сделать? Деньги в банке…

— Что же это за причина?

Жанна допила коктейль и протянула бокал.

— Налейте мне еще.

Пока Корридон с удивлением готовил новую порцию, девушка продолжила:

— Я пришла, чтобы уговорить вас найти Мэллори.

Он посмотрел на нее через плечо, недоуменно вскинув брови.

— Полагаете, вам это удастся?

— Вы же не откажетесь? — Жанна подалась вперед. — Он предатель и заслуживает смерти. Два года назад вы не жалели предателей.

— Предатель он или не предатель, мне плевать, — сказал Корридон, протягивая ей бокал. — Я выполнял приказы. Мои личные чувства к тем или иным мужчинам и женщинам не имели никакого значения.

— Вы бы не колебались, если бы знали Пьера, — проговорила она и с такой силой сжала кулак, что ее пальцы побелели.

— Да, но я его не знал. — Корридон вновь сел в кресло, — На свете сотни подобных Пьеров. И только потому, что вы были любовниками…

Жанна вскочила с места, опрокинув бокал. Ее глаза метали молнии.

— Вы будете искать Мэллори или нет? — угрожающе спросила она.

— Ну конечно, нет, — небрежно ответил Корридон, снова обретя уверенность в себе. — Таскать каштаны из огня? Извольте сами.

— Это ваше последнее слово? — вскричала девушка. Она изо всех своих сил пыталась совладать с обуявшей ее яростью. Ее грудь судорожно вздымалась, лицо побелело и стало похоже на восковую маску.

— Безусловно. И вы ничего не сделаете. У вас есть моя расписка, но обращаться в суд вы не посмеете. Есть еще Ян со своей хлопушкой, но он мне не ровня, и вы это знаете. Вы мне не страшны, все трое! Деньги у меня, и я не собираюсь их вам отдавать. Вот и весь сказ.

Жанна неожиданно отвернулась, спрятав от него лицо, и простояла неподвижно несколько секунд; потом подошла к дивану. Когда она села, Корридон заметил, что к ней вернулись уверенность и хладнокровие. Он напрягся, не зная, чего сейчас ожидать.

— Я с самого начала чувствовала, что так и будет. Но Ренли все время твердил, что верит вам.

— Он слишком доверчив, — согласился Корридон, пристально наблюдая за девушкой. Он больше опасался ее спокойствия, чем гнева. — Ренли судит о других по себе, а это большая ошибка.

— Да, большая ошибка. — Жанна отвернулась и стала рассматривать висящую над камином гравюру. — Однако на сей раз вам придется идти до конца. Конечно, мы предпочитали бы ваше добровольное содействие но, к сожалению, это невозможно, и нам остается лишь силой заставить вас выполнить обещанное.

— Смелое заявление! — Корридон искренне рассмеялся.

Она впилась в него горящими глазами.

— Это не пустые угрозы. Мы поручили вам найти Мэллори, и вы его найдете.

— Интересно, откуда такая уверенность?

Жанна помолчала немного, выдержав драматическую паузу, и, не сводя с него глаз, произнесла:

— Крю мертв.

3.

Корридой вспомнил слова Крю: «Не могу отделаться от мысли, что они хотят меня убить. Я представляю себя на их месте…»

Такого удара Корридон не ожидал. По спине потекла струйка холодного пота. «Неужели я их недооценил? Или она лжет?»

Жанна закурила сигарету. Наконец, Корридон взял себя в руки и резко спросил:

— Какое мне дело, жив он или мертв? У меня нет ничего общего с этим типом.

Откинувшись на спинку дивана, она постукивала пальцем по сигарете, стряхивая пепел на выцветший ковер.

— Что-то вы плохо соображаете. Подумайте немного. Живой Крю, может, и был вам безразличен. Но мертвый… О, теперь он немало ли нас значит!

— Что вы хотите этим сказать?

— Крю был застрелен через пять минут после вашего ухода, — невозмутимо обронила Жанна. — Все еще не понимаете? Ну, думайте!

Корридону стало ясно, что его как-то перехитрили. Но как?.. Только холодное торжество во взгляде девушки показывало ему, что он проиграл.

— Крю для меня ничто — живой или мертвый.

— Вряд ли они этому поверят.

— Кто это «они»?

— Полиция, разумеется!

Теперь Корридон все понял — и побагровел от гнева. На пистоле обнаружат отпечатки его пальцев (он вспомнил: Ян был в перчатках). Долговая расписка подскажет мотив. Его видели выходящим из квартиры Крю — продавец табачной лавки вспомнит о нем и даст показания. Полиция вот уже несколько лет только и ждет возможности его сцапать; они будут удовлетворены такими уликами.

— Вы лжете! У вас духу бы не хватило убить Крю!

Жанна посмотрела на него долгим взглядом, но ничего не сказала, будто его слова не заслуживали ответа. Корридон закурил, перекинул ногу на ногу, потом сделал нетерпеливое движение и встал.

— Только попробуйте меня впутать, — предупредил он, — и я вас всех потяну за собой.

— Не думаю, что вам это удастся, — тихо возразила Жанна, откидывая изящной рукой прядь темных волос, упавшую на лоб. — Кто знает о наших отношениях с Крю? Мы были предельно осторожны… А теперь, поверьте, нас там уже нет.

Корридон потер подбородок, посмотрел на нее, а затем отвернулся и стал смешивать себе коктейль, лихорадочно пытаясь отыскать хотя бы какую-нибудь лазейку.

— Только не рассчитывайте отсюда спокойно уйти после того, что вы наговорили, мне стоит лишь вызвать полицию, рассказать свою версию этой истории и вручить им вас. Такой вариант вы не предусмотрели?

— Не самый умный поступок, — с улыбкой произнесла Жанна. — Придумайте что-нибудь поудачней… Ваше слово против моего; ваша репутация против моей. Вы уверены в их выборе? Мне в худшем случае грозит несколько месяцев тюрьмы. А скорее всего, меня просто вышлют из страны. Но ведь я могу вернуться.

Она права, он показал себя не с лучшей стороны… Корридон маленькими глотками пил коктейль и с мрачным видом размышлял. В сущности, это было неизбежно — в такой игре нельзя постоянно выигрывать. Он всегда знал, что рано или поздно допустит ошибку. Оставалось лишь признать свое поражение и надеяться, что этот раунд не последний.

— Ну, хорошо, — сказал наконец Корридон, заставив себя рассмеяться. — Похоже, вы приперли меня к стенке. Я верну деньги. Вы это хотите, да?

— Нет, деньги нам не нужны. Вы их взяли — а теперь заканчивайте работу. Найдите Мэллори!

— К черту Мэллори! — Корридон взорвался. — Ищите его сами! Завтра я верну вам деньги.

— Вы будете искать Мэллори, или мы переправим пистолет и расписку в полицию. Решайте.

Лицо Корридона окаменело.

— Не злоупотребляйте своей удачей.

— Удача тут ни при чем. Мы раскусили вас и приняли меры предосторожности. У вас нет выбора, поймите.

Корридон снова сел. Если у них хватило выдержки спокойно убить Крю, то уж вину-то они свалят, и глазом не моргнув.

— Да, последнее слово, похоже, за вами, — беспечно признал он.

— Вы сами нам подыграли. — Жанна затушила сигарету.

— А Крю? За что вы его убили? Он же вам ничего не сделал!

— Не надо было лезть в наши дела, — ледяным тоном отрезала Жанна. — Никто не смеет вставать у нас на пути. Мы не могли ему доверять — но мы бы его не убили, если бы вы вели себя честно. С того момента, как вы нас обманули, его участь была решена. Это прекрасная возможность держать вас под контролем.

Неожиданно ему в голову пришла мысль, что Жанна блефует. Он не мог себе представить — Крю мертв, хладнокровно и безжалостно убит. А что, если они просто где-то его спрятали?

— Вы должны найти Мэллори, — продолжала девушка. — У вас есть все исходные данные. Мы не будем вмешиваться в ваши действия, поступайте, как угодно, нам важен результат. Помните только: вы должны найти Мэллори. Даем вам три недели.

— А что потом?

— Если не найдете, нам предстоит решить: действительно ли, несмотря на все усилия, вас постигла неудача, или вы плутовали. Все предусмотрено. Пистолет и расписка находятся у поверенного, которому дано указание переслать их в полицию, если в течение недели от нас не поступит никаких известий.

Она замолчала, глядя на Корридона безмятежно и серьезно.

— Почему не пришел Ренли? Или Ян? Почему явились вы?

Жанна сделала нетерпеливое движение, словно его вопрос был пустой тратой времени.

— Ренли ничего не знает о Крю. Ян слишком неуравновешен. Кроме того, мне не нужны посредники.

— Значит, Ренли не знает? Он будет ошеломлен убийством, да?

— Может быть. Неважно. — Жанна шагнула к двери. — Вы все поняли. Мы будем поддерживать с вами связь. В вашем распоряжении три недели. И осторожнее с Мэллори: он очень опасен.

— Позвольте, я пойду первым, — сказал Корридон. — Надо включить свет.

Он спустился по ступеням, зажег лампу в прихожей и открыл дверь, ведущую во двор. Холодный ветер ударил в лицо; свет из прихожей поблескивал на влажных камнях мостовой и отбрасывал на стену гаража напротив две гигантские тени. Жанна стояла на пороге рядом с Корридоном, глядя в чернильную тьму.

— Мы со своей стороны сдержим обещание: найдите Мэллори, и получите остальную сумму.

— Только не воображайте, что все будет по-вашему, — процедил Корридон, не в силах больше сдерживать злость. — Я не из тех, кого легко шантажировать, и вы в этом скоро убедитесь.