Макс выпятил губы и откинулся на спинку кресла. Может быть, маленькая дочка Большого Джека О'Хары пошла по стопам жулика папочки, сменила имя и тайком переехала в маленький горный городок?

Этот кусок головоломки требовалось срочно поло жить на свое место.

Четыре года, прожитые в Эйнджелс-Гэп, научили Лейн уму-разуму. Когда она утром открывала магазин, то уже знала, чего следует ждать.

Сначала придет Дженни — как всегда, немного опоздав — и принесет свежие пирожные. Дженни была на шестом месяце беременности и не могла прожить двадцати минут без чего-нибудь жирного и сладкого. В результате и сама Лейн всякий раз со страхом смотрела на циферблат стоявших в ванной весов.

К булочкам добавится термос с травяным настоем, к которому Дженни привыкла за время беременности. Затем подруге захочется узнать все подробности вчерашнего события. Впрочем, какие-то данные у нее наверняка уже имелись — недаром же Дженни была женой шефа местной полиции.

Наполняя ящики кассового аппарата мелочью для сдачи, Лейн думала о том, что ровно в десять у двери магазина наверняка соберутся любопытные. Кое-кто будет делать вид, что пришел по делу, а другие даже не станут скрывать, что явились за сплетнями. Придется повторить пройденное — снова лгать или хотя бы создавать видимость того, что она в первый раз видела человека, называвшего себя Джаспером Питерсоном.

Давно ей не приходилось надевать маску, чтобы прожить очередной день. Но еще неприятнее было сознавать, что эта маска привычно легла на свое место.

Так или иначе, когда в дверь быстро вошла Дженни, опоздавшая на пять минут, Лейн была во всеоружии.

У Дженни было лицо озорного ангела — круглое, нежное, бело-розовое, с умными, чуть раскосыми серо-зелеными глазами. Густые черные кудри она чаще всего небрежно собирала на макушке и одевалась так же небрежно. Сегодня на ней был огромный красный свитер, растянутый на животе, мешковатые джинсы и старые ботинки «Док Мартене».

Дженни была полной противоположностью Лейн. Неорганизованная, импульсивная, не признававшая никаких правил и чересчур эмоциональная. Именно о такой подруге мечтала Лейн все свое детство. Когда в ее жизни появилась Дженни, она сочла это подарком судьбы.

— Я умираю с голоду. А ты нет? — Дженни поставила коробку на стойку и нетерпеливо сорвала с нее крышку. — Боже, что за запах! Я готова была все съесть по дороге. — Она вонзила зубы в булочку с джемом и заговорила с полным ртом: — Лейн, я волновалась за тебя. Вчера вечером ты сказала, что все нормально, просто немного болит голова, не о чем говорить и все прочее, но я все равно ужасно волновалась.

— Да нет, я действительно в порядке. Это было ужасно, но я в порядке.

Дженни протянула ей коробку:

— Поешь сладкого.

— О боже… Ты знаешь, сколько мне придется работать, чтобы этот жир не отложился у меня на заднице?

Дженни только улыбнулась, задумчиво погладила живот и пристально посмотрела на Лейн, которая после недолгих колебаний все-таки взяла трубочку с кремом.

— Похоже, ты не слишком хорошо спала.

— Да. Не могла найти себе места. — Лейн снова по смотрела на витрину, хотя дала себе зарок этого не делать. — Наверно, я была последней, с кем он разговаривал. А я отвадила его, потому что была занята.

— А ты представляешь, как сегодня себя чувствует Мисси? Хотя она виновата ничуть не больше твоего. — Дженни прошла в заднюю комнату и вернулась с двумя кружками. — Сладкое нужно запивать чаем. А сегодня нам особенно необходимо подкрепиться — скоро тут начнется настоящая бойня.

— Я знаю.

— Ты знаешь далеко не все! Винс просил пока никому не говорить, но ведь рано или поздно это выйдет наружу. А поскольку тебя это касается непосредственно…

«Ну, началось», — подумала Лейн.

— Так чего же я не знаю?

— Во-первых, настоящее имя этого человека не такое, как на карточке, которую он тебе дал.

— Неужели?

— Во-вторых, имена, которые значатся в его водительских правах и на кредитных карточках, тоже ненастоящие. Они вымышлены! — с жаром продолжила Дженни. — На самом деле его звали Уильям Янг. Ясно? Он уголовник.

Лейн не могла вынести, что человека, которого она когда-то так любила, называют уголовником. Как будто это самое главное… Но тяжелее всего было то, что она не могла заступиться за него.

— Ты шутишь? Этот коротышка?

— Мошенничество, воровство, скупка краденого, и это только доказанные обвинения. Судя по тому, что Мне удалось выудить из Винса, он считает, что там было еще многое другое. Лейн, он профессиональный вор! Вор в законе. И, возможно, приехал сюда, чтобы создать притон.

— Дженни, ты смотришь слишком много старых фильмов.

— Перестань! А если бы ты была здесь одна? А если бы у него был пистолет?

Лейн слизнула с пальцев сахарную пудру.

— Значит, пистолета не было?

— Нет, но вполне мог быть. Этот человек мог ограбить тебя.

— Вор в законе приезжает в Эйнджелс-Гэп только ради того, чтобы ограбить мой магазин? Ну, знаешь… По-моему, ты перегнула палку.

Дженни попыталась нахмуриться, но не смогла и громко расхохоталась.

— О'кей, может быть, он и не собирался создавать здесь притон. Но что-то на уме у него было. Он ведь дал тебе свою визитную карточку, верно?

— Да, но…

— Значит, он, наверно, хотел продать тебе украденные вещи. Такому человеку вполне могло прийти голову, что здесь торгуют краденым. Я сказала Винсу, что этот Янг мог недавно совершить кражу, а с его постоянным скупщиком что-нибудь случилось, и ему пришлось срочно искать другой способ сбыта.

— И изо всех антикварных магазинов мира он вы брал именно мой? — Лейн засмеялась, но ей стало не по себе. Ведь Вилли действительно мог приехать к ней именно за этим.

— Ну, если он должен был куда-то обратиться, то почему не к тебе?

— Потому что это жизнь, а не телесериал.

— И все же ты должна признать, что это очень странно.

— Да, странно. И грустно. Но уже почти десять, Джен. Пора открывать магазин. Посмотрим, что нам принесет новый день.

Как и следовало ожидать, новый день принес кучу зевак и сплетников, однако Дженни успевала обмениваться гипотезами с покупателями и одновременно пробивать чеки. Возможно, это было проявлением трусости, но Лейн выкинула белый флаг и сбежала в свой кабинет под предлогом того, что у нее накопилось много канцелярской работы.

Не прошло и двадцати минут, как в дверь просунулась голова Дженни.

— Милочка, ты должна это видеть!

— Там что, собака, которая показывает фокусы?

— Лучше! — Дженни кивнула в сторону магазина и исчезла.

Заинтригованная, Лейн пошла за подругой — и увидела потрясающего мужчину, который рассматривал на свет зеленый стеклянный стакан. Изделие времен Великой депрессии казалось слишком хрупким и женственным для человека в потертой летной куртке и поношенных туристских ботинках. Но мужчина аккуратно поставил стакан на стойку и начал рассматривать следующий.

— Ну, как? — Дженни подмигнула. — По-моему, он сам похож на большой стакан с напитком, который женщине хочется выпить одним глотком.

— Беременные замужние женщины не облизываются на незнакомых мужчин.

— Это не значит, что мы не имеем права мечтать.

— Ты смешиваешь разные вещи. — Лейн подтолкнула подругу локтем. — Перестань пялиться и ступай за кассу.

— Тогда займись им сама. Ты у нас пока еще не беременная.

Не успела Лейн открыть рот, как Дженни прошмыгнула мимо нее. Забавно… Она подошла к посетителю и профессионально улыбнулась.

— Я могу вам чем-нибудь помочь?

Когда мужчина обернулся и посмотрел на нее, Лейн почувствовала себя так, словно получила удар в солнечное сплетение. Все связные мысли разом вылетели из головы, и осталась только одна: «Вот это да!..»

— Буду очень рад. — Незнакомец продолжал держать стакан, но смотрел на нее.

«У него глаза тигра, — смутно подумала она. — Глаза большой и опасной кошки». А от легкой улыбки, с которой он смотрел на нее, у Лейн закружилась голова.

— Гм-м.. — Потрясенная собственной реакцией, она еле заметно улыбнулась и покачала головой. — Прошу прощения, я слегка задумалась… Вы что-то коллекционируете?

— Пока что нет. А вот моя мама — да.

— Ox… — У него есть мама? Очень мило! — Она на чем-то специализируется?

Незнакомец снова улыбнулся, и Лейн окончательно потеряла голову.

— Нет. Ей нравится… все неожиданное. И мне тоже. — Он поставил бокал. — Вроде этого места.

— Простите?..

— Ваш магазин — настоящий остров сокровищ. Только не в море, а в горах.

— Спасибо.

«И ты тоже — сокровище», — подумал Макс. Яркие волосы, яркие глаза, яркая улыбка — удивительно сексуальная женщина. Она не пялилась на него во все глаза, как та брюнетка, но ее взгляд обещал: «Я удивлю тебя».

— Вы из Джорджии? — спросила Лейн, слегка приподняв левую бровь.

— Угадали.

— Я хорошо разбираюсь в произношении. У вашей матери скоро день рождения?

— Она перестала их отмечать лет десять назад. Теперь мы называем этот день просто «днем Марлен».

— Умная женщина. Эти стаканы поступили к нам совсем недавно. Нечасто встретишь полный набор из шести предметов в идеальном состоянии. Если возьмете его целиком, сделаю скидку.

Он снова взял стакан, но продолжал смотреть на нее.

— Торговаться можно?

— Нужно. — Она подошла ближе, взяла второй стакан и посмотрела на ярлычок, приклеенный к донышку. — Как видите, один стакан стоит пятьдесят долларов, но если возьмете набор целиком, это будет стоить двести семьдесят пять.

— Не подумайте ничего плохого, но мне очень нравится запах ваших духов. — «Есть ароматы, которых ты не замечаешь, пока они не схватят тебя за горло», — добавил он про себя. — Отличный товар. Двести двадцать пять.

Лейн никогда в жизни не флиртовала с покупателя ми, но против воли повернулась к нему, оказавшись чуть ближе, чем требовала ситуация, посмотрела в его опасные глаза и улыбнулась.

— Спасибо. Я рада, что вам понравилось. Двести шестьдесят. Это мое последнее слово.

— Отправьте их в Саванну и поужинайте со мной. Это тоже мое последнее слово.

Сколько лет прошло с тех пор, как она в последний раз ощущала жар в крови?

— Насчет отправки договорились. Я, пожалуй, выпью с вами, а насчет ужина не обещаю. Соглашайтесь. Это хорошее предложение.

— Ну что ж, и на том спасибо. В семь часов подойдет? В «Путнике» неплохой бар.

— Вы правы. В семь подойдет. Как предпочитаете платить?

Он вынул кредитную карточку и протянул Лейн.

— «Макс Гэннон», — прочитала она. — Просто Макс? Не Максуэлл, не Максимилиан, не Максфилд?

— Просто Макс, — очень решительно ответил он.

— Ладно, просто Макс. — Лейн прошла за стойку и положила на нее анкету для доставки. — Пожалуйста, заполните форму. Мы отправим товар сегодня днем.

— Очень удобно. — Он наклонился над стойкой и заполнил анкету. — Теперь вы знаете мое имя. А как зовут вас?

— Тавиш. Лейн Тавиш.

Он слегка улыбнулся и поднял взгляд.

— Просто Лейн? Не Илейн? Она и глазом не моргнула.

— Просто Лейн. — Она пробила чек и протянула ему красивую подарочную открытку из золотой фольги. — Если захотите что-нибудь написать матери, мы вложим открытку в коробку и сделаем подарочную упаковку.

Тут прозвенел звонок, и в магазин вошли Двойняшки.

— Лейн, дорогая! — Карла устремилась прямиком к стойке. — Как вы себя чувствуете?

— Нормально. Абсолютно нормально. Сейчас я к вам подойду.

— Мы ужасно волновались, правда, Дарла?

— Ужасно.