Население и войско радовались и ликовали. Лю Бэй хотел отдать лучшие дома и земли округа Ичжоу своим чиновникам, но Чжао Юнь удержал его от такого шага.
– Население округа Ичжоу сильно пострадало от войны, – сказал он, – многие земли не обрабатываются, дома пустуют. Сейчас необходимо вернуть жителей на свои места и дать им мир и покой, только тогда они будут нам послушны. Неразумно обирать весь народ ради того, чтобы наградить немногих!
Лю Бэй признал правоту Чжао Юня и попросил Чжугэ Ляна составить законы для управления землями Шу. Уголовный закон оказался слишком строгим, и советник Фа Чжэн сказал:
– Во времена Гао-цзу основной закон государства состоял всего из трех статей, и народ постоянно чувствовал доброту правителя. Я думаю, что Чжугэ Лян должен немного смягчить законы и тем оправдать чаяния народа.
– Вы знаете только одну сторону дела и не знаете другой, – возразил Чжугэ Лян. – Законы Цинь Ши-хуана были так жестоки, что вызывали нарекания десятков тысяч людей. А Гао-цзу старался снисходительностью своей привлечь недовольных на свою сторону. Сейчас время другое. Правитель Лю Чжан был слаб и неразумен, во владениях его царил разброд, и если мы не установим справедливое управление, если строгость законов не будет внушать должного уважения и почтения, то может возникнуть смута. Бывает, что государь жалует высокими должностями только своих любимцев, и они начинают чинить самоуправство; а когда он оказывает милости только льстецам, они становятся нерадивыми и требовательными сверх всякой меры. Одним словом, во всех крайностях таится зло. Законы должны быть строгими. С помощью закона мы будем охранять порядок, и тогда люди правильно поймут, что такое милость. Человек, которому жалуется титул, приобретает почет, но если этот почет дополняется милостями, человек стремится к умеренности. В этом и заключается искусство управления государством.
Фа Чжэн почтительно поклонился Чжугэ Ляну.
С той поры народ в землях Шу зажил спокойно. Расположенные в округах войска поддерживали порядок. Повсюду царил мир.
Фа Чжэн был назначен на должность правителя области Шу. И тем, кто из доброго чувства угостил его хоть раз обедом, когда он был простым человеком, и тем, кто хоть раз бросил на него неприязненный взгляд, он платил теперь той же монетой.
Однажды кто-то сказал Чжугэ Ляну:
– Фа Чжэн слишком уж крут, его следовало бы немного придержать.
На это Чжугэ Лян возразил:
– В прошлом, когда моему господину с превеликими трудностями приходилось защищать округ Цзинчжоу, когда с севера ему угрожал Цао Цао, а с востока Сунь Цюань, первым на помощь Лю Бэю пришел Фа Чжэн. Он заслужил свое высокое положение, и взыскивать с него сейчас нечего. Пусть наслаждается сознанием того, что он добился желаемого!
Он не стал ничего взыскивать с Фа Чжэна, а тот, узнав об этом разговоре, сам стал сдержаннее.
Как-то на досуге Лю Бэй беседовал с Чжугэ Ляном, и в это время ему доложили, что из Цзинчжоу приехал Гуань Пин, сын Гуань Юя, передать благодарность отца за полученные подарки. Лю Бэй велел допустить к нему Гуань Пина. Тот вошел, низко поклонился и, вручая письмо, сказал:
– Мой батюшка знает, что Ма Чао в военном искусстве превосходит многих полководцев, и просит у вас разрешения помериться с ним силами.
– Если Гуань Юй будет драться с Ма Чао, один из них непременно погибнет, – озабоченно произнес Лю Бэй.
– Ничего не случится, – успокоил его Чжугэ Лян. – Я напишу Гуань Юю, и он откажется от своей затеи.
Лю Бэй, зная вспыльчивость Гуань Юя, охотно предоставил Чжугэ Ляну право действовать по своему усмотрению. Чжугэ Лян написал письмо, и Гуань Пин, не задерживаясь в Чэнду, выехал обратно в Цзинчжоу,
– Ну, как? Ты сказал, что я хочу помериться силой с Ма Чао? – нетерпеливо спросил Гуань Юй, едва увидел сына.
– Да. И учитель Чжугэ Лян прислал вам вот это письмо.
Гуань Юй стал читать:
«Говорят, что вы хотите помериться силой с Ма Чао. Я не отрицаю, что он сильнее многих военачальников и даже сравнил бы его с Цзин Бу и Пэн Юэ. Но для него было бы слишком большой честью состязаться с таким доблестным воином, как вы! Полагаю, что в крайнем случае это мог бы сделать Чжан Фэй. На вас возложена вся ответственность за безопасность Цзинчжоу. Если вы уедете в Сычуань, в это время Цзинчжоу могут захватить враги, и вся вина падет на вас. Подумайте об этом!»
Прочитав письмо, Гуань Юй погладил свою бороду и улыбнулся:
– О да! Чжугэ Лян прекрасно знает мои мысли!
Он показал письмо своим гостям, и с тех пор больше не упоминал о поездке в Сычуань.
Когда Сунь Цюань получил известие о том, что Лю Бэй занял Сычуань и отправил Лю Чжана в ссылку в Гунань, он позвал советников Чжан Чжао и Гу Юна и сказал:
– Вам известно, что Лю Бэй обещал отдать мне Цзинчжоу, как только завоюет Сычуань. Сейчас земли Ба и Шу в его руках. Настало время и нам потребовать у него земли, расположенные в нижнем течении реки Хань. Если он не отдаст их, мы двинем против него войска.
– У нас в княжестве У только установился порядок, и начинать новую войну неразумно, – возразил Чжан Чжао. – Но я знаю, как заставить Лю Бэя отдать нам Цзинчжоу!
Поистине:
Если вы хотите узнать, что предложил Сунь Цюаню советник Чжан Чжао, загляните в следующую главу.
Глава шестьдесят шестая
Как уже говорилось, Сунь Цюань решил потребовать, чтобы Лю Бэй вернул ему, наконец, округ Цзинчжоу. Советник Чжан Чжао предложил Сунь Цюаню следующее:
– Чжугэ Лян – правая рука Лю Бэя, – сказал он, – а его брат, Чжугэ Цзинь, служит у вас. Прикажите взять под стражу семью Чжугэ Цзиня, а сам он пусть поедет в Сычуань и скажет брату, что его семье грозит смерть, если Лю Бэй не исполнит ваше требование. Ради спасения семьи брата Чжугэ Лян постарается уговорить Лю Бэя отдать вам Цзинчжоу.
– Чжугэ Цзинь честный и преданный мне человек, – возразил Сунь Цюань. – Как я могу взять под стражу его семью?
– А вы объясните ему, для чего вы это делаете и что от него требуется, тогда он не будет тревожиться, – предложил Чжан Чжао.
По его совету, Сунь Цюань велел перевезти всю семью Чжугэ Цзиня к себе во дворец и приставить к ней стражу, а затем отправил Чжугэ Цзиня с письмом к Лю Бэю.
Через несколько дней Чжугэ Цзинь добрался до Чэнду и послал известить Лю Бэя о своем прибытии.
– Зачем сюда приехал ваш брат? – спросил Лю Бэй.
– Потребовать, чтобы вы отдали Сунь Цюаню Цзинчжоу, – сказал Чжугэ Лян.
– Что же на это ответить?
Чжугэ Лян растолковал Лю Бэю, как он должен себя вести, и выехал за город встречать брата. Но он не повез его к себе домой, а направился прямо на подворье.
– Брат мой, почему у тебя такой скорбный вид? – спросил он, заметив слезы на глазах Чжугэ Цзиня. – Что случилось? Расскажи!
– Семья моя погибла! – воскликнул Чжугэ Цзинь.
– Не из-за того ли, что мы удерживаем Цзинчжоу? – испуганно спросил Чжугэ Лян. – Большая беда! Большая беда! Но ты не унывай! Думаю, что все уладится…
Чжугэ Цзинь, очень довольный таким оборотом дела, вместе с братом отправился к Лю Бэю и передал ему письмо Сунь Цюаня.
– Он отдал мне в жены свою сестру, а потом увез ее и еще требует Цзинчжоу! – в гневе воскликнул Лю Бэй, прочитав письмо. – Это неслыханная дерзость! Я подыму свое войско и отомщу ему!
– Сунь Цюань взял заложниками семью моего брата! – вскричал Чжугэ Лян, падая на колени перед Лю Бэем. – Если вы откажетесь вернуть ему Цзинчжоу, он казнит моих родных! Как же я буду жить, если погибнет мой брат?! Пожалейте меня, исполните требование Сунь Цюаня, и я буду бесконечно благодарен вам.
Чжугэ Лян рыдал и умолял Лю Бэя, но тот долго не соглашался.
– Хорошо, учитель, – наконец уступил он. – Из уважения к вам я отдам половину округа: Сунь Цюань получит области Чанша, Линлин и Гуйян.
– Тогда напишите Гуань Юю, чтобы он передал Сунь Цюаню эти земли, – сказал Чжугэ Лян.
– Нет, этого мало, пусть Чжугэ Цзинь едет к Гуань Юю и на месте договаривается с ним, – возразил Лю Бэй. – Вы хорошо знаете, каков характер моего брата, я сам его боюсь! В таком деле надо быть осторожным!
Чжугэ Цзинь попрощался с Лю Бэем и отправился в Цзинчжоу. Гуань Юй принял его с почетом и проводил в зал. Здесь Чжугэ Цзинь передал ему письмо Лю Бэя и сказал:
– Ваш брат разрешает передать Сунь Цюаню области Чанша, Линлин и Гуйян. Надеюсь, вы не станете возражать?
Гуань Юй невозмутимо ответил:
– В Персиковом саду дали мы клятву поддерживать правящий дом. Цзинчжоу исстари принадлежит Ханьской династии. Неужели вы полагаете, что я так глуп, чтобы отдать кому бы то ни было хоть клочок государственной земли? Письмо брата ничего для меня не значит! Я подчинюсь только повелению императора!
– Но Сунь Цюань погубит мою семью, если я здесь ничего не добьюсь! – взмолился Чжугэ Цзинь. – Пожалейте меня.
– Знаю я, это все хитрости Сунь Цюаня! Меня не проведешь!
– Как вам не стыдно! – запротестовал Чжугэ Цзинь.
– Замолчите! – закричал Гуань Юй, хватаясь за меч. – Или я убью вас вот этим мечом, которым казню всех непокорных мне!
– Батюшка, смирите свой гнев! – поспешно вмешался Гуань Пин. – Ведь вам потом будет неловко перед учителем Чжугэ Ляном!
– Ладно! – сказал Гуань Юй и, обращаясь к Чжугэ Цзиню, добавил: – А вы не вернетесь в Восточный У до тех пор, пока я сам не повидаюсь с Чжугэ Ляном.
Расстроенный Чжугэ Цзинь попрощался с Гуань Юем и на корабле отплыл в Чэнду, надеясь еще раз встретиться с братом. Но там ему сказали, что Чжугэ Лян уехал, и Чжугэ Цзиню пришлось вновь предстать перед Лю Бэем. Со слезами рассказал он, как Гуань Юй хотел его убить.
– Да, мой брат очень вспыльчив, – промолвил Лю Бэй. – С ним трудно договориться. Но вы не огорчайтесь и поезжайте домой. Как только я возьму Восточную Сычуань и Ханьчжун, я пошлю Гуань Юя охранять эти земли, а Цзинчжоу отдам вашему господину.
Так Чжугэ Цзиню и пришлось ни с чем возвратиться в Восточный У. Когда он обо всем доложил Сунь Цюаню, тот в гневе закричал:
– Это все козни Чжугэ Ляна! Он заставил вас без толку ездить из Чэнду в Цзинчжоу!
– О нет! Мой брат слезно умолял Лю Бэя вернуть вам Цзинчжоу, – возразил Чжугэ Цзинь. – Только но его просьбе Лю Бэй и согласился отдать вам половину округа. Да вот Гуань Юй заупрямился.
– Ну, раз Лю Бэй отдает нам Чанша, Линлин и Гуйян, так чего же медлить! – вскричал Сунь Цюань. – Посылайте туда наших чиновников. Пусть они возьмут на себя управление, а там видно будет, что делать дальше.
– Правильно! – согласился Чжугэ Цзинь.
Сунь Цюань освободил из-под стражи семью Чжугэ Цзиня, а чиновникам велел отправляться в области Чанша, Линлин и Гуйян и вступить там в назначенные им должности. Однако через несколько дней посланные чиновники стали один за другим возвращаться. Они жаловались, что Гуань Юй выгнал их да еще грозил отрубить головы.
Взбешенный Сунь Цюань вызвал к себе Лу Су и напустился на него:
– Это вы уверяли меня, что Лю Бэй лишь временно взял во владение Цзинчжоу. Вот он завладел и Сычуанью, а Цзинчжоу и не думает отдавать! Что же вы сидите сложа руки и спокойно смотрите на такое безобразие?
– Я обдумал план действий и собирался доложить вам, – произнес Лу Су.
– Ну, говорите!
– Надо ввести наши войска в Лукоу и пригласить туда Гуань Юя на пир. Когда он приедет, мы постараемся убедить его вернуть нам Цзинчжоу, а заупрямится – не выпустим живым. Если он откажется приехать, возьмем Цзинчжоу силой!
– Так думал и я! – воскликнул Сунь Цюань. – Только действовать надо сейчас же!
– Не спешите, господин! – предостерег Сунь Цюаня советник Кань Цзэ. – Не забывайте, что Гуань Юй самый отважный воин нашего времени! Излишняя торопливость может сорвать все наши планы, и вы сами от этого пострадаете.
– Когда же в таком случае я получу Цзинчжоу? – закричал Сунь Цюань, не владея собой. И он приказал Лу Су действовать так, как тот задумал.
Попрощавшись с Сунь Цюанем, Лу Су уехал в Лукоу. Там он вызвал к себе военачальников Люй Мына и Гань Нина. Посовещавшись, они решили устроить пир в беседке на берегу реки и отправили посланца с пригласительным письмом к Гуань Юю.
В Цзянкоу гонца встретил Гуань Пин и, расспросив, зачем он приехал, повез к отцу. Прочитав письмо, Гуань Юй сказал:
– Хорошо. Я приеду завтра. Возвращайтесь и известите об этом Лу Су.
Когда посланец удалился, Гуань Пин сказал:
– Зачем, батюшка, вы обещали приехать? Ведь Лу Су, наверно, замыслил дурное!
– А разве я этого не понимаю? – засмеялся Гуань Юй. – Все ясно: Чжугэ Цзинь рассказал Сунь Цюаню, что я не хочу отдавать Цзинчжоу, и Сунь Цюань решил заманить меня в Лукоу, чтобы потребовать обещанное моим братом. Откажись я поехать, сказали бы, что я трус. Завтра поеду в небольшой лодке с десятком слуг и возьму с собой меч Черного дракона. Посмотрим, посмеет ли Лу Су поднять на меня руку!
– Неужели, батюшка, вы и впрямь сами пойдете в логово тигра? – заволновался Гуань Пин. – Не забывайте об ответственности, которую возложил на вас мой дядя Лю Бэй!
– Я никогда никого не боялся, – успокоил его Гуань Юй. – Под копьями и мечами, под стрелами и камнями я не сходил со своего коня. Мне ли страшиться этих цзяндунских крыс?
– И все же вам не следует туда ехать, – поддержал Гуань Пина советник Ма Лян. – Лу Су человек достойный и великодушный, это вне всяких сомнений, но при нынешнем положении и он может решиться на дурное дело.
– Это верно, – согласился Гуань Юй. – Но вспомните, как в старину, во времена Борющихся царств, Линь Сян-жу, у которого не было сил, чтобы связать курицу, поехал на пир к циньскому государю [5] и вел себя так, будто ему все нипочем? А я – вы этого не забывайте – привык встречаться лицом к лицу с могучим врагом! Кроме того, я уже дал согласие поехать на это пиршество и обещание свое должен выполнить!
– Ну, раз поездка неизбежна, так будьте хоть осторожны! – попросил Ма Лян.
– Хорошо, – сказал Гуань Юй. – Тогда пусть Гуань Пин выйдет на судах с пятьюстами воинами и дожидается меня на реке. В случае опасности я подыму флаг, и они придут мне на выручку.
Выслушав указания отца, Гуань Пин сделал все необходимые приготовления.
Тем временем посланец вернулся к Лу Су и доложил, что Гуань Юй обещал приехать на следующий день. Лу Су позвал на совет Люй Мына, и тот сказал:
– Если Гуань Юй явится с войском, то мы с Гань Нином на берегу устроим засаду и по вашему сигналу нападем на него. А если он приедет один, расправимся с ним во время пира. Для этого хватит и полсотни воинов.
Лу Су приказал неотступно наблюдать за рекой. Утром дозорные издали заметили лодку, в ней было всего несколько гребцов да рулевой. На носу развевалось красное знамя с большими иероглифами: «Гуань Юй».
Лодка приближалась к берегу. В ней сидел Гуань Юй в синей головной повязке и в зеленом халате. Рядом с ним, опираясь на меч, стоял военачальник Чжоу Цан. У каждого гребца на поясе был меч.
Лу Су сам встретил Гуань Юя и проводил его в беседку. После надлежащих церемоний они уселись. Подавая гостю кубок с вином, Лу Су от смущения не смел поднять глаз, а Гуань Юй пил и смеялся, как ни в чем не бывало. Слегка опьянев, Лу Су, наконец, обратился к нему:
– Я был бы счастлив, если бы вы соблаговолили выслушать меня… Когда-то ваш старший брат Лю Бэй просил меня передать Сунь Цюаню, что он взял Цзинчжоу лишь во временное владение и отдаст его, как только завоюет Сычуань. Теперь он и Сычуань взял, а Цзинчжоу не отдает! Признайтесь, разве этим он не подрывает доверие к себе?
– Это дело государственное и не место обсуждать его на пиру, – ответил Гуань Юй.
Поделиться книгой: