— На здоровье! — кивнул кучер. — Меня зовут Нестор, и я зарабатываю себе на хлеб, охотясь на драконов. Рядом со мной сидит Барбара, а это — мой ученик Бен. Похоже, парень, тебе спешно нужно удрать куда подальше.

И вновь откуда-то раздался странный тоскливый звук. Но теперь Марк сообразил, что в фургоне могло находиться какое-то животное.

— Меня зовут Эйнар, — сказал Марк. Назваться именем одного из своих дядьев он решил уже давно. Ноги его предательски задрожали, и он без сил присел на камень. Только сейчас он заметил, что во рту у него сухо, как в пустыне.

И только присев, он наконец сообразил, что человек, с которым он только что познакомился, охотник на драконов …

— Если хочешь, мы можем тебя подвезти, — предложил Нестор. — А как насчет пожевать чего-нибудь по дороге? У фургона есть отличное качество: пока едешь, успеваешь сделать еще кучу дел.

Марк собрался с силами и, завернув меч, осторожно спустился вниз.

— Доверишь мне? — спросил Нестор, протягивая ему руку с облучка. Марк уже принял решение и, не колеблясь, протянул ему сверток, Нестор положил его за занавеску. Затем Бен подхватил Марка одной рукой и легко, как младенца, поднял наверх.

Барбара освободила мальчику место и скрылась внутри фургона, Судя по шуму, который она производила, там было полным-полно каких-то коробок, тюков и ящиков.

— Тебя устроит дорога на юг, Эйнар? — спросил, словно и не ожидая ответа, Нестор и стегнул тяглов.

— Я туда и шел, — кивнул Марк и устало прикрыл веки. Но тут же так явственно увидел перед собой два узких ножа, что, вздрогнув, распахнул глаза во всю ширь. Сердце стучало как сумасшедшее. Но затем он снова расслабился и подумал: «Пусть уж все идет, как идет. Везут — и везут. И хорошо».

Глава 5

Покачиваясь на облучке фургона, Марк совсем успокоился и задремал с открытыми глазами. Но вдруг раздался уже знакомый таинственный стон, и это моментально прогнало дрему. Так и есть — звук доносился из глубины фургона, прямо из-за его спины. Он оглянулся и увидел в глубине повозки Барбару. Девушка склонилась над небольшой, но крепко сколоченной деревянной клеткой. А внутри клетки — мальчик готов был поклясться молотом Вулкана и мощами Эрдне! — сидело странное ящероподобное создание, которое могло быть только драконом. За всю свою жизнь Марк не видел ни одного представителя этого легендарного племени, но кто еще может обладать гибким змеиным телом и перепончатыми крыльями одновременно?

Заметив, что Марк смотрит на нее, Барбара послала ему ободряющую улыбку. На секунду оставив своего питомца, она протянула гостю флягу с водой и половинку какого-то фрукта. Пока мальчик расправлялся с предложенным угощением, девушка вернулась к кормлению дракончика. Она доставала из обожженного глиняного сосуда какие-то лакомые кусочки и кормила его с рук. Марк с набитым ртом снова обернулся, но прежде чем он успел задать вопрос, Бен протянул ему еще одну флягу — на сей раз несколько поменьше.

— Хочешь бренди? — спросил юный силач.

— Нет, спасибо.

Марк никогда еще не пил крепких напитков и потому не знал, какое действие они могут на него оказать. Но вот что такое пьяный, это он хорошо знал: один или даже два раза он видел, что может сделать вино с человеком! Перехватив хмурый взгляд Нестора, его ученик поспешно спрятал флягу. Но тут из глубины фургона донесся голос Барбары:

— Это что у тебя на рубашке, Эйнар? Кровь, что ли? Ты сам-то цел?

— Нет, мэм. То есть я хотел сказать: да, кровь. Но она старая. А сам я целехонек.

— Она оттуда, где ты добыл свой замечательный меч? — Бен даже не пытался скрывать любопытство.

Нестор продолжал править, но время от времени поглядывал, как идут дела в фургоне, и поэтому тоже участвовал в разговоре.

— Да, — согласился он. — Знатный клинок.

— Мне оставил его мой отец!

Если ему поверили, значит, надо было закрепить успех и слепить на этой основе правдоподобную историю. В наше время вряд ли кто удивится, встретив на большой дороге бастарда, таскающего с собой какой-нибудь бесполезный, но подтверждающий его знатность дар от неведомого папаши. Сюда же Марк приплел свою историю про состоящего на службе у сира Эндрю дядю-оружейника. Поверили ему или нет, он не знал — слушатели лишь вежливо кивали в ответ.

Наконец Бен не выдержал (уж он-то поверил рассказу нового попутчика с первого до последнего слова):

— Да я и сам сирота! Но теперь меня это мало волнует.

Из-под сиденья он достал свою лютню и пробежал по струнам пальцами. Марк про себя отметил, что настроена она не вполне точно, но тут Бен снова заговорил:

— На самом деле я менестрель. Просто Нестор помогает мне встать на ноги и дождаться того момента, когда я смогу делать то, что умею по-настоящему. То, что мне действительно нравится. Мы заключили с ним соглашение, что я могу уйти в любой момент, когда захочу.

Нестор кивнул в подтверждение этих слов, а затем серьезно добавил:

— Ты отличный помощник. Мне будет тебя очень не хватать, когда ты уйдешь.

Бен взял аккорд и запел:

Эта песня о том, кто был…

Нет, эта песня о том, кто есть!

Баллада о юном Эйнаре,

Свободном, как вольный…

Певец запнулся.

— К твоему имени трудно найти рифму.

Но юный менестрель не сдался и, немного подумав, предложил следующий вариант:

Юный Эйнар весь мир исходил,

Свободный, как соловей,

Пока не встретил двоих,

Желавших…

Бен снова запнулся и после недолгого размышления заявил:

— Лютня звучит не совсем так, как надо!

— Наверное, когда фургон трясет, играть очень трудно? — деликатно заметила Барбара и этим сразу оправдала все фальшиво прозвучавшие ноты.

Марк подумал, что он слыхал голоса и получше и почище, но, поскольку все остальные смолчали, он не нашел в себе смелости прямо заявить об этом.

До самого вечера фургон Нестора не сбавлял скорости. А когда дорогу накрыло полосой тумана, на лице кучера отразилась явная радость. Все это время он просил то Барбару, то Марка проследить за дорогой сзади.

«Он явно не хочет встречаться с солдатами герцога», — думал Марк, хотя охотник на драконов ни разу за все это время не сказал ничего ни о герцоге, ни о его солдатах. В скрытой в темноте фургона клетке время от времени взвывал дракончик. Его вопли невольно напомнили Марку крики подбитого стрелой кролика. Рядом с его клеткой стоял глиняный сосуд с затянутым марлей горлышком — там были живые лягушки. Марку объяснили, что дракончик только ими и питается, и мальчик даже сам скормил ему парочку. Горячее дыхание малыша жгло ладони, но он был еще слишком юн, чтобы полыхать огнем. Глаза у него были как у куклы — круглые и словно стеклянные, — но в глубине их клубился мрак.

— Когда мы пересечем границы герцогства Фрактина? — наконец решился спросить Марк.

Уже перевалило за полдень, предгорья закончились, и дорога змеилась по вполне обжитым местам. Мирный пейзаж портили лишь низко нависшие грозовые тучи. Путешественники ехали мимо сменявших друг друга полей, лесов и пастбищ. Впереди показалась маленькая деревушка, и они проскочили ее не останавливаясь.

— Завтра, — бросил в ответ Нестор. — А может, и пораньше.

Теперь туман сгустился настолько, что от возницы требовалось полное внимание. Марк снова начал расспрашивать своих попутчиков об их питомце и услышал в ответ, что дракончика везут для того, чтобы выставить его на ярмарке сира Эндрю и хоть немного заработать. Марк сообразил, что для Нестора это также будет неплохой рекламой. В земли сира Эндрю входило и Великое болото, а Марк не раз слышал, что некоторым из его городов драконы просто житья не дают.

Когда-то давным-давно Марк не раз представлял себе человека, который был бы настолько храбр, умен и силен, чтобы пойти на бой с драконом с такой же легкостью, с какой он сам шел на кроликов. Но обычно, по слухам, такой охотник никогда не шел один: у него всегда были наготове и помощники-ловчие, и всякие натасканные на подобную дичь ловчезвери. Может, Нестор и вправду умелый боец, но этого явно мало. Хотя не стоит забывать о Бене — этот малый стоит двоих как минимум.

К вечеру Нестор слегка сбавил скорость, но в то же время потребовал, чтобы за дорогой сзади следили постоянно. Увидев едущего навстречу виноторговца, он притормозил и бросил короткий вопрос:

— Солдаты есть?

Слабый кивок и лукавое подмигивание подтвердили его догадку. Нестор почти сразу свернул с дороги и погнал тяглов прямо по неогороженному полю.

— Здесь нам нескоро встретятся люди герцога, — пробурчал он, словно отвечая на невысказанный вопрос. — Где-то поблизости должна быть речушка. Может, удастся перейти ее вброд, а за ней, насколько я помню, уже земли Синего храма.

И вправду, миновав несколько заброшенных ферм, они выехали к небольшой реке. Нестор послал Бена и Барбару вверх и вниз по течению, и только когда брод был найден и фургон доставлен на другой берег, он позволил себе вздохнуть с облегчением. Тем не менее он, гнал тяглов до тех пор, пока земли герцога Фрактина не скрылись из глаз. Теперь можно было и остановиться на ночлег. Бен с Барбарой со сноровкой, выработанной давней привычкой, стали распрягать тяглозверей и собирать хворост для костра. Опередив вопрос Марка, чем заняться ему, Нестор сказал:

— Ты, Эйнар, пойдешь со мной. Нам нужно наловить лягушек для дракончика. Я придумал для этого отличную штуку и хочу тебя ей научить.

— Хорошо. Только я возьму лук — а вдруг встретим кролика?

— Для стрельбы уже темновато. Но для охоты на лягушек — в самый раз.

Нестор выудил со дна фургона нечто напоминающее садок для рыбы, только с очень мелкой сеткой. Вдоль его деревянного обода были вырезаны некие символы, которые Марк посчитал бы магическими, если бы между ними не было фрагментов самого обычного орнамента. Марк все же взял с собой лук и, держа его наготове, пошел вслед за Нестором к небольшой рощице. Пройдя сквозь нее, они вернулись к реке.

— Эйнар, а как зовут твоего дядю? — вдруг спросил его спутник. — Ну того, что служит оружейником у сира Эндрю? Может, я его знаю?

— Его зовут Марк, — брякнул мальчик. Такого вопроса он не предвидел и потому не успел придумать ответа заранее.

— Нет, такого не знаю.

Сумерки сгущались, а из-за низко нависших грозовых туч стало почти совсем темно. По дороге они не встретили ни кролика, ни какой другой дичи, и Марку пришлось спрятать стрелу в колчан.

— А знаешь, — снова заговорил Нестор, — не похоже, чтобы твоему мечу требовалась забота оружейника.

Говоря это, он глядел на реку, и поэтому было трудно понять, какой именно смысл он вложил в свои слова. Перейдя по камням речку почти до самой середины, Нестор закрепил раму своей сети между двумя валунами, затем распрямился и, все еще стоя к Марку спиной и глядя на реку, добавил:

— Ты, вроде, говорил, что его выковал твой дядя?

Марк оторопел. Он попытался найти убедительный ответ, но ничего не шло на ум.

— Ты, возможно, хочешь продать его на ярмарке. — Нестор все еще стоял спиной и говорил совершенно безразличным тоном, словно просто хотел занять разговором время. — Да, это лучшее место, где его можно продать. Под суровым оком сира Эндрю там торгуют намного честнее, чем где бы то ни было. И вполне может найтись пара человек, которые в состоянии купить подобную вещь.

— Я не умею торговаться. Да и не собираюсь его продавать. Это меч моего отца.

Все сказанное было полной правдой, и ответ прозвучал искренне.

— Подобный меч, по моему разумению, должен обладать какой-то магической силой. — Нестор по-прежнему не отрывал глаз от своей ловушки. — Кроме того, он просто очень красив.

Марк растерянно смолчал.

И тут Нестор обернулся и заглянул ему в глаза.

— Ты можешь принести его сюда? Можно мне на него посмотреть?

Придумать отговорку для отказа не получилось, и Марк, так и не сказав ни слова в ответ, поплелся к фургону. Конечно, он мог спокойно взять меч и удрать — в темноте скрыться несложно, — но должен же он хоть кому-то довериться!

Бен с Барбарой тем временем вытащили клетку на лужайку и чистили ее, невзирая на то, что ее обитатель злобно шипел и все время норовил цапнуть их за пальцы. «Рисковые ребята», — подумал Марк и полез в фургон. Выпрыгнув с мечом в руках, он натолкнулся на вопросительные взгляды своих спутников, но, ничего не объясняя, поспешил обратно к реке. И они тоже ни о чем не спросили.

На берегу было немного светлее, чем в роще, и все же он с трудом разглядел неподвижную фигуру Нестора. Тот сидел, погруженный в глубокие размышления. Но стоило Марку протянуть сверток, как он тут же встрепенулся и, положив его на колено, начал бережно разворачивать полотно. Взвесив меч в руке и скользнув глазами вдоль его клинка, охотник на драконов решительно им взмахнул — и лист с ближайшего куста оказался разрезанным на две половинки.

Какое-то время он молчал, нежно поглаживая узор на рукояти, затем, словно приняв решение, передал меч Марку, встал и вытащил свой садок. Ловушка оказалась полным-полна разных речных и земноводных тварей, и Марк подумал, что вырезанные на ее рамке символы все же имеют магическую силу.

Нестор запустил руку в садок и достал какую-то трепыхающуюся тварюшку, а садок опять опустил в воду.

— Драконий младенец. — Он протянул Марку серую ящерку. У нее не было крыльев, и она была много меньше того зверька, что сидел в клетке. — Их в этих речках просто уйма. Их здесь миллионы, десятки миллионов… На радость тем, кто достаточно сообразителен, чтоб на них охотиться.

А затем он вновь забрал у Марка Градоспаситель. Нестор поднял меч плашмя, параллельно земле и усадил на него крошку дракончика. Освобожденный малыш тут же тоненько пискнул и угрожающе забил хвостом. Нестор медленно повернул рукоять, и дракончик, теряя опору, стал карабкаться вверх по клинку. Наконец ему удалось оседлать режущую кромку. Похоже, что крохотные с виду, как ноготки младенца, и тонкие, как бумага, чешуйки отлично предохраняли его от острого лезвия. Когда меч вновь повернулся плоской стороной клинка, дракончик переполз на него, убедился, что там больше места, и удовлетворенно пискнул.

Нестор смотрел на все его перемещения с явным недоумением: похоже, он ожидал совсем другого. Легким движением кисти он сбросил драконника и, просто позволив мечу упасть на него, легко пригвоздил малютку к земле. Марк отметил, что Нестор держит меч так, словно он давно привык к обращению с подобным оружием.

— Еще один, который уже не вырастет, — задумчиво пробормотал Нестор и обернулся к Марку. Оставив острие меча упираться в землю, он толкнул рукоять Марку. — Похоже, этот меч впервые убил дракона, как думаешь?

— Так и думаю, — ответил Марк, не понимая, что все это значит, и, подняв с земли полотно, стал пеленать в него меч.

— Выходит, твой отец на них не охотился. Так против кого он его обращал, а? Сражался с людьми?

— Я… — И тут Марк понял, что ему необходимо выговориться хоть кому-нибудь. — Мой брат… Один раз бился им… Его убили.

— О, прости. Вижу, это случилось не очень давно? И выходит, что этот меч… не так уж и хорош в бою?

— Еще как хорош! — Марк с трудом удерживал слезы. — Он так хорош, что лучше его меча не сыщешь! Он крошил и людей, и боезверей налево и направо… Вот только брата моего от их мечей и когтей не спас.

С минуту оба помолчали, затем Нестор снова заговорил:

— А сегодня ты решил сражаться им сам. Но — как я понял по тому, что увидел, — тебе он помогать не собирался.

— Да, я не чувствовал в нем силы. И не знаю, почему так.

И только тут Марка осенило, что магия меча может зависеть от его имени, а значит, имеет свои пределы. Но вникать в эту мысль сейчас ему не хотелось. Ему вообще не хотелось думать об этом.

— Ну, ничего. Поговорим об этом позже. Только вот этот узор на рукояти… Говорил ли тебе твой отец или брат… Или хоть кто-нибудь говорил тебе, что он означает?